От черного и белого, израненное сердце (перевод новеллы)

Толпа сразу же разразилась радостными возгласами. Даже тестировщик не смог удержаться от похвалы: – Два молодых господина обладают обширной и глубокой эрудицией, несмотря на юный возраст. Это вызывает восхищение у этого пожилого человека. Пожалуйста, продолжайте! Гу Фэн оказал почтение руками, а затем направился к четвёртой сцене. Но Ци Янь осталась стоять на третьей сцене, глядя вниз на платформу. Она нашла Наньгун Цзинню среди толпы людей одним взглядом. Их глаза встретились. Наньгун Цзинню ответила на пристальный взгляд Ци Яня. Её янтарные глаза, казались, были затуманены плёнкой тумана; даже Наньгун Цзинню не могла сказать, действительно ли он её видит. Представление Ци Яня и Гу Фэна было слишком выдающимся: тестировщик даже не спрашивал, хотят ли они забрать приз или перейти на следующий этап. Кроме Ци Янь, все присутствующие думали, что эти два человека на сцене определённо пройдут весь путь до конца игры. На пятом этапе наверняка предстояла бы легендарная битва за то, чтобы получить сотню кусков чистого серебра, которую никто не получал за последние десять лет. Толпа перед гостиницей "Тинью" становилась всё больше. Многие владельцы ларьков даже прекратили торговлю, когда услышали что два человека прошли третий этап в этом году. Они несли шесты или толкали тележки, подходя к внешнему кругу, в надежде хоть мельком увидеть захватывающее зрелище. Перед огромной аудиторией, Ци Янь вместо этого подошла к тестировщику. Она глубоко поклонилась и тихо произнесла: – Старый господин, этот ученик хочет забрать награду за этот этап. Тестировщик удивлённо смотрел на Ци Яня с выражением недоверия на лице. Некоторым людям в первому ряду показалось, что они услышали неправильно. Она спросили стоящих рядом с ними: – Что сказал молодой господин? – Он сказал, что он хочет забрать приз... Может, я неправильно расслышал? – Что? – Это не может быть правдой? Зачем уходить сейчас? Даже "соперник" Ци Яня, Гу Фэн, замер. Он повернулся и посмотрел на Ци Яня с удивлением. – Молодой господин точно решил? – уточнил тестировщик. – Я принял решение. – Раз так, молодой господин может забрать свой приз. – Большое спасибо. Ци Янь подошла к столу, чтоб взять мешочек с десятью лянами чистого серебра. Под изумлёнными взглядами толпы, она равнодушно спустилась со сцены. Видя, как Ци Янь, держась за перила, осторожно спускается, Наньгун Цзинню протиснулась сквозь толпу, чтобы подойти к арене. Но продавец преградил ей путь: – Молодой господин, пожалуйста, подождите. – Отодвинься. Он не может чётко видеть ночью, ты сможешь возместить, если он упадёт? Один из продавцов повернул голову, чтобы посмотреть, что происходит и увидел, что движения Ци Яня действительно очень медленные. Он переглянулся со своим коллегой и они опустили руки. Наньгун Цзинню очень быстро поднялась по ступенькам и встала перед Ци Янем, протянув руку: – Притормози. Ци Янь взяла её руку. Она слегка улыбнулась: – Спасибо. Они вместе ушли с арены, держась за руки. Толпа автоматически расступилась перед ними. Гу Фэн стоял на четвёртой сцене, наблюдая как они уходят. Он задумался. Как только они отошли очень далеко и шум стал отдаляться, Наньгун Цзинню дернула Ци Яня за руку и взволнованно сказала: – Ци Янь, это было потрясающе! Если бы ты не ушёл в середине, ты бы точно дошёл до конца! – Давай пойдём быстрее, на случай если младший братец начал волноваться, – улыбнулась Ци Янь. Сердце Наньгун Цзинню наполнилось теплом. Хотя приз за пятый этап был для неё незначителен, Ци Янь отказалась от шанса заявить о себе в столице только ради того, чтобы сдержать обещание. – Если бы я это знала, я бы привела сюда того младшего брата, – Наньгун Цзинню почувствовала себя виноватой. – Даже если бы он пришёл, этот поданный всё равно планировал выиграть третий этап. – Почему? – удивлённо спросила Наньгун Цзинню. – Целью этого поданного в фонарной игре не было выиграть сто лянов, – не прекращая ходьбу, спокойно ответила Ци Янь. После паузы, она продолжила, – Переход