Враг, что протянул руку

Пекин, от лица Китая.

Вечер опустился на Пекин мягко, обозначая, что рабочий день на сегодня окончен. Повсюду зажигались фонари и неоновые вывески, а люди больше не спешили по делам, позволяя себе насладиться вечерней прогулкой по оживленным улочкам. Китай откинулся на спинку сиденья, лениво проводя пальцем по ободку бокала. Темное, терпкое вино плескалось на дне, и он позволил себе ещё один глоток, смакуя слегка горькое послевкусие на кончике языка. Сегодня он хорошо поработал, поэтому можно себя и побаловать. Он редко пил, но после таких дней, когда голова трещит от разговоров и чужих лиц, сделать пару глотков точно не грех. Просто чтобы сбросить напряжение. Расслабиться. Машина плыла по ночным улицам. Китай уже почти растворился в этой тишине, как вдруг лежащий на соседнем сиденье телефон резко завибрировал, прерывая его долгожданный покой. Он поморщился, неохотно потянулся за ним. На экране высветилось имя заместителя. «Вот же…» — пронеслось в голове. Усталость в его голове боролась с чувством долга, но долг, как обычно, победил. Он взял трубку, одновременно поднося бокал к губам и чуть прикрывая глаза. — Слушаю, — его голос прозвучал ровно, спокойно, хотя внутри уже зашевелилось нехорошее предчувствие. Заместитель не стал тянуть: — Господин, плохие новости. ФБР задержало наших агентов. Тех, что в деле с покушением. Подробностей мало, но, скорее всего, они вышли на след, кто-то из наших засветился, возможно, уже начали допрашивать. Бокал дрогнул в пальцах. Китай застыл, и на секунду в его груди что-то туго сжалось, а затем выплеснулось наружу резким импульсом: — Да за что я этим идиотам плачу?! — голос сорвался, и он резко выпрямился, чувствуя, как гнев обжигает горло. Водитель, почуяв что-то неладное, непроизвольно глянул в зеркало заднего вида. Китай перехватил этот взгляд и, сжав челюсти, бросил коротко: — Перегородку закрой. Водитель поспешно нажал кнопку. Стекло мягко поднялось, изолируя его, оставляя наедине со своей яростью и мыслями. Он залпом допил остатки вина, поставил бокал в подстаканник и устало провёл пальцами по виску, массируя, пытаясь унять пульсирующую боль. — И что теперь делать? — выдохнул он, скорее себе, чем собеседнику. — Эти кретины всё расскажут. Стоит их чуть к стене прижать, и они запоют, как в прошлый раз. Ты же помнишь, как они ломались, когда мы их в первый раз прижали? Чуть серьёзнее надавили, и сразу стали паиньками. Заместитель выдержал короткую паузу, затем предложил, осторожно подбирая слова: — Может, попытаться провернуть все по запасному плану? Пока они не заговорили… Китай резко оборвал его: — Нет. У этой дуры и так уже подозрения в нашу сторону, это точно. Она всегда на меня зуб точила, ей только повод дай. Если мы полезем снова, это будет выстрел себе в ногу. Она только и ждёт, чтобы я ошибся. Он замолчал, глядя на мелькающие за окном огни. В голове вдруг что-то щёлкнуло. Понимание медленно, но уверенно вытеснило все лишние мысли. Лучшая защита — нападение. Если у них уже кто-то на хвосте, нужно сыграть первым. — Слушай, — сказал он. Голос мгновенно приобрел жёсткий, деловой окрас. — У меня есть идея. Я позвоню позже, пока жди, никаких движений. Понял? — Вас понял, — ответил заместитель. Китай сбросил вызов и откинулся на сиденье, прикрывая глаза. Глубокий вдох. Медленный выдох. Снова вдох. Он пытался унять дрожь в пальцах. Надежда оставалась лишь на то, что план сработает, но внутри, как назло, засела горькая неуверенность. Эти вечно проваливающие всё агенты, все эти люди, на которых он вынужден полагаться… В итоге всё вечно приходится делать самому. Он открыл глаза