Глава 2
9 июня 2025 г., 21:38
Сквозь лёгкий туман, рассекаемый первыми лучами утреннего солнца, под сводами скрытой от глаз магглов улицы появлялись волшебники. Воздух был свеж, пах кофейными зёрнами и свежей типографской краской. Камины вспыхивали зелёным пламенем в залах Министерства магии.
У входа в Министерство, скрытого за фасадом ничем не примечательной телефонной будки, появился Уолтер Финч — пожилой маг с аккуратной бородкой, в безупречно выглаженном костюме с вышитым гербом отдела регулирования магических существ. В руке была папка с документами и кружка с дымящимся чаем.
— Доброе утро, Уолтер! — поприветствовала его Джуно Грей. Она работала в том же отделе, что и Флинч. Девушка спешила, скользя почти невесомо по плитам пола, успевая при этом пригладить прядь волос и перекинуться парой слов с коллегой.
— Доброе, Джуно! У нас сегодня слушание по делу о гоблинах?
— Да, — выдохнула она, — Что за бунт они устроили?!
Мимо проскочил молодой волшебник с кудрявыми волосами — стажёр Отдела Аврората. На нём был совсем новый костюм, а глаза блестели от волнения.
— Спокойнее, Льюис, — усмехнулся Уолтер, — Нотт тебя не съест!
— Если я опоздаю на рейд, Нотт заставит меня бегать вокруг Министерства до конца года! — крикнул он, убегая все дальше.
— А Нотт неплохо справляется, — Финч улыбнулся, — не припомню, чтобы Авроры были так вовлечены в работу.
— Финч… Давай отойдем, — шепнула Джуно, опуская голову, — Малфой идет. Опять отчитает нас за то, что мы не работаем…
В коридоре становилось тише, когда он приходил. Люциус Малфой, Верховный советник по стратегическим вопросам магической политики, двигался словно король в чужом дворце, хотя никто не сомневался: этот дворец давно был в его власти.
Он отворил двери своего кабинета легким движением волшебной палочки.
Кабинет Малфоя был вдвое больше, чем у любого сотрудника Министерства. В нем были высокие потолки и полукруглые окна, выходящие на магически созданный пейзаж, напоминающий роскошный сад родового дома.
Гладкий пол был из полированного чёрного камня, а стены глубокого графитового оттенка, на них висели портреты самых выдающихся предков Люциуса.
Огромный письменный стол из чёрного дерева с ножками в виде змеевидных барельефов стоял возле окна. Никаких лишних бумаг — только серебряная чернильница, два пера из хвоста гиппогрифа и аккуратно уложенные папки в обложках из кожи ночной химеры.
Как только Люциус сел в кожаное кресло, к нему подлетел серебряный поднос. На нем была чашка из тончайшего, черного фарфора с платиновым ободком. Чай внутри чашки задымился, окутывая кабинет запахом бергамота.
Закончив с «завтраком», Люциус окунулся в работу. Он сидел, слегка склонив голову, над отчётом по заключённому соглашению с магическими банкирами Восточной Европы. Его длинные пальцы лениво перелистывали страницы.
Его покой нарушил стук в дверь. Кто-то нерешительно стоял за дверью, ожидая приглашения.
— Входите, — холодно велел Малфой, не поднимая глаз.
Неуверенно приоткрыв дверь, на пороге встал Портер Грим. Он служил в отделе магического строительства. Невзрачный волшебник в мятом костюме разглядывал стены кабинета, боясь встретиться с глазами Люциуса.
— Господин Малфой, я... Простите за вторжение, но... Это срочно.
— Вы уже нарушили протокол, мистер Грим. Ваше присутствие здесь — ошибка. Вы должны были положить деньги на мой счет и ждать, пока я одобрю строительство здания, — Люциус медленно поднял взгляд. Серые глаза смотрели безжалостно.
— Я... это... касательно сегодняшнего перевода... — Грим глотает ком в горле, — Я не смог внести сумму.
Люциус откинулся в кресле, пытаясь понять услышанное.
— У Вас не хватило денег, мистер Грим?
— В Гринготтсе... Бунт! Гоблины перекрыли доступ к хранилищам. Ни вкладов, ни переводов, ничего. Они требуют вернуть им всё — реликвии, доспехи, оружие. Они заблокировали счета... И Ваш в том числе.
Он медленно поднялся с кресла.
— Вы хотите сказать... Что Гринготс заперт?
— Да, сэр. Они вооружены. Их лидеры говорят, что маги веками грабили гоблинские рудники. И теперь они заберут все, что есть в банке.
