Тебе нужна была помощь

Дрим бежал и не остановился бы, если бы не боль в ноге. В конце концов он был вынужден остановиться, опершись на ствол дерева. Он оглянулся, тяжело дыша, но никого не увидел. Ни Квакити, ни Смотрителя, ни Ранбу — никого. Дрожа, он опустился на землю, прижав кулак ко рту и стараясь не плакать. С ним всё было в порядке, с ним всё было в порядке, с ним всё было в порядке Дождь лил на него, ровный и холодный, но он почти не чувствовал его. Большая часть его сознания всё ещё была заперта в той кипящей обсидиановой камере. Бег помог ему выбраться оттуда, но лишь отчасти. Дрим издал сдавленный звук, немного ослабив боль в груди. С бешено колотящимся сердцем он пытался делать медленные, ровные вдохи, боль пульсировала в ноге и груди. — Ты не в тюрьме, — напомнил он себе, — ты выбрался. Ты сбежал. Ты в безопасности. Ты в безопасности. Но был ли он там? Ранбу… Ранбу был там. В доме Дрима. У него, несомненно, был коммуникатор, он мог связаться с надзирателем прямо сейчас или позвонить Квакити, и они пришли бы и утащили Дрима обратно в тюрьму, чтобы пытать или убить его или… Нет. Нет, Дрим не мог этого допустить, не мог. Он не собирался туда возвращаться. Ничего другого не оставалось, кроме как бежать. Собери всё, что сможешь, из своего дома и беги. Как можно дальше от SMP, насколько это возможно. Сначала ему нужно было вернуться домой, взять оттуда всё, что можно, потому что без каких-либо припасов он не протянул бы и недели. Но… Ранбу всё ещё был там. Нападет ли он на Дрима? Причинит ли он ему боль? Убьёт его? Когда Эндермен проснулся, Дрим был уверен, что тот, по крайней мере, будет более-менее в порядке. По крайней мере, более-менее готов был находиться рядом. Так было в ту ночь в Сноучестере. Но не сейчас. Он не помнил их встречу в Сноучестере. Он проснулся и начал обвинять Дрима во всём подряд. Большую часть этого он сейчас не мог вспомнить. На самом деле он не мог вспомнить большую часть своего срыва. Но он был уверен, что слова Ранбу были правдой. Он не был хорошим человеком, он заслуживал быть в тюрьме, но, о Прайм, как же он не хотел там оказаться. Но ничего не поделаешь. Если Ранбу убьёт его, он убьёт его. Если он вызовет Стража, пусть будет так. Дриму придётся бежать. Дрим медленно, осторожно выдохнул, открыл глаза и потер лоб. Он не хотел, чтобы на него охотились, и не хотел, чтобы его тащили обратно в тюрьму. Но он не мог вечно оставаться здесь, в тёмном сыром лесу. Медленно, очень медленно он поднялся, опираясь на дерево. Нога всё ещё болела, как будто в неё вонзили нож, но ему всё равно нужно было вернуться домой. Поэтому он медленно, с болью в ногах, побрёл обратно, остановившись перед домом, так, чтобы его не было видно из окон. Он должен был войти. Независимо от того, что случилось бы с Ранбу. Дриму нужно было собрать припасы, нужно было бежать, пока не прибыли остальные серверы. Ему нужна была любая возможность опередить их. Но Прайм, он действительно не хотел туда идти. Дрим сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Затем он, хромая, подошёл к двери и открыл её. Он всё ещё стоял снаружи под дождём на всякий случай. Ранбу, который, казалось, в волнении расхаживал взад-вперед, развернулся лицом к двери. — Ты… Ну, я не знаю, на самом деле, ты в порядке? — поспешно спросил Ранбу. Его голос звучал обеспокоенно. Это было странно, потому что Дрим всё ещё был уверен, что Эндермен не желает ему ничего, кроме вреда. Поэтому он ничего не сказал, пытаясь понять, что тот имел в виду. — Ты… собираешься войти? — спросил Ранбу, — я имею в виду, это твой дом, но… Он неловко пожал плечами. — Ты сделал это? — наконец спросил Дрим, всё ещё стоя под дождём, потому