Тебе нужна была помощь

Дрим вышел из своего маленького домика под утренние солнечные лучи. Он закрыл глаза и сделал глубокий, очищающий вдох. Сегодня, казалось, что день будет хорошим. С тех пор, как он сбежал из Хранилища Пандоры, у него были и хорошие, и плохие дни. Хотя ситуация могла быстро выйти из-под контроля, с течением месяцев он научился отличать хорошие дни от плохих. В ту ночь кошмары не были такими ужасными, руки не дрожали, и светило солнце. Он чувствовал себя на удивление хорошо. Дрим открыл глаза и пошёл через поле к ближайшему лесу. Сегодня он хотел собрать ещё немного дров и, возможно, ещё немного семян. У него уже был небольшой сад, но было бы неплохо, если бы он был побольше. Добравшись до леса, Дрим осмотрел деревья, выбрал одно и начал собирать доски. Он не стал использовать для этого топор — после побега он не мог заставить себя делать оружие. Но у него всё получилось — в любом случае, ему на самом деле не нужно было оружие или инструменты. Собрав всю нужную ему древесину, Дрим продолжил путь вглубь леса в поисках семян для своего сада. Он также сорвал несколько цветов и добавил их в свой инвентарь, потому что ему понравился их цвет. В последнее время он стал гораздо больше ценить цвета. По крайней мере, всё, что не было чёрным, красным или блестящим, как лава. Он остановился, услышав мягкое мяуканье, и, посмотрев вниз, увидел маленькую пятнистую кошку, трусцой идущую к нему по траве. Увидев ее, он улыбнулся на своем покрытом шрамами лице. — Привет, Патчи, — сказал он, — как дела? В ответ он услышал еще одно мяуканье, когда она, мурлыкая, прижалась к его ноге. Дрим наклонился и несколько минут удовлетворенно гладил ее, прежде чем выпрямиться. — Мне действительно нужно попытаться сделать это сегодня, — сказал он своему коту, — похоже, что позже пойдет дождь. На горизонте собирались тучи, хотя день оставался солнечным и погожим. Дрим был почти уверен, что кошки не понимают людей, но ему казалось, что Пэтч понимает столько же, сколько и любое другое животное. Она снова мяукнула, а затем ушла, растворившись в траве, обратно к его дому. Он на мгновение задержал взгляд на том месте, где она исчезла. Он нашёл Пэтчес — или, скорее, она нашла его — вскоре после того, как он пришёл на это поле, так далеко от остальной части Сервера. Она пришла в его дом, мяукая, и прижалась к нему, мурлыча. Он накормил её кусочками еды, которые собрал в тот день, и с тех пор она никогда не уходила далеко. Дриму нравилось иметь компаньонку. Она напоминала ему Хоуп. Хоуп, которая появилась в камере вместе с ним и Томми. Хоуп, которую любил Дрим. Нет. Дрим решительно оборвал свои мысли. Он не собирался об этом думать. Сегодня был хороший день. Он не собирался сегодня погружаться в мрачные мысли. Он встряхнулся, осознав, что простоял там несколько минут после ухода Пэтчеса. В последнее время он стал чаще так делать. Уходить в свои мысли. Дрим снова пошёл вперёд, время от времени останавливаясь, чтобы собрать семена или цветы. Он также нашёл несколько грибов, из которых решил приготовить суп на ужин. День шёл своим чередом, солнечный свет медленно угасал, сменяясь плотным слоем облаков. Дрим не возражал — ему нравился дождь. Его прохладные капли приятно ощущались на коже и напоминали ему о том, насколько свободно он себя чувствовал. Ближе к вечеру он обнаружил, что его блуждания привели его в ту часть леса, которую он ещё не исследовал. Деревья здесь были толще, с широкими, покрытыми листвой ветвями, раскинувшимися над головой. Дрим посмотрел на солнце, решил, что у него ещё есть время до наступления темноты, и снова двинулся вперёд, по-прежнему высматривая всё, что могло бы ему пригодиться. Он не замечал лавовый бассейн, пока не оказался почти прямо над ним. Нога Дрима поскользнулась на краю берега, и он споткнулся, едва удержавшись на ногах, и упал навзничь. Тяжело дыша, он уставился на то, к чему чуть не подошёл, — на медленно бурлящую, светящуюся лаву. Один неверный шаг — и он упал бы прямо в неё. Здесь было жарко, раньше он этого не замечал. Удушающе жарко и ужасно знакомо — плавно текущая лава, жар, скользящий по коже. Дрим напрягся, впившись пальцами в траву, пытаясь унять дрожь. Он не мог сделать это сейчас, не мог, было уже почти темно, и у него не было оружия, чтобы защититься от мобов. Но мысль об оружии лишь оттолкнула его ещё дальше, и он услышал, как капает расплавленный обсидиан, смешиваясь с бульканьем лавы, и скрежет механизмов из красного камня, означающий, что кто-то