За чашкой кофе
21 мая 2025 г., 14:51
Приглушённый свет, мягкие кресла и диванчики, декорации в спокойных тонах, джазовая музыка — всё это, казалось бы, должно было располагать к приятному вечеру. Джейс, однако, сидел как на иголках.
Предвкушая встречу с Виктором, он, чтобы точно успеть к назначенному времени, вышел пораньше. Перестарался — приехал за полчаса. Решив не терять время зря, занял столик и заказал двойной эспрессо, но так и не допил. То и дело поглядывал на часы, гипнотизировал чашку и с надеждой смотрел в сторону двери каждый раз, когда она открывалась с лёгким звоном колокольчика. Сердце то волнительно замирало, то разочарованно возвращалось к прежнему темпу.
После недолгого затишья, «я подумаю» превратилось в «я свободен в субботу вечером, если вдруг ты не передумал». Последующую неделю Джейс то и дело прокручивал в голове предстоящий разговор, репетировал фразы, заранее подбирал слова, чтобы ненароком не спугнуть. И сейчас, в этот субботний вечер, он снова прогонял в мыслях диалог, невольно теребя пальцами салфетку.
Дверь снова открылась, Джейс снова поднял голову. Виктор.
Пройдя к центру, он начал оглядываться по сторонам. Джейс привстал и помахал рукой, привлекая внимание того, кого так трепетно ждал. Даже с дальнего угла он увидел, как Виктор вытянул шею и прищурился.
Но только когда Виктор подошёл ближе, Джейс заметил, насколько же он на самом деле изнурённо выглядит. Он и до этого на стримах казался уставшим, но сейчас, вживую, круги под глазами были куда более тёмными. Не ускользнуло от внимания и то, что сейчас он опирался на трость явно сильнее, чем когда Джейс видел его в последний раз. Болезнь его совершенно не щадила, и эта безжалостная, очевидная правда резанула острой, колючей болью. Но он решил тактично промолчать — Виктор такого рода разговоры не любил никогда, и начинать их первую за такое долгое время встречу с обсуждения того, что, очевидно, для Виктора было больной темой, было бы совершенно некрасиво.
— Ты рано, — подметил Виктор, усаживаясь за диванчик напротив.
— Не рассчитал время. Думал, дорога больше времени займёт, — с улыбкой ответил Джейс.
Виктор лишь хмыкнул и принялся разглядывать меню. Оба сделали заказ, и тут Джейс понял, что все те слова, которые он всё это время хотел сказать, и вопросы, которые хотел задать, напрочь вылетели из головы.
Виктор молча задумчиво смотрел в окно, изредка переводя взгляд на разглядывающего его Джейса. Сперва казалось, что он совершенно спокоен, но то, как он перебирал пальцами прядь, выдавало его внутреннее состояние. Можно было трактовать это по-разному, но Джейс знал настоящую причину. Он помнил, как ещё в студенчестве Виктор часто накручивал на палец прядку уже отросших, но всё ещё коротких волос — простой, доступный и безопасный способ занять руки в моменты напряжения.
Так, это уже как-то неловко и крайне несерьёзно. Нужно сказать хоть что-то, прервать уже, наконец, эту затянувшуюся игру в молчанку. Но как? Сразу начать с обсуждения его новой карьеры, с корабля на бал — велик риск только усугубить ситуацию, спрашивать про здоровье — можно сразу ставить крест и не надеяться на какое-либо развитие событий.
— Так… как добрался?
— На такси, — Виктор всё так же не решался посмотреть на Джейса, но, кажется, чуть расслабился. — Уже не в том состоянии, чтобы пешком ходить.
— Вот как…
Вопрос примитивный, несколько глупый даже. Была надежда, что он поможет хоть как-то разрядить обстановку, но, кажется, из одного тупика диалог бы уткнулся в другой, если бы официант не принёс заказ.
— Подожди, не трогай пока, — попросил Виктор, доставая из кармана телефон. — Нужно сфотографировать и сделать пост.
— Нужно… что, прости?
Ладно ещё стримы, ладно страничка в Твиттере, но выкладывать фотографию еды? Мало того, что совершенно идёт вразрез с тем Виктором, которого он знал, ещё и с тематикой контента не вяжется.
— Меня попросили, — сухо и невозмутимо ответил он, понимая реакцию Джейса. Он, судя по интонации, и сам не был в восторге. — Сказали, что нужно быть ближе к публике, открыть им хотя бы частичку жизни вне трансляций… какой же бред.
— Ещё какой бред. Кто вообще тебя об этом попросил?
Набирая текст, Виктор бросил на Джейса беглый взгляд, но сразу ничего не ответил. Только отложив телефон в сторону, он вздохнул.