и уставился в тёмное небо за окном, уже прокручивая в голове следующие шаги. Через пятнадцать минут машина остановилась у ворот резиденции. Китай поправил пиджак, вышел и, не оглядываясь, направился к входу. Охрана и немногочисленные работники почтительно здоровались, но он отвечал лишь механическим кивком. В голове он все прокручивал свой недавний разговор. Мысли вились, петляли, цеплялись одна за другую, никак не желая выстраиваться в цельную картину. Походка хоть и выглядела строгой - прямая спина, сжатые кулаки, но внутри всё кипело. Он вошёл в кабинет, щелкнул выключателем. Мягкий свет залил комнату. Положив телефон на стол, Китай снял пиджак и небрежно повесил его на спинку стула. Секунду постоял, глядя на карту мира на стене, затем опустился в кресло и устало потер переносицу. Мысли вязли в тишине, заставляя его голову болеть сильнее, чем в шумном помещении. Агенты. Допросы. Америка, которая, как он знал, наверняка уже точит когти, чтобы вонзить их. Ему нужен был козырь. Или союзник. Он взял телефон, пролистал контакты. Взгляд замер на имени «Россия». Китай помедлил секунду, затем нажал вызов. Гудки тянулись долго. Бесконечно долго. Китай слушал их, прикрыв глаза, чувствуя, как его дыхание постепенно становится ровнее. Когда в трубке раздался знакомый, чуть хрипловатый голос, он мгновенно переключился — лицо стало мягче, голос потеплел, будто он и правда волновался. — Россия, привет. Прости, что так поздно, но я решил, надо позвонить. Как ты? Как самочувствие? Врачи что говорят? На том конце послышался лёгкий смешок, затем прозвучал немного хрипловатый голос: — Китай, не ожидал. Все нормально, жив, почти здоров. Гипс вот только мешает, но обещают снять на неделе. Ты чего так давно не звонил? Я уж думал, ты про меня забыл. Китай усмехнулся в ответ, стараясь звучать тепло и немного виновато: — Прости, друг. Дел невпроворот. Ты же знаешь, как у нас бывает, то встреча, то доклады, то очередные проблемы. И ведь не отмахнешься. Я все хотел позвонить, но откладывал, сам себя ругаю. — Понимаю, — ответил Россия, и в его голосе послышалась искренняя теплота. — Тоже не сахар. Но ничего, справляемся. Как у тебя с поставками? Газ, удобрения, лес — все идет по графику? Китай слегка откинулся в кресле, позволив себе короткий, почти незаметный вздох. — Да, всё в порядке. Поставки вовремя, документы в порядке, таможня не тормозит. Кстати, спасибо за оперативность — мы с тобой работаем как часы. Не то что некоторые… — он многозначительно замолчал, давая паузе повиснуть. — Ну, я стараюсь, — хмыкнул Россия. — Ты же знаешь, я ценю надежных партнёров. А после того, что случилось… в общем, лучше держаться своих. Китай уловил в голосе России нотку горечи и решил чуть надавить, но мягко, почти по-дружески: — Да, ужасная история. Ты уверен, что это был просто несчастный случай? Или случайность? Потому что, честно говоря, мне это кажется слишком хорошо спланированным для простого совпадения. Россия помолчал, и Китай почти физически чувствовал, как тот хмурится на другом конце провода. — Следователи пока не нашли ничего конкретного. Но я сам думал об этом. Слишком уж вовремя, слишком точно. Кто-то явно знал маршрут и время. А значит, это не просто сумасшедший за рулём. — Вот именно, — подхватил Китай, делая голос чуть тише, доверительнее. — И я бы на твоем месте задумался, кому это выгодно? Кто мог так сильно желать тебе зла? У тебя, конечно, напряженные отношения со многими, но не до такой же степени, чтобы устраивать покушение. Россия задумчиво хмыкнул: — Ты на кого-то конкретного намекаешь? — Нет, ни на кого, — быстро ответил Китай, убирая из голоса любой