Альтернативные навыки 341-В

Мирно спящая Ньют под стеклом криокапсулы выглядела принцессой из старой сказки. Вымытые светлые волосы разметались по подушке, лицо наконец-то расслабилось, в нем перестали проступать страх и безнадёжность, совсем не детская морщинка на лбу разгладилась. Эллен тоже было начала раздеваться, но неожиданно оставила одежду в покое и застыла. Она просто не могла себя заставить лечь сейчас. Ей нужно было хоть немного человеческого спокойствия, а не синтетического обморочного сна. Тихо работали двигатели, где-то на мостике датчики издавали звуковые сигналы, едва слышные здесь. Свет приглушен. Эллен еще раз взглянула на приглашающе открытую крышку криокапсулы и решительно выволокла из нее тонкий матрас, бросила к стене. Ей нужно все осознать. Переварить произошедшее. Скрестив ноги, она откинула голову на стену и прикрыла глаза. Их осталось всего трое. Четверо, если быть точным и считать по телам. Бишоп, чудом уцелевший, сидел сейчас на мостике. Нечеловеческим усилием Эллен удалось оттолкнуть его в сторону, утягивая за собой и ребенка. Андроид, несмотря на внешнюю худобу, оказался невероятно тяжелым и пальцы, за секунду до удара королевы-матки вцепившиеся в мужскую униформу, казались вывернутыми из суставов. Не открывая глаз Эллен тряхнула запястьем. До сих пор больно. Но и приятно. Приятно, что она может чувствовать боль, а не висит сейчас завернутым в кокон трупом. Руки инстинктивно обхватили плечи, тело дрогнуло в ознобе. Это шок. Скоро она успокоится и ляжет в капсулу. Они справились. Справились. Они летят домой. Тихие шаги. Бишоп. Он тоже вымылся и переоделся в свежую отглаженную униформу. Сначала андроид заметил только открытую разворошенную капсулу, и на мгновение его бесстрастное лицо исказилось беспокойством, но, увидев ее у стены расслабился, приблизился, мягко ступая. — Ты в порядке? Эллен слабо кивнула. — Да... Я в порядке, спасибо. — Можно?.. Она дернула плечом и чуть сдвинулась, освобождая место. Бишоп устроился рядом, согнув ноги в коленях. Пальцами зачесал назад торчащие волосы. — Хотел поблагодарить тебя за то, что ты сделала. По правде говоря, я смущен, ведь это моя работа — защищать человека. Ни в голосе, ни в движениях тела не отыскать механики. Но он сказал «я смущен» тем же ровным тоном, каким говорил «я в шоке», когда узнал о ее стычке с Эшем. До этого дня Эллен не задумывалась зачем создатели программируют синтетикам человеческие паттерны поведения. Наверное это было необходимо, чтобы роботы не вызывали неприязни. Робот благодарит, а у человека закрывается потребность в признании и высокой личностной оценке. Корпорации нужен взаимовыгодный симбиоз человека и синтетика. И все же... Что именно побуждает бездушную технику совершать те или иные поступки? Быть человечными в незначительных, ни на что не влияющих мелочах? Не все ведь зависит от заложенных директив? Эллен не знала, что ответить на его слова. Она могла бы сказать, что это просто сработали человеческие рефлексы или что он слишком полезен для нее и Ньют, а может, что это ответная благодарность за то, что он, несмотря на опасность прилетел за ними и кружил возле платформы в ожидании, даже не зная, живы ли они. Перекатив голову по стене, Эллен глянула в серьезные глаза и мягко улыбнулась. — Я не хотела тебя потерять. Его взгляд потеплел, уголки губ дрогнули в свойственной ему скупой улыбке. Похоже такой обтекаемый ответ более чем удовлетворил Бишопа. Ведь она говорила будто о живом существе, равном и зачимом. Эллен помнила, как он сказал «Мне больше нравится, чтобы меня называли искусственным человеком». Искусственным, но ЧЕЛОВЕКОМ. Что ж. Ей не сложно не напоминать ему о том, кто он на самом деле, ведь она действительно благодарна: при таких скудных шансах, директивы там или нет, а он вернулся за ней и ребенком. Стена была холодной, кожа взялась зябкими мурашками. Эллен потерла ладонью плечо, разогревая. — Помочь тебе с капсулой? — Не нужно. Я просто хотела немного подумать. — Извини, — Бишоп пружинисто поднялся. — Проверю показания. Деликатности ему было не занимать. Он тихо вышел, а Эллен выкурила сигарету, легла на матрас и поджала ноги к животу. *** Она