Лицо Люциуса стало белее, чем пергамент на столе. Кабинет погрузился в звенящую тишину. Он слышал лишь неестественно быстрое биение своего сердца.
— Выйдите. Немедленно.
— А… Как же…
Люциус округлил глаза, прожигая гостя яростным взглядом.
— Понял, потом, — Грим кивнул и попятился к двери.
Люциус шел быстро, серебряная трость в его руке стучала по мраморному полу, эхом расходясь по пустующим коридорам. Чем дальше он шел, тем чаще слышал приглушённые голоса сотрудников:
— …говорят, гоблины выдвинули ультиматум…
— … говорят, хранилище №74уже опустошено, а ведь там были артефакты самого Годрика Гриффиндора…
— …Лорд Малфой?.. Нет, он ничего не знает. Ему нет дела до других...
Он игнорировал слова. На его лице маска невозмутимого аристократа, а в душе агония.
Длинный коридор стал очередным испытанием для нервов Люциуса. Магнус полностью перестроил отдел, выделяя огромные площади для тренировочных залов и убирая ненужные кабинеты для бумажной волокиты. Нотт сделал ставку не на закон, а на силу. После этого послужной список аврората рос с каждым днем.
Ещё до того, как Люциус открыл дверь, он услышал тяжёлый удар и металлический звон. Он распахнул двери кабинета и замер.
Нотт, не заметил гостя. Он яростно атаковал гоблинский тренажёр, отлитый из зачарованной стали. Он был искорежен, местами расплавлен.
Кабинет Нотта был как крепость. Стены из чёрного камня закалены магией. Вокруг мишени, тренажеры, мечи и топоры.
На стене была огромная доска с картой Лондона. Она была вся изрисована неведомыми для Люциуса метками. На другой стене были таблички с заметками и газетными вырезками. Между ними колдографии преступников. Некоторые из них были зачёркнуты жирным красным крестом.
Нотт обернулся, заметив входящего в кабинет друга. Белая рубашка, мокрая насквозь, прилипла к объемным мышцам. Его руки были покрыты лёгкими ожогами. Он вытер лицо полотенцем и поприветствовал друга.
— Доброе утро, Люци!
— Если бы, — сухо ответил Люциус, рассматривая досье одного из преступников.
— Что-то случилось? — Магнус нахмурился.
— Гоблины забаррикадировали банк.
Магнус усмехнулся:
— Я знал, что этот день придёт. Что случилось?
— Бунт. Хранилища перекрыты. Деньги заблокированы. Мои деньги! — Люциус, словно обезумев, схватил Магнуса за воротник рубашки, — Они требуют вернуть «украденное».
Нотт мягко убрал руки Люциуса и подошел к стене, где висела карта. Он указал на несколько черных точек.
— Слушай, Люци… Если это заговор, то начали они его давно. У меня уже полгода исчезают авроры в районах с гоблинскими рудниками. Даже я не сразу понял, насколько всё серьёзно.
— Я не позволю... Чтобы мне диктовали условия какие-то подземные черви! Их место в подвалах, а не в переговорных!
—На что ты намекаешь?
— На войну, если понадобится.
Магнус улыбнулся. Это было именно то, в чем он был силен.