намёк на конкретику. Указывать пока что рано. Любую почву нужно подготовить. В особенности, для обвинений. —Просто… иногда самые опасные враги те, кто всегда рядом и улыбается. Знаешь, как говорят — держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Вот я и думаю, может, стоит пересмотреть, кто есть кто. Особенно сейчас, пока ты ещё не полностью восстановился. Россия вздохнул, и в этом выдохе слышалась усталость и легкая тревога: — Ты прав. Я тоже об этом думал. Но доказательств нет, а подозревать всех подряд — значит, самому сойти с ума. — Согласен, — мягко сказал Китай. — Но просто будь осторожен. Если что-то покажется подозрительным, если понадобится совет или даже помощь — ты знаешь, как меня найти. Мы же не чужие, правда? Мы столько лет держимся друг за друга. Я всегда поддержу тебя, как брата. Голос России потеплел, в нём послышалась настоящая благодарность: — Спасибо, Китай. Я ценю это. Правда. Если что — я позвоню. Ты тоже будь на связи, ладно? — Обязательно, — Китай позволил себе короткую тёплую паузу, а затем добавил почти по-отечески: — Отдыхай, поправляйся. И не принимай поспешных решений. Все образуется. — Договорились. Береги себя, — ответил Россия. Звонок оборвался. Китай медленно опустил телефон на стол, и в ту же секунду тёплое выражение с его лица исчезло, словно его смыли. Губы сжались в тонкую линию, взгляд стал холодным и колючим. Он откинулся на спинку кресла, сделал глубокий, медленный вдох. Китай перевёл взгляд на окно. За ним, в темноте, искрились огни ночного Пекина. Он смотрел вдаль, словно пытаясь разглядеть там исход своей игры, и тихо, почти неслышно, произнес: — Что ж… остаётся только надеяться, что сработает.

Вашингтон, Штаб-квартира ФБР

Вечернее солнце светило в большие окна, но в самом здании шла своя жизнь, шумели принтеры, изредка звонили телефоны, на которые никто не отвечал. В коридорах вовсю шла работа: сотрудники с папками и чашками кофе ходили туда-сюда, кто-то тихо разговаривал у кулера. А в самом конце этажа, перед дверью отдельной комнаты, стояли два вооруженных охранника. По коридору быстро шел мужчина лет сорока пяти - стройный, коротко стриженный, с внимательным и цепким взглядом. Он замечал всё вокруг, но сам не показывал никаких эмоций. В руках он держал тонкую папку. Там было всего несколько листов, но для человека за дверью они стоили дороже любых томов. Его шаги глухо отдавались от пола. Когда он подошел к охране, один из мужчин кивнул и открыл ему дверь. В допросной было тесно и душно, хотя вентиляция работала. Серые стены, пустой металлический стол, два стула для задержанного и для следователя. На стене висело зеркало, за которым сидели наблюдатели. За столом сидел парень лет двадцати пяти, бледный, с легкой щетиной и ввалившимися глазами. Он крепко сцепил руки на столе, пытаясь собраться с мыслями. Парень смотрел прямо в стол, ни на кого не глядя. Когда дверь открылась, он вздрогнул, а его дыхание на секунду сбилось. Мужчина вошел и закрыл за собой дверь. Он не торопясь обошел стол, сел напротив и положил папку точно по центру, но открывать не стал. Несколько секунд он просто молча и тяжело смотрел на парня. Тишина давила. Парень не выдержал первым: поднял глаза, встретился с ним взглядом и тут же снова опустил голову. — Знаешь, почему ты здесь? — спросил мужчина спокойным, но жестким голосом. — Без понятия, — парень неубедительно пожал плечами. — Мне ничего не говорили. — Хорошо, — мужчина медленно кивнул, разглядывая его и проверяя реакцию. — Твоих коллег мы уже допросили. Что они рассказали — пока секрет. Но учти, если они раскололись, а ты нет, тебе же будет хуже. Он