"Просьба".

— День, ночь, друзья, с вами Егор Линч. И да, с последнего нашего приключения прошло не так много времени, и мы с Джоном решили немного отдохнуть. Только вот есть одна проблема, Джон с самого утра не отвечает на звонки, возможно, спит как обычно, но стоит проверить. Поэтому сейчас я еду к нему, как буду на месте включусь. — Что ж, я уже на месте, и машина Джона на месте, значит, он дома, либо же пошёл пешком. На стук в дверь он не отвечает, телефон выключен. Думаю, он не просто спит. Только успел рассказать Линч, как его телефон начал вибрировать. Звонок. — О, это должно быть Джон. — Радостно вымолвил журналист и потянулся к телефону, но когда посмотрел, кто звонит, улыбка пропала с лица. — Ребята, это не Джон, это, мать его, Лэмбтон. — С недовольством проговорил Егор и повернул дисплей смартфона к камере, чтоб было видно, кто звонит. — Даже интересно, что ему нужно. Скорее всего, опять отправит в какую-то глушь, но сейчас не до этого. Но ответить стоит. Подняв трубку и поприветствовав Генри, Линч начал расхаживать из стороны в сторону. А после, вымолвив пару ругательств и бранных слов, повесил трубку. — Хах, вы не поверите, Джон у этого мудака, говорит, чтоб я ехал на какую-то геолокацию и ждал водителя. Я знаете, я ведь даже не удивлён, что Джон у этого чекнутого, это ведь он в нашу первую встречу похитил нас, а после отправил на северный полюс. С «радостной» улыбкой вспоминал их знакомство Линч. Но, поскольку выбора у меня нету, нужно ехать. Интересно, что он задумал на этот раз и что ему нужно. Приехав на нужное место, которым оказалась старая остановка у окраины города, Егору не оставалось ничего, кроме как просто ждать. Благо там была стоянка и машину можно было оставить там. — Я уже приехал на нужное место и это простая остановка у окраины. Машину я оставил на стоянке, поэтому нужно просто ждать. Не знаю сколько именно, но думаю недолго. До этого места я добирался 20 минут и находится оно довольно-таки недалеко, единственное, что меня смущает, это то, что на окраине города стоит остановка и гребанная стоянка, и больше ничего. Ни магазинов, ни домов. Просто лес и трасса. Повернув камеру и показав окрестности, Линч вновь повернул ее на себя. А после пошёл к остановке. — Думаю просто сидеть здесь и ждать, хотя тут и делать больше нечего. Поэтому думаю выключить камеру, как только подъедет водитель – включусь, до связи. — Что ж, прошло уже больше часа, и наконец-то приехала машина. Как мне сказали, я могу снять лишь первые 5 минут, а после должен буду выключить камеру. Я не знаю, куда и зачем меня везут, но знаю точно, добром это не кончится. Всё, что связано с Лэмбтоном, не кончается добром, по крайней мере для нас с Джоном. — Мистер Линч, ваше время вышло, просьба выключить камеру. Да, да, хорошо. — Спокойно ответил журналист и выключил видеокамеру. Дорога была долгой, ехали они точно больше двух часов, телефон и камеру у Линча изъяли. Первый час Егор просто смотрел в окно и пытался понять, куда его везут, а после смерился, что за окном лишь деревья и небо, и понять по ним, куда его везут нет возможности. Поэтому незаметно для самого себя он заснул. — Мистер Линч, мы уже приехали, просыпайтесь, — произнес водитель с переднего сидения, а после отдал ещё сонному Линчу камеру и телефон. — М, ага, — вяло ответил Егор и, взяв протянутые гаджеты, поспешил выйти из машины. За время поездки тело ужасно затекло, а ноги стали ватными. Но главное не это, главное то, где он сейчас находится. Покинув транспортное средство, перед глазами сразу же предстал огромный коттедж. Что ж, видимо, это здание и было местопроживанием «Великого Генри Лэмбтона». — Итак, мы уже приехали и мне вернули камеру, по ощущениям ехали мы около двух часов, не меньше. И сейчас я стою перед огромным коттеджем. Хах, ну а что ещё ожидать от дома миллионера. Повернув камеру на здание, Егор не спеша направился к двери, участок был большим и озеленённым, но все равно будто вырезан с обложки какого-то журнала для богачей. Сновно это не место, где