Глава 2 - Бар «Клетка»
11 мая 2025 г., 17:48
Бар назывался «Клетка», и название подходило ему. Маленькое помещение в полуподвале, где даже воздух казался с похмелья. Красный неон над входом мигал, как бы спрашивая: "Ты точно хочешь туда?"
Ася зашла, втянув голову в плечи — не от холода, а от звука. Гремела музыка, басы давили на грудную клетку. Пахло — потом, перегаром, дешёвым бухлом и чем-то ещё... как будто под столами кто-то сдох.
Она села у стойки. Прямо перед ней, с бутылкой в руке, стояла она — Кира.
Черная майка, джинсы, обтягивающие бедра так, будто ткань стонала. Волосы собраны в небрежный пучок. Под глазами — тени, как будто она не спала неделю. В глазах — пустота.
Кира разливала шоты какой-то девке в леопардовом топе, параллельно закуривая. Всё в ней — было неправильно. Курила за баром, бухала на работе, посылала клиентов, когда у неё было настроение.
— Э, детка, мне вискаря, — крикнул кто-то сбоку.
— Ты мне кто, чтобы тебя «деткать»? — отрезала Кира, даже не обернувшись. — Будешь умничать — вылью на ебало.
Смех в баре. Кто-то свистнул.
Ася наблюдала. Не пялилась — наблюдала, молча, как через стекло. Она никогда раньше не видела такого человека. Живого, но мёртвого. Свободного, но запертого в себе, как зверь.
Кира заметила взгляд.
Подошла.
— Тебе чего? — голос грубый, прокуренный, будто царапает.
— Ничего. Просто смотрю, — ответила Ася.
Пауза. Несколько секунд молчания, в которых кто-то в другом углу заржал, кто-то икнул, а где-то разбилась рюмка.
Кира прищурилась.
— Ты с квартиры, да?
Ася кивнула.
— Хочешь бухнуть — скажи. Не хочешь — не мешай. Я не люблю, когда на меня таращатся.
— Я не таращусь. Я думаю.
— Охуеть. Местный философ, что ли?
— Нет. Просто... ты интересная.
Кира усмехнулась. Губы её дрогнули, будто она хотела что-то сказать, но передумала.
— Ты слишком чистая для этого места. Пачкайся быстрее, чтоб не было обидно потом.
Она развернулась, ушла обратно к клиентам.
Ася всё так же сидела на месте. Не прикоснулась ни к одному стакану. Просто слушала, как у Киры голос ломается на крике, как она смеётся, как будто внутри у неё пылает дом, в котором она сама себя заперла.
А потом — вышла в ночь. На улицу. В лёгкий мороз.
И поняла, что хочет вернуться...