приближается. — О, Дрим. Ты ведь не думал, что я о тебе забыл, да? Сэр был там, он слышал его, слышал его дыхание, он застыл от страха и не смел пошевелиться — он не знал, как долго оставался там, дрожа от страха и зажмурив глаза, пока… Что-то маленькое, влажное и прохладное упало ему на лицо, и он испуганно открыл глаза. За первой каплей последовала вторая, и ещё одна, пока Дрим не понял, что это вода. Вода? В его камере не было капающей воды. Только плачущий обсидиан, который обжигал, как кислота, когда падал на него. Несколько секунд Дрим обдумывал это, и его сердце бешено колотилось в груди. Через несколько мгновений он почувствовал, как прохладный ветерок обдувает его, а пальцы впиваются в траву и землю под ним. Он был не в тюрьме. Он был на свободе. Он сбежал. Дрим медленно, прерывисто выдохнул, оглядывая деревья вокруг. Деревья, а не обсидиановые стены. Он медленно разжал пальцы, вцепившиеся в траву, и обнаружил, что они дрожат. Сжав кулаки, чтобы не обращать внимания на дрожь, он неуверенно поднялся и поспешно отошёл от лавового озера. Дальше от него жара была не так ощутима, особенно под дождём. Тюрьма отступила в его сознании, и Дрим вздохнул, ненадолго закрыв глаза. Он думал, что сегодня будет хороший день. Но всё, что ему понадобилось, — это один естественный лавовый бассейн, чтобы вывести его из себя. Он думал, что, может быть, ему стало лучше. Прошло несколько дней с тех пор, как у него был приступ, как он их называл. — Наверное, он не такой уж и «лучший», как ему казалось, — с отвращением подумал Дрим. Он развернулся и поспешил обратно через лес к своему дому. Уже близился закат, и шёл сильный дождь. Должно быть, он провёл у лавового озера какое-то время. Скоро начнут появляться мобы, и Дрим знал по своим первым кошмарным ночам после побега из тюрьмы, что сейчас он не может с ними справиться. Он добрался до опушки леса, когда уже темнело, и почти бегом вернулся в свой маленький деревянный домик. Хотя до него было недалеко, Дрим тяжело дышал к тому времени, как добрался до него, а его левая нога, которая так и не зажила как следует после тюрьмы, болела, и при каждом шаге он чувствовал вспышки боли. Он закрыл за собой дверь и с облегчением выдохнул. Он вернулся, и больше ничего плохого не случилось. Откинув с глаз мокрые волосы, Дрим подошёл к сундуку и начал выгружать свои вещи, чувствуя себя немного лучше, когда пересмотрел всё, что собрал. Он начал готовить грибное рагу из собранных в тот день грибов, не обращая внимания на то, что его руки всё ещё дрожат. В любом случае, он ничего не мог с этим поделать. Дрим закончил готовить рагу и прошёл через маленькую комнату, чтобы поставить его на ближайший стол. Он не смог сделать ничего, кроме очень маленького домика, но, тем не менее, он ему понравился. У него давно не было настоящего дома, и он очень гордился тем, что сделал. Он был построен в основном из дерева, так как он не мог сделать инструменты, необходимые для сбора булыжника или других материалов, но в нём были красивые окна из стекла, которое он взял из деревенского сундука по пути на поле, где он теперь жил. Чтобы добраться туда, потребовались дни, но он серьёзно отнёсся к своему обещанию уйти далеко-далеко. Когда Дрим снова пересекал комнату, он остановился у окна и, прищурившись, посмотрел в темноту. Дождь всё ещё шёл сильный, и было трудно что-либо разглядеть, но ему всё равно показалось, что он что-то увидел. Может, это просто толпа? Она казалась знакомой. Дрим нахмурился, глядя на высокую худую фигуру, пытаясь понять, почему она кажется такой знакомой. Странник? Но нет, странник не стал бы стоять под дождём… Как только эта мысль пришла ему в голову, правда обрушилась на него с силой физического удара. Глаза Дрима расширились, и он распахнул дверь, выбежав под дождь. Он бежал сквозь тёмный дождь, не обращая внимания на боль в груди и ноге, пока не добежал до фигуры, тяжело дыша. Когда Дрим подошёл к нему, он увидел, что его подозрения были верны. Это был Ранбу. Он был насквозь мокрым, кожа шипела, когда на неё попадали капли воды, он смотрел в темноту с отстранённым, пустым выражением лица. — Ранбу! — позвал Дрим охрипшим голосом, — Ранбу, что? — он замолчал, когда получеловек-полуэндермен повернулся к нему лицом. Его глаза слегка расширились, и он издал тихий испуганный возглас. Затем, без предупреждения, его глаза закатились, и Ранбу рухнул на мокрую траву. Совершенно застигнутый врасплох, Дрим просто смотрел на него несколько секунд, слегка приоткрыв рот и пытаясь