проснулась от того, что что-то прикоснулось к ее плечу, вскинулась, шаря в полутьме в поисках оружия. — Ты кричала во сне, — произнес спокойный голос. — Бишоп, черт тебя побери... Эллен выдохнула, откинулась обратно на сбившийся матрас. — Прости, что напугал. Но ты напугала меня сильнее. Фыркнув, она потерла лицо ладонями и снова съежилась, пытаясь согреться. Пробормотала: — Какого черта капсулы не оснащают одеялами? — Это же совершенно нелогично, — откликнулся Бишоп. Присел на корточки. — Тебе холодно? Она кивнула и прикрыла глаза. Свет, хоть и еле-еле разгоняющий тьму, раздражал. — Я могу помочь. Если позволишь. Почему-то сразу подумалось о шерстяных одеялах, сложенных стопкой в жилом отсеке. Эллен не отказалась бы, если андроид принес одно, а лучше парочку. Она кивнула. Бишоп за одеялом не пошел. Напротив, он вдруг сместился ближе и вытянулся рядом на матрасе, очень близко. Неприлично близко, лицом к лицу. Прежде, чем Эллен успела возмутиться, он взял ее ладони в свои, обхватил длинными пальцами и замер, сосредоточено глядя в глаза. Она хотела было сказать, что имела ввиду совсем не это, а то, что он сейчас делает — прямое нарушение субординации, не говоря уж о банальной этике, но... Все, что касалось ее кожи начало нагреваться, передавая ей сухое приятное тепло, и Эллен неожиданно для себя промолчала, чувствуя, как по телу волной бегут мурашки. Наверное, он почувствовал ее податливость, а вернее, готовность принять эту своеобразную помощь от него, потому что очень осторожно, будто боясь спугнуть, прижал ее руки к своей груди. Жест для человеческого восприятия невероятно трогательный и у лейтенанта Эллен Рипли, дважды выжившей, повидавшей кровь и смерть, поневоле сжалось в груди. Там, где у людей находится сердце, андроид тоже источал тепло, и плотная ткань униформы не была ему помехой. Эллен подняла глаза к лицу напротив, проговорила почти шепотом: — Не знала, что ты так умеешь. Ее удивление сказалось на нем явно положительно, как его тепло — на ней. Краешек губ Бишопа дрогнул, возле глаз прорезались морщинки. На секунду на этом взрослом мужском лице с резкими чертами появилось выражение, какое бывает у обойденных лаской детей, когда их внезапно хвалят. Он сдвинулся вперед. Едва заметно, но все же став ближе к ней, горячая рука поползла по запястью к локтю, чтобы в конце концов лечь на открытое плечо. Кожа Эллен была настолько холодной, что контраст с его ладонью был почти обжигающим. Их разделяли только ее руки прижатые к груди. И даже через зазор в пару дюймов и одежду, она ощущала тепло идущее от всего его тела. Это манило прижаться, сократить или вовсе убрать расстояние и согреться наконец. Будь рядом с ней любой другой мужчина из их команды, она истолковала бы подобные действия вполне определенно. Но напротив лежал всего лишь Бишоп. Взгляд его больших серых глаз был почти невинным, сосредоточенным лишь на текущем задании не дать замерзнуть человеку. И как же Эллен хотелось позволить ему выполнить эту миссию в полном объеме... Она мысленно уговаривала себя расслабиться. Андроид не может сделать с ней что-то против ее воли, не причинит ей никакого вреда, да она и не боится его вовсе. Даже чувство здоровой настороженности ушло от их короткого разговора как раз перед последней битвой с королевой. «Бишоп, ты молодец.» «Правда?..» Ох уж это «Правда?..» эхом сейчас прозвучавшее в ее голове. Окрашенное совершенно человеческими эмоциями, неуверенностью, надеждой, радостью за похвалу. Даже плечи его обмякли от ее слов, расслабились. В тот момент Эллен ужасно захотелось обнять его, по-дружески похлопать по спине, ведь считалось, что они победили смерть. То, что она уже хотела протянуть руки, похоже и спасло его: промедли она хоть на мгновение — андроида пронзило бы хвостом разъяренной матки. «Правда?..» Эллен сдвинулась вперед, прижавшись к худощавому, источающему тепло телу, ощутила остроту чужих коленей и тут же зашла дальше: переплела ноги, заставив Бишопа впустить ее бедро между своих ног. Он воспринял это легко, как должное. Видимо, этическими дилеммами был обеспокоен только ее разум. Что ж. Можно представить, что она лежит в обнимку с радиатором