— Модератор, менеджер, куратор, продюсер — называй, как хочешь.
Куратор, значит? Пазл, кажется, начал складываться, очертания ситуации смутно, но вырисовывались. Хорошо ещё, что не надзиратель, хотя, вспоминая, что он писал на прошлых стримах…
Как ни в чём не бывало, Виктор приступил к салату, но Джейсу сейчас и кусок в горло не лез. Насколько же очевидно было с самого начала, что всё это явно не инициатива Виктора. Его заставили? Держат насильно и не дают уйти?
— Место и правда приятное. И еда сносная. Наконец-то ты не прогадал, — усмехнулся Виктор.
— Ха-ха, да, — протянул Джейс, выдавив фальшивую улыбку. До последнего он не хотел выдавать собственное беспокойство, но просто молчать и закрывать на происходящее глаза он тоже не мог. Он наклонился чуть вперёд и посмотрел Виктору прямо в глаза. — Виктор… Я правда не хочу лезть не в своё дело, но если вдруг тебе понадобится помощь — скажи хотя бы мне, ладно? Я готов тебе помочь, мы вместе разберёмся с чем угодно, главное попроси.
Тон голоса, ниже, чем обычно, и вкрадчивость, вложенная в эти слова и взгляд, Виктора явно смутили. Он вопросительно нахмурился и медленно опустил вилку, придвигаясь к спинке дивана.
— Не совсем понимаю, о чём ты.
— Я к тому, что если твой, ну… куратор что-то с тобой делает…
— Опять ты за своё, — перебил Виктор; растерянность сменилась раздражением. — Хватит, Джейс. Хватит. Я не дева в беде, чтобы меня спасать, в конце-то концов.
Виктор в гневе — явление редкое и удивительно пугающее. На крик он в такие моменты никогда не срывался, разве что шипел, как сейчас. Но вот глаза — другой разговор. Одного пронзающего взгляда мечущих искры янтарных глаз было достаточно, чтобы под ними испуганно сжаться. Он человек неконфликтный и миролюбивый, и довести его до такого было крайне сложно. А Джейс довёл, пускай и действовал только из лучших побуждений.
— Извини, — сказал он, заметив, как Джейс покорно осел и нервно сглотнул. — Но спасать меня правда не нужно. Я сам выбрал этот путь, и меня никто ни во что не втягивал.
— Понял, — кивнул Джейс. Пусть будет так. Выбрал сам, никто ни к чему не принуждал, ни к чему не обязывает, пускай и верится с очень большим трудом. Не верится совершенно. Но яснее всю эту совершенно непонятную ситуацию эти слова не делают. Даже наоборот. — И всё же, этот образ, ник, даже формат не совсем твой. Почему вообще именно стримы?
— Потому что, Джейс, — голос звучал настолько серьёзно, что внутри всё похолодело, — это единственный способ хоть как-то заработать, учитывая моё нынешнее состояние. Поверь, мне это всё нравится не больше, чем тебе.
Вот как. Это единственная причина? Значит, в конечном итоге всё упирается в деньги?
— Но я ведь…
Предлагал помощь. Был готов поддержать финансово. Нет, кажется, лучше будет промолчать и не развивать эту тему дальше.
— Знаю, — Виктор скрестил руки на груди и печально отвёл взгляд в сторону, будто бы прочитал мысли Джейса и уже знал, что тот хотел сказать. — Но этого бы не было достаточно. Не в долгосрочной перспективе точно.
Снова неловкая пауза. Виктора было искренне жаль. Жаль, как жертву обстоятельств, как человека, вынужденного бросить всё то, чем он так горел, потому что так распорядилась судьба. Но и жалость к себе Виктор тоже не любил. Тогда, возможно, именно это и стало последней каплей.
— Ладно, хватит уже обо мне, — нарушил Виктор вновь нависшую над столиком тишину, устало откинувшись и впечатываясь в спинку дивана. Предыдущее признание далось ему явно нелегко. — Расскажи лучше, у тебя что нового?
— У меня? Да ничего особенного, впрочем. Разве что до начальника отдела повысили, — гордо заявил Джейс. — А ты говорил, что меня сожрут и не подавятся.
— Что ж, кажется, твоё подхалимство сыграло тебе на руку, — фыркнул Виктор.
— Не подхалимство, а трудолюбие и ответственность, — в шутку обиделся Джейс.
— Конечно, конечно.