что так ему было чуть-чуть легче. По крайней мере, Ранбу не мог прикоснуться к нему там. Ранбу моргнул. — Что сделать? — озадаченно спросил он. — Свяжитесь с остальными на сервере. Скажите им, где я. — Нет. Зачем мне это делать? Дрим сразу же предположил, что Ранбу лжёт. Почему он не связался со Стражем? — Я думал… — он замолчал, — ты сказал, что сделаешь это. Ранбу выглядел почти смущённым из-за этого. — Я не хотел, — извиняющимся тоном сказал он, — я нервничал, прости. Я имею в виду, что если бы я не позвонил Сэму, когда мы встретились в Сноучестере, то сейчас у меня не было бы на это причин. Особенно если ты действительно спас мне жизнь, что кажется более вероятным, чем больше я об этом думаю. Я имею в виду, что не представляю, как ещё я мог бы сюда попасть. — Значит, ты не собираешься никому говорить, что я здесь? Ранбу помедлил, затем покачал головой. — Нет. Я не буду. Я никому не скажу. Дрим не знал, что и думать. Он хотел верить Ранбу. Он действительно отчаянно хотел верить. Но что, если Ранбу лжёт? Что, если он уже связался со Стражем и просто пытается задержать Дрима до его прихода? Эндермен, должно быть, заметил нерешительность Дрима, потому что он открыл свой инвентарь, достал коммуникатор и протянул его. — Если хочешь, можешь посмотреть, что я отправил. Я никому не говорил. Медленно, готовый в любой момент броситься наутёк, Дрим прокрался обратно в дом и слегка дрожащими руками взял у Ранбу коммуникатор. Он увидел сообщения от Таббо, отправленные несколько дней назад, а также от других участников сервера. Но ничего не было отправлено или получено за несколько дней. Значит, он действительно ничего не отправлял. Ранбу никому не сказал. Дрим всё ещё был в безопасности. Если только… Он оторвал взгляд от коммуникатора. — Ты собираешься меня убить? — спросил он. Ранбу вздрогнул от этого прямого вопроса. — Чего бы мне убивать тебя? Я не просто так убиваю людей. Нет, я не собираюсь убивать тебя, Прайм. Дрим медленно кивнул. — Хорошо. Я верю тебе. На самом деле он всё ещё не был уверен, но не хотел настаивать, на случай, если Ранбу всё-таки решит его убить. Он снова посмотрел на коммуникатор. Он не хотел спрашивать, правда не хотел, но не хотел рисковать ещё больше и допустить, чтобы Ранбу связался с кем-то ещё. — Можно мне оставить его себе? — спросил он, стараясь не показывать свою нервозность, — просто на минутку. Я не хочу… — он замолчал, уже сожалея о том, что попросил. Почему Ранбу позволил ему оставить это, его единственную связь с остальным Сервером? Эндермен выглядел так, будто собирался возразить, но затем слегка сник. — Думаю, я могу это понять, — сказал он со вздохом, — хорошо. Пока можешь оставить его себе. Просто скажи мне, если кто-нибудь свяжется со мной. Я не хочу, чтобы кто-то дома волновался. Дрим, несколько удивлённый, кивнул и аккуратно положил коммуникатор в свой инвентарь. У него не было коммуникатора с тех пор, как его бросили в тюрьму, и было странно снова его получить. Это была связь с остальной частью сервера. Внезапно осознав, что дверь всё ещё открыта и дождь хлещет внутрь, он повернулся и закрыл её. — Прости, что я так испугался, — заставил он себя сказать, всё ещё стоя к Ранбу спиной, — я не хотел, чтобы ты это видел. — Я не должен был на тебя кричать, — неловко сказал Ранбу, — прости. Прости. — Всё в порядке, я понимаю, — быстро сказал Дрим. Они неловко постояли несколько секунд, прежде чем Дрим, хромая, подошёл к сундуку и открыл его, просто чтобы чем-то заняться. — Ты в порядке? — нерешительно спросил Ранбу, — ты хромаешь. — Просто оно ещё не зажило как следует, — сказал Дрим, перебирая содержимое сундука, — всё в порядке. С ним всё было в