отопления. Голова андроида оказалась чуть ниже и теперь Эллен ощущала его дыхание возле ключицы. Рука, лежащая на ее плече казалась неимоверно тяжелой, но эти неловкие объятья странно успокаивали. Ее личное электрическое одеяло... Тощее и жесткое, но весьма услужливое. Устраиваясь поудобнее, Эллен шевельнула ногой и поняла, что прижалась бедром к... Невозможно было поверить. Зачем создатели сделали полное соответствие даже там? Это шутка? Под брюками униформы ощущалась твердость. Конечно, Бишоп не мог отреагировать на ее близость как настоящий мужчина, там просто какая-нибудь... техническая трубка. Просто имитация. Эллен сглотнула: ее разбирал нервный смех и нездоровое любопытство. Ходили слухи об андроидах, созданных специально для дам, но она считала подобные высказывания пустой болтовней, сальными шуточками для общения за кружкой пива. Байкой. А если бы корпорация и занималась подобным: робот для утех и робот-ученый это две разные вещи, не так ли? Должны же они отличаться? Или разница только в программном обеспечении? Бишоп вдруг задышал глубже. — Включилась система аварийной вентиляции, — с придыханием сообщил он, приподняв голову и виновато заглядывая в глаза Эллен. — Похоже, я перестарался с принудительным обогревом. Эллен нервно кивнула и хотела было отстраниться для лучшего охлаждения, но твердая рука не позволила ей сделать это: — Нет-нет. Все в порядке, — заверил андроид. Может быть. У него. Но вот сама Эллен, кажется, не в порядке. Подобное интимное соседство здесь, в полумраке, на узком скомканном матрасе, действовало на нее все сильнее и это было непонятно. Что на нее нашло?! Похоже, это стресс, это шок после всего пережитого. Тело требует положительных эмоций, хоть чего-то приятного. Любого рода удовольствие. Может, крепкий сладкий кофе был бы вполне способен поднять уровень серотонина, но, чтобы его сварить, придется подняться, придется выпростаться из горячих объятий, согревающих, приятных, НУЖНЫХ. Придется идти на мостик, ждать пока закипит вода... Нет, ей не хотелось освобождаться и морозить босые ступни, Эллен хотелось остаться, прижаться теснее, еще теснее. Рукой, лежащей на ее плече, Бишоп принялся как ни в чем не бывало растирать ей спину: медленно вел горячей ладонью до поясницы и возвращался обратно, к самой шее. Одно-два круговых движений по плечам и снова вниз по позвоночнику до ремня брюк, неспеша, с безобидным намерением согреть, но Эллен уже стало жарко. Рука вновь поползла вверх. Нестерпимо медленно, заставляя Эллен бесшумно хватать ртом воздух. Инстинктивно она прогнулась и тут же осекла себя, чуть отстранилась, дрожа, стыдясь своего внезапного плотского влечения. Бишоп остановился. — Я сделал тебе больно? — Нет. Голос был хриплым, будто вовсе не принадлежал ей. У нее давно не было мужчины, и теперь желание довлело над ней, отключая разум. Это неправильно, так быть не должно. Нужно уходить, нужно оттолкнуть, нужно прекратить это... — Постарайся уснуть, — будто в насмешку его голос был спокоен, с заботливыми нотками. Она была уверена, Бишоп совсем не осознавал, что на самом деле происходит с женским телом, которое он, сам не подозревая о том, продолжал обнимать чертовски чувственно. Уж конечно он провел внутренний анализ и идентифицировал ее дрожь как признак переохлаждения, ее желание прижаться каждым дюймом тела — потребностью согреться, хрипотцу в голосе — начинающейся простудой, обыкновенным вирусом, воспользовавшимся ослабленным человеческим иммунитетом... Другие варианты вряд ли были внесены в его программу. Эллен мысленно усмехнулась. — Думаю, тебе следует уйти. С тобой уснуть вряд ли получится. — Почему? — ровно спросил он. Злясь на себя за эту абсурдную слабость, овладевшую ей, Эллен едва не огрызнулась.