Но я хочу этого. Это преступление...

      Когда Морейн проснулась, свет был серым и мягким, а в открытое окно проникал холодный утренний туман.       Какое-то время она не двигалась, просто лежала неподвижно, ощущая медленное дыхание Ланфир у своего плеча. Её запах пропитал смятые простыни и кожу Морейн: едва уловимый аромат духов, свежий воздух, резкий, почти электрический след Саидар, который никогда полностью не исчезал.       Морейн слегка повернула голову. Ланфир крепко спала, её серебристые волосы растрепались по подушке, а одна рука собственнически обнимала Морейн за талию. От этого вида, такого безмятежного и спокойного, что-то глубоко внутри Морейн сжалось.       Они разорвали мир на части ради друг друга. Сожгли всё, что могло их разлучить. А теперь…       Морейн слабо улыбнулась и запустила пальцы в волосы Ланфир. Впервые за целую вечность она не боялась завтрашнего дня.       Медленно и осторожно она повернулась, поцеловала Ланфир в висок и высвободилась. Она быстро оделась, натянув простую дорожную одежду, которую отложила накануне вечером: прочное синее пальто для верховой езды, бриджи, сапоги, размягчившиеся от носки. Никаких атрибутов власти Амерлин не осталось. Эта жизнь осталась в Башне.       Она запахнула плащ и обернулась в последний раз. Ланфир пошевелилась и открыла глаза. При виде Морейн на её губах появилась ленивая, довольная улыбка.       — Ты не уйдёшь без меня, — пробормотала она хриплым ото сна и удовольствия голосом.       Морейн вернулась к кровати и обхватила ее за щёку, проводя большим пальцем по подбородку.       — Никогда.       На то, чтобы собрать их немногочисленные пожитки, ушло всего несколько минут. Никаких нарядных платьев. Никаких регалий Башни. Только самое необходимое: плащи, бурдюки с водой, несколько ценных карт, небольшой кожаный мешочек с письмами, которые Морейн написала и оставила. Инструкции. Предупреждения. Прощания.       Ранд ждал их в дальнем конце коридора, уже одетый в дорожную одежду, с мечом за спиной. Увидев их, он поднял голову. Лицо его было напряжённым, но решительным.       На мгновение Морейн увидела мальчика, которым он был, упрямого, с широко раскрытыми глазами, и мужчину, которым он станет, опасного, блестящего, с ужасной судьбой. Ланфир перекинула рюкзак через плечо и сухо, язвительно улыбнулась Ранду.       –Готов к тому, что все, кого ты встретишь, будут ненавидеть и бояться тебя, маленький пастушок? – Ранд фыркнул себе под нос, но расправил плечи.       — Я готов.       Морейн на мгновение положила руку ему на плечо, чтобы поддержать его. Чтобы поддержать себя.       — Ты не один, — тихо сказала она. — И никогда не будешь один.       Он резко кивнул, и они вместе двинулись по тихим, полутёмным коридорам Башни.       Никаких толп провожающих. Никаких фанфар. Только ветер, стучащий в окна, и шорох их шагов по старому камню.       У больших дверей Морейн остановилась и оглянулась. Позади них возвышалась Белая Башня: гордая, холодная, сверкающая в утреннем свете. Памятник тому, что было и чего больше не будет.       Когда-то она любила это место. В каком-то смысле она всё ещё любила его. Но это место больше не было её домом.       Теперь её дом шёл рядом с ней.       Они вышли навстречу холодному рассвету. Под ними раскинулся город Тар Валон, а крыши окутал туман. Где-то за этими далёкими холмами, за рекой, пустыней и воспоминаниями, лежали Айильские пустоши.       Руидин ждал. Их ждало будущее.       Морейн плотнее укуталась в плащ, вдыхая свежий, чистый воздух. Она подняла взгляд к небу, где облака начали расходиться, пропуская сквозь серую пелену золотые и розовые лучи.       В другой жизни, на другом витке Колеса, она могла бы остаться одна. Могла бы пожертвовать собой, так и не познав той любви, которая пылала в ней сейчас.       Но стеклянные колонны Руидин подарили ей это видение. Они привели её сюда, в этот момент, к этим людям. И что бы ни случилось дальше — война, смерть, возрождение, — она встретит это с полным сердцем и непоколебимой душой.       Морейн искоса взглянула на Ланфир, которая ответила ей кривой понимающей улыбкой. Недолго думая, она протянула руку и переплела свои пальцы с её пальцами.       Они вместе переступили порог, и Белая Башня осталась позади.       В будущее. В самое сердце бури.       В жизнь, которую ей каким-то невероятным образом позволили выбрать.​