Истинные. Младшие

      Несмотря на то, что кровать кинг-сайз уже привезли, Феликс и Хёнджин не спешили на нее переезжать. Их вполне устраивала кровать поменьше, на которой, забыв обо всём, они каждую ночь предавались страсти. Парни не отлипали друг от друга все свободное от Хвановой работы время. Даже когда истинные тусовались вчетвером, эта парочка находилась в своем собственном мире.       Минхо и Джисон относились к подобному поведению с пониманием — каждый из них проходил этап любовной эйфории с истинным, а точнее, с двумя истинными поочередно.       Даже когда настала очередь Минхо развлекать Феликса до начала его курсов, омега мысленно был не с ним, а с Хваном. Впрочем, Ли-старшего такой расклад более чем устраивал, в каком-то смысле он даже боялся, что Ликс начнет до него домогаться и что придется отбиваться.       Джисон, правда, немного обиделся на Хенджина, когда узнал, что тот планирует устроить Феликсу свидание на воздушном шаре. И, пока Ликс был в душе, на всякий случай задал взбучку сразу обоим альфам.       — Вы обещали ходить со мной на свидания по очереди, а в итоге Хенджин организовал для Ликси незабываемый вечер, а мне ничего!       — Прости, Бусинка, — виновато склонил голову Хван. — Обещаю, что в следующий раз мы полетим все вчетвером!       — Ой нет, без меня, пожалуйста, — вмешался Минхо, который до жути боялся высоты.       — Нет, ладно Хенджин, он сейчас весь в Феликсе и душой, и телом. Но, Минни, ты-то чего?       — Булочка, я хотел, чтобы это стало сюрпризом, но, думаю, для тебя будет важнее узнать это сейчас. — Я забронировал для нас ужин на теплоходе в эти выходные.       — Серьезно? — просиял Джисон.       — Конечно серьезно. Могу показать бронь, если не веришь.       — Ой… — теперь Хану стало неловко. — Ладно, прости, что наехал… То есть, пока они будут летать, мы будем плавать по реке?       — Все верно.       — Спасибо! — Джисон накинулся на Минхо с поцелуями.       — Обещаю, как только мозги на место встанут, тут же поведу тебя на свидание! — заявил Хван.       — Лучше бы тебе про это не забыть, — в шутку пригрозил Джисон.       Полёт на воздушном шаре был недешевым удовольствием, но незадолго до этого Хенджина повысили, поэтому он мог себе позволить подобное. Старший администратор их отеля собрал обратную связь о Хване и назначил его исполняющим обязанности начальника смены. И в целом взял под свое кураторство, потому что ему понравился крутой нрав Хвана. Старший администратор думал, что именно такой должен быть у руководителя.       Феликс никогда не летал на воздушном шаре, поэтому был в восторге от этой затеи. Полёты осуществлялись либо на рассвете, либо на закате, и истинные выбрали второй вариант. Воздушных шаров было несколько на разное количество людей, но Феликс и Хенджин были в своей корзине только вдвоем, не считая человека, который управлял воздухоплавающим средством. Возлюбленные летали над полями, лесами и озерами, снимая все на камеру. Все это время с лица Ликса не сходила счастливая улыбка.       Парни переживали, что наверху будет холодно, но оказалось совсем наоборот: из-за того что они летели со скоростью ветра, его дуновение совсем не ощущалось, а вот огонь, нагревающий воздух в шаре, припекал очень даже ощутимо.       Но самым запоминающимся событием стал закат. Когда золотой диск медленно опускался за горизонт, Хенджин подумал, что это идеальный момент для того, чтобы сделать предложение. Но пока что истинные жениться не собирались, а просто обнимались и целовались, наслаждаясь видами и нисколько не стесняясь того, кто управлял шаром.       Оказалось, что поменять направление шара невозможно, можно менять только высоту, подстраиваясь под разные воздушные потоки, поэтому все время путешествия за шарами ехали фургончики и автобус, чтобы после приземления доставить людей и шары обратно на базу. Когда полет закончился, участникам предложили шампанское и легкие закуски, чтобы отметить это волнительное событие. Но Феликс, поморщившись, от алкоголя отказался.       Свидание Минхо и Джисона прошло не менее увлекательно. Они катались на белоснежном теплоходе, с застекленной верхней палубой, где располагались столики и подавали изысканные блюда и напитки, играла живая музыка, и можно было потанцевать, чем истинные и занялись после ужина. Минхо заплатил музыкантам, чтобы они сыграли любимую песню Джисона.       — Спасибо за чудесный вечер, — сказал Хан, кружась в медленном танце.       — И тебе спасибо, любимый, — Минхо прижал истинного ближе к себе и поцеловал. — Я должен был еще раньше устроить тебе свидание.       — Извинения приняты, — хихикнул омега.       Прогулка на теплоходе заняла около трех часов, и под конец парни сидели, укутавшись в плед, и любовались огнями ночного города, по центру которого протекала река.       