порядке, правда. Он не был слабым, с ним всё было в порядке. Он был слабым, он был слабым, сломленным и бесполезным, и он едва мог ходить, не испытывая боли. — Я больше беспокоюсь о тебе, — сказал Дрим, пытаясь отвлечь внимание Эндермена от себя. Он так привык быть один, что забыл, насколько неудобно находиться под чьим-то пристальным вниманием. — Ты был без сознания всю ночь и часть утра, и твои ожоги были довольно серьёзными. У тебя также может быть небольшая температура, с которой я не совсем уверен, что делать. — О, — сказал Ранбу, — да, звучит не очень хорошо. Полагаю, у тебя нет золотого яблока или чего-то такого? Дрим покачал головой, не поднимая глаз. — О, точно. В этом есть смысл. Ранбу что-то пробормотал себе под нос. — Полагаю, зелья тоже не нужны? — У меня были только те, что ты мне дал, — сказала Дрим, по-прежнему избегая его взгляда, — я использовала их. Некоторое время назад. — Я давал тебе зелья? Подожди, да, давал. Теперь я вспомнил, — поправил себя Ранбу, — всё в порядке, я всё равно чувствую себя намного лучше. Дрим был почти на девяносто процентов уверен, что это ложь. Но он не собирался говорить это вслух. — Ты не хочешь перекусить или что-нибудь ещё? — спросил он после короткой паузы. — Конечно, — неловко ответил Ранбу, — если это не слишком хлопотно, — быстро добавил он. — Это не так, — сказал Дрим, — я уже предлагал. Он снова начал рыться в сундуке, на этот раз с намерением что-то найти. Он только сейчас заметил, что с него капает вода: во время беспорядочного полёта под дождём он промок насквозь. Он подумал о том, чтобы снять мокрую толстовку, но тогда стали бы видны все шрамы на его руках, а ему не хотелось, чтобы Ранбу их видел. Ему и так было очень неловко из-за того, что Эндермен видел все повреждения на его лице и руках, и он даже не хотел думать о недавнем инциденте. Он был полон решимости не допустить повторения этого, по крайней мере, там, где Ранбу мог это увидеть. Дрим нашёл в сундуке немного пшеницы и несколько ягод. Неужели это всё, что у него было? Он не очень-то умел запасаться едой, обычно потому, что находил не так уж много. Но всё же. Он думал, что там было что-то ещё. — Я мог бы испечь хлеб, — сказал он через мгновение, — у меня есть ягоды. — Я не хочу брать твою еду, — сказал Ранбу. — Я ничего с ней не делал, — сказал Дрим, слегка съёжившись, — она не отравлена. — Почему бы и нет? Нет, я просто имел в виду, что не хочу брать твою еду. Типа, она твоя, — быстро поправился Ранбу. — У меня есть ещё, — сказал Дрим. На самом деле это была лишь частичная ложь. У него технически кое-что росло на заднем дворе. — Я в долгу перед тобой, Ранбу, я не хочу, чтобы ты умер от голода. От голода — из-за того, что он пытался питаться только сырой картошкой, чувствуя, как с каждым днём растёт его голод, но едва ли мог проглотить то, что ему давали, ненавидя постоянную боль в груди. — Ладно. Если ты уверен… Я просто возьму немного ягод, — сказал Ранбу. Дрим кивнул и достал ягоды из сундука, аккуратно положив их в миску, прежде чем передать Ранбу, по-прежнему избегая его взгляда. — Тебе нужно что-нибудь ещё? — спросил он, — я не очень хорошо разбираюсь в лечении ожогов от воды, и я знаю, насколько хорошо я справился. Ранбу согнул пальцы свободной руки, рассматривая ожоги на них. — Я имею в виду, они выглядят нормально, — сказал он через мгновение, — бывало и хуже. Сейчас было бы хуже, если бы ты мне не помог. Так что ещё раз спасибо. Дрим кивнул. Ранбу неуверенно указал на стул у стола. — Ничего, если я присяду? — спросил он. Удивлённый тем, что Эндермен вообще спрашивает, Дрим снова кивнул. Он сел и несколько секунд смотрел на ягоды. Дрим задумался, не считает ли он всё