Крыша || Кира Медведева

Утро было грязным. Весенним. Солнце — слепое, ветер — сырой. На лавках спали псы. В подъезде снова кто-то срал в лифте. Кира стояла у двери Аси с двумя стаканами кофе. «Горячий, без сахара» — она помнила. Потому что слушала. Даже когда делала вид, что не слушает. Пальцы дрожали, будто на дозняке. Хотя она была трезва. Она долго смотрела на дверь. Потом — вдохнула. Постучала один раз. Не сильно. Тишина. Потом — шаги. Долгие. Тихие. Дверь приоткрылась. Щель. Лицо Аси — сонное, но не испуганное. Волосы растрёпаны, взгляд ровный. — Что? — коротко. Кира подняла руку с кофе. — Это... не взятка. Просто... утро. Ася смотрела пару секунд. Потом — медленно взяла один стакан. — Спасибо. — Не за что. Пауза. Дверь не закрывается. Кира всё ещё стоит. Немного потерянно. — Пошли на крышу? — выдохнула наконец. — Там... дышится. Ася ничего не сказала. Только кивнула. Исчезла за дверью. Через минуту вышла — в толстовке, с сигаретами в кармане. На крыше было почти тихо. Только чайки вдалеке и гул машин, как сонный хор. Они сели на край. По привычке — на расстоянии. Между ними — пара затяжек молчания. Кира закурила первой. Потом протянула. Ася взяла. Медленно. Без благодарности. Без пафоса. Просто — как жест, который не требует слов. Дым поднимался вверх, смешиваясь с холодом. Кофе парил. Ветра почти не было. Они сидели так минут десять. Может, двадцать. Потом Кира бросила: — Я не умею по-другому. Всё, что делаю — всегда поздно. Ася не ответила. Только сделала глоток. Потом: — Тогда делай не «по-другому». Делай — иначе. Кира кивнула. — Стараюсь. Тишина. Теплее. — И... кофе не отвратительный, — сказала Ася. Кира усмехнулась. Настояще. Без кривизны. — Комплимент века. — Не радуйся. Я просто ненавижу сладкое. — Я помню. Пауза. — Помнишь? — Да. Дальше — ничего. Просто две фигуры на крыше. Сигареты. Кофе. Молчание. Но в этом молчании — уже не холод. Это уже не отстранённость. Это — пробел между фразами, которые ещё будут сказаны.