Меньше получаса назад она обещала себе не делать различие между ним и людьми хотя бы вслух, а теперь ей придется ткнуть его напоминанием, что он лишь подобие мужчины. — Лучше бы на твоем месте сейчас был Хикс, — пробормотала она. Бишоп внимательно посмотрел на нее. — У тебя к нему чувства? — Вовсе нет. То, что ты сейчас делаешь, это не про духовные отношения между мужчиной и женщиной. — О. Понимаю. Эллен недоверчиво фыркнула. Возбуждение понемногу начало спадать, но еще заставляло нервничать и говорить лишнее от смущения. На его лбу, между бровей, прорезалась серьезная морщинка. — Как я уже говорил, я синтетик, а не идиот. В этом-то, собственно, и проблема. Эллен медленно освободилась из его объятий, села, потянувшись с хрустом. Ласково потрепала андроида по плечу и поднялась, шагнула к криокапсуле. Пока она возилась с настройкой у блока, Бишоп, как настоящий джентльмен, поднял стеклянную крышку и терпеливо ждал. Прежде чем стянуть с себя штаны и лечь в капсулу, Эллен хотелось сказать ему что-нибудь ободряющее. Она подошла ближе, почти вплотную, подцепила цепочку с звякнувшим жетоном, пропустила сквозь пальцы и осторожно заправила металлический прямоугольник за приоткрытый воротник униформы. — Ты точно не идиот, Бишоп. Под кожей шеи проскользнул твердый острый кадык — андроид сглотнул. Еще сама не понимая зачем, будто желая убедить его или саму себя в самом положительном к нему отношении после изначальной холодности и всего недоверия, Эллен положила руки на плечи, обтянутые синей рубашкой, потянулась вперед и коснулась коротким поцелуем сжатых губ. Бишоп остолбенел. Он смотрел куда-то вперед, пока она не отстранилась, а потом перевел взгляд на Эллен. — Это просто поцелуй, — пояснила она, улыбаясь его замешательству. — Человеческое выражение признательности и симпатии, не больше. — Я... У меня нет такого навыка. — Это несложная наука, Бишоп. Тебе нужно просто повторять то, что делает другой человек. Она хотела было повернуться к капсуле, но он внезапно придержал ее за локоть. — Я понял. Можно? Он выглядел до смешного серьезно, только торчащие волосы надо лбом придавали ему немного мальчишеский вид. Его желание заинтриговало Эллен. Ну, пусть. Пусть попробует. Его ладонь все еще держала ее за локоть. Она кивнула. Глаза он не закрывал, но взгляд был направлен внутрь себя, будто прислушиваясь к чему-то, пока его губы осторожно касались уголка ее рта. Бесхитростный, почти детский какой-то поцелуй... Он смешил и был трогательным одновременно. У Эллен мелькнула озорная мысль, что, раз первый урок успешно усвоен, можно перейти к заданию посложнее. Она не дала ему отстраниться, просто продолжила начатое. Бишоп замер на мгновение, а потом стал повторять за ней. Его губы были сухими, но мягкими и податливыми. На самом деле, спустя несколько секунд Эллен едва не забыла, что он лишь отражает ее движения, настолько естественно и по-человечески у него получалось. Она провела ладонью по его плечу, вниз до отворота рукава, ниже, по открытой коже предплечья, по изгибу запястья. Взяла ладонь, положила себе на талию. Он повторил все это с секундной задержкой и теперь они стояли в одинаковой позе, его правая рука на ее талии, ее правая рука на его талии, будто сейчас закружатся в танце. Другой рукой Эллен погладила андроида по впалой чисто выбритой щеке, тут же ощутив ответное прикосновение. Снова потянулась за поцелуем. Это становилось даже интересно: он совершенно не пытался проявить инициативу, втолкнуть свой язык ей в рот или агрессивно облапать, поэтому все его действия казались предельно нежными и чувственными. На Эллен, уже разогретую предыдущими объятьями и еще не до конца остывшую, это возымело определенный эффект. А еще она вдруг почувствовала, как снова нагреваются его ладони, плечи; губы тоже стали горячими, дыхание участилось, стало почти обжигающим. Бишоп прервал поцелуй, но из рук не выпустил. — Прости. Кажется датчик температуры заклинило, — проговорил растерянно. Глаза его казались мутными. — Не о чем беспокоиться. Эллен определенно было о чем беспокоиться — между ног требовательно ныло. Она попыталась немного опомниться. Зачем вообще было заходить так далеко? На выражение дружеского расположения это уже не очень-то похоже. Наверное стоило остановиться на достигнутом, но Эллен хотелось еще немного продлить момент. Она могла полностью контролировать ситуацию и точно знала — если вдруг решит закончить этот странный эксперимент, андроид в любой момент остановится. В точности отзеркаливая ее движения, Бишоп сместил ладонь с талии. Чуткие пальцы медленно скользнули вверх, по