***
Банк Гринготс был забаррикадирован. Гоблины окружили здание кольцом из краеугольных камней и острых металлических прутьев. Несмотря на барьер, на них то и дело нападал дежурный отряд авроров. Мужчины прятались на крыше ближайшего к банку здания. Магнус разглядывал обстановку с помощью волшебного бинокля и долго молчал. — Ну, что там? — Малфой нетерпеливо дернул друга за рукав мантии. Люциус Малфой стоял чуть дальше, словно не желая своими глазами окунаться в реальность. Его руки дрожали. Он пытался сохранить осанку, но на его плечи упал тяжкий груз. Банкротство звучит страшнее, чем смерть. Гоблины на площади были одеты в волшебные доспехи. Металл либо отражал чары волшебников, либо впитывал, делая защиту еще крепче. Все они кричали: — Верните изделия наших кузнецов! — Золото, добытое нами, принадлежит нам! — Никаких больше хранилищ для магов! Вы воры! Один из авроров воскликнул: — Ступифай! — красный луч отскочил от гоблинского щита с резким лязгом и ударил по аврору, что не успел увернуться. — Вот твари… — пробормотал Нотт, наблюдая за происходящим. Люциус отошел дальше. Его лоб тут же покрылся испариной. Он резко втянул воздух. — Я... Я думал, у нас всё под контролем... Но их доспехи… Его охватила паника. Глаза нервно забегали, трясущиеся руки прижались к сердцу. — Мои деньги… Мои хранилища… Золотые слитки, древние артефакты, фамильные драгоценности… — Люциус сел прямо на пыльную крышу, не беспокоясь о новой мантии, сшитой на заказ. Нахмурившись, Магнус опустился корточки перед Люциусом. — Люци, посмотри на меня! Люциус сморгнул непрошеные слезы и перевел взгляд на друга. — Ты Малфой! А Малфои не падают в обморок, даже если мир идёт в царство Темной Матери! Это только деньги, понял? — Деньги — это власть, — отрезал Малфой. — А власть — это мы. Пока ты стоишь, они не победили. Нотт поднялся и снова посмотрел вниз. — У меня есть ковен, не забывай. Мы быстро накроем эту шайку, а потом выследим, где гоблины держат штаб. Найдём их лидеров и перебьем по одному. Люциус медленно поднялся и глубоко вздохнул. Взгляд вниз дался ему с трудом. — И тогда... они поймут, кто здесь главный. Магнус усмехнулся: — Добро пожаловать обратно. Они стояли на крыше молча. Нотт мысленно выстраивал план действий и мстительно улыбался.***
Площадь перед Гринготтсом пылала магическим напряжением: воздух вибрировал от невидимых щитов, возведённых гоблинами. Массивные бронзовые двери в банк были плотно закрыты. Несколько десятков гоблинов стояли на площади перед банком. Они были вооружены арбалетами, криками и зачарованными артефактами. Нотт стоял на каменных ступенях противоположного здания, его мантия развевалась. Его сосредоточенное лицо напоминало полководца. — Не атаковать в лоб! Цельтесь под ноги, заставьте их бежать! — его голос был как никогда грозным, — Боул, отвлеки фланг, Кира — дым, Флинт — заходи с тыла! Макмиллан, свою задачу ты знаешь. Люциан Боул ударил чарами в баррикаду. Летящие во все стороны острые камни и железные прутья вызвали панику. Гоблины, сбившись, начали маневрировать, открывая фланги. Кира ловко пробежала по краю баррикад и метнула несколько дымовых сфер, дезориентируя противников. Гоблины, хоть и защищённые, начали кашлять, теряя строй. Флинт прорвался через боковую арку у входа в банк. — Бомбарда! — воскликнул он и чары взорвали брусчатку под ногами гоблинов. Один из них упал в образовавшуюся под ногами яму с диким воплем. Тем временем Реджи Макмиллан воскликнул: — Инкарцеро! — верёвки обвили гоблинов, потерявших бдительность. Магнус отдал ключевой приказ: — Оглушающие! Прямо в лицо! Скованные гоблины не смогли пошевелиться. Отряд авроров быстро перепрыгнул через баррикаду и вырубил каждого гоблина. Авроры переглянулись. Это был стиль Нотта: сначала хаос, потом удушающая тишина. Связанные гоблины лежали неподвижно. Дым медленно рассеивался. Триумфальную тишину нарушил скрежет металла. Из банка вышел главный гоблин. Он не был похож на остальных. Не ниже подростка, он казался огромным, по меркам своего народа. Его кожа была серо-зеленой, а когти чёрные и острые, как орудие для убийства. Но больше всего впивались в душу его глаза — кроваво-красные, с черным, бездонным зрачком. Тяжелые доспехи гремели от каждого шага. Эти тяжелые, стальные доспехи отличались от тех, что были на других гоблинах. Нотт инстинктивно чувствовал, что они пропитаны темнейшей