Сказанье о Драконе и Вороне II: Пёс Короля

      Возвращение ко двору выдалось на удивление спокойным — по крайней мере, внешне. Повозки, гружённые находками из особняка Люциана, катились по вымощенной дороге, в окружении плотного кольца стражи. И каждая повозка хранила в себе то, что могло изменить многое: свитки с забытыми символами, артефакты с магической аурой, письма, в которых мелькало название «Рассвет» — всё это теперь находилось под охраной. Волк лично курировал транспортировку, его взгляд был мрачным, как туча, и он, похоже, мысленно уже выстраивал доклад Его Величеству. Он не позволил никому даже приблизиться к повозкам без разрешения, конечно же, кроме монархов, а также чародеев, которым теперь разрешили отдыхать в пути. Для остальных же наступил час выдоха лишь когда они настигли двора.       Наследники сразу поднялись в свои покои: Мирабель сослалась на головную боль, Аланор — на усталость, хотя по лицу было видно, что он уходит с головой в размышления. Селета, бросив на Ориона короткий, изучающий взгляд, скрылась в коридорах — как будто намеренно стараясь исчезнуть. Лишь один человек не собирался мириться с молчанием.       Саймон буквально влетел в комнату сразу за учителем ещё до того, как Орион успел добраться до своей постели, и с порога начал:       — Ну хоть сейчас вы расскажете мне, что там произошло?! Я весь путь пытался понять, что случилось! Селета молчит, Волк только зыркнул так, что у меня волосы встали, а принц вообще как ледышка! Ну нельзя же так — брать и утаивать все самое интересное от своего ученика!       Орион бросил на него утомлённый взгляд, тяжело опускаясь на край кровати. Он уже точно знал, что вечер в тишине ему не светит.       — Саймон…       — Нет, серьёзно! — не унимался мальчишка, подходя ближе. — Вы исчезли, потом появились, уже когда мы уезжали. Все молчали, будто вообще ничего не было! А я же чувствовал! Ну скажите, там было что-то жуткое, да? Вы нашли подземелье? Или портал? Или… или…       — Ты, кажется, задал сразу десяток вопросов, — проворчал Орион, потянувшись и опустившись на мягкую поверхность постели. — Может, тебе список выдать, а я отмечу, на какие не собираюсь отвечать?       Саймон лишь на мгновение прикусил язык, но глаза всё так же горели — не только от любопытства, но и от искреннего желания быть частью происходящего. Он ещё не знал, что ответы могут прийти совсем не тем способом, каким он ожидал. И не в той форме.       Орион выдохнул и все-таки поднялся, сев на постели, и наблюдая за тем, как Саймон продолжает скакать вокруг, словно воодушевлённый вьюн. Всё в нём требовало ответа — сейчас и без отсрочек. Только вот проблема заключалась в том, что рассказывать ему было нельзя.       Во-первых, мальчишка, даже если поклянётся молчать, в ту же ночь проболтается Элиону, который обязательно поведает родителям, и так потекут слухи. Во-вторых, слухи о том, что граф — предатель, разлетятся по округе раньше, чем Волк успеет доложить всё Его Величеству. А если к этому добавить убийство… Паника поднимется с новой силой.       «Нужно сменить тему», — устало подумал он. — «Иначе я не выживу в этот вечер из-за головной боли».       Он скользнул взглядом по комнате в поисках хоть какого-то спасения — и вдруг вспомнил о том, что припрятал на всякий случай. В прикроватной тумбе, где он обычно хранил остатки настойки, лежало нечто куда интереснее и опаснее.       С минуту Орион колебался, но затем хлопнул дверцу и достал зеркало — старинное, потускневшее, с витыми краями оправы и лёгким налётом пыли на стекле. Он нашёл его ещё тогда, в тайнике чародеев, и предпочёл припрятать на будущее.       — Может, лучше хочешь кое-что получить? — протянул он зеркало Саймону. — Вот тебе загадка получше. Это артефакт. Показывает не внешность, а то, кем ты являешься на самом деле. Играйся.       Саймон сразу замер, глаза округлились, пальцы с жадностью обхватили холодную оправу.       — Серьёзно? Настоящее зеркало сущности?       — Сам проверь, — усмехнулся Орион, откидываясь снова на кровать. — Вдруг ты окажешься древним драконом, притворяющимся мальчишкой?       Мальчик неуверенно взглянул в стекло. Несколько секунд… и выражение лица стало удивлённым:       — Это… я. Такой же.       Он обернулся к Ориону.       — И вы… вы тоже такой же, только волосы чуть темнее. Или это свет так — он еще раз посмотрел на учителя. — Да, точно свет так падает. Вы просто в тени лежите.       Орион хмыкнул, изображая разочарование:       — Проверь еще на ком-нибудь? Может хочешь узнать, кто кем является?       — Конечно, хочу! — оживился Саймон. — Я проверю всех, кого найду! Это же… это же невероятно!       — Только осторожно, не разбей, — кивнул Орион и махнул в сторону двери.       Саймон вылетел из комнаты с зеркалом в руках, как ветер, напевая себе под нос какую-то мелодию. Орион ещё некоторое время слушал его отдаляющиеся шаги по коридору, потом потянулся и наконец позволил себе глубоко выдохнуть. Комната опустела. Тишина — редкий и восхитительный дар.       — Вот теперь можно и вздремнуть, — пробормотал он, устало прикрыв глаза, позволяя звукам двора и лёгкому поскрипыванию оконной рамы убаюкать себя, пусть и ненадолго.       Не успел Орион как следует отдохнуть, как дверь в его покои с шумом распахнулась. Он даже не сразу успел поднять голову, как в проёме возник Саймон — его взгляд полыхал обидой и уязвлённым разочарованием.       — Вы меня обманули! — почти выкрикнул он, прежде чем с яростью бросить зеркало на край постели, где оно едва не соскользнуло на пол. — Это обычное зеркало! Я проверил Элиона, его родителей, двоих стражников и даже служанку — и ничего! Всё как в обычном отражении!       Он возмущённо скрестил руки на груди, тяжело дыша от избытка эмоций, будто только что вернулся не из коридора, а с поля битвы. Орион, не торопясь, поднялся и сел на кровати, потерев лицо.       — Я тебе говорил, что оно показывает истинную сущность, а не превращает людей в чудовищ. Может, у них просто всё на месте, — зевнул он, потягиваясь. — Или ты хочешь, чтобы каждый второй оказывался демоном?       — Я хочу, чтобы оно хоть что-то показало! — вспылил Саймон. — А не было фальшивкой!       Орион закатил глаза и, нехотя вставая, махнул рукой.       — Ладно. Хочешь доказательств — будут тебе доказательства. Пошли.       Он неторопливо подхватил зеркало, и они вместе направились по коридору. По пути Саймон бурчал себе под нос, не забывая поглядывать на зеркало, будто надеялся, что то вдруг, ни с того ни с сего, оживёт и покажет ему нечто магическое. Но стекло всё так же молчало.       Подойдя к дверям покоев принца, они встретили пару служанок. Те лишь коротко переглянулись, узнав Ориона, и молча отступили в сторону. Одна из них, легонько постучав в дверь, объявила:       — Его Высочество, к вам чародей с учеником.       Изнутри, спустя короткую паузу, раздался чуть приглушённый, но узнаваемый голос Аланора:       — Впустите.       Саймон тут же вытянулся, выпрямился как струна, вмиг сбросив с себя весь напор предыдущего возмущения. Орион же лишь усмехнулся и, отворив дверь, шагнул в полутень просторных покоев, крепко удерживая зеркало в руках.       Аланор действительно выглядел удивлённым. Он стоял у книжного шкафа с книгой в руке и поднял взгляд, как только в комнату ввалились Орион с учеником.       — Что вы тут забыли? — нахмурился он. — Ещё и вдвоём.       — Расслабься, это не надолго, — отмахнулся чародей, сразу проходя в центр покоев. — Эксперимент, чтобы юный маг не умер от досады. Саймон, давай, посмотри на Его Высочество через зеркало.       Саймон с видом человека, который не готов поверить в круглость планеты, аккуратно поднял зеркало и направил его на принца. Отражение тут же изменилось: глаза Аланора в зеркале вспыхнули насыщенным красным светом.       — О, вот! Ничего себе?! — восторженно выкрикнул Саймон. — Оно работает! — и его лицо расплылось в широкой, по-детски искренней улыбке. Зеркало в его руках всё ещё слегка поблёскивало, но никаких сюрпризов больше не последовало. Просто отражение — и правда искажённое, истинное, как и обещал учитель.       — Молодец, — с лёгкой улыбкой отозвался Аланор, опуская руки за спину. — Я и не сомневался, что у тебя получится.       Саймон удивлённо вскинул взгляд. Принц, обычно сдержанный, почти равнодушный к подобным вещам, сейчас выглядел как старший брат, искренне довольный успехом младшего. Он даже подмигнул, будто между ними было что-то общее.       Орион, в свою очередь, стоял молча, скрестив руки на груди. Его взгляд был куда более спокойным, холодным — почти недоверчивым. Лишь короткий кивок, и вообще ни слова.       Саймон смутился. Но прежде чем он успел задуматься, в комнату постучали. За дверью послышался знакомый голос одной из служанок:       — Прошу прощения, но Его Величество желает видеть чародеев и Его Высочество. Он сказал, что должен лично поблагодарить вас за содействие.       Аланор кивнул, и, не теряя ни секунды, вышел первым, широким шагом направляясь к приёмному залу. Орион молча последовал за ним, а Саймон, немного отстав, спрятал зеркало обратно в сумку.       Тронный зал сиял привычной торжественной прохладой. Свет падал от ярких чародейских рун, отражаясь на золотой инкрустации мраморного пола. Король восседал на своём месте, но его лицо — обычно строгое, даже хмурое — сегодня было расслабленно-удовлетворённым.       — Наконец-то, — громко проговорил он, глядя на приближающихся. — Без вас всё могло пойти совершенно иначе. Молодцы. — Его взгляд упал на Саймона.       Саймон покраснел и неловко поёжился.       — Я… я особо-то ничего не сделал…       — Ничего страшного, — рассмеялся король, добродушно. — Всё ещё впереди. И у меня уже есть для вас следующее задание.       Саймон сжал плечи. Он знал — тут что-то не так. Всё это было… слишком правильным. Слишком не таким, как всегда. Но пока он молчал — и слушал.       — В письмах Люциана, — начал Король, не теряя торжественного тона, — мы нашли нечто… интересное. Указание на место. Тайное убежище, где скрываются остатки этой еретической организации. Там же, по сведениям, хранится и диск звёздочётов. Артефакт, который должен быть возвращён во дворец. В надёжные руки.       Он замолчал, изучающе глядя на троицу перед собой.       — И я решил, что именно вы отправитесь туда, — продолжил он. — Ваша заслуга в поимке Люциана велика. Вам можно доверить и это.       Саймон застыл, а Орион чуть попятился, нахмурившись.       — Слушайте, с… с уважением ко всем заслугам, — выдавил чародей. — Но мы всего лишь… я имею в виду, что это место может быть слишком опасным даже для нас.       — Они справятся, Ваше Величество, — уверенный голос прозвучал со стороны. Вперед выступил Волк, опустившись на одно колено. — Простите за дерзость, но позвольте засвидетельствовать — эти чародеи и дети короля показали невероятную отвагу. Их вклад невозможно переоценить. И если кто-то и сможет справиться — это именно они. Ваша мудрость в этом выборе безупречна.       Король удовлетворённо кивнул. Его губы изогнулись в лёгкой улыбке.       — Хорошо. Тогда так и будет. Завтра на рассвете отряд отправится в путь. Пора положить конец этим тёмным играм. Когда Рассвет падёт — королевство, наконец, заживет в мире.       Саймон, стоявший между двумя взрослыми, сглотнул, бросив короткий взгляд на Ориона. Тот явно ещё не до конца осознал, во что их только что снова втянули.       Когда они вернулись в покои, Аланор не ушёл сразу. Он прошёл следом, остановившись в дверях, и, облокотившись на косяк, с чуть улыбкой произнёс:       — Поздравляю. Не думал, что услышу от отца столько благодарностей за один день. Думаю, он и сам в восторге от того, как всё обернулось. Это действительно важное событие. Предлагаю… отметить. Сегодня вечером. Вместе. Всё равно завтра в путь, нужно как следует отдохнуть.       Орион с лёгкой усмешкой обернулся, и едва заметно кивнул. А когда Аланор ушёл, он обернулся к ученику и аккуратно положил ладонь ему на плечо:       — Рад, что ты едешь с нами. Мне наскучило уже везде ходить одному.       