Осень по-японски

После прекрасного вечера в кафе они решили пойти к Шууе домой — сам рыжик пригласил. Придя туда, Алекс уже почти по-хозяйски снял уличную одежду и прошёл в комнату. Там он заметил на столе лист бумаги, на котором красным маркером по-японски было выведено: "Watashi wa Arekkusu ga daisuki." (Я люблю Алекса.) Шууя был в ванной, так что Алекс, недолго думая, взял тот же маркер и приписал снизу: "Sore wa soutou da." (И это взаимно.) Он аккуратно вернул лист на место и опустился в оранжевое кресло-мешок. В этот момент в комнату вошёл Шууя. "Слушай", — сказал он, чуть потупив взгляд, — "Я тут подумал... Ты давно не был у меня на ночёвке, а я в последнее время так хотел... ну, знаешь... заснуть с тобой в обнимку. А сегодня такой прекрасный день для этого. Может, останешься на ночь?" Конечно же, увидев это милое, смущённое личико с розовыми щёчками, Алекс не смог отказать. Он быстро достал телефон, набрал матери короткое сообщение: "Я сегодня ночую у Шууи." ...и включил режим «не беспокоить», убрав устройство в карман. Парень встал с кресла, подошёл к своему рыжику и крепко обнял его. Сжав чуть сильнее, наклонился к его уху и прошептал: "Знаешь... Я влюбился в тебя в первый день, как ты пришёл в наш класс. Эти чувства гложили меня, рвались наружу. Я каждую ночь засыпал с мыслью о тебе. О твоей улыбке, глазах, голосе... Сегодня — лучший день в моей жизни. Я люблю тебя, Югири Шууя. Всем сердцем". Голос его был мягким, но с такой уверенностью, что Шууя ни на секунду не усомнился в его словах. Он лишь обнял в ответ, прижавшись крепче. "Ты тоже запал мне в душу в тот самый день", — прошептал он. — "Твой взгляд пронзил меня до глубины. А голос... До сих пор слов нет. Я хочу слышать его каждый день", - Шууя поднял голову, глядя в любимые глаза, — "Я тоже люблю тебя, Алекс. Эм… А какая у тебя фамилия?" "Уже хочешь примерить её на себе? Решить, брать ли при браке?" — усмехнулся Алекс в своей привычной манере, — "Балсен. Я Алекс Балсен". "О-ого… Балсен… Звучит очень красиво. Кхм… Я тоже люблю тебя, Алекс Балсен. Всем сердцем", — закончил рыжик, — "А теперь ты поцелуешь меня как подобает?" "А не рано? Нам лишь по пятнадцать. Ты уверен, что хочешь так рано лишиться своего первого поцелуя?" — чуть смутился Алекс. "Слушай, я доверяю тебе больше, чем кому-либо во вселенной. Dakara damatte watashi ni kisushite". (Поэтому заткнись и поцелуй меня.) Дерзко и нагло. Алекс удивился такому повороту, но не посмел ослушаться. Он медленно наклонился, провёл пальцами по щеке Шууи, и их губы осторожно соприкоснулись. Шууя замер. Сердце билось, как барабан. Поцелуй был чуть неуклюжим, неуверенным — с лёгким смешком между ними. Но в этом неловком движении было всё: волнение, нежность, счастье. Когда Алекс отстранился, Шууя моментально спрятал лицо в ладонях. "Baka..." — пробормотал он сквозь пальцы, но на губах уже расцвела улыбка. Алекс тихо рассмеялся и снова прижал его к себе, - Спасибо тебе", — прошептал Шууя, — "Я мечтал об этом. Ты сделал меня счастливым… Это и правда лучший день в жизни". "Я тоже счастлив, милый. Спасибо, что пришёл в наш класс". И в этот момент — объятые друг другом, с горящими щеками, сбившимся дыханием и бьющимися в унисон сердцами — они оба знали: с этого дня всё только начинается.