живут, а просто красивая фотография. Вдохнув, Линч нажимает на звонок в двери и просто ждёт. Ждёт минуту, две, три, но дверь никто не открывает. Он звонит ещё раз, и на этот раз слышатся чьи-то шаги. Дверь распахивается, а перед глазами предстает мужчина средних лет в черном костюме. — Егор Линч? — спокойно спрашивает мужчина, осматривая журналиста. — Да, верно, — немного помолчав, всё же ответил Егор. — Прошу, проходите, мистер Лэмбтон уже заждался вас. Как вы доехали? — Благодарю, доехал хорошо, даже вздремнул. — неловко ответил Линч. Этот мужчина сначала осмотрел его изучающим взглядом, а теперь мило задаёт вопросы, словно они уже знакомы. Странно. — Радует. Вас ждут на втором этаже, последняя дверь слева. — Ага, спасибо. Кивнув напоследок мужчине, журналист направился к лестнице, а после неспешно поднялся на второй этаж. Смотря на то, как обставлен дом Лэмбтона, он был коллекционером. На первом этаже висели картины разных эпох. А на втором стояли различные вещи под стеклом. А рядом табличка. Подойдя к одному такому «экспонату», Линч зачитал. «Акинак — короткий (40—60 сантиметров) железный меч, применявшийся скифами во второй половине 1-го тысячелетия до нашей эры, в другом источнике указано, что Acinăces, ἀκινάκης, короткая прямая персидская сабля, которую носили у правого бока». — Вау, а Лэмбтон, видимо, и правда любит коллекционировать исторические вещи. Даже интересно, что у него есть. Но думаю, это потом, сейчас нужно идти. Дойдя до нужной двери, Линч постучал, а после сразу же вошёл. — Ох, мистер Линч, долго вы, однако, добирались. — Да, знаю, но ведь дорога неблизкая. — Знаю, знаю. — С пониманием ответил Генри. — Не стойте в дверях, присаживайтесь. — Сказав это, Лэмбтон жестом указал на кресло напротив него самого. — Да, спасибо. — Кивнул Линч и сел на предложенное место. — Так зачем ты мне позвонил и зачем тебе Джон? — А я погляжу, вы сразу решили перейти к сути. Хорошо. — Вздохнул Лэмбтон, а после, посмотрев Егору прямо в глаза, произнёс. — Сегодня, мистер Линч мне не нужно, чтоб вы отправлялись куда-то к нечести. Я хочу, чтоб вы просто выполнили одну мою просьбу. И тогда ваш дорогой друг будет цел. Линч ожидал совершенно другого. Он думал, что его с Джоном на пару отправят в какую-то глушь разбираться с тварями, а тут просто выполнить просьбу. Но что это за просьба? Зная Лэмбтона, это может быть что угодно. — Займитесь со мной сексом. — Что!? — Линч удивлённо воскликнул, смотря в спокойное лицо напротив. — Повторюсь, моя просьба заключается в том, чтоб вы, мистер Линч, переспали со мной. — Спокойно повторил Лэмбтон пожав плечами. — Какого чёрта. Зачем тебе это? — С недоверием спросил Егор прямо. — Понимаете ли, мистер Линч, я коллекционер, я люблю собирать то, что мне нравится. Например, вещи различных эпох. Но что, если мне понравится человек? Я бы мог посадить вас на цепь и держать как собаку, но мне это незачем. Я хочу добавить вас в свою коллекцию. Вернее секс с вами. — Это звучит ещё хуже, чем могло быть. — С отвращением ответил Линч. — Возможно, но у вас нет выбора. Ваш друг сейчас у меня и его жизнь зависит от моего слова, ваша жизнь, к слову, тоже сейчас в моих руках. Поэтому давайте решайте. — С хитрой полуулыбкой на устах произнёс Лэмбтон. — Зачем я тебе в этой коллекции? — Непонимающе спросил блогер. — Я люблю интересные вещи, и вы мне интересны. — Ответил Лэмбтон так, словно это простой разговор о любимом кофе. — Я всегда получаю, что хочу. А сейчас я хочу вас. — Тц, а что, если я всё же откажусь? — недовольно ответил Линч. — Тогда ваш друг умрет, а вы станете моим личным псом, пока не наскучите мне. — У меня нет выбора. — сердито подвёл итог Линч. — Выбор есть всегда, вы можете сделать это добровольно и сохранить себе и своему другу жизнь, или же убить его. — Хорошо, я понял, — закрыв глаза и сделав глубокий вдох, произнёс Егор, а после на выдохе ответил — Я согласен. — Замечательно. Тогда давайте не будем медлить. — Вставая из-за стола, произнес Генри. — Напротив есть спальня, там ванная