В следующие выходные истинные вчетвером отправились на автобусную экскурсию по городу, чтобы показать Феликсу достопримечательности.       — Я всю жизнь в этом городе живу и ни разу на подобной экскурсии не был, — признался Минхо.       — А я был, когда в школе учился, — ответил Хан.       — Я, кстати, тоже с радостью посмотрю интересные места города, не только Ликси это полезно, — отозвался Хёнджин.       Феликс в дискуссии не участвовал, потому что во все глаза изучал путеводитель с помощью гугл-переводчика, пытаясь разобраться где что, и в целом у него неплохо получалось. Периодически он радостно тыкал в какую-то достопримечательность, произнося ее название и вызывая волну умиления у истинных.       После автобусного тура парни отправились в гастрономический тур, побывав за вечер сразу в нескольких заведениях. Из солидарности с Феликсом истинные не пили алкоголь, зато объедались все как в последний раз. Из кафе с десертами они практически выкатились, настолько круглыми были их животы.       В целом жизнь шла своим чередом. Феликс начал ходить на курсы, ему было там очень тяжело, но он не жаловался, героически делая домашнее задание. Особенно тяжело было первое время, когда его все еще невероятно тянуло к Хвану. Изначально Хенджин каждый вечер сидел вместе с Ликсом, помогая ему с упражнениями, но Феликса это только отвлекало, и каждое упражнение неизменно заканчивалось поцелуями, поэтому единогласно было решено, что Хван будет тусоваться с Минхо и Джисоном, пока Феликс учится.       Через пару месяцев Хенджин, как и обещал, отвёл Джисона на свидание. Он выбрал для этого события гончарную мастерскую, потому что Хан считал сцену из фильма «Привидение» очень романтичной. Сначала им объяснили, как правильно отрезать глину от большого куска, потом — как сформировать из нее шар, а уже после, как пользоваться гончарным кругом. Хван когда-то давно уже ходил на мастер-класс по гончарному мастерству, поэтому у него получалось очень даже неплохо, а вот бедный Джисон все никак не мог понять принцип работы гончарного круга.       — Давай, я тебе помогу, Бусинка, — предложил Хенджин.       Он сел позади Хана и положил свои ладони поверх его, дыханием щекоча Джисонову шею.       — Вот так, не спеши, — шептал ему на ухо альфа. — У тебя все получится.       Джисон разомлел от таких объяснений, будь они не в публичном месте, он бы уже накинулся на Хенджина с поцелуями.       — Если ты продолжишь, я не то что ничего не слеплю, а вообще забуду, как дышать, — шепотом предупредил омега.       — Я думал, что ты посчитаешь это романтичным.       — В жизни это оказалось еще и чертовски возбуждающе.       — Хорошо, тогда давай дальше сам.       С горем пополам Хан всё же слепил небольшую тарелочку, а у Хенджина получилась очень даже солидная ваза.       Они оставили свои изделия в мастерской, чтобы их обожгли, и через неделю уже забрали готовый результат.       Увидев вазу и тарелку, Минхо заявил, что тоже хочет сходить с Хёнджином в гончарную мастерскую.       — И вообще, у всех были свидания, а у нас с Джинни не было. Я уже молчу про то, что я забыл, когда мы ночевали с ним наедине.       — Ладно, тогда сегодня ваша ночь, — заявил Джисон, а я пойду спать к Феликсу.       — Договорились!       Как назло, именно в этот вечер Минхо написал подчиненный и сообщил, что заболел, поэтому не сможет завтра доделать проект. И Ли пришлось работать полночи, чтобы успеть сдать все в срок.       Наконец-то разделавшись с проектом, Минхо покурил на балконе и пошёл спать. Хван к тому моменту уже задремал:       — Ммм, — недовольно замычал он сквозь сон, когда Ли прижался к нему. — Ну Минхо, ты холодный.       — А ты обними меня, и я согреюсь.       Забавно что-то бубня сонным голосом, Хван начал растирать кожу Ли, чтобы тому побыстрее стало тепло.       — Это не обязательно, — захихикал Минхо.       Хван вдруг резко поднял голову и посмотрел на своего парня — в его взгляде больше не было и намека на сон:       — У меня идея, как можно эффективно погреться, — в глазах загорелся озорной огонек.       — Я думал, ты спишь, — усмехнулся Ли, поняв его намёк.       — Ну не могу же я позволить своему истинному умереть от холода, — игриво проворковал Хенджин.       — Обожаю твою заботливую натуру, — расплылся в довольной улыбке Минхо и, крепко обняв Хвана, перевернул его, уложив себе на живот.       Хенджин тут же его поцеловал.       — Хочешь, чтобы я тебя трахнул? — ласково шепнул Ли.       — Угу, — задумчиво кивнул Хван. — Так ты сможешь погреться и внутри меня тоже, — его губы растянулись в шаловливой улыбке.       — Иди ко мне, — Минхо притянул его к себе и страстно поцеловал.