Саймон расплылся в широкой улыбке и даже не пытался её сдержать.       Вечер наступил быстро — утомлённый город готовился ко сну, а во дворце наоборот оживлённо гудели кухни и служанки сновали по залам, расставляя последние детали. Вскоре в покои к Ориону и Саймону постучали и пригласили в трапезную.       Оказавшись там, они на миг замерли. Накрытый стол ничем не уступал приёмам для высоких гостей: хрустальные графины, изящные блюда, сервировка до мелочей. Мирабель уже сидела за столом — на ней было лёгкое, но изысканное платье, а волосы уложены в высокую причёску, подчёркивающую черты лица. Она тут же приветливо улыбнулась:       — Ну наконец-то. Без вас и веселья не начнётся.       Аланор сидел рядом, чуть в стороне, с бокалом в руках. Он кивнул подошедшим:       — Присаживайтесь. Сегодня можно немного расслабиться.       И вечер действительно оказался удивительно тёплым. Они разговаривали, вспоминали события бала, делились смешными моментами. Орион позволил себе забыть на миг, где они, и кем являются.       — Скоро всё закончится, — с надеждой сказала Мирабель, играя пальцами по краю бокала. — Если мы найдём их, отец, наверняка… отпустит вас.       — Я это слышал лично, — отозвался Аланор. — Он распорядился отстроить вам дом. Хорошенький, в Тернистом лесу, но ближе к городу. Чтобы на базар не пришлось идти весь день, — усмехнулся он.       — Новый дом? — вскинулся Саймон. В его глазах загорелось детское, необузданное счастье. Он вскочил… и тут же задел рукой стоящий перед ним стакан. Тот с лёгким звоном полетел вниз и с хрустом разлетелся вдребезги.       На секунду воцарилась тишина.       — Это… это не страшно, — спокойно сказал Аланор, бросив взгляд на служанку, уже было ринувшуюся к ним.       — Подожди, — вмешался Орион, с хитринкой взглянув на Саймона. — Может, ты попробуешь восстановить?       — Я?.. Прямо сейчас?       — Почему бы и нет?       — Но учитель, вы же знаете, что бывает…       — Хм, я, честно говоря, думал об этом. То зеркало... Думаю, оно могло показать тебя в отражении таким же, потому что единственное изменение должно быть твое проклятье. Не значит ли это, что оно могло уйти бесследно?       Саймон колебался. Но несколько взглядов — и он сдался. Осторожно провёл пальцем в воздухе, рисуя руну. Та засветилась на мгновение… и по полу прошлась лёгкая вибрация. Стеклянные осколки затанцевали, сливаясь в целую форму, и уже через мгновение стакан стоял на прежнем месте, наполненный водой.       — Ого… — прошептала Мирабель.       — У тебя получилось! Не ожидал, — усмехнулся Аланор.       Саймон сиял от счастья, а Орион смотрел на него и лишь тихо покачал головой. Да, они были втянуты в череду непредсказуемых событий. Но иногда, в такие вечера, даже он начинал верить, что у них может получиться.       На деле же, всё было несколько иначе:       — О, вот! Ничего себе?! — восторженно выкрикнул Саймон. — Оно рабо—       Но договорить он не успел.       В зеркале что-то дрогнуло, стекло пошло волнами, словно озеро под ветром, и в ту же секунду мальчишку буквально втянуло внутрь. Это случилось так стремительно, что он даже не закричал — только дернулся, а через миг осталась только тишина и зеркало, дрожащее в руках Ориона.       — Что… — выдохнул Аланор, сделав шаг вперёд. — Что это было?       — Я… — Орион судорожно вцепился в раму, не сводя взгляда с поверхности. — Я просто хотел отвлечь его.       — Какой-то артефакт?       — Это зеркало я нашёл в тайнике чародеев, как я понял, оно должно было лишь показывать твою натуру…       — Ты утаил артефакт от двора?! — Аланор почти повысил голос, выражение его лица стремительно становилось всё мрачнее.       — А что мне оставалось?! Всё, что я нахожу — отбирают! Хоть что-то себе оставить должен же, нет? — раздражённо бросил Орион, но тут же замер, видя, что Аланор молча подходит и вырывает зеркало у него из рук.       Наследник наклоняется, заглядывает в отражение — и замирает.       