магией. Авроры инстинктивно шагнули назад. Даже Флинт нервно сглотнул, несмотря на подверженных под ногами гоблинов. Кира сжала палочку. Реджи вытянулся, как струна. Даже Нотт с отвращением сделал полшага в сторону. Только Люциус Малфой остался стоять прямо, с нескрываемой ненавистью. Гоблин оскалился: — Малфой, Нотт, добро пожаловать, — проскрежетал Ранрок неестественным голосом и отвесил шутливый поклон, — Вы припозднились. Он окинул взглядом поверженных гоблинов и удовлетворенно кивнул своим мыслям. — Но, впрочем, я прощу таких высокопоставленных сотрудников, как вы, я могу простить, — гоблин рассмеялся с рваным, кашляющим звуком, — Слухи ходят, мистер Малфой, будто вы стали влиятельнее, чем сам министр! — Ты поднял восстание, чтобы обсудить лживые слухи, гоблин? — Малфой терял терпение. Ранрок шагнул ближе, и земля под ногами задрожала. Древняя магия, густая, как кровь, струилась за ним. — Я не люблю ложь. Поэтому скажу прямо: вы ищете порядок, деньги, власть. А я предлагаю вам… правду. Люциус прищурился: — Какую правду? — Ваш сейф, мистер Малфой. Тот, где хранится… — гоблин оскалился, обнажая острые желтые клыки, — то, что Вы никогда не покажете ни Министерству, ни семье. Мы не тронули это. Вы можете проверить. — Ты врёшь, — бросил Нотт. Ранрок склонил голову в насмешке. — Люци, не слушай его! Он хочет заманить тебя внутрь! — Нотт вытянул руку, преграждая путь Малфою. Но Люциус не слушал. Он сделал шаг вперед. — Если ты врёшь, ты умрёшь, Ранрок. Но если это правда, я должен знать. Магнус схватил его за локоть: — Ты с ума сошёл? Это ловушка! Люциус обернулся: — Если они добрались до этого сейфа,я должен знать. Если они выкрали то, о чем я думаю, нашему миру грозит опасность. Нотт стиснул зубы: — Чёрт бы тебя побрал, Люциус! — он резко двинулся вперед, вставая рядом с Люциусом. В кулаке он крепко, почти до хруста сжимал палочку. Ранрок развернулся и, не сказав ни слова, вошёл в банк. Как только Люциус и Магнус шагнули за Ранроком в мрачные недра Гринготтса, двери за ними сомкнулись с глухим стуком. Мужчин окутала кромешная тьма. — Ранрок! — рявкнул Нотт, поднимая палочку. — Где ты, ублюдок?! Покажись! Ответом стало эхо, отражающееся от стен. Внезапно факелы вдоль стен вспыхнули, озарив огромный зал светом. Помещение походило больше на бальный зал, чем на банк. Высокий потолок терялся во мраке. Стены были инкрустированы древними рунами, мерцающими синим и золотым светом. — Это не мой сейф, — прошептал Люциус. — Это ловушка,— выдохнул Магнус. Внезапно раздался грохот. Перед ними приземлился огромный каменный рыцарь. Его доспехи словно пульсировали от древней, могущественной магии. Ещё двое вышли из боковых ниш. Их синхронные шаги рушили каменный пол. — Древняя магия, — прошептал Люциус, — Я слышал легенды, но это… — Это смерть, если мы не выберемся, — перебил его Нотт, активируя щитовые чары. Один из стражей ударил мечом — и земля задрожала, волшебный щит вспыхнул, трещины пошли по полу. Мужчины едва не упали. — Аппарировать нельзя! — закричал Люциус, — Мы точно в одной из ловушек Гринготса! — Ранрок! — яростно, стиснув зубы, прорычал Нотт, — Тварь, покажись! Но Ранрока уже не было. Только стены пульсировали светом, реагируя на присутствие двух могущественных магов. Эта ловушка была создана именно для них. Магнус скрипнул зубами. — Готовься. Бой не на жизнь… — Не на жизнь? Как славно. Я давно в настроении для показательной казни, — перебил Люциус, поднимая палочку. Огромные рыцари пошли в атаку, и весь зал загремел от их шагов. Они двигались с ужасающей мощью. Первый рыцарь замахнулся и щит, сотканный Магнусом, треснул, рассыпав искры. Второй обрушил молот, и каменный пол под ногами задрожал. — Мы не сдержим их! — выкрикнул Люциус, атакуя рыцарей мощными боевыми чарами, которые не наносили никакого урона стражам. — Тогда уничтожим! — рявкнул Нотт, и пламя вырвалось из его рук, поднимаясь до самого потолка. Люциус понял, чего хочет Магнус. Только совместив две стихии, они смогут справится с таким мощным врагом. — На счёт три, — прохрипел Люциус, выпуская поток ветра из ладоней, его волосы и мантия развевались так сильно, словно он оказался в эпицентре бури, — Один! — Два, — огонь уже плёлся вокруг ног Нотта, собираясь в змеевидную спираль. — ТРИ! — VENTO URENTE! — закричали они в унисон заклинание, забытое, древнее, которое никто не осмеливался