У змеи три имени

Дорога прошла хуже некуда. Когда дети только вылупились я радовался тому факту, что мне не пришлось возиться с младенцами и стирать пеленки. Теперь я думал, что легче было бы стирать пеленки. Лучше бы они постоянно спали и ели, а не доводили меня до нервного каления. Неразлучники неслись вперед быстро, плавными скачками, причем прямо через лес, игнорируя дороги. Сарпо вел своего впереди, мне же оставалось только держаться - мой змеелошадь послушно бежал за своей парой. И вроде все бы ничего, сиди да видами наслаждайся, привалы делай когда хочешь, даже подремать можно было на широкой спине. Однако дети решили свести меня с ума. Сначала-то змеята испугались, забились в свои корзинки и притихли там на какое-то время. Однако, быстро сообразив, что ничего плохого с ними не случиться, они принялись высовывать свои лапки и трогать бегущее вперед животное. Неразлучнику это не нравилось. Видно, ему было щекотно, и он начал вилять из стороны в сторону. Детям это понравилось, и они начали в ответ провоцировать змеелошадь специально, и пищать восторженно на особо удачных виражах. Ладно, это я еще смог стерпеть. Прикрикнул на них, они снова забились в корзинки, на какое-то время все успокоилось. Однако мелочь на долго не хватило, и они принялись устраивать партизанские вылазки. Хорошо, я смирился, дал детям наиграться. Лучше бы я дальше играл с ними в «поймай партизана». Так хотя бы они были заняты живностью и борьбой со мной. Но малявкам издеваться над неразлучником быстро надоело, и они банально начали ныть, виснуть на моих ногах, пытаться взобраться ко мне в седло, пытаться вывалиться из седла, закапываться в тряпки, драться, скулить и делать все вот это самое, что сводило меня с ума. В конце концов тому, что мы остановились на ночь, я радовался как никогда. Бесенята же так намаялись, что вырубились сразу же, как поели сваренного для них супчика. Залезли все в одну корзину, которую я отцепил для них со змеелошади, свернулись там в своеобразное змеиное макраме и засопели, умильно обнявшись. - Ну и достали же они меня, - пожаловался я Сарпо. - Да ладно тебе, - тот приобнял меня, поцеловал, а потом хитро спросил. - Признайся, тебе же нравится? Ты улыбаешься и выглядишь веселым. - Да ну тебя, - я невольно улыбнулся и прижался к нему плотнее, глядя как пляшет в костре огонь. - Сам-то что по поводу этого думаешь? - Я счастлив, - улыбнулся он мне в ответ. - Не злишься, что я взвалил на тебя двух подкидышей? - осторожно заглянул я ему в глаза. - Нет, - покачал он головой. - Это даже хорошо. Я уже думал, что мой план провалится... но теперь... - Так что это за план был такой? - сдвинул я брови. - Ты все мне о нем говорил, но... - На самом деле план не самый лучший, - вздохнул Сарпо, а потом виновато объяснил. - Я хотел выманить Колаба на живца. Сначала пытался его тобой привлечь. Очень много рассказывал о тебе, покупал вещи, распространял слухи, что у меня появился возлюбленный. Каждый раз, уезжая, я оставлял кого-нибудь за тобой издалека присматривать. Иногда и сам оставался. Потом я узнал о яйцах и хотел попытаться поймать Колаба уже на другого живца. Опять не получилось. И вот теперь выходит, что я... - Будешь ловить его на живых детей, - зло выплюнул я. - Сарпо, ты... ты... ты просто... - Слушай, Алекс, - мой друг вдруг сцапал меня за подбородок и, приподняв моей лицо, заглянул в глаза, - когда все это началось, я еще не знал, что у нас с тобой все так далеко зайдет. Я не знал, что ты станешь для меня самым дорогим существом на свете. Но я уже начал приводить план в действие, назад не повернешь. Если же ты думаешь, что я позволю Колабу хоть пальцем тронуть тебя или наших детей - ты крупно ошибаешься. Пускай только попытается, я его выпотрошу как рыбу и ящерам скормлю. А теперь скажи, не заморочила ли тебе эта вероломная тварь голову своим израненным, сумасшедшим видом? - Нет, - сказал я так же яростно как и он, глядя Сарпо прямо в глаза. - Я тоже хочу убить его, и не меньше чем ты. Если он только попробует их тронуть - я тоже в стороне не останусь. Уж будь уверен, не зря я тут эти пять месяцев с хищниками воевал. Сарпо еще секунду смотрел мне в глаза, а потом неожиданно жарко поцеловал. Я так опешил от этого, что не сразу даже отвечать начал. Однако когда начал, все напряжение с меня как рукой сняло. Мысли о страшном Колабе, который неприменно придет забрать ребенка, которого считает своим, отступили. Обида на Сарпо утихла, сменившись четким осознанием. Если Колаб придет... Если он только посмеет сунуться в наше гнездо... Я его убью.