ещё, что они отравлены. Но это было не так! На самом деле это было не так. Конечно, Ранбу был прав, не доверяя ему, но он очень надеялся, что Эндермен что-нибудь съест. Он не хотел, чтобы тот умер. Внезапно Ранбу поставил миску на стол и повернулся к Дрему, который приготовился к новым резким словам. — Послушай, мне правда жаль! — выпалил Эндермен. Дрим моргнул. Этого он ожидал меньше всего. Почему он извиняется? — За что? — спросил Дрим. — Прости, что накричал на тебя, я не хотел так сильно нервничать, — сказал Ранбу, проводя рукой по волосам, — у меня было время остыть после того, как ты ушёл, и я понимаю, что это было слишком, особенно после того, как ты фактически спас мне жизнь. Мне правда очень жаль, Дрим. Я не хотел тебя пугать, я просто не знаю, что случилось. Во время этой речи Дрим напрягся, занервничал и забеспокоился. Он не хотел говорить об этом. Он очень, очень не хотел говорить о своём приступе. Потому что тогда ему пришлось бы говорить о том, почему у него были эти приступы, а он не собирался об этом говорить. — Тебе не нужно извиняться, — сказал Дрим, — в том, что ты сказал, не было ничего плохого; ты был прав. — Нет-нет, я правда не хотел. Я обвинял тебя, и это ведь даже не в самом SMP, верно? Дрим медленно покачал головой. Он не хотел продолжать этот разговор, но чувствовал себя загнанным в ловушку из-за слов Ранбу. Он не мог просто уйти, пока Эндермен с ним разговаривал, не так ли? — Ты сказал мне не возвращаться. Поэтому я и не вернулся. Я не вернулся. — Значит, я тоже был не прав. Ты действительно испугался, Дрим, а я не… — Я не хочу говорить об этом, — резко сказал Дрим, перебивая его, — пожалуйста, не заставляй меня говорить об этом. Он даже не мог вспомнить большую часть того, что произошло, что он сказал или сделал. Но он по-прежнему очень не хотел это обсуждать. На самом деле он не ожидал, что Эндермен отнесется к этому с уважением — у него не было для этого никаких причин, — но он должен был хотя бы попытаться. Ранбу моргнул. — Ладно. Я, наверное, не буду. Я просто… Я просто съем их. Он вяло указал на ягоды, а затем начал есть их одну за другой, вероятно, просто чтобы чем-то себя занять. Не в силах больше стоять на месте и освободившись от необходимости отвечать Ранбу, Дрим, хромая, вышел из комнаты. Он не мог уйти далеко — в конце концов, в его доме было всего две маленькие комнаты. Но он мог пойти в спальню, которая, по крайней мере, находилась вне поля зрения Ранбу. Он закрыл глаза и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Ранбу не собирался связываться с остальной частью Сервера. Он даже не мог этого сделать. У Дрима был его коммуникатор, который всё ещё казался странным и неправильным. И Ранбу тоже не собирался его убивать. По крайней мере пока что. Это был плюс, верно? Дрим открыл глаза. Ранбу был здесь, в его доме. Он не мог уйти, пока шёл дождь, и, возможно, не смог бы уйти и после, в зависимости от того, достаточно ли зажили его раны, чтобы он мог вернуться в SMP. И Дриму тоже особо некуда было идти. Так что на данный момент они были привязаны друг к другу. Это было бы сложно. Дрим не привык к обществу. В тюрьме он был один за исключением надзирателя и Квакити, но они не были компанией, он не считал их компанией, не после того, что они с ним сделали. И после побега из тюрьмы он тоже был один. Он не хотел находиться рядом с Ранбу. Он не знал, что сделает Эндермен, как он будет реагировать на происходящее. И Дрим определённо не хотел, чтобы перед ним разворачивались новые эпизоды; одного было достаточно. Поэтому ему нужно было особенно тщательно контролировать свои мысли. Он не мог сорваться, ни в коем случае. Дрим мог бы это сделать, верно?