вздрогнувшему животу, обвели грудь, нечаянно задев напряженный сосок, застыли в ямке между ключиц. Другая его рука легла на спину, между лопаток, сжав майку. Эллен тут же распрямила свои пальцы, чтобы андроид случайно не порвал ткань. Уперевшись лбом в мужское плечо, она повела руку вниз, всей ладонью по прохладной металлической дорожке молнии до самого ремня и остановилась в нерешительности. Не отставая, Бишоп спустился вниз, прижимая ладонь к голой коже ниже пупка. Его кисть была крупнее и пальцы касались выпирающих косточек таза. Разумом Эллен понимала, что сексуальная близость в их случае невозможна, но с животными инстинктами ведь не договоришься. Она уже чувствовала влагу между своих ног, слабое тело побуждало ее продолжить, не желая думать как и чем может завершиться эта ситуация. Ко всему прочему, Эллен до сих пор было любопытно насколько правдоподобна имитация в штанах андроида. Хотелось ощутить ее не случайно прикоснувшись бедром, а целенаправленно и полно. И более подходящего момента чем сейчас трудно было найти. Они стояли так близко друг к другу, что рука Эллен едва смогла протиснуться ниже. Бишоп почти лег головой на ее плечо, и она, прижимаясь щекой к синей ткани, дышала с трудом, будто ее внутренний термометр тоже начал зашкаливать. Мысли путались. Она всего лишь выяснит то, что хотела и закроет эту тему для себя навсегда. Когда ее рука легла на ширинку униформы, Эллен напрочь забыла о своей рекомендации «просто повторять», поэтому неправдоподобно горячая ладонь скользнувшая между ее ног, оказалась почти неожиданностью. Тело задрожало, возбуждение накрыло ее с новой силой. Эллен двинула пальцами, осторожно сжимая их под ремнем, нащупала характерную выпуклость и едва не задохнулась, когда Бишоп в ответ шевельнул рукой. Она качнулась, уперлась поясницей в борт криокапсулы. Там, под плотной тканью униформы легко угадывались мужские отличительные признаки. Андроида качнуло вместе с ней, он сделал шаг вперед, чтобы удержать ее в своих руках, по телу его прошла короткая волна электрических импульсов. Краем оглушенного сознания Эллен испугалась как бы он не отключился от перегрева или от какого-нибудь системного сбоя. Похоже его процессор не мог определить конечную цель поставленной задачи, цель всех этих странных манипуляций. Сам Бишоп почти повис на ней, вентиляция работала в полную силу, его худощавое тело пылало. Кажется их невинная забава перешла все границы разумного, но Эллен уже не могла остановиться, пытаясь понять, твердеет ли под ее пальцами искусственный член, выщупывала и поглаживала его, скользила вверх и обратно... и хватала ртом воздух, потому что Бишоп повторял ее движения раскаленными пальцами, сам при этом вздрагивая и дыша жаром ей куда-то в шею. Она не понимала сколько прошло времени, только, что вожделение стало нестерпимым, невозможным. Осознав, что проклятая имитация так и осталась как была в усредненно-твердом состоянии и никак не реагировала на внешние раздражители, Эллен отдернула ладонь и едва не застонала протестующе, потому что Бишоп в ответ без промедления убрал свою. Низ живота тут же налился свинцовой тяжестью, пульсировал, тело требовало удовлетворения. Телу было уже все равно каким способом его получить. Эллен всхлипнула, и, пытаясь хоть как-то унять чувство потери, сжала трясущиеся колени. Это не помогло. Стиснув зубы, она одной рукой вцепилась в плечо андроида, а другой в отчаянии снова направила его руку себе между ног. По искусственному телу прошла неясная вибрация. Ухватив ее ладонь свободной рукой, Бишоп прижал пальцы к молнии своих брюк. Вряд ли он сделал это осознанно, чтобы получить приятные ощущения, просто скопировал ее движение... Эллен только теперь осознала до конца: он копирует ее движения. Полностью. Она надавила и погладила его и прерывисто вздохнула от горячей ласки чужих пальцев. Ноги ее ослабли, колени на мгновение подогнулись. Она продолжила сжимать и скользить, сначала медленно, подстраиваясь, потом все быстрее. В мутном тумане крайнего возбуждения она не всегда могла рассчитать силу нажатия и ответные касания андроида иногда получались неловкими, чувственно-болезненными. Ее тело, измученное