к третьему этапу был уже продиктован корыстными интересами. Этих десяти лянов будет достаточно, чтобы Ваше Высочество съело что-нибудь вкусненькое. Если бы этот поданной пришёл один, он бы ушёл после первого этапа. Наньгун Цзинню не до конца поняла. Хотя она чувствовала, что в словах Ци Яня есть смысл, она всё равно не могла понять: у него явно была возможность выиграть сто лянов, почему он сдался? Любой другой тоже удивился бы этому. Как Ци Янь мог так легко сдаться? Ци Янь повернула голову. Заметив сомнение в глаза спутника, она равнодушно улыбнулась и объяснила: – На самом деле, у этого поданного не было уверенности и на оставшиеся два этапа. Столица – поистине место скрытых талантов, всего в одном отеле уже есть такие возможности. Несомненно, было бы здорово выиграть, но если бы этот поданной проиграл, мы потеряли бы свою одну медную монету. Получение десяти лянов уже немного превысило ожидания этого поданного. Услышав слова Ци Яня, Наньгун Цзинню перестала сомневаться. Но она всё ещё смутно чувствовала, что всё не так просто... Затем, она подумала: это просто сто лянов чистого серебра, нет никакой необходимости всё так усложнять. И вот, она не стала думать глубже. Конечно, Наньгун Цзинню не могла понять мышление Ци Яня. Ци Янь находилась под опекой Женщины в маске с девяти лет. То, под каким углом она рассматривала проблему, способы, с помощью которых она обдумывала проблему - все этому её научила Женщина в маске. Сама того не ведая, она уже стала чрезвычайно целеустремлённым орудием мести. Она постоянно помнила о своих первоначальных намерениях и никогда бы не отступила ни перед каким искушением... Вместе, они подошли к договорённой локации. Мальчик, которого они видели ранее, сидел на корточках возле продавца засахаренного боярышника и держал фонарь, подаренный Наньгун Цзинню. Наньгун Цзинню ускорила шаги и потянула за собой Ци Яня. – Младший братец! Увидев их двои, мальчик радостно побежал к ним: – Да-гэгэ! – Мы вернулись! – Наньгун Цзинню похлопала мальчика по плечу. – "Младший братец продолжал ждать, – сказала Ци Янь извиняющимся тоном. – Да-гэгэ, ты выиграл?! – Гэгэ не выиграл, но он принёс деньги для засахаренного боярышника. – Восхитительно! – мальчик захлопал в ладоши. – Лао бан, три палочки засахаренного боярышника. – Хорошо! Всего пять медяков. Ци Янь сначала отдала Наньгун Цзинню одну палочку, затем вручила две палочки засахаренного боярышника мальчику. Он откусил одну, чтобы удержать её во рту, поблагодарил и убежал с безграничной радостью. Ци Янь достала из мешочка с деньгами маленькую серебряную монету и протянула её продавцу, но он с трудом сказал: – Молодой господин, в моём маленьком бизнесе действительно не найдётся сдачи. Ци Янь сунула ему в руки серебряную монету: – Тогда в этом нет необходимости. Продавец несколько раз махнул рукой: – Так не пойдет. Этого серебра уже достаточно, чтобы купить весь мой ларёк. Как насчёт того, чтобы просто взять его и принять это как знак уважения к двум молодым господам. Ци Янь посмотрела на более чем дюжину палочек засахаренного боярышника, разложенных на подносе. – Как насчёт такого: вы берёте эти деньги, не беспокоясь. Просто отдай мне эти шпажки засахаренного боярышника. Сегодня праздник, большой дядя должен вернуться пораньше и воссоединиться со своей женой. Продавец взволнованно сказал: – У молодого господина поистине золотое сердце, может ли этот человек спросить, где находится поместье? Этот скромный человек доставит это туда! – В этом нет необходимости, просто отдайте это мне. Теперь большо дядя можете идти домой. – Да-да, спасибо вам, молодые господа. Ци Янь положила шпажки себе на плечо. Наньгун Цзинню откусила кусочек засахаренного боярышника. – Ты что, не будешь? – Этот поданный не любит подобное. – Тогда, зачем ты купил так много? – Так трудно найти время для поездки. Две цзецзе – Чунтао и Цюцзю, обеспокоены. Мы можем принести это им, чтобы они попробовали, остальное тоже можно раздать. Услышав, что Ци Янь всё ещё думал о Чунтао, когда покупал засахаренный