Истинные. Младшие

      Несколько ночей подряд Феликс в открытую уходил гулять с Чонином, в то время как остальные истинные ложились спать.       Наконец Минхо не выдержал. Он отловил Ликса на пути к Яну и заманил в одну из комнат на втором этаже.       — Ты что-то хотел сказать? — расплылся в наивной улыбке омега.       — Да, — Минхо подошел вплотную и прошептал: — Хотел сказать, что чертовски соскучился по твоему запаху, — он поцеловал младшего в шею, и у того по телу побежали мурашки. — По твоей нежной коже, — еще поцелуй, на этот раз более откровенный, — по твоим сладким губам, — губы Минхо накрыли Феликсовы, и тот от возбуждения забыл куда шёл.       Ликс жадно ответил на страстный поцелуй, его руки обвились вокруг рельефного торса истинного и притянули того еще ближе к себе:       — Я тоже соскучился, любимый, — прошептал Ликс.       Минхо подхватил парня на руки и осторожно положил на постель. Сев сверху, он принялся раздевать Феликса, зацеловывая оголившиеся части тела.       — Мой хороший, мой сладкий, — приговаривал альфа, окутывая возлюбленного своим кофейным ароматом.       — Ах, — сознание омеги поплыло от удовольствия.       До Чонина Ликс в ту ночь так и не дошел. Они с Минхо так страстно и долго предавались любви, что под конец попросту отрубились и забылись крепким сном. Минхо только успел написать сообщение Джисону, что они с Феликсом сегодня спят наверху. Но в целом это было не обязательно, потому что весь дом слышал их сладкие стоны. Особенно хорошо их было слышно Яну, который жил через комнату.       Сначала Чонин не понял, кто издает эти звуки, но когда настала ночь, а Феликс все не приходил, бета начал догадываться. И чем больше он об этом думал, чем сильнее ждал, что омега вот-вот придет, тем сильнее сгорал от ревности. Прождав напрасно полночи, он лег спать в расстроенных чувствах. Он до конца не мог ответить себе на вопрос, почему его так бесит, что Феликс променял прогулку с ним на секс с кем-то из истинных. Хотя они даже не договорились, что в ту ночь обязательно куда-то пойдут. Просто Ликс всегда приходил, и Чонин уже привык к этому и начал воспринимать как должное. Ян не понимал, бесится ли он от ревности, хотя он бы никогда не подумал, что ревнивый, или от зависти, что тоже было странно, ведь Чонин считал себя асексуалом, следовательно, странно было завидовать чьему-то сексу. Ну целовался Феликс с ним каждую их прогулку, но это же не повод теперь рассчитывать на эксклюзивные отношения, особенно, когда истинных полный дом.       На следующую ночь Феликс пришел, как ни в чем не бывало.       — Хани хочет тоже погулять с нами, — заявил он чуть ли не с порога.       — Зачем?       — Наверное, хочет узнать тебя поближе.       — Я не уверен, что тоже хочу этого.       — Ну ты чего-о-о, — Ликс сделал милую рожицу, — Хани очень хороший, честно.       — Сначала он, потом еще кто-то. А потом мы будем всей семьей таскаться гулять, ёпта?       — А что в этом плохого?       — Я не хочу потом выслушивать от них нравоучения о том, что курить вредно и все в этом духе.       — Я возьму с него обещание, что никаких нравоучений. Ну один раз, ну пожалуйста.       — Я не пойму, тебе с кем интересно тусоваться со мной или с Ханом?       — С тобой. И с Ханом.       — А мне интересно тусоваться только с тобой! Ясно?       — А со мной без Хана тусоваться нельзя, ясно?       — Ну тогда тусуйтесь с Ханом без меня, — отрезал Чонин.       — Ты сейчас серьезно?       — Да!       — Ну и ладно, ну и пойдем гулять без тебя, — фыркнул Ликс и, насупившись, вышел из комнаты.       — Хани, прости, но Чонин, не захотел идти с нами. Так что пойдем вдвоем!       — Я вас вдвоем ночью не отпущу, не хватало еще, чтобы на вас опять напали. Вам прошлого раза не хватило? — нахмурился Минхо.       — Тогда пойдем с нами, будешь нас охранять, тем более завтра выходной!       — Я устал, у меня была тяжелая неделя, — заскулил Минхо.       — Хорошо, я с ними схожу, — вызвался Хенджин.       — Правда? — просиял Феликс и накинулся на Хвана с объятиями.       — Да, сейчас только переоденусь и пойдем.       — Я возьму с собой сосиски и хлеб — пожарим их на мангале, — сказал Джисон.       — Мы пойдем гулять с мангалом?       — А почему нет? Найдем какую-нибудь живописную полянку и устроим там пикник под звездами!       — У меня уже слюнки потекли! — засмеялся Феликс. — Минни, ты точно не хочешь с нами.       — Не, в другой раз.       Феликс специально повел истинных в сторону гаража Чонина, на случай, если тот передумает и захочет к ним присоединиться. Рядом с гаражом как раз была лужайка. Парни вкопали там мангал и развели огонь. Ночь выдалась прохладной, поэтому тепло от огня пришлось как раз кстати.       Тем временем Чонин в гордом одиночестве сидел на крыше их дома, курил и пил пиво. Как вдруг на крыше нарисовался Минхо.       — Ты чего тут делаешь? — встрепенулся младший.       — Да вот пришел проверить, кто по крыше топчется, — подсаживаясь, ответил Ли.       — Сорян, я старался не шуметь.       — Угостишь сигареткой? — хитро прищурился альфа.       — Ты же не куришь, — удивился Чонин.       — Я бросил ради Ликси, но раз он теперь сам курит, то какой смысл мне отказывать себе в удовольствии.       — Хе, ну держи, хули нет, — Ян протянул истинному пачку.       — Спасибо, — тот неторопливо затянулся, наслаждаясь забытыми ощущениями.       — Не думал, что ты когда-либо курил. Ты выглядишь таким… Правильным.       — Я? Правильным? Да я главный косячник в этой семье.       — В каком смысле.       — Ох…       — Если не хочешь, можешь не рассказывать, не то чтобы мне было интересно.       — Ишь ты какой, ладно, расскажу, — тяжело вздохнул старший. — До того как ты появился в семье, я много дров успел наломать. Сначала я отказывался принимать Хенджина и поставил Хани ультиматум: либо я, либо Джинни.       — Ого. И кого он выбрал?       — Не меня, аха-ха, — смущенно засмеялся Минхо.       — Оу…       — А потом мы вроде как помирились, и Джинни начал жить с нами.       — А Феликс?       — Это было еще до Ликса.       — А-а-а.       — В общем, он начал жить с нами и всячески проявлять ко мне интерес, а я хотел, чтобы он отстал от меня.       — И что ты сделал?       — Ты точно готов это услышать?       — Ты его избил, что ли?       — Хуже.       — Выгнал из дома.       — Нет.       — Да говори уже, заебал!       — Я трахнул его так жестко, что все ему там порвал.       Чонин болезненно сморщился.       — Я предупреждал, — развел руками Минхо.       — Ну ты и мудак, — Ян смотрел на Ли как на врага народа. «Типичный альфа», — добавил он про себя.       — Я знаю. Поэтому и сказал, что я главный косячник в семье.       — А еще ты с Феликсом сбежал, да? Мне Веснушка рассказывал.       — Да, — Минхо пристыженно втянул голову в плечи. — Но я все это творил на фоне гормонального сбоя. Теперь я пролечился и больше такой хуйни не делаю.       — Да уж, мне до тебя далеко. Я-то просто школу прогуливаю и на скутере гоняю, — заржал Чонин.       — На скутере? У тебя есть скутер?       — Не важно, сделаем вид, что я этого не говорил.       — Я тоже в твоем возрасте бунтовал: прогуливал, бухал с друзьями, снимал омег на ночь. Только мой бунт был против родителей. А против кого бунтуешь ты?       — Да блять, так и знал, что начнутся нравоучения. Вы, старшие, без них просто не можете!       — Мне-то, если честно, похуй, живи как хочешь, но я вижу как тянутся к тебе остальные, и мне обидно, что ты их отталкиваешь, — Минхо докурил и затушил сигарету.       — Не всех.       — Да, я знаю, у тебя с Феликсом все на мази.       — Мне пора, — вдруг засобирался Чонин.       — Куда?       — Надо сходить по делам, пока! — Ян торопливо спустился по лесенке и пошел к калитке.       — Пока, — озадаченно помахал ему вслед Минхо, не понимая, что он сказал не так.       