долгим напряжением, крупно дрожало, бедра то и дело непроизвольно дергались навстречу, пытаясь помочь достичь пика, и Бишоп тут же рывком вжимался в нее, в ее ладонь. Его чуткие пальцы послушно делали с ней именно то, что она желала, только вот ткань брюк и тонкая преграда нижнего белья мешала. Эллен хотелось получить более прямое прикосновение, но прерываться было мучительно — однажды забывшись, она замерла в попытке сосредоточиться на горячих пальцах, касающихся ее внизу, на подступающих спазмах удовлетворения. Но ладонь андроида остановилась тоже, заставив разочарованно застонать и торопливо возобновить движения — потребность получить разрядку стала неконтролируемой. Короткие электрические импульсы, то и дело проходящие по телу Бишопа, заставляли его дрожать почти по-человечески. А Эллен едва не вскрикивала, когда его рука начинала механически вибрировать, настолько раздражающе острым становилось удовольствие. Мысли сузились до одной, и она чуть ли не вслух умоляла «Ещ... еще... Пожалуйста». Она ощущала, когда «приступ» начинался, и в досаде стискивала зубы, когда сходил на нет. Пытаясь удержать себя на напряженных ногах, она все исступленнее ласкала андроида сквозь брюки. Еще одна вибрация, потом еще. Кажется они стали чаще, но Эллен уже не могла анализировать, она почти ничего не соображала. Еще одна. Горячая ладонь между ее ног, казалось, накалилась еще сильнее, Бишоп мелко задрожал, дрожь пошла по плечам, скатилась вниз к ладони — Эллен судорожно вздохнула, вбирая ее в себя, мышцы живота напряглись, она сдавила бедрами руку андроида и тут же согнулась в хлынувшем оргазме, вцепившись свободной рукой ему в воротник, со сладким облегчением выстанывая сквозь зубы, а другой ослабевшими пальцами сжимала ширинку андроида, продлевая себе удовольствие. Бишоп вдруг издал странный хрип, завибрировал в ее руках снова, сильнее чем до этого, выгнулся, запрокинув голову, и начал падать, потянув Эллен за собой. Они рухнули на пол вместе. Секунду или две она приходила в себя после жесткого удара об пол, а потом торопливо подползла к Бишопу. Как только его наконец прекратило трясти и скручивать волнообразными судорогами, тело застыло в абсолютной нечеловеческой неподвижности напугав еще сильнее. Не зная что предпринять, Эллен замерла в ужасе, вцепившись в запястье андроида. Теперь рука казалась почти холодной, по-настоящему безжизненной. Но тут Бишоп вздрогнул и медленно, будто разгоняясь, втянул носом воздух. А потом открыл глаза. — Ч-черт, — выдохнула Эллен. — Что произошло?! Бишоп заторможенно перевел взгляд на нее, ответил не сразу: — Кажется, система перезагрузилась. Дай мне минутку... С тобой все в порядке? Его голос креп с каждой фразой. И все же он выглядел как человек, не совсем понимающий что случилось. Эллен вспомнила что тут было и чуть не расхохоталась от смущения. Если бы ей рассказали подобное — ни за что бы не поверила. Но ведь на самом деле она сама на все согласилась, ОНА дала ему указания, что делать. Эллен потерла лоб рукой. — Порядок, Бишоп. Он неуверенно поднялся на ноги, любезно протянул ладонь, чтобы помочь ей встать. В воздухе плавал запах машинного масла, и Эллен, опустив взгляд, внезапно заметила свежее пятно от него на брюках андроида. Совсем небольшое, едва проступившее как раз в том месте, где начинался замок молнии. На мостике требовательно пищал какой-то датчик и, похоже, уже давно. — Проверю, что там, — пробормотал Бишоп, обращаясь к Элен, но будто пытаясь параллельно проанализировать себя. Эллен проводила взглядом чуть ссутуленные плечи. Похоже, с ним действительно все в порядке: его ни разу не шатнуло при ходьбе, и вообще, он выглядел почти как обычно несмотря на это жуткое кратковременное отключение и тревожное масляное пятно. Не сразу, но в голове мелькнула догадка. Совершенно нелепая, неправдоподобная. Не мог же он?.. Аналогично мужчине — не мог? На языке программирования или механики этому могло быть какое-то логичное объяснение, но у Эллен на уме вертелось совсем другое. Она залезала в криокапсулу, пытаясь подавить то и дело возникающую двусмысленную улыбку. Звук опускающейся стеклянной крышки сменился полной тишиной.