Глядя друг другу в глаза, в один момент они не сдержались и одновременно рассмеялись. Джейс не выдержал преувеличенно коварного взгляда Виктора, а Виктор всё так же не мог всерьёз воспринимать насупившегося Джейса. Да, так намного лучше, гораздо спокойнее. Почти так, как когда-то раньше, если не брать в счёт то, что к этому разговору привело. С этого и стоило начинать.
Разговор зашёл в нейтральное русло: обсуждение настоящего (в основном, всё-таки, жизни Джейса), немного прошлого, общих знакомых, с которыми, так уж вышло, Виктор перестал поддерживать связь. Джейс увлечённо рассказывал, а Виктор внимательно и с искренним любопытством слушал о том, что Мэл женилась и решила уйти в политику, и что Скай, их бывшая ассистентка, уже никакая не ассистентка, и что в их отдел буквально на днях перевели двух взбалмошных, ещё совсем молодых ребят.
Вдруг загорелся экран телефона Джейса. Он вполне закономерно нахмурился — опять дёргают в выходной?
— Извини, мне нужно быстро…
Но нет, на удивление никто от него ничего не хотел. Оказалось, что это только сейчас дошедшее уведомление о посте Виктора, о котором он уже успел забыть. Уют уютом, а с интернетом в этом месте явные проблемы.
«Сегодня ваш Архангел всё же соизволил отдохнуть и выбраться в люди. Приятно иногда встретиться со старыми знакомыми за чашечкой кофе.»
Сдержанно, как и всегда. Ничего особенного, но было что-то в формулировке, за что Джейс невольно зацепился.
— «Со старым знакомым», значит? — горько усмехнулся Джейс. — Ты это серьёзно?
— А что ещё я должен был написать? «С бывшим»? «С другом»? Я даже не знаю, можно ли нас назвать друзьями. Кем вообще нас можно назвать?
Последняя фраза эхом отозвалась в голове. Искреннее непонимание проблемы задевало ещё сильнее. А как же все те годы, проведённые вместе? То, что Джейс Виктора на руках носил, причём порой даже буквально? Да разве просто какой-то знакомый стал бы пытаться наладить связь все те три года, ставил бы социальную жизнь на паузу, был бы готов отдать всё, чтобы вернуть всё, что у них было?
Но ведь и то верно, если подумать. Сколько, всё-таки, прошло времени. Виктор изменился, Джейс и его жизнь тоже, пускай и не так радикально, вообще почти всё изменилось. И кто они друг другу после такого, если не старые знакомые?
Джейс пытался не выдавать своих чувств, но в его взгляде, вымученной полуулыбке и том, как он рукой подпёр голову, читалась некоторая печаль с примесью обиды. Пока он смотрел куда-то в сторону, совершенно неожиданно Виктор протянул руку и положил её поверх руки Джейса. От знакомого, всё такого же прохладного прикосновения, Джейс невольно вздрогнул.
— Если тебе будет легче, — сказал Виктор, чуть поглаживая тыльную сторону ладони, — ты — больше, чем просто знакомый. Хотя я и не уверен, кто мы друг другу после… всего. Но и ты пойми, что так надо как минимум из соображений безопасности. Я же, получается, теперь медийная личность.
— Но при этом ты не боишься, что тебя кто-нибудь узнает? — хмыкнул Джейс.
— С этим? — прыснул Виктор, указывая на круги под глазами. — Пока я без косметики, меня испугаются раньше, чем успеют понять, кто я.
— А по-моему, ты даже так очень красивый.
— А по-моему, ты всё такой же подхалим.
Виктор обязательно бы толкнул его в бок, благо сейчас они сидели друг напротив друга. В этот же раз он, за неимением альтернатив, только легко пнул его кроссовок под столом.
— Знаешь, — начал Джейс, но почти сразу же задумался. Стоит ли говорить это сейчас? После того, как за этот час с лишним они оба испытали тот спектр эмоций, который не испытывали на протяжении всей жизни? Не будет ли это слишком резко, или слишком рано? — Нет. Нет, забудь.
— Талис.
— Что?
— Ничего. Вечно ты сначала нагонишь интригу, а потом сдаёшь назад.
— Когда такое в последний раз было?
— Чуть больше трёх лет…
В этот раз идиллию прервал телефон Виктора. Он крепко в него вцепился, выключил звук, но на звонок не ответил, то и дело переводя взгляд с экрана на Джейса и обратно. Кто бы это ни был, звонок явно выбил его из колеи, вогнал чуть ли не в панику. Только после того, как Джейс неуверенно кивнул, он ответил с напускной резкостью, которая продержалась недолго.
— Да? Я же говорил, что… Нет. Нет… Нет? Я не… Стойте, мы же… Мы договаривались, что… Помню, конечно. Помню. Да, этого больше не повторится. Дайте мне полтора часа.