произносить. Магия вспыхнула и весь зал вздрогнул. Воздух сжался, как перед грозой, а потом взревел огненный вихрь. Это был мощнейший поток энергии из чистых стихий, вздымающихся под потолок. Стражей отбросило в стены. Их громоздкие тела разрушили гранитные стены. Мощный вихрь из пламени добрался до каждого из них и расплавил. Доспехи на них растекались густой оранжевой магмой по полу. Вихрь завывал, как древний дракон, его рев был слышен даже на верхних уровнях Гринготтса. Стражи исчезали прямо на глазах. Светящиеся руны на стенах начали мерцать, словно сами боялись того, что пробудилось. Магнус держал поток пламени, его глаза горели, кудри прилипли к взмокшему лбу. Люциус стоял рядом, закручивая воздух по спирали. Его глаза заболели от непрекращающегося ветра, а губы обсохли. И вот, когда последний рыцарь превратился в лужу искрящейся лавы, вихрь вспыхнул, взвился к потолку и исчез в огненном взрыве, осветив зал, как восход солнца. Несколько минут Магнус и Люциус тревожно вслушивались в звенящую тишину. Когда они поняли, что нападений больше не будет, они рухнули на пол. Обессиленные, они оперлись о спины друг друга и тяжело дышали. — Ну и вихрь, — прохрипел Магнус, вытирая кровь с губ. — Теперь запомнят, кто мы такие, — прошептал Люциус. Магия такой мощи привела к магическому истощению. Мужчины не смогли наколдовать себе даже воды. — Люци… — прохрипел Магнус. Малфой промычал в ответ, не желая тратить силы на разговор. — Что такого ужасного было в том сейфе? Люциус не ответил. Он откинул голову назад, используя широкое плечо друга, как опору. Поразмыслив несколько минут, он устало выдохнул и заговорил: — Оружие. — И все? — хмыкнул Магнус. — Маггловское оружие такой мощи, что может уничтожить целый город… — Мантикоры их дери… — прошептал Магнус, — Зачем оно тебе? Люциус пожал плечами: — Особенность сделки с маггловским правительством. Не спрашивай, это было не мое решение. — Гоблины нас просто уничтожат. Истребят… — Магнуса передернуло, когда он представил последствия. — Не всех, конечно. Скорее всего они нападут на Министерство… Или на Хогвартс. Магнус подскочил на ноги и Люциус, потеряв опору, упал на пол. — Что ты такое говоришь?! Нужно срочно выбираться и спасать людей! Люциус устало улыбнулся, не поднимаясь с глянцевого пола: — Ты все еще не понял? Мы не сможем выбраться. Сжав кулаки, Магнус замотал головой: — Нет! Он побежал по периметру огромного зала, касаясь рукой глянцевого камня. Но так и не смог найти дверь. Второй обход прошел более тщательно, он искал трещины, заломы, выемки под ключ, но все тщетно. Казалось, их поместили в огромную нефритовую шкатулку. — Люци! Вставай, помоги мне! Но Люциус не поднимался. Его белоснежные волосы разметались по глянцевому полу, одежда местами порвалась. Он смотрел во тьму, что скрывала высокий потолок и громко смеялся, теряя рассудок. Из уголков его глаз потекли слезы и защекотали уши. — Мы никогда не выберемся! — воскликнул он, срывая голос.***
Ветер свистел сквозь ветви старого леса, пугающе подвывая в унисон с дальним, нечеловеческим воем. Среди извивающихся теней пробирался Ранрок. От каждого его шага воздух словно сгущался от исходящей ненависти. Впереди показалась старая, перекошенная хижина, скрытая от случайных глаз. Ранрок злобно усмехнулся. — Наконец-то, — прохрипел он, толкая скрипучую дверь. Внутри хижины пахло плесенью, гарью и чем-то отдаленно напоминающим еду. В углу, у покосившегося камина, сидел Август Руквуд. Он поднял голову, заметив силуэт в дверях, и моргнул, будто не сразу поверив, что не один. — Руквуд, — прохрипел Ранрок. Гоблин кивнул в знак приветствия, его клыкастая напугала мужчину, — Пора вспомнить, почему ты всё ещё жив. Ранрок подошёл ближе, шаги его глухо отдавались по гнилым половицам. Он скинул с плеч мешок. Тот с глухим звоном рухнул на пол, и из него посыпались золотые галеоны. Монеты катились по полу, оседая в пыльных углах, и Руквуд, не веря глазам, выпрямился. — Твои бывшие друзья мертвы, — тихо произнёс Ранрок, — Я выполнил свою часть сделки. Он подошёл ближе, и взгляд его стал холодным, — Теперь твой черёд. Создай армию. Добейся власти, о которой Воландеморт мог только мечтать. И помоги нам вернуть то, что наше по праву: реликвии, оружие, золото, украшения, камни. Но что важнее- нашу свободу. Руквуд молчал, но в глубине его мутных глаз зажёгся давно потухший огонь.
