У змеи три имени

Со змеенышем мы прожили в Колыбели почти неделю прежде, чем треснуло еще одно яйцо. Впрочем, чему там трескаться?! Колаб основательно побил скорлупу, пока убегал от погони. Хорошо хоть внутренняя пленка оказалась толстой и крепкой, и внутрь не попал воздух. Если бы попал - яйцу был бы конец. Вылупился наг как раз в тот момент, когда я пытался осторожно обмыть скорлупу. Внутри наметилось шевеление, но гораздо более слабое, чем было с зеленым. Змееныш силился выбраться, но, видно у него не хватало сил. Сразу вспомнились слова Двойки о том, что этот ребенок будет умным, но слабым. Поворочавшись еще немного внутри, малявка умудрился проделать хвостом дырку в скорлупе. Я заинтересованно в эту дырку заглянул и увидел заинтересованно пялящийся на меня темный глаз. Змееныш смотрел внимательно, изучающе, но вылезать, кажется, не торопился. Вот ведь самостоятельное создание! Сам вскрыл скорлупу, сам пустил воздух, сам продышался, даже не пискнул. Никакой паники. - Привет, - улыбнулся ему я. - Давай, выбирайся. Вряд ли он меня понял, но глаз исчез и в яйце все стихло. Тяжело вздохнув, я подкатил к себе черное яйцо и осмотрел его, надеясь, что раз они родились в один день, то и вылупиться должны вместе. Увы, на черной скорлупе не имелось ни единой трещины, хотя иногда я и чувствовал внутри шевеление. Пока я мыл черное яйцо, темный глаз снова на меня уставился, заинтересованно наблюдая. Я решил не торопить его, и уж тем более не собирался вскрывать скорлупу. Двойка предостерегала, что это очень плохая идея, помогать детенышу выбраться из яйца. Мол, после этого у них остается ощущение беспомощности на всю жизнь. И тут на моей шее повис мой зеленый, не в меру шустрый отпрыск. Он схватился за меня так сильно, будто хотел задушить, положил подбородок на мое плечо и засопел в ухо. - Ну, что такое? - поднял бровь я. - Что-то случилось? Мелкая ручонка разжалась, продемонстрировав мне здоровенного, размером с мой большой палец, жука. Змееныш позволил мне забрать добычу и рассмотреть. Покрутив в руках жука, я улыбнулся и потрепал мелочь по только-только выступившему на голове ежику волос - отчего-то золотистому. - Молодец, крутого жука поймал, мне нравится. Вон, брату покажи. Смотри, как ему интересно. Змеёныш - имя ему Двойка, к слову, запретила без Сарпо давать - уставился на треснувшее яйцо. То ли детеныш поймал в моем голосе что-то особенное на слове «брат», то ли, как и говорила Двойка, они заочно, через скорлупу, друг друга знали, но он довольно быстро пополз к яйцу. Я насторожился, готовый оттащить мелкого в случае, если он вдруг решит помочь брату выбраться. Однако зеленый просто пододвинул лицо к дырочке и уставился в нее глазом. Упрямо не желавшему вылезать мелкому это не понравилось. Видно его интересовал яркий свет, ему нравилось наблюдать за мной, а тут какой-то непонятный брат перегородил ему обзор. Желание наблюдать вступило конфликт с нежеланием вылезать. В конце концов, мелочь пришла к компромиссу - под мой хохот она проделала в скорлупе еще одну дырку. Такой расклад зеленому понравился. Он решил, что с ним играют и, осторожно посмотрел на меня, будто спрашивая разрешения. Если учесть, что я частенько прикрикивал на него, чтобы он не лазал во всякие опасные места и не пытался оборвать ветви живых корешков, это была вполне понятная реакция. Я только цокнул языком, удивляясь, как же быстро он учится. Получив от меня улыбчивый кивок, змееныш снова повернулся к яйцу и, вот ведь хитрая сволочь, перекатил его так, чтобы одна из дырок оказалась в воду. - Ах ты паразит мелкий! - испугался я, услышав, как ребенок внутри яйца испуганно забился. Поняв, что опять что-то не так сделал, зеленый спрятался от меня за яйцо брата и нечаянно перекатил его так, что теперь уже обе дырки ушли под воду. Я, взвыл, потянулся к яйцу, однако руку неожиданно отдернул. Трещина от бултыхания отпрыска Колаба пробежала по яйцу и расколола его, явив свету еще одну очень интересную мелочь. Мелочь, однако, являться свету вовсе не хотела, потому пугливо попыталась спрятаться сначала в одной половинке скорлупы, потом в другой, а потом неожиданно для себя оказалась затискана братом. - Так, а ну отдай, а то задушишь еще, - я отнял у зеленого отпрыска новорожденного и, подняв в воздух, заинтересованно осмотрел. Извивающийся фиолетовый хвостик украшала россыпь разноцветных крапинок, похожих на яркий узор ночного неба. Каждая чешуйка красиво блестела от воды. Темные, почти черные глазенки тоже оказались необычными, они переливались, как лужа разлитого на асфальте бензина. Зрачки расширились от страха, пальчики вцепились в мои запястья. Брат, подползший поближе, с интересом охотился за свесившимся хвостом. - Мда, все девки однозначно твои будут, - улыбнулся я новенькому. - И мужики тоже. Только бы нас с тобой Сарпо из дома не выгнал... Мелочь от звуков моего голоса неожиданно успокоилась. До этого узкие, как струна, зрачки, расширились почти до состояния кругов. Но не тут-то было. Именно в этом момент, как по заказу, брату таки удалось поймать хвост. Зрачки снова сузились, хвост был выдернут и тут же обвился вокруг моей руки - только бы снова его не достали. Я улыбнулся и прижал мелочь к себе, хмуро глянув на зеленого. - Хватит обижать младшего брата, - погрозил я ему пальцем. - Ай-яй-яй. Маленький охотно обвил меня за шею и я, растеряв тут же всю свою сердитость, улыбнулся. Ну вот что такое-то, а? Вроде они другой вид, и не мои, собственно, кровные отпрыски, а меня от умиления все равно размазывало. Старший тоже хотел обниматься, начал тянуть ко мне лапки. Отказать ему в этом я не смог. Нет, серьезно, я мог ругаться, мог даже шлепнуть змееныша, но когда он лез ко мне ласкаться я превращался в счастливого идиота. В конце-то концов, я ругался не от обиды или зла, а чтобы показать дитю, что можно а что нельзя. - Нам нравится смотреть на тебя с детьми, - сказала незаметно подобравшаяся и взъерошившая мои волосы, отросшие уже до плеч, Двойка. - Ты хорошая нянька. - Наверное, тебе виднее, - улыбнулся я, в порыве родственных чувств чмокнув фиолетовую мелочь в лысую макушку. - Почему черный еще не вылупился? Разве не должен? - Он ждет, - ответила мне Двойка. - Чего ждет? - Сарпо. Он совсем скоро будет здесь и заберет тебя. От этих слов я испытал такое счастье, что не сдержал широченной улыбки. Но тут же и скис, подозревая, что насчет детёнышей у нас с ним выйдет долгий и сложный разговор. - Не переживай, - успокоила меня Двойка. - Я уверена, что все пройдет хорошо.