Разочарованно выдохнув, он положил телефон на стол экраном вниз.
— Кто это? — спросил Джейс, уже зная ответ на свой вопрос.
— А ты угадай. Мне нужно домой. Извини, что так резко.
— Но мы же только… — хотел было возразить Джейс, но что-то в том, как после звонка выглядел Виктор, как он побледнел, хотя казалось бы, куда ещё больше, его остановило. — Ладно, я понимаю. Давай вызову такси.
— Не надо, я сам. Он потом переведёт деньги.
Оплатив счёт, Джейс дождался такси вместе с Виктором. Проводил до машины и помог сесть, придержав дверь.
— Спасибо за ужин, Джейс.
— Тебе спасибо, что пришёл. Может, встретимся как-нибудь ещё? Наверстаем упущенное.
— Я постараюсь, — в голосе чувствовалась явная неуверенность, но вместе с ней и взаимность. — Давай хотя бы спишемся.
Они обменялись прощаниями, и Джейс закрыл дверь. Взглядом он проводил машину, пока она совсем не исчезла из вида. Сам он решил добраться домой на автобусе, без лишних изысков — ему спешить некуда.
Как бы он ни старался изображать понимание, сколько бы ни соглашался, на самом деле он не понимал абсолютно ничего. Джейс надеялся, что узнает хоть что-то, но в итоге встреча оставила новых вопросов больше, чем дала ответов.
***
Виктор вышел из лифта и полез в сумку за ключами от квартиры. Остановившись у двери, он замер. В ноздри ударил запах одеколона, слабый, но для Виктора достаточно ощутимый. Он только что был здесь. Дрожащими руками он открыл дверь, и петли противно заскрипели, слишком шумно для этой пустой тишины. Переходя через порог, Виктор чуть не споткнулся о стоящие в самом проходе чужие ботинки. Он всё ещё здесь. Через дверной проём, в котором с недавних пор не было двери, Виктор увидел, как он сидит в его кресле, вальяжно закинув ногу на ногу и лениво перелистывая страницы книги. Услышав Виктора, он медленно, с какой-то хищной грацией, поднял голову и снисходительно улыбнулся. — Ну же, не стой в проходе. Интересное у тебя тут чтиво… Ноги едва слушались, но всё же Виктор неуверенно шагнул в сторону комнаты. Снова замер. Он чувствовал, как рубашка липнет к вспотевшей спине, как тошнота подкатывает к горлу, как подкашиваются ноги. Он бы развернулся и убежал, если бы мог. Если бы мог, то не возвращался бы вообще. — Не испытывай моё терпение, Виктор. По всему телу прошла дрожь. Пересилив себя, он зашёл в комнату и сел на кровать. Сразу же его смерили оценивающим взглядом. Сборник Кафки небрежно лёг на стол обложкой вверх. — Задержался. Я уж было начал волноваться, — произнёс он с очевидно притворной заботой, от чего стало особенно противно, и Виктор отвернулся, невольно поморщившись. Слева послышались шаги, плавные и осторожные, словно хищник подкрадывался к добыче. Он остановился прямо перед Виктором, взял его за подбородок и повернул его голову лицом к себе. — Не надо так кривить лицо, мой мальчик. И смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю, — настойчиво попросил он. — Расскажи лучше, как прошла твоя встреча со старым другом? Виктор попытался отстраниться, не слишком резко, чтобы этим жестом не вызвать у него гнев со всеми вытекающими последствиями, но его держали слишком крепко. Бесполезно. Пришлось выдавить из себя улыбку. — Просто прекрасно. Ответ — молчаливый кивок. Рука скользнула вниз, задерживаясь на шее, легко, почти ласково поглаживая тонкую, уязвимую кожу, и остановилась на плече, крепко, почти до боли, его сжав. Виктор дёрнулся, попытался убрать его руку, но он отпускать не намеревался. — Тише, тише, — снова этот тон, вызывающий новую волну пробегающих по спине мурашек. — Я так хотел обсудить, как ты провёл вечер, но тебя долго не было, а мне уже пора идти. Я оставил у тебя на столе новое лекарство. Обязательно выпей, и внимательно следуй инструкции. Мы же не хотим, чтобы вышло, как в прошлый раз, правда? — Да… — всё, что смог ответить Виктор. Хватка на плече ослабилась, он провёл чуть ниже прежде, чем полностью убрать руку. — Отлично. Отдыхай, мой мальчик. Я ещё зайду к тебе завтра. Только после того, как он закрыл за собой дверь на ключ, Виктор позволил себе лечь на кровать, поджав колени. Даже в собственной квартире он не был хозяином.