***

      Хан, как и планировал, уволился и полностью посвятил себя домашним делам. Он кайфовал от того, что теперь можно было никуда не спешить и в своем темпе, неспешно заниматься готовкой, стиркой, уборкой и прочими вещами. Когда Феликс приходил с курсов пораньше, он активно помогал старшему омеге, из-за чего парни сблизились еще сильнее. Особенно Джисону нравилось, когда Ликс делал ему массаж после тяжелой физической нагрузки, типа уборки всей квартиры сразу — Хан не любил бросать начатое на полпути.       Но их отношения вышли на новый уровень, когда у Ликса на курсах начались каникулы и омеги все будние дни проводили вместе.       Любвеобильный Феликс обожал целовать щеки всех своих истинных, и они с радостью целовали его в ответ, даже Минхо — все любили тискать и обнимать младшего омегу. Поэтому, не было ничего необычного, когда, разделавшись с приготовлением ужина, Ликс и Хан возились на диване в гостиной. Феликс завалился на Джисона и с энтузиазмом покрывал все его лицо поцелуями, а Хан на это радостно улыбался, в шутку пытаясь уворачиваться. Из-за того, что Джисон крутил головой, Феликс промазал мимо щеки и поцеловал его прямо в губы. Парни сначала рассмеялись, но потом Ликс уже осознанно потянулся к губам Хана. В этот момент что-то между ними поменялось. Джисон прикрыл глаза и замер. Ликс мягко поцеловал сначала один уголок его губ, потом другой, а после так же по очереди поцеловал каждую губу. Хан почувствовал, как по его телу побежали приятные мурашки, и приоткрыл рот, позволяя неизбежному случиться. Феликс осторожно просунул расслабленный язык между губ Джисона и натолкнулся на язык Хана. Оба ощутили трепет и желание чего-то большего. Джисон осмелел и начал целовать в ответ. С каждым движением губ поцелуй становился все более уверенным и решительным. Парни крепко прижались друг к другу и сплели ноги между собой, чувствуя нарастающее возбуждение. Однако их прервал звонок Хенджина, который спросил, нужно ли что-то купить в магазине, и сообщил, что скоро уже будет дома. Джисон встал и пошел проверять, осталось ли у них молоко, а когда вернулся, Феликс уже залипал в телефоне. Парни просто смущенно улыбнулись друг другу, никак не прокомментировав то, что сейчас между ними произошло. Весь вечер они тоже общались как ни в чем не бывало и даже спали на общей огромной кровати лицом друг к другу, как они часто это делали в последнее время, а альфы спали с краю, обнимая своих омег. Но как только утром за Минхо и Хенджином захлопнулась входная дверь, Феликс и Хан покидали в раковину посуду, которую мыли, и набросились друг на друга с поцелуями так, словно только об этом всегда и мечтали. — Люблю тебя, люблю, — широко улыбался Феликс между поцелуями. — И я тебя люблю, мой сладкий мальчик!       Парни сами не поняли, как снова оказались валяющимися на диване в гостиной. Ликс так разошелся, что начал покрывать шею Джисона поцелуями.       — Погоди, погоди, что ты делаешь? — смутился старший омега.       — Прости, я думать ты тоже этого хотеть.       — Хотеть чего?       — Делать секс, — просиял Феликс без капли смущения. — Ты говорить, что люблю меня, да?       — Ну да-а-а.       — Мы целоваться в губы?       — Да.       — Почему не дальше?       — Ну-у-у, не знаю. Мы оба омеги. Как ты себе это представляешь?       — Но у нас же есть член, — справедливо заметил младший.       Хан покраснел:       — А кто кого будет?.. Просто я никогда не это… Не был в активной роли.       — А хочешь быть?       Глаза Джисона загорелись озорным огнём — он хотел, ему действительно стало любопытно узнать, как это ощущается, когда твой член находится внутри того, кого ты любишь. Должно быть офигенно.       — Хочу! — решительно выдохнул Хан.       — А потом, если захочешь, можем поменяться!       — Договорились, — на этот раз просиял уже Джисон.       «Ну, а что такого? Их альфы занимались друг с другом сексом, а чем они с Феликсом хуже, ну и что, что они оба омеги, они же любят друг друга, так почему бы и да», — думал Хан.       