осознать, что происходит. Почему Ранбу был там? Это точно не было совпадением, он должен был знать, что Дрим там. Но откуда? Знал ли кто-нибудь ещё? Он не видел Эндермена с их судьбоносной встречи в Сноучестере несколько месяцев назад, когда Ранбу наверняка спас его. Его жизнь. Дрим очнулся от своих мыслей и быстро встряхнул головой, пытаясь прийти в себя. По-прежнему шёл сильный дождь, а Ранбу был наполовину Эндерменом. Он не мог находиться здесь, о чём он только думал? Дрим подхватил потерявшего сознание мужчину под мышки и потащил его обратно к своему дому, напрягаясь от усилий. Это было болезненным напоминанием о том, что он ещё далеко не полностью восстановился, хотя с момента его побега прошло несколько месяцев. Его расстраивало то, насколько слабым он всё ещё был. К счастью, Дрим добрался до своего дома без каких-либо проблем с мобами и едва успел зайти внутрь, прежде чем сам чуть не упал в обморок от напряжения. Он поспешно закрыл дверь и вернулся к Ранбу, который неподвижно лежал на полу, всё ещё промокший, капли воды шипели, попадая на его кожу, оставляя пятнистые ожоги на лице и руках. Лихорадочные мысли сменяли друг друга в его голове, пока Дрим усаживал Ранбу у стены. Поскольку тот был насквозь мокрым, Дрим осторожно снял с него плащ и с облегчением обнаружил, что белая рубашка под ним не такая мокрая. Дрим бросил пальто на пол и, хромая, подошёл к сундуку, не обращая внимания на боль в ноге, достал шерстяное одеяло и вернулся к Ранбу. Осторожно, стараясь не потревожить красные ожоги на лице, шее, руках и кистях, Дрим вытер Эндермена одеялом. Сделав это и устранив непосредственную опасность, Дрим с большим трудом перенёс Ранбу на кровать в единственной другой комнате маленького домика. Оставив его там, он поспешил обратно в другую комнату, тяжело дыша и хватаясь за грудь в надежде найти что-нибудь ещё, что могло бы помочь Эндермену. У него не было ни целебных зелий, ни каких-либо других полезных медицинских принадлежностей. Те немногие, что у него были, он израсходовал давным-давно. В любом случае, он не знал, как лечить ожоги от воды. Это не могло быть тем же самым, что лечение ожогов от огня или лавы, поскольку для этого требовалась вода, а это было противоположно тому, что нужно было Ранбу. Дрим потёр лоб, расстроенный тем, насколько он был ограничен в своих возможностях. У него не было ничего, что могло бы помочь Ранбу, ничего! Даже бинтов, чтобы перевязать его ожоги. Он достал из сундука ещё одно одеяло и осторожно накрыл им Ранбу, чувствуя себя ужасно беспомощным. Он хотел бы развести огонь или что-то подобное, чтобы согреть комнату для Странника, но всё, что у него было, — это несколько факелов. Он попробовал развести огонь в камине, но через пять секунд ему стало слишком слишком жарко, и он сразу же избавился от него. Факелы — это всё, с чем он мог справиться в тот момент. Но, по крайней мере, внутри дома было теплее, чем снаружи. Дрим несколько секунд наблюдал за Ранбу и слегка расслабился, когда понял, что Эндермен перестал так сильно дрожать и, кажется, мирно спит. Хорошо. Это хорошо. Дрим вернулся в другую комнату и переоделся во что-то сухое, так как он всё ещё был насквозь мокрым. Он съел грибное рагу, наблюдая за Ранбу, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, и размышляя, стоит ли разбудить его и предложить поесть. Он решил этого не делать, не желая тревожить его сон. Дрим отставил в сторону деревянную миску и откинул голову на стену, закрыв глаза. Ранбу был здесь. Ранбу. Тот, кто спас его и вылечил его в холодном заснеженном лесу несколько месяцев назад. Дал ему припасы, необходимые для выживания, позволил ему уйти, сбежать, ничего не сказав остальным на Сервере. Дрима бы не было без помощи Ранбу. В этом нет никаких сомнений. Самое меньшее, что мог сделать Дрим, — это попытаться помочь ему сейчас, какой бы ограниченной ни была эта помощь. Дрим открыл глаза, снова потёр лоб и попытался собраться с мыслями. Что Ранбу вообще делает здесь, так далеко от остальных? Дрим был далеко, очень далеко от остальных на сервере, он позаботился об этом. Он не хотел, чтобы кто-то его беспокоил, и не хотел беспокоить других. Он никого не видел с тех пор, как покинул SMP несколько месяцев назад. Так что же Ранбу делает там? Откуда он вообще знал, куда идти? Дрим был уверен, что никто не следил за ним, когда он уходил. Какой бы ни была причина, Дрим не узнает об этом, пока Ранбу не проснётся. Поэтому он устроился на полу, натянул на себя слегка влажное одеяло и стал ждать.