комната, идите и приведите себя в порядок, я буду ждать вас в спальне. — Я понял. —Замечательно, надеюсь, вы меня не разочаруете, мистер Линч. Зайдя в указанную комнату, журналист поставил камеру на тумбочку, а сам сел на кровать. — Хах, ну, вы и сами слышали наш разговор. Этот момент я, скорее всего, вырежу, либо же полностью удалю запись. И как вообще этому мудаку пришло в голову просить что-то такое? Вернее, не просить, а угрозами заставить меня согласиться. Тихо выругавшись, Линч поднялся с кровати и подошел к камере. — Сейчас думаю пойти в душ, а после вообще не снимать, ибо и так уже понятно, чем мы будем заниматься. Чёртов изврат. Выключив камеру и сделав парочку глубоких вдохов и выдохов, Линч направился в уборную. Это была небольшая комната с душем, туалетом, краном и небольшим стеллажом для вещей. На котором великодушно висело подготовленное полотенце. Видимо, ему просто стоит принять душ и ждать. Сняв одежду, а после и нижнее белье, Егор встал босыми ногами на холодную плитку и включил воду. Сначала он просто смочил тело водой, а после потянулся к гелю и мочалке. Намылив, а после смыв пену, Линч вдруг понял. А будет ли Лэмбтон его растягивать? Возможно, нет, Егор не знает наверняка. Но лучше сделать это самому, чем остаться вообще без разтяжки. Смочив два пальца правой руки в воде, а левой рукой оперевшись о стеклянную дверцу душа, Линч не спеша потянулся к своему анальному отверстию. Было стыдно, страшно и волнительно. Он никогда до этого не думал, что будет когда-нибудь растягивать себя, а сейчас... Сейчас он медленно водит пальцами по сфинктеру и аккуратно вставляет один палец внутрь. На удивление боли нет, лишь неприятное чувство наполненности. Он делает пробные движения внутрь и наружу, и, не ощутив боли, повторяет. После нескольких таких незамысловатых движений журналист начинает погружать в себя второй палец. В этот раз идёт туже, и он ощущает, как колечко мышц неприятно растягивается. Не больно, просто очень напрягающе. Он точно выдыхает и, погрузив уже два пальца до конца, начинает двигать ими. Постепенно медленный темп перерастает в более быстрый, а томные вздохи превращаются в тихие постанывания. Сейчас пальцы расходятся в манере ножниц, расширяя задний проход и доводя Линча до мелких покалываний в ногах. — Мгх, черт, а это приятнее, чем я думал... — Тихо признает Егор, а после вынимает из себя пальцы. Выходит из душа, моет руки и обтирается полотенцем, завязывая его на бёдрах. Время идти. Выйдя из ванной комнаты, перед глазами предстает сам Генри Лэмбтон. Сейчас он просто сидит на кровати и что-то печатает в телефоне. Но как только замечает появление человека в комнате, откладывает гаджет. — Ещё не передумали? — Интересуется Генри, осматривая практически нагое тело напротив, что неуютно сжалось. — Нет. — Твёрдо отвечает Линч, но по лицу видно, он сомневается. — Хорошо, тогда присаживайтесь, — хлопает Лэмбтон по месту рядом с ним, и Линч послушно подходит и садится. — Давайте обсудим кое-какие детали. Во-первых, вы будете меня слушаться во всём и делать всё, что я скажу. Во-вторых, если что-то хотите — просите. У вас есть ответные требования? — Да. Во-первых, никаких укусов и удушья. Во-вторых, будет стоп-слово, например, «кот», если я его говорю, вы должны остановиться. В-третьих, об этой ночи никто и никогда не узнает. — Хорошо, я согласен. Тогда начнём? — Кивнул Лэмбтон и посмотрел в зелёные глаза напротив. — Да. — Ответил Линч и аккуратно залез на двухспальную кровать полностью. Генри аккуратно взял его за подбородок и притянул к себе. Он надавил на чужую челюсть, давая понять, что нужно приоткрыть рот, а когда его просьба была выполнена, коснулся чужих губ. Сначала он прошёлся языком по ряду зубов, а после потянулся к чужому языку, слегка поглаживая его в поцелуе и залазя под него. Сейчас Линч просто сидел и послушно делал то, что говорил Лэмбтон, открыл рот и начал аккуратно соприкасаться своим языком с чужим, тем самым сплетая их в неком танце. Тихие причмокивания, блуждания рук по чужому