повернулся к зеркалу на стене и коротко кивнул, давая знак включить запись. Затем снова посмотрел на парня, открыл папку и заговорил медленно, четко выделяя каждое слово: — Ты, как и другие задержанные, отвечал за безопасность здания, где должен был пройти саммит. Потом из-за технических проблем место поменяли, и вы перенесли охрану на новую точку. По отчетам, именно ты отвечал за людей по периметру. — Он ненадолго замолчал, взглянув на парня поверх бумаг. — И расставил ты их, мягко говоря, плохо. Настолько, что водитель на пикапе легко пробил кордон полиции и на полной скорости поехал к кортежу. Парень сидел смирно, но нервно сжимал пальцы и кусал губу. — Но это не главное, — продолжал мужчина, отложив папку и скрестив руки на столе. — Главное деньги. На твой счет и счета твоих сообщников пришли крупные суммы из-за границы. Мы отследили все переводы. Вышли на офшоры, а через них на Китай. Прямых улик мало, но косвенных хватит, чтобы ты сел надолго. Единственный шанс получить меньший срок — во всем признаться. Прямо сейчас. Он замолчал, давая парню подумать. В комнате стало очень тихо. Парень тяжело дышал, на лбу выступил пот. Он сглотнул, облизнул губы, но продолжал молчать. Мужчина терпеливо ждал, не сводя с него глаз. Прошла пара минут. Он добавил уже мягче, но всё так же уверенно: — Водитель уже заговорил и рассказал кучу всего. Но он просто исполнитель, а вы, по всей видимости, организаторы. Если будешь молчать, мы отправим дело в суд, и поблажек не жди. Решай. Парень тяжело вздохнул, опустил голову и тихо буркнул сквозь зубы: — Проклятье… этот тупой идиот всё испортил. Мужчина прищурился, но перебивать не стал. Он понял: парень сломался. Тот поднял голову, взгляд был пустым, сопротивляться он больше не собирался. — Ладно, — глухо сказал он. — Я всё расскажу. Но я знаю не всё. На нас вышли посредники. Не сам Китай, а люди оттуда. Нам приказали убрать охрану с периметра, чтобы получилось устроить покушение. Аварию в первом здании устроили не мы, честно. Но когда его поменяли, мы воспользовались ситуацией. Переставили людей так, чтобы появилась дыра в охране. Мы просто дали им шанс. Мужчина слушал молча. Когда парень остановился, он спросил: — Кто был целью? Парень замялся, зажмурился на секунду и выдохнул: — Америка. Целью была Америка. Водитель должен был сбить ее. Но этот придурок всё перепутал, когда он начал ехать, то Америка оказалась позади, чем планировалось, мы думали, что она выйдет одной из первых, и поэтому этот идиот не смог выполнить свою задачу. — Зачем нужно было убирать Америку? — голос мужчины стал жестче. Парень пожал плечами: — Мне не объясняли. Но по намекам я понял… Китай хотел поставить вместо неё кого-то более послушного. Чтобы новый лидер слушался и не мешал им укреплять влияние. Но это только мои догадки. Деталей не знаю. Он замолчал и уставился в стол. В комнате стало тихо, было слышно только его тяжелое дыхание. Мужчина немного помолчал и спросил: — Это всё? — Все, — парень расслабился, будто скинул тяжелую ношу. — Честно, больше ничего не знаю. Мне приказывали, я делал. Зачем и почему, меня не волновало, я думал только о деньгах. Теперь жалею. Мужчина еще пару секунд смотрел на него, потом кивнул, встал и молча вышел из комнаты. Дверь закрылась. Парень остался один, уставившись в стену. Из коридора доносился тихий шум. В коридоре вовсю шла работа. Мужчина быстро шел вперед и на ходу достал телефон. Нашел нужный номер и набрал его. После нескольких гудков приложил трубку к уху. — Мисс Америка, — спокойно сказал он, когда ему ответили. — Есть новости по поводу покушения…

Немногим ранее…

Загородный дом Америки.