Футболки и штаны стремительно полетели на пол, вслед за ними — нижнее белье. Оставшись совершенно голыми, омеги принялись страстно ласкать друг друга.       — Только тут не надо, — признался Ликс, когда губы Хана достигли его сосков. — Тут ничего не чувствую.       — Оу! Да? Хорошо, а где лучше?       — Вот тут, — Феликс указал на участок за ухом, и губы Хана тут же оказались там.       Ликс сладко застонал, подставляя эрогенные зоны под поцелуи: уши, шею, ключицы.       Резко перевернув Джисона, Феликс впился губами в его соски — Хан томно застонал:       — Ах, еще! Да, вот так! Да!       Губы Феликса скользнули по животу и оказались на возбужденном члене Джисона.       — Ммм, детка, — только и смог сказать тот, когда рука младшего крепко обхватила его пенис.       За рукой последовали губы и язык. Ликс страстно целовал, сосал и облизывал член Хана, словно он был самой вкусной конфеткой. Аромат ванили и сахарного сиропа усиливал это впечатление.       Феликс сполз с дивана и добрался губами до дырочки возлюбленного.       — Ах, Ликси, погоди, погоди. Я не хочу пока кончать. Иди ко мне. Я хочу кое-что что попробовать.       — Что?       — Садись мне на лицо.       — Оу, — смутился Феликс.       — Вы с Джинни так не делали?       — Пару раз делали.       — Ну вот, а я никогда никому не отлизывал, так что иди скорее ко мне.       Младший послушно сделал, что ему сказали, чувствуя как от смущения начали пылать уши. Одно дело Хенджин, с которым они уже много чего попробовали, а другое дело Хани, с которым все было в первый раз.       Джисон осторожно лизнул сочащуюся смазкой дырочку Феликса, пробуя его на вкус, и остался доволен. Он погрузил язык внутрь, а рукой дотянулся до члена младшего, активно ему надрачивая.       — Ах, Хани, да, да, еще! — стонал Ликс, откинув голову назад. — Да мой хороший, мой любимый, омеженька мой.       Дырочка Феликса оказалась очень приятной на ощупь: нежная, гладкая. Джисон с упоением скользил по ней языком в разные стороны, мыча от удовольствия, а потом заменил язык пальцами, пытаясь нащупать простату. По громкому стону Феликса Хан понял, что ему это удалось.       — Возьми меня, — развратно выдохнул Феликс. — Я хотеть тебя внутри.       Хан решительно подвинул Ликса ниже, так что тот оказался ровно на его промежности, и направил максимально возбужденный член в его дырочку.       — Готов?       — Да, пожалуйста, — взмолился младший.       Джисон, забыв обо всём, сразу вошёл на всю длину и замер — ощущения были какие-то нереальные, ни на что не похожие. Наконец он начал двигаться, вышибая из Феликса развратные стоны. Ягодицы Ликса пошло шлепали о пах старшего омеги. Оба стонали от наслаждения.       — Еще, еще! — молил младший, чувствуя, как пенис раз за разом задевает простату.       Джисон тоже был на пике наслаждения, внутри Ликса было так хорошо, тепло и влажно, что голова кружилась.       Феликс кончил первым. Еще пару раз подпрыгнув на члене, он сполз с дивана, встав коленями на пол, и принялся отсасывать Хану, помогая тому дойти до пика, через несколько минут тёплая сперма брызнула ему на язык, ее было так много, что она не поместилась в маленьком ротике омеги и начала стекать по его губам на подбородок и капать ему на грудь. Ликс облизнулся, собрал семя рукой и облизал ладонь, глядя прямо в глаза Джисону. Старший зажмурился — это было слишком горячо. Он даже представить не мог, что их маленький омега окажется таким страстным в постели, но ему определенно это понравилось.       После секса они лежали голые в обнимку, и Джисон вдруг вспомнил, как Феликс обращался к нему в процессе.       — Ты назвал меня омеженькой, — ему было забавно слышать такое от другого омеги. — Это тебя так Хенджин во время секса называет? — догадался Хан.       — Да. Тебе нельзя так называть? Тебе не нравится? — испугался Ли.       — Нравится, — погладил его по голове Хан. — Всё хорошо, можешь и дальше так меня называть. Это мило.       — Мой омеженька… — протянул Ликс и чмокнул Джисона в губы.