торсу и негромкие постанывания журналиста в поцелуй, пока его тело оглаживают, доносились до ушей Лэмбтона. Он аккуратно отталкивает от себя Линча, кидая его на кровать, а после садится между его ног. Тянется к шее и нежно целует. Поцелуй за поцелуем, он спускается всё ниже. Доходит до чужой подтянутой груди и, взяв один сосок между пальцев, слегка оттягивает, получая в ответ мелкую дрожь. Он наклоняется ближе и слегка смазывает чужой ареол своим языком, после беря его меж зубов и аккуратно оттягивая. На это действие Егор лишь слегка дрогнул, а после посмотрел на Лэмбтона просящим взглядом. — Мистер Линч, я не умею читать мысли. — Мх, Лэмбтон пожалуйста не трогайте мою грудь. — Вы молодец, что попросили, но я вынужден отказать, сегодня я главный. — Ухмыльнулся Генри и вновь потянулся губами к чужой груди. Целуя каждый сосок по отдельности и теребя их пальцами, он чувствовал, как те набухают, а сам Егор нервно покусывает губы. — Можете не сдерживаться, мы одни на втором этаже. — Заверяет его Генри и вновь припадает губами к ареолам. Слегка покусывает, оттягивает и, кажется, хочет их оторвать. Линч же ничего не может сказать, просто ёрзает на постели, кусает губы, томно дышит и тихо постанывает. Ему хочется поскорее закончить это унижение. Но Лэмбтон будто назло тянет момент и играет с его слабым местом. Еще один тихий стон от Егора, и Лэмбтон наконец-то отстаёт от чужой груди, смотрит в чужое лицо сверху, а после выпрямляется. — Линч, я хочу, чтобы вы мне отсосали. — Что..? — Удивлённо спросил Егор. — Я хочу чтоб вы сделали мне минет. — Повторил словно ни в чём не бывало Генри. — Но я не умею, — возразил Егор, что готов был сгореть со стыда. — У меня не получится. — Ничего страшного, я не придирчив, а теперь за дело. Линч неспеша садится на пол у ног Лэмбтона, а после смущенно смотрит в серые глаза. — Мистер Линч, можете приступать. — Произнес Генри и оперся на руки за своей спиной, давая Линчу право делать всё так, как он сам того захочет. Егор, смотря на это действие, сглатывает вязкую слюну и тянется к поясу чужого халата. Аккуратно развязывает его, а после отодвигает халат, тем самым открывая вид на чужой половой орган. Член был весьма внушительных размеров, но вял. Поэтому Егор нерешительно взял его в руки и стал неспеша водить руками вверх-вниз. Подрочив немного руками и встретившись с оценивающим взглядом Лэмбтона сверху, Линч наклонился к чужому члену и лизнул головку. Он провел языком от головки до основания члена, а после обратно. Взял головку в рот и начал неспеша двигать головой. Посасывая начало, он поглаживал и надрачивал основание, обхватывая весь орган. Голова опускается ниже, и он уже взял больше половины. Тихо кряхтя и двигая головой, Линч насаживается дальше. Все это время Лэмбтон просто смотрел на Егора сверху, гладя его по голове. Но когда парень всё же взял член полностью, слегка сжал его волосы и толкнулся в чужой рот самостоятельно. — Вам придётся потерпеть, мистер Линч, надеюсь, у вас нет рвотного рефлекса. — Произнёс Генри, а после, взяв Линча за волосы, начал самостоятельно набирать нужный ему темп. В данный момент его мало беспокоило состояние Линча, поэтому он с силой толкался в чужое горло, пока не кончил. Кончил, но не вытащил член, пока не почувствовал, как Егор проглотил всю сперму. Как только чужой орган покинул горло, Линч с жадностью стал глотать воздух и со слезами на глазах кашлять. Казалось, ещё немного, и он бы задохнулся. Теперь горло болело, было тошно, а ведь они ещё не перешли к главному. — Правильно, мистер Линч, глотайте, — погладил журналиста по волосам Генри. — Теперь поднимайтесь и ложитесь на кровать. Немного отдышавшись и встав, Линч выполнил указание Лэмбтона, он послушно лёг на кровать в ожидании того, что же будет дальше. — Будьте добры раздвинуть ноги. — Спокойно произнёс Лэмбтон, а когда просьба была выполнена, сел меж чужих бёдер. — Это ваш первый опыт с мужчиной? — Да. — немного стесняясь своего положения, ответил Егор. — Замечательно, — кивнул Лэмбтон и потянулся