В гостиной было темно, только экран телевизора освещал комнату и отбрасывал блики на стены. Америка сидела в углу дивана, поджав под себя одну ногу, и почти не смотрела на экран. Она уже давно перестала следить за сюжетом. Это была какая-то банальная романтическая комедия, которую она включила просто для фона. После тяжелого дня она наконец-то расслабилась и просто сидела, наслаждаясь теплом от камина и тем, что на другом конце дивана кто-то есть. Россия, на удивление, уснул уже через двадцать минут после начала фильма. Он откинулся на подушку, закинув здоровую руку за голову, а рука в гипсе лежала на его груди. Он дышал ровно и глубоко, полностью расслабив лицо. Америка посмотрела на него и слегка улыбнулась. Когда он не ворчал и не спорил, то казался почти безобидным. Ну, почти. Фильм шел дальше. Америка и сама уже начала засыпать, как вдруг тишину нарушил громкий звонок телефона. Она вздрогнула, тихо выругалась и стала быстро искать телефон на журнальном столике. Она забыла выключить звук, и теперь мелодия казалась ужасно громкой. Америка быстро глянула на Россию. Он даже не дёрнулся, только слегка нахмурился во сне. Она тихо встала и на цыпочках вышла из комнаты. В коридоре было прохладно. Она быстро добежала до своей спальни, открыла дверь и ответила на звонок, попутно садясь на край кровати. — Да, — ответила она спокойным голосом, хотя у нее уже появилось плохое предчувствие. На том конце провода мужчина представился сухо и по делу. Он коротко сказал, что допрос последнего задержанного только что закончился, и теперь у них есть вся информация. Америка крепче сжала телефон. Она затаила дыхание, когда следователь сказал: — Деньги задержанным прислали люди, связанные с Китаем. Мы четко отследили все переводы через офшоры. Прямых доказательств против Китая нет, но косвенных улик более чем достаточно. У нее всё внутри сжалось, а по спине пробежали мурашки. Америка замерла, переваривая информацию. Китай. Значит, они всё-таки решились на это. В голове сразу мелькнула мысль: «Зачем? Зачем им понадобилось убивать Россию?» — Но тут вот какое дело, мисс Америка… — голос следователя стал серьезнее, и она поняла, что сейчас услышит самое главное. — Целью был не Россия. Мы это точно выяснили. Водителю приказали врезаться в вас, но так как вы оказались куда дальше, чем они предполагали, водитель врезался в него, а не вас. Америка замерла от шока. Рука с телефоном задрожала, в ушах зашумело. Значит, целью была она. Не Россия, а именно она. — Я? — переспросила она шепотом, хотя уже и так всё поняла. Следователь ответил: «Да». Он продолжал что-то говорить, но Америка его почти не слышала — слова доносились как в тумане. Мысли путались, и она понимала только одно: ей дико повезло. Если бы водитель не ошибся и сделал всё по инструкции, сейчас она лежала бы в больнице. Или вообще была бы мертва. Она постаралась успокоиться, глубоко вдохнула и взяла себя в руки. — Что-то еще? — спросила она как можно спокойнее. Следователь немного помолчал и добавил: — Это пока только слова одного из задержанных. Он думает, что Китай хотел заменить вас кем-то, кто не будет мешать им проходить вперед и усиливать свое влияние. Мы проверяем эту версию, но пока это лишь предположение. Америка на секунду прикрыла глаза. «Логично, — подумала она. — Кошмарно логично. Китай всегда играет вдолгую». Она кивнула, хотя следователь этого не видел. — Хорошо, — выдохнула она. — Спасибо за информацию. Жду официальный отчет. Она отключилась и бросила телефон на одеяло. Америка продолжала сидеть на кровати, уставившись в одну точку на стене. Она пыталась переварить мысль о том, что должна была