В зеркале его глаза алые, как пылающие угли, в то время как в обычном зеркале напротив он всё ещё выглядит как всегда — уставший, но без изменений.       — Так вот как… — медленно выговорил он. — Это из-за огонька? — глухо произнёс он, уже почти уверяя самого себя.       — Нет, — покачал головой Орион. — Я видел тебя таким ещё до него.       Аланор обернулся. Его взгляд стал внимательнее.       — Что?       — В пещере, помнишь? Когда мы едва выбрались из той ловушки… Я украдкой посмотрел на вас всех троих в этом зеркале. Мирабель — с красными глазами, но я решил, что в ней тогда ещё оставалась частичка Огонька. Ты… ты тогда только-только вышел из состояния, в котором был Луной. Я подумал — остаточное. Не придал значения.       — И Волк? — тихо спросил Аланор.       — И он выглядел иначе. Не как вы, но… Но сейчас не об этом.       Они оба уставились на зеркало. Саймон был внутри него. Пропал. Затянут в неизвестность.       — Нам нужно вытащить его, — спокойно, но твёрдо сказал Орион. — И лучше без лишнего внимания.       Орион ещё раз проверил зеркало, осторожно поворачивая его к свету и щурясь, будто тот мог помочь ему разглядеть тайны стеклянной поверхности. Но никаких изменений. Ни всполоха, ни звука. Просто отражение их двоих и ничего, кроме них.       — Ну за что мне этот цирк, — пробормотал чародей, зло покрутив зеркало. — Наверное, это потому что вся магия в руках мальчишки работает как-то наперекосяк. Стоило только ему воспользоваться — и пожалуйста. А я ведь пользовался, и всё было в норме!       — Успокойся. Надо подумать…       Орион нервно выдохнул, опуская зеркало на стол. Его взгляд блуждал по комнате, в попытке за что-то зацепиться, пока наследный принц вдруг не произнёс:       — Есть одно место. Мы можем попробовать сходить туда.       Чародей поднял глаза на него. Алан стоял, глядя чуть в сторону, будто вспоминал что-то важное.       — Ещё несколько лет назад, — продолжил он, — отец пытался заставить меня учиться. Особенно истории военных кампаний… скука смертная. Меня часами запирали в библиотеке. И однажды набрёл на тайный проход, он вёл в маленькую комнату без окон, где всё было уставлено книгами. Они были написаны на странном языке. Тогда я ничего не понял, а теперь думаю — это был язык чародеев.       — Язык чародеев? — Орион уже оживился. — И ты вспомнил об этом только сейчас?       — Мне не казалось это важным. До этого момента, — спокойно ответил Алан. — Но если ты прав и это зеркало действительно древний артефакт… возможно, там мы найдём хоть какую-то информацию.       Орион медленно кивнул, подходя ближе.       — Нам туда срочно надо, пока этот мальчишка ещё бед не натворил!       В библиотеке пахло старой бумагой, воском и терпкой магией, едва заметной — как тонкая нить в воздухе.       Они искали уже несколько часов, и глаза у обоих слезились от концентрации. В какой-то момент Орион бессильно опустился на стул, собираясь признать поражение, как вдруг взгляд наткнулась на что-то странное в очередной рукописи. Потёртый лист пергамента, на котором едва-едва проступала руна.       — Есть! — воскликнул он, перекладывая находку поближе к свету. — Похоже, это руна-перевёртыш. По описанию должна обращаться внутрь и искажать воздействие магии. Если повезёт — вытащим пацана.       Он выложил зеркало на стол и, подышав немного на стекло, вычертил эту самую руну, опустив после предмет на стол.       — Я пойду за ним. Ты прикроешь. Если я не вернусь…       — Постой, — принц перехватил его запястье. Сильнее, чем нужно, будто боялся, что тот сейчас исчезнет. Орион недовольно прищурился.       — И что это? Драматичное «не бросай меня»?       — Я иду с тобой, — спокойно, даже слишком. — У меня теперь есть сила. Забыл? Я могу быть полезен.       — Польза? — Орион фыркнул. — Ты с ней обращаться не умеешь.       — Ты так-то тоже чародей не так давно, — тут же парировал Аланор.       — Аргумент, — признал Орион и закатил глаза. — Но если наследник пропадёт — во дворце начнётся паника.       — А если пропадут два чародея — что, тишина будет? Думаешь, не заметят? А если мы втроем, — Аланор чуть усмехнулся. — Мирабель точно догадается, что мы вместе.       — Ты невыносим. — Орион смотрел на него секунду, затем хмыкнул. — Ладно. Не убирай руку.       Он коснулся руны. Магия повисла в воздухе плотным теплом, едва ощутимым, как предгрозовое давление. Пальцы скользнули по контурам — активация пошла. Сердце дёрнулось.       …И ничего.       Орион моргнул. Комната осталась прежней — тот же пыльный полумрак, те же тени на стенах, та же застывшая тишина, словно время и не думало двигаться дальше.       — Сработало? — осторожно спросил Аланор, всё ещё не отпуская его руки.       — Видимо, нет, — с сомнением отозвался Орион, бросая взгляд на неподвижное зеркало.       Он выдохнул, устало потёр лицо ладонью и медленно опустил плечи.       — Пожалуй, хватит на сегодня. Мы уже кучу времени ковыряемся в этих бумагах, а толку — как с козла молока. Пойду, может, поваляюсь, перекручу в голове что-нибудь… может, вспомню пару баек, чему бабка в Тростниковой долине пыталась учить. Или вспомню, чему Саймон учил.       Аланор лишь кивнул. Решение было принято. Они вышли из библиотеки, и тут Орион заметил, что на небе уже вовсю разливался закат. В высоких стрельчатых окнах отражалось багрово-золотое зарево, будто само небо пылало.       Проходящая мимо служанка, завидев их, остановилась как вкопанная, глаза расширились, а на лице читалось искреннее удивление. Она резко поклонилась, чуть не уронив корзину с бельём.       — Что за взгляд? — нахмурился Аланор. — Мы что, призраки?       — Простите, Ваше Высочество, — пролепетала она. — Просто… я думала, вы в трапезной. Вас все ждут.       — Ждут? У нас какое-то мероприятие, а я не в курсе?       — Кстати, я бы тоже не против поесть, — отозвался Орион.       — Вы же… сами повелели устроить ужин, — настороженно произнесла служанка.       Принц удивлённо приподнял брови и обернулся к Ориону.       — Ужин? Я? Серьёзно?       — А что ты на меня уставился? — фыркнул тот. — У меня с памятью, конечно, не идеально, но это уже твои проблемы.       Они дошли до зала, откуда доносились звуки беседы и весёлый смех. Когда Орион осторожно приоткрыл дверь, он замер на месте, как вкопанный. В следующую секунду резко отшатнулся, впечатавшись в грудь принца.       — Что случилось? — удивленно прошептал Аланор, удерживая его.       Орион лишь приложил палец к губам, прося тишины, и снова медленно заглянул внутрь. И тут его сердце пропустило удар.       За столом, среди ярко освещённого зала, сидел он сам. Вальяжно откинувшись на спинку стула, лениво что-то рассказывал, размахивая вилкой. Рядом — сияющий Аланор, внимательно его слушающий. Саймон, как всегда, подпрыгивал от радости, Мирабель покачивала бокалом с вином и весело смеялась.       Орион нащупал пальцами дверной косяк и с трудом перевёл дыхание.       — Нам определённо… надо поговорить, — прошептал он, отступая в тень. — Потому что, если я не схожу с ума… то мы оба сидим в зале. А я уже всё больше сомневаюсь в своей трезвости…       Аланор, прищурившись, тоже заглянул в зал — и побледнел. Его губы дрогнули, он почти открыл рот, чтобы выругаться, но не успел — Орион тут же перехватил его за запястье и рывком утянул за ближайший угол. Там, в укрытии тени, он прижал наследника к прохладной каменной стене.       — Кажется, зеркало всё же сработало, — быстро зашептал чародей. — Мы в каком-то другом месте… или мире… — он почесал висок. — Не суть. Главное — это не наша реальность. И если наши версии спокойно сидят за ужином — пусть и сидят дальше. Нам нужно найти нашего Саймона. Он наверняка тоже где-то здесь.       Аланор сжал губы, нахмурился, но кивнул.       — Хорошо. Но как мы будем двигаться по дворцу, не привлекая внимания? Тебя тут все знают в лицо, — Орион задумался на мгновение, но Аланор вклинился:       — Почему бы нам просто не подойти и не сказать всё, как есть? Пояснить? Может, это и правда сработает.       Чародей взглянул на него с выражением, будто перед ним говорящий булыжник.       — Ты шутишь? Я в своей жизни видел достаточно фильмов, чтобы знать: никогда не подходи к своей копии! Это аксиома! — он махнул рукой. — Подумай сам. Если бы ты увидел свою точную копию, которая начнёт тебе что-то объяснять… ты бы что сделал?       Аланор помолчал, нахмурившись. Затем тихо сказал:       — Подумал бы, что это подстава. Возможно кто-то воспользовался чарами чтобы поднять восстание… Приказал бы немедленно убить…       — Вот именно, — довольно подытожил Орион. — Так что разговор с ними — не вариант. Нужно маскироваться.       Он сделал шаг назад, прищурился, окинул принца взглядом и с невинной насмешкой протянул:       — А как ты смотришь на то, чтобы примерить платье служанки?       Аланор вспыхнул почти до ушей и выпалил:       — Прибереги это для своих шуточек с кем-нибудь другим. Ты наследному принцу вообще-то говоришь!       Орион лишь театрально развёл руками:       — Да ну, просто рассматриваю все варианты. Выбор у нас не велик, знаешь ли.       Наследник выдохнул и покачал головой:       — Тогда есть идея получше. Внизу, у казарм, есть запасное обмундирование. Шлемы полностью закрывают лица. Если мы быстро проберёмся туда — сможем слиться с обычной стражей.       Орион закатил глаза, обречённо откинул голову к стене:       — Великолепно. Опять мне таскаться в железе, как в бочке. Я знал, что судьба издевается надо мной.       — Можешь для себя использовать вариант со служанкой, — буркнул Аланор и направился вперёд, уже в полной готовности к приключению.       Орион лишь вздохнул и двинулся следом, заранее ощущая, как снова натирает плечо подлатником.       Пока их копии продолжали ужинать в уютной трапезной, настоящие Аланор и Орион беспрепятственно двигались по дворцу. Наследник шагал впереди, уверенно и с достоинством, заложив руки за спину, будто бы ничего странного вовсе и не происходило. Словно это была обыкновенная вечерняя прогулка перед сном, а не попытка скрытного проникновения в казармы собственного же замка.       И как назло — на пути им попался Волк. Генерал стоял возле казарм, окружённый парой своих подчинённых. Они оживлённо обсуждали недавнюю охоту, и, судя по лицам, делились особенно кровожадными байками. Один из стражников даже громко рассмеялся, но, завидев приближающегося наследника, мгновенно вытянулся в струну. Волк обернулся, и его лицо расплылось в широкой, искренней улыбке. Поклонившись, он произнёс с уважением:       — Ваше Высочество.       — Генерал, — коротко кивнул Аланор, продолжая держать осанку, будто на нём сейчас был парадный мундир, а не план по маскировке и спасению ученика.       — Что привело вас сюда в столь поздний час? — поинтересовался Волк, слегка склонив голову.       — Решил показать чародею казармы. Прогуляться немного. Свежий воздух, так сказать, — отозвался принц с тем невозмутимым тоном, каким обычно докладывают о планах на день перед заседанием совета.       Глаза Волка загорелись с почти детской радостью.       — Прекрасная идея! И, если позволите, я бы с радостью провёл для вас экскурсию. Поверьте, никто не знает это место лучше меня.       Ориона от такого энтузиазма аж передёрнуло. Волк — улыбается. Волк — предлагает экскурсию. Волк — звучит так, будто готов сейчас приплясывать от счастья. Он выдавил натянутую улыбку и сухо отозвался:       — Не хотел бы отвлекать вас от столь… захватывающей беседы.       — Для вас, господа, мне всегда в удовольствие, — расплылся в довольной ухмылке генерал.       Но тут в дело пришлось вмешаться Аланору. Он мягко, но с тем самым королевским нажимом произнёс:       — Всё же, генерал, мы бы предпочли осмотреться вдвоём. Без лишних глаз и ушей.       Волк вежливо склонился в поклоне, в лице ни тени обиды.       — Как пожелаете, Ваше Высочество.       Он отступил в сторону, и их пропустили без лишних слов. За спиной вновь зазвучали обсуждения, и вскоре смех снова прорезал воздух. Аланор, шагнув в прохладный полумрак казарм, не сдержал кривую ухмылку:       — Хорошо хоть этот Волк меня тут прилюдно не унизил. Когда я был тут в прошлый раз, Волк демонстративно показал мне, что ни во что меня не ставит. Спасибо, что не при остальных солдатах.       — Этот тебе явно больше по душе, — хмыкнул Орион, догоняя принца. — Хотя мне так дико видеть его таким жизнерадостным. Чувствую, если он ещё хоть раз так радостно улыбнётся, у меня глаз дёргаться начнёт.       Смех Аланора прозвучал тихо, по-дружески.       Казармы встретили их привычным запахом металла, пота и дублёной кожи. Полутень, деревянные лавки, грубо сколоченные столы. В глубине, за узкой аркой — оружейная.       — Вот и всё, — кивнул Аланор, — отсюда берут всё обмундирование. Если повезёт — найдём подходящие шлемы.       — И снова в железо… — с обречённым вдохом буркнул Орион. — Прекрасно. Кажется, моей спине конец.       — Привыкай. Это жизнь королевского приближённого.       — А я думал, в неё входят балконы, подушки и настойка. Надо было выбрать Мирабель, — буркнул чародей и, покачав головой, шагнул внутрь оружейной.       Аланор последовал за ним, и двери за ними бесшумно закрылись.       Орион быстро нашёл доспех по своему размеру и, не теряя времени, начал избавляться от одежды, как вдруг за спиной послышалось сухое:       — Ты в любой непонятной ситуации начинаешь раздеваться?       Аланор стоял, отвернувшись, скрестив руки на груди.       — Мы в казармах, — фыркнул Орион. — Тут стыдиться — как кровью подписать себе приговор. Пощады не будет: засмеют, а если не повезёт — то не только морально. А то и забьют где-нибудь за углом. В таких местах не держатся те, кто стесняется.       Принц ничего не ответил, только усмехнулся и медленно начал снимать свою одежду, повернувшись к стене. Они переодевались стоя спинами друг к другу. Металл звенел, ткань шуршала, и в этой грубой тишине Аланор спросил:       — Почему ты вообще жил в казармах?       — В моём мире всё не так, — начал Орион, приглаживая волосы, чтобы не мешали под шлемом. — Служба в армии у нас — обязательна на пару лет. А после… я ничего другого и не умел. Только оружие в руках держать, да метко стрелять. Учиться дальше? За это надо было платить. А у меня тогда… денег… точнее, золота, вообще не было.       Он сказал это без особой горечи — просто как факт. Как-то буднично, словно рассказывал о погоде.       — Так что я выбрал путь, который казался мне самым лёгким. Или самым понятным. Хотя по факту — ни тем, ни другим он не был.       Аланор молчал. Слушал. Не перебивал. Только время от времени кивал, даже если собеседник не мог этого видеть.       — В казармах был постоянный шум. Вонь. Кто-то всегда орал. По-началу, я там жил как зверь в клетке. Или как оружие в шкафу: никто не спрашивал, чего ты хочешь. Только пользовались, когда нужно.       — Ужасно, — выдохнул принц почти шепотом.       Орион пожал плечами, словно стряхивая чужое сочувствие.       — Привыкаешь. Особенно, если знаешь, что по ту сторону забора — ещё хуже.       Аланор задумался, но долго поразмышлять не успел.       — Ладно, — выдохнул он, глядя на груду доспехов у своих ног. — А как, о черти, это на себя надеть?       — Давай я помогу, — ухмыльнулся Орион, подходя ближе. — Запомнил с прошлого раза, когда собирали к балу.       Он начал помогать, ловко затягивая ремни, накидывая налокотники, поправляя наплечники. Принц стоял, не двигаясь, позволяя ему действовать. Только глаза внимательно следили за каждым движением, будто хотел запомнить не только технику, но и саму заботу в чужих пальцах.       — Интересно, — вдруг проговорил он, — ты говоришь об этом так спокойно.       — А что, мрачные истории из прошлого должны заставлять меня рыдать в три ручья? — хмыкнул Орион.       — Нет. Просто это — часть тебя, которую я ещё не знал. А мне хочется знать всё.       Орион ненадолго замер, а после резко затянул ремень потуже.       — Готово.       Их взгляды встретились. Но лишь на мгновение. Потом снова звякнули застёгнутые пряжки, и всё вернулось в привычный порядок.       — Теперь надевай шлем и вперёд, искать Саймона.