боярышник, Наньгун Цзинню замолчала, вспомнив о "проступках" Чунтао. Ей очень понравился кисло-сладкий вкус цукатов из боярышника. Съев кусочек, она подняла руку, чтобы взять другую, но Ци Янь посоветовала: – Ваше Высочество, боярышник очень аппетитный, но не стоит есть слишком много на пустой желудок. Лучше всего сначала найти ресторан, где можно перекусить. – Что такого вкусного в еде из ресторана? Я хочу есть в уличном киоске. – Возможно, еда из уличного киоска не совсем чистая. И, кроме того, если столько людей могут это съесть, я тоже могу это есть. Пойдём~ Они вдвоём зашли на улицу с едой. Они выбрали киоск, рядом с которым были расставлены столы и стулья. Ци Янь сняла шпажки и воткнула их в кучу снега, затем села возле Наньгун Цзинню. Официант подал им горячую воду. Он с энтузиазмом спросил: – Что заказывают два молодых господина? Наньгун Цзинню взволновано спросил: – Что у вас есть вкусненького? Подавайте всё это на стол! – Что? Официант бросил взгляд на Ци Яня: – Молодой господин, несмотря на то, что магазинчик небольшой, в меню есть десять блюд. Если это всё будет подано, возможно, не удастся всё съесть. – Зима отличается от лета. Если это заказать слишком много, всё остынет прежде, чем можно будет всё попробовать. Может, мне сделать заказ? – посоветовала Ци Янь. – Хорошо. – Сначала подайте две тарелки вонтанов. Когда мы почти закончим, подайте порцию обжаренных рисовых шариков. Здесь есть рисовые лепёшки? – Есть! – Затем, у нас будет небольшая тарелочка рисовых лепёшек и а=жаренного теста с маслом. – Хорошо! – Здесь есть вино? – Есть: пятнадцатилетняя девичья роза, шестилетнее бамбуковое зелёное вино, трёхлетнее просяное вино и вино из османтуса, сваренное в прошлом году. – Небольшой сосуд османтусового вина, затем принесите маленькую глиняную плитку и поставьте на неё горячую воду. – Хорошо! – Официант повесил полотенце на плечо. Он ещё раз громким голосом повторил всё, что заказал Ци Янь. – Понял! – громко ответил владелец магазина, работавший у плиты. ... ... Ци Янь удержала руку Наньгун Цзинню, которая хотела взять сосуд с вином: – Холодное вино вредит организму. Пейте после того, как оно нагреется, – сказав это, она поставила кувшин с вином в горячую воду и мягко продолжила. – Сначала пообещайте, что выпьете только три чашки. – Я поняла, зануда, – Наньгун Цзинню надулась. ... ... Они насытились едой и вином: количество еды, которое заказала Ци Янь, было в самый раз. Наньгун Цзинню облизнула губы. Казалось, ей не очень-то расставаться с оставшимся наполовину полным вином в кувшине. Ци Янь взвалила шпажки на плечи, и взяла Наньгун Цзинню за руку: – Просто пошли кого-нибудь купить ещё, если хочешь. Сегодня больше никаких напитков нельзя. Наньгун Цзинню, наконец, с неохотой отвела взгляд, но она не осознала: её отношение к словам Ци Яня становилось всё выше и выше, и она даже начала к этому привыкать. Тот, кто следил за временем, объявил время. До их возвращения в поместье оставалось ещё около часа. – Ваше Высочество, давайте пойдём и зажжём небесные фонарики. – сказала Ци Янь. – И речные фонарики! – Хорошо. Стояла глубокая ночь. На улицах было не так многолюдно, и уличные лотки тоже постепенно начинали заполняться. По улице, держась за руки, шла довольно заметная пара молодых господ. Они непринуждённо держали друг друга за руки. Кто знает, о чём они тихо разговаривали, время от времени улыбаясь друг другу. Один был хорошеньким и обаятельным, в то время как другой – сдержанный и уравновешенный, они шли по середине дороги рука об руку, совершенно открыто. Прохожие, наблюдавшие эту сцену, автоматически скрывали презрение в свих взглядах, поскольку они обнаружили, что концепция "обрезанного рукава", к которой люди испытывали большое отвращение, была не такой скандальной, как они себе представляли, когда увидели этих двух людей. Они купили два последних фонаря в киоске, затем подошли к столику сбоку. Ци Янь взяла кисть, обмахнула её в чернила, затем передала Наньгун Цзинню, которая, не задумываясь, взмахнула кистью.