к тумбочке рядом с кроватью. Мгновение, и в руке Генри появляется серый тюбик смазки. Лэмбтон выдавил из тюбика приличное количество смазки и поднёс пальцы ко входу. Лёгкая прохлада заставила тело Линча покрыться мурашками, а мышцы напрячься, но Лэмбтон всё-таки вставил два пальца, смазывая узкие стенки скользкой и вязкой жидкостью. Пальцы проникали глубже, двигаясь то на манер ножниц, то просто вперёд-назад, а принимающий упрямо пытался подавить стоны. Он чувствовал, как сжимает чужие пальцы, как они чувствуют сопротивление в этот момент. Лэмбтон наблюдал, наблюдал за реакцией Линча, за его жестами и эмоциями. Наблюдал за тем, как журналист пытается быть тише, как он напряжённо сжимается, а после кусает губы. Генри проводит рукой по его животу, поднимается выше, касается шеи, а после щеки. Он касается его почти невесомо. Проводит по щеке журналиста, а сам продолжает двигать пальцами. Наклоняется к нему, лицом к лицу и касается чужих губ. Оставляет такой же легкий, как и касания, поцелуй, а после сразу отстраняется. Вновь гладит Линча по румяной щеке, а после опускает руку ниже, проводит по груди, задевает чувствительные ареолы и кладёт руку на живот. Гладит, массирует и продолжает двигать уже тремя пальцами. Журналист лишь томно вздыхает – ни звука больше. Хочется исчезнуть, сейчас он нагой и открытый. Он никогда не был так открыт перед кем-то. И даже не планировал вступать в подобную близость. Но всё было решено без него. Лэмбтон достаёт свои пальцы, вытирает их о простынь и тянется к презервативам. Открывает один, раскатывает и надевает. Обильно смазывает смазкой и подставляет свой половой орган к чужому анальному отверстию. — Мистер Линч, вы готовы? — Озорной взгляд, что готов раздеть и так нагую жертву, смотрит прямо в душу, будто говоря: «Выбора нет». — Да, я готов, — На выдохе отвечает Линч, а после зажмуривает глаза, готовясь к неприятным ощущениям. Лэмбтон делает легкий толчок, головка входит внутрь. Секунда. Он вновь смотрит на лицо журналиста. Двигается дальше маленькими толчками, придерживая Линча за бедра, Лэмбтон входит наполовину. Егор мелко дрожит, громко дышит, а в уголках глаз скопилась влага. Он смотрит на Генри в ожидании, смотрит и молчит. — Мистер Линч, всё в порядке? Вы весь сжались. — Да, — Кивает ему Егор и пытается расслабиться, ему нужно расслабиться, а не то Джону может стать хуже. — Хорошо, тогда я продолжу. Озвучив это, Лэмбтон делает один резкий толчок и входит до конца.  От такого резкого вмешательства у Линча заискрили искры в глазах, а по ногам пробежала дрожь, рука, которая держалась за кровать, ослабла. Громкий и томный возглас разнёсся по комнате. Некоторое время он задыхался от странного чувства. Однако это чувство быстро сменилось чувством абсолютной наполненности – чувством отвращения. Лэмбтон делает ещё один резкий толчок, выходя и входя, не давая Линчу перевести дух. Снова выбивая весь воздух из лёгких и заставляя ноги подрагивать. — Погоди, блядь, не двигайся! Но в этот раз его проигнорировали. Движение повторилось, поэтому нижний не выдержал и ухватился второй рукой за изголовье кровати. Через пелену в глазах Егор заметил, что у него самого стоит. Неужели ему понравилось то, что с ним сделал Лэмбтон? Внезапно толчки стали чаще, заставляя Линча постепенно терять все мысли. Все движения придерживались точного ритма, все они были одинаковыми между собой, словно Генри рассчитывал каждое движение. Он вновь тянется к вздымающейся груди, сжимает и оттягивает чужой сосок. Линч краснел от возбуждения, кричал, сжимал простынь, а ощутив прикосновение на сосках, открыл рот в немом стоне, прогибаясь в спине. Он не знал, что ему делать: подставлять грудь под руки или задницу под член? Внезапный поцелуй в шею привёл его в порядок, возвращая к настоящему. Лэмбтон совершенно не щадил его, грубо, резко и быстро вбиваясь в поддатливое тело, которое то и дело иногда сжимало его изнутри. Это было неприятно и мешало двигаться, поэтому Генри шлёпнул журналиста по ягодице. От этого он вновь