погибнуть в тот день. И только чистая случайность, ошибка или глупость водителя спасли ей жизнь. Она провела ладонью по лицу и почувствовала, что пальцы еще немного дрожат. Глубокий вдох, медленный выдох. Потом еще раз. Сердце постепенно забилось ровнее, но внутри остался неприятный и тревожный осадок. Теперь она понимала: враг был совсем не там, где она думала. Она встала с кровати и подошла к окну. За стеклом светился ночной Вашингтон. Тихий и спокойный город мирно существовал, даже не подозревая, какие интриги плетутся на самой вершине его «пищевой цепи». Америка смотрела на огни и машины вдали, а в голове крутились всевозможные мысли, одна хуже другой. Она стояла так еще пару минут, глядя в одну точку, пока ее пальцы не перестали дрожать. Телефон лежал рядом, и недавние слова следователя всё крутились в голове, как заезженная пластинка. Китай. Цель — она. Водитель ошибся. Она медленно отошла от окна, поправила немного помявшуюся футболку и глубоко вздохнула. Разговор будет тяжелым, но тянуть с ним нельзя. Она вышла из комнаты и тихо вернулась в гостиную. Фильм всё еще шел. На экране мелькали яркие кадры, но звук казался тихим, будто шел откуда-то издалека. Россия так же лежал на диване, неудобно свернувшись. Америка на секунду остановилась в дверях, разглядывая его. Таким спокойным он выглядел совсем по-другому, совсем не как человек, с которым она привыкла постоянно спорить. Она подошла ближе, села на край дивана и осторожно положила руку ему на плечо. Ее ладонь была холодной, потому что она долго сидела у окна. Когда она дотронулась до него, то сама вздрогнула, почувствовав тепло его тела на кончиках пальцев. Смутившись, Америка быстро качнула головой, выбрасывая лишние мысли, и начала аккуратно трясти спящего за плечо. — Россия, проснись. Нам надо поговорить, — тихо, но твердо сказала она. Он ответил не сразу — только глухо буркнул что-то, отвернулся и попытался дальше спать, но она не отставала. — Я серьезно, вставай. Это важно, — она слегка похлопала его по щеке, и он наконец открыл глаза. — М-м, что? — он поморгал, пытаясь прийти в себя, и прищурился, глядя на нее в темноте. Он был еще сонным, но постепенно начал соображать. — Надо серьезно поговорить, — повторила она, убрала руку и села в кресло напротив. Он еще пару секунд тупо смотрел на нее, потом со вздохом сел, медленно потирая глаза здоровой рукой. Проведя ладонью по лицу, чтобы окончательно проснуться, уставился на нее. — О чем? — хрипло спросил он, сразу насторожившись. Америка сидела прямо, положив руки на колени, и пару секунд молчала, собираясь с мыслями. Она не знала, с чего начать — выложить факты, улики или сразу обвинить? Но долго думать было некогда. — Мои люди расследовали то покушение, — начала она. Россия тут же выпрямился и стал серьезным. — Сейчас мне сообщили новости, и они очень важные. — Что за новости? — спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Моих людей подкупили, — она замолчала на секунду. — Деньги пришли от Китая. Россия открыл рот, хотел что-то сказать или поспорить, но промолчал. Он выглядел растерянным. Америка заметила это и продолжила, пока он ее не перебил: — Но это еще не всё. Целью был не ты. Целились в меня. Водитель перепутал. Он должен был врезаться в меня, но ошибся и сбил тебя. — Не могу поверить, — глухо выдохнул Россия. — Китай, конечно, наглый, но пойти на убийство? Он бы не стал так рисковать. После этих слов Америка вспыхнула. Она не выдержала и заговорила громче и резче: — Да откуда ты знаешь, какой он?! Он тебе хоть позвонил, спросил, как ты себя чувствуешь? Твоя семья звонила, друзья звонили. А он? Ты вообще уверен, что вы друзья, а не просто ведете выгодный бизнес? Россия обалдел от такого напора и хотел возразить, но не успел. Она продолжила, чуть тише, но всё еще на эмоциях: — Я вообще не видела никакой дружбы между вами. Ты продаешь ему ресурсы за копейки, а он называет это дружбой. Да я уверена, что этому гаду нужны только твои ресурсы, на которых он сидел все эти годы! Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но руки у нее всё еще слегка тряслись. — Скажи честно, он сам тебе хоть раз набрал после того, как ты попал в больницу? Не через секретарей, а лично? Россия задумался. Он вспомнил недавние дни: звонки Беларуси, теплые разговоры с Казахстаном, сообщения от других союзников. И всего один звонок от Китая — совсем недавно, после долгого молчания. Причем в том разговоре Китай так мягко, будто по-дружески, намекнул: «Может, это устроил тот, кто тебя ненавидит?» — Может быть, ты права, — тихо сказал он, посмотрев на нее. — Он позвонил всего один раз, и то недавно. Представляешь? — он усмехнулся. — И сказал, что самые опасные враги — это те, кто крутится рядом и улыбается. Америка наклонилась к нему, и ее голос стал жестким: — А теперь подумай, кого он имел в виду. Меня? Или себя? Россия замолчал. Он смотрел на нее, и у него в голове всё переворачивалось. Он вспомнил их встречи, договоры и то, как просто они всегда общались. Но сейчас эта простота казалась подозрительной. До него вдруг дошло, что за все эти годы он ни разу не задумывался, а что на самом деле скрывается за этой улыбкой? Что это за «друг» такой? Он медленно поднялся с дивана. Америка тоже встала, с тревогой глядя на него. — Я подумаю над тем, что ты сказала, — коротко бросил он и пошел к себе, не оборачиваясь. Америка проводила его глазами, но промолчала. Она снова села в кресло, подперла голову рукой и уставилась в телевизор, хотя фильм не замечала. Мысли путались, и она понимала: сейчас надо просто дать России время всё переварить. Россия зашел в свою комнату, закрыл дверь и замер, глядя на телефон на тумбочке. Взял его, подержал в руке, нашел номер Беларуси и набрал ее. Пошли гудки, и он сел на край кровати. — Привет, — сонный, но теплый голос сестры ответил сразу. — Ты чего так поздно? Не спится? — Привет, ты что, спала? — он немного удивился. — Да, ночью поздно вернулась домой из-за работы, и сейчас носом клюю, хех. — С небольшой усмешкой произнесла она. — Ты там не перерабатывай, отдыхай тоже. — Начал Россия, после чего ненадолго замолчал, подбирая слова, и продолжил. — Слушай, мне нужна твоя помощь. — Что случилось? — она сразу насторожилась. — Да ничего страшного, просто… — он запнулся. — Мне нужно, чтобы ты присмотрела за Китаем. Не открыто, а так… просто будь в курсе, что он делает, что говорит и с кем видится. — Россия… — она помолчала. — Ты думаешь, он как-то связан с тем покушением? — Я не знаю, — честно ответил он. — Но хочу выяснить. Пожалуйста, сделай это для меня. Она помолчала пару секунд, а потом тихо, но уверенно сказала: — Хорошо. Я сделаю всё, что смогу. Ты же знаешь. — Спасибо, — выдохнул он. — Спасибо большое. — Береги себя, — сказала она и положила трубку. Россия отложил телефон, лег на кровать и уставился в потолок. Потом поднял здоровую руку и закрыл глаза ладонью, будто хотел спрятаться от всего мира. Мысли не давали покоя, внутри всё кипело. Он вспомнил слова Китая, которые тот говорил так спокойно и дружелюбно: «Иногда самые опасные враги — те, кто всегда рядом и улыбается». Теперь эти слова звучали совсем по-другому. Теперь они казались чистым издевательством. Он тихо вздохнул и прошептал в темноту комнаты: — К такому меня жизнь не готовила…

Продолжение следует…