Чонину не хотелось, чтобы кто-то лез в его отношения с Ликсом, это был его первый подобный опыт, и он был для него почти сакральным. А тем более ему не хотелось, чтобы в их отношения лез кто-то типа Минхо, даже если верить его словам, что он изменился. В тревожных мыслях Ян почти добрался до гаража, как вдруг остолбенел — совсем рядом с его тайным местом истинные жарили сосиски и весело о чем-то общались, распивая пиво.       — Какого хрена вы тут делаете? — недружелюбно спросил он.       — Йенни, ты чего? — удивился Феликс. — Хочешь сосиску? Я рад, что ты пришел.       — Ликс, можно тебя на минутку?       — Да, — омега отошел в сторону, не переставая жевать. — Что случилось?       — Ты, блять, издеваешься, что ли? Ты зачем их сюда привел? — шикнул Ян.       — Чтобы тебя тут встретить, — наивно ответил Ликс.       — Я тебе доверился, а ты из моего тайного места устроил проходной двор! Мне теперь придется новый гараж искать! — злобно шипел Чонин.       Но пьяный мозг Феликса искренне не понимал, в чем проблема.       — Йенни, они тебе не враги, они друзья, они хорошие.       — Хватит там шушукаться! Больше двух говорят вслух, — засмеялся Хенджин. — Чонин, я тебе сосиску пожарил, иди скорее сюда. Вкусная — пальчики оближешь!       Ян хотел было отказаться, но желудок предательски заурчал.       — Вот видишь, — просиял Ликс. — Ты голодный! Пойдем, — он схватил бету за руку и потащил к мангалу.       — Пиво будешь? — внезапно предложил Хан. — Осталась последняя бутылка, как раз для тебя.       — Я не… Я… Ладно, ёпта, давай, — наконец согласился Чонин, не найдя в себе силы спорить сразу с толпой выпивших истинных.       — Держи сосиску, — Хван протянул младшему веточку, на которую были нанизаны поджаренные до хрустящей корочки сосиска и хлеб.       На улице было морозно, и Ян замерз, пока шел до гаража, а у мангала было тепло, тут вкусно пахло и было халявное пиво, поэтому Чонин сменил гнев на милость и откусил первый кусок. На свежем воздухе и на голодный желудок сосиска показалась ему просто фантастической, он в два укуса умял ее вместе с хлебом, чем вызвал всеобщее умиление.       — Ты главное, жевать не забывай, — по-доброму смеясь, попросил Хенджин. — Еще будешь?       — Угу! — с набитым ртом кивнул Чонин.       — Включишь свою музыку? — спросил Феликс.       — Зачем? — удивился Ян.       — Чтобы было веселее.       — Почему именно я?       — Могу я включить, но боюсь, ты не оценишь мой выбор, — хихикнул Хан.       — Нет, уж, спасибо, ёпта, я включу, так и быть, — он нехотя достал телефон, выбрал плейлист и положил телефон на деревянный ящик, стоящий рядом с мангалом. Из динамика заиграла задорная рок-н-ролльная песня, и разговор стал еще более оживленным.       Чонин в беседе не участвовал, он только молча жевал еду и запивал пивом, но внимательно слушал, о чем говорят истинные. Они очень отличались от тех, кто окружал его раньше. Можно было бы сказать, что они правильные и занудные, но в этот раз почему-то на ум приходили слова типа: спокойные и безопасные. Возможно алкоголь сыграл свою роль, но когда Ян наелся и отогрелся, ему вдруг стало хорошо и уютно.       Бета отошел в сторону и закурил, к нему присоединился Феликс.       — Можно мне тоже?       — Не стесняешься курить при них? — удивился Чонин, кивнув в сторону Хенджина и Хана.       — Нет, они всё равно уже знают.       — Ну держи, — Ян отдал омеге свою сигарету, а себе взял новую.       — Мне холодно, — признался Ликс.       — Возвращайся к огню.       — Не хочу.       — Тогда, блять, не ной, — ухмыльнулся Ян.       — Я хочу, чтобы ты меня обнял, — расплылся в пьяной улыбке Феликс.       Чонин замешкался: он не любил показывать чувства публично, хоть он уже обнимал однажды Ликса при Хенджине, но тогда был особый случай.       — Я лучше принесу тебе плед из гаража.       — Я не сказал никому, что тут рядом твой гараж, кстати.       — То есть никто не знает? — просиял Ян.       — Неа, я просто сказал, что мне полянка понравилась и предложил остановиться тут.       — Веснушка! — Чонин неожиданно для себя сжал Феликса в объятиях.       — Это награда за молчание?       — Да, ёпта, — засмеялся Ян.       Феликс повернул голову и чмокнул Чонина в щеку.       — Ты чего? Люди же смотрят!       — Тут все свои, — уверенно заявил Ликс.       И тут в голове беты созрел дерзкий план: он решил показать истинным, что Феликс теперь принадлежит и ему тоже. Он обхватил лицо омеги ладонями и поцеловал парня прямо в губы. Ликс удивился, но ответил на поцелуй.       — Ой, там малыши целуются, — шепнул Джисон, слегка толкнув Хенджина локтем.       Альфа украдкой взглянул в сторону младших и расплылся в улыбке.       — Прелесть какая.       Закончив целоваться, Чонин и Феликс вернулись к остальным, держась за руки.       — Вы теперь встречаетесь? — полюбопытничал Хан.       Младшие удивленно переглянулись, потому что этот вопрос они раньше не обсуждали. Но посмотрев на светящееся в отблесках огня милое лицо Ликса, Ян уверенно и даже с некоторым вызовом ответил “да!”.       — Поздравляю! — Хван потрепал бету по плечу. — Рад за вас.       Чонин прижал к себе Ликса, а в голове проскользнуло довольное: “Мой.”       — Раз мы теперь встречаемся, я бы хотел остаться спать у тебя, — заявил Феликс, когда истинные вернулись домой.       — Хорошо, хули нет, — кивнул Ян. — Но я могу беспокойно спать: дрыгать во сне руками и ногами и случайно попасть по тебе.       — Ничего, я переживу.       Как только истинные оказались под одним одеялом, их словно магнитом притянуло друг к другу. Тела переплелись, а губы встретились для сладких поцелуев.       — Хороший мой, мой маленький, Веснушечка, — приговаривал Чонин, скользя руками по изгибам податливого омежьего тела.       Не разрывая поцелуй, Феликс пробрался ладонью под футболку Яна, с любопытством ощупывая напряженный пресс. Он задрал футболку вверх, затем то же самое сделал со своей и прикоснулся грудью к оголенной груди Чонина. Кожа к коже. Этого было достаточно, чтобы Ян поплыл. В темноте все ощущалось гораздо острее. В этот момент он усомнился в своей асексуальности.       — Прости, что не смогу подарить тебе какие же яркие ощущения, как остальные истинные, ведь я всего лишь бета… — извинился Чонин, имя в виду, что из-за отсутствия у него запаха, Феликс не сможет почувствовать весь спектр эмоций, которые были бы с альфой или даже другим омегой.       — Ну и что! Ты даришь другие, ничуть не хуже!       — Правда?       — Честное слово!       Ладонь Ликса скользнула под пижамные брюки и, не встретив препятствия в виде нижнего белья, сладострастно сжала ягодицу. Чонин тихо всхлипнул, но отзеркалил движения омеги и принялся мять его упругую попку. Ощущения были фантастические, Ян тонул в них, не понимая, как может быть еще лучше, пока Ли ненавязчиво не сжал его напряженный член в своей ладони.       — Ах, — простонал Чонин и вцепился пальцами в ткань футболки на спине Феликса.       Ликс двигал рукой так, как будто они делали это уже множество раз, как будто ничего необычного не происходит, а у Чонина тем временем перед глазами взрывались фейерверки. Он быстро и тяжело дышал, стараясь не выдавать своего дилетантского страха, и реагировать, так как будто он был морально готов к чему-то подобному, хотя на самом деле нет.       «Это Феликс, всего лишь Феликс, мой маленький, безобидный омежка», — твердил себе Ян, стараясь унять дрожь, но в голове то и дело всплывали образы страшных альф, особенно его соседа, который как-то по пьяни отловил еще юного Чонина и заставил смотреть, как дрочит, приговаривая:       — Лучше тебе, парень, не попадаться мне на глаза, когда у меня будет гон, а то выебу без резинки, ты все равно бета и залететь не сможешь! — и мерзко заржал.       И Чонин все время, пока жил с родителями, больше всего на свете боялся наткнуться на пьяного соседа в период гона, и что тот исполнит свою угрозу.       Но когда Чонин взял в руку возбужденный омежий пенис и услышал сладкий стон, плохие мысли отступили, позволяя наслаждению завладеть телом.       — Ты хочешь меня? — прошептал Ликс, не останавливая движений руки.       — Я… Не знаю… — задыхаясь отозвался Ян. — Не уверен, что вообще хочу секса.       — Оу, то есть ты хочешь, чтобы мы остановились?       — Нет.       — А чего тогда ты хочешь? — удивился омега.       — Я… Я не знаю, — чуть не хныча, ответил запутавшийся в себе бета. Он уже точно понимал, что не асексуален, но и к сексу был пока не готов.       — Ты хочешь, чтобы я помог тебе кончить? — очень вкрадчиво спросил Ли.       — Да… Думаю, что да, — краснея, выдохнул Чонин.       — Тогда можно я тебе отсосу, чтобы не пачкать простынь? — очень практично поинтересовался Феликс.       — М-можно, — тяжело сглотнув, ответил младший.       Ликс спустился губами по влажному, хорошо сложенному телу Яна, стянул с него штаны и припал губами к горячему твердому члену. Он сосал и лизал его так самозабвенно, обводя языком каждую венку, что у Чонина закатились глаза от удовольствия. Когда он кончил, то притянул омегу обратно к себе и прошептал:       — Я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, Йенни, — облизав с губ остатки спермы, улыбнулся Феликс.       — Правда? — эмоции переполняли Чонина, хотелось кричать от восторга. Он никогда в жизни еще не был так счастлив, как в этот момент. — Честно-честно?       — Клянусь, я люблю тебя сильно-сильно!       Ян почти невесомо чмокнул омегу в подбородок, потом в щеку, а потом в нос и наконец в губы. Феликс запрокинул голову, подставляя шею для поцелуев, и Чонин тут же удовлетворил его желание. Ему безумно хотелось отблагодарить Ликса за доставленное удовольствие, поэтому, зацеловывая его гибкое, стройное тело, он спустился губами к резинке пижамных штанов и неуверенно снял их вместе с бельем. Он заметил, что Ли весь течёт от возбуждения.       — Хочешь, я тебя вылижу? — робко спросил Ян. — Я, правда, нихуя не умею, но могу попробовать, если ты хочешь.       — Очень хочу, — томно взглянув на бету, ответил Феликс.       Омега подложил подушку под ягодицы и задрал попу повыше, держа ноги, чтобы открыть Чонину доступ к самому сокровенному месту.       Ян лег животом на постель, раздвинул ягодицы и робко лизнул, пробуя смазку. На самом деле она была сладкая, но бета практически не почувствовал вкуса. Однако это его не остановило, и он принялся с упоением лизать дырочку своего истинного. В голове роилось бесконечное число мыслей:       «Мой истинный, мой парень. У меня теперь есть парень, ебануться можно! Что теперь будет дальше? Боже, какой он сексуальный! Неужели у нас секс? То, чем мы занимаемся, уже считается сексом или еще нет?»       — Вставь, пожалуйста, в меня пальчик, — прервал его размышления томный голос Феликса. — А лучше сразу два.       Чонин послушно сделал, что его попросили, и принялся осторожно двигать пальцами внутри омеги.       — Ты знаешь, как найти простату? — спросил тот.       — Да, — смущенно кивнул Чонин, который сам любил, мастурбируя, массировать эту область тела.       Когда Ян нащупал пальцами упругий бугорок внутри Феликса, омега начал часто стонать, повторяя бесконечное:       — Да, да, да, да!       Чонина накрыло этими звуками словно лавиной удовольствия, он обхватил пенис омеги свободной рукой и принялся водить по нему в такт движений второй руки.       — Да! Да! Еще, вот так! Да, мой любимый! — уже практически кричал Ликс, заставляя Чонина краснеть и сгорать от вожделения одновременно.       Феликс ерзал на пальцах беты, помогая ему лучше находить нужное место, и вскоре он весь напрягся, как струна, вскрикнул и мгновенно расслабился, а тёплая вязкая жидкость брызнула Яну в ладонь.       Чонин взял с прикроватной тумбочки салфетки, вытер себя и живот Феликса, на который тоже попало немного спермы, и снова лег рядом с любимым.       — Я так счастлив, — прошептал он в висок омеге.       — И я… — вальяжно потягиваясь, ответил тот и поудобнее устроился в объятиях своего парня. — Люблю тебя.       — И я люблю тебя, мой Веснушечка.       “Что ж это было не так уж и страшно, — подумал Ян. — А очень даже приятно. Видимо я не такой уж асексуал. Хех.”