Осень по-японски

Алекс всегда считал своего Шуую скромным и стеснительным. В принципе, он любил это качество в нём, хоть сам и был отпетым бунтарём. Но однажды, когда он в очередной раз приставал к рыжику прямо на уроке, пытаясь доказать всем, что их мнение не важно, Шууя затаил тихую обиду. Спустя время Алекс начал замечать пропажу вещей. Мелких, но важных: носков, футболок, экспандеров. Списывая это на свою рассеянность, он не придавал значения... Пока Шууя не начал вести себя странно. Теперь уже рыжик пристально смотрел на него через класс, шептал двусмысленности на ухо - иногда по-японски, нарочито громко - и касался так, что у Алекса перехватывало дыхание. Всё это довело брюнета до точки, и однажды, вернувшись домой, он усадил Шую на кровать: "Так, Югири Шууя. Объясни. Что происходит?", - Его голос звучал строго. "Почему ты вдруг стал таким... ненасытным? Ты вообще понимаешь, как сложно мне сдерживаться, когда ты так делаешь?" В ответ - лишь лёгкий смешок. И вдруг Шууя обхватил его шею руками, резко притянув к себе в жадном, страстном поцелуе. Алекс попытался сопротивляться, но быстро сдался - эти губы были слишком сладкими. Его руки сами потянулись к стройному телу, но он силой упёр их в матрас. Через несколько минут Алекс с трудом оторвался, тяжело дыша: "Шууя... Нам нужно... поговорить". "Да... Давай. Только дай... перевести дух..." Когда они немного пришли в себя, Алекс продолжил. "Объясни. В последнее время ты ведёшь себя так... непривычно". "Это моя месть", - Шууя улыбнулся игриво. "Ты же постоянно приставал ко мне при всех. Теперь ты понял, каково это?" "Значит... это всё было специально?", — он медленно провёл пальцем по запястью Шууи, чувствуя, как тот вздрагивает, - "Моя скромная рыжая мстя... И сколько ещё ты планировал мучать меня?" Шууя наклонился, чтобы их лбы соприкоснулись. "До тех пор, пока ты не признаешь... что мне удалось смутить тебя первым". Тишина. За окном завывал ветер, а в комнате пахло мятной жвачкой Шууи и кожей Алекса. "Чёрт...", — Алекс вдруг рассмеялся, сжимая его бёдра, - "Ты гений. Ладно, сдаюсь. Но учти...", — он резко перевернул Шуую на спину, пригвоздив к кровати, - "Теперь я объявляю ответную игру. И у меня... больше опыта в провокациях". Шууя задохнулся, но ухмыльнулся: "Попробуй. Я ведь научился у лучшего". За дверью Шуки яростно царапал пол, требуя ужина. Но его никто не слышал — ровно как и тихий стон Шууи, когда Алекс 《случайно》 провёл языком по его шее. "Игра" только начиналась.