вскрикнул, чувствуя, как горло начинает жечь. Ему кажется, что вот-вот и голос сорвётся, охрипнет, но парень всё равно продолжает кричать и срывать голос от удовольствия. Линч не знал, что всё это время Генри наблюдал за его телом. Когда Егор уже готов был кончить только от движений внутри и прикосновений к груди, тот немедленно сжал чужой член и закрыл пути сперме. — Что ты делаешь?! — вскрикнул Линч, наклонив голову, и ухватился рукой за чужую руку, которая как раз-таки сжимала его половой орган. — Вы слишком быстро кончаете, мистер Линч. Вам ещё рано, — низкий и хриплый голос раздался над ухом, заставив вновь ощутить мурашки и услышать тихий звон в ушах. — Но если вы будете слёзно умолять меня... Даже не дав тому договорить, Линч выругался, ведь сразу понял, что тому нужно. — Прошу тебя, Лэмбтон, дай мне кончить. Пожалуйста! Хватит. Не сжимай так, — он никогда не думал, что когда-либо скажет что-то подобное. Но Лэмбтон слушает его, отпускает и позволяет излиться самому себе на живот. А после делает ещё пару резких толчков и сам кончает в презерватив. Он выходит из Линча, снимает и выкидывает использованный контрацептив куда-то на пол, надевая новый. Линч смотрит на него с непониманием и вопросом в глазах. — Какого? Я думал, мы закончили... — Тихо проговаривает он и отползает немного дальше. — Мистер Линч, это только начало, у нас вся ночь впереди, — надев новый презерватив, ответил Генри. — Вы же не думали, что я так просто вас отпущу. А теперь вставайте и подходите к стенке. Встав вслед за Лэмбтоном, Егор выполнил его приказ. Он оперся руками о стену и придвинулся к Генри спиной. — Хорошо, а теперь будьте хорошим мальчиком, постарайтесь рано не кончать. Он вновь входит в чужое тело, держит его за бедра и тянет на себя. Начинает двигаться. Сразу резко и быстро. Выбивая стоны и хрипы из Линча... Это продолжалось несколько часов. Он продолжал брать его в разных углах, стоя, сидя, лёжа. Словно ненасытный и дикий. В конце стало настолько мерзко и плохо, что Линч был готов уже умереть. Лишь бы это закончилось. Но это не кончалось. Не кончалось до тех пор, пока в комнату не постучали. В этот момент Линч сидел верхом на Генри в позе наездника. — Входите! — крикнул Лэмбтон, продолжая насаживать Егора на себя. В комнату сразу же входит охранник, он смотрит прямо в спину Линчу, а после стыдливо отводит взгляд в сторону. — Мистер Лэмбтон, тот парень, которого мы вчера взяли, очнулся, он начал буянить, нам пришлось его ещё раз вырубить. — Хорошо, я понял, можешь быть свободен, — не обращая ни на что внимание, ответил Лэмбтон. Охранник послушно покинул комнату, напоследок с жалостью посмотрев на Егора. Этот парень пришёл ещё вчера ночью и до этого утра не покидал комнату. Когда они вновь остались одни, Линч делает свои последние движения верхом и с хрипом кончает. — Лэмбтон, пожалуйста, я больше не могу, — слёзно говорит Линч. — Хорошо, мистер Линч, я вас понял. — ответил Генри, сделал ещё несколько толчков и излился прямиком в Егора. Последний раз, без презерватива. Он снял с себя чужую тушу, положил его на постель и наблюдал за тем, как из журналиста медленно вытекает семя. Сейчас они оба были ужасно измотаны, всю ночь в разных позах, казалось, что каждый раз последний. — Мистер Линч, ваш друг на первом этаже возле лифта, можете идти, — коротко бросил Лэмбтон и, надев свой халат, отправился на выход из комнаты. — У вас 15 минут, позже попрошу вас обоих покинуть мой дом. Линч на ватных ногах поднимается с кровати, кивает Генри и идёт собирать свои вещи. Они валяются по всей комнате, но время не ждёт. Он поспешно одевается и спешит вниз. Видит лифт и открытую дверь в комнату рядом. Кладовка. Он вбегает внутрь. Джон. Джон лежит без сознания, связанный и растрёпанный. Линч бросается к другу и начинает его трясти. Он начинает приходить в себя. Слёзы наворачиваются на глазах... *** — Линч, почему этот мудак похитил меня? И что ты там делал? — возмущённо спрашивает Джон, махая руками. — Не важно, Джон, неважно. — Спокойно отвечает Линч.