Мимолётно ли счастье

«Поезд прибывает. Просьба отойти немного назад». Солнце, отойди назад. Едва стукнуло пять утра, ты уже выходишь. Всё равно на станции никого нет. Так, постой. Всё же кто-то есть. Бледно-розовые волосы, светлые шорты. Рожок мятного мороженого. Хокадзоно. Снова хотела взять розовый билет на поезд. Вагоны трясутся. Добрые глаза слипаются, хоть бы не пропустили остановку. Она ведь знает, куда ехать, правда? За окном осенний воздух, кажется, пробивается внутрь. Для Ирохи всё в новинку, с тех пор как она прилетела из Японии. Словно попала не в ближнюю страну, а в совершенно иной мир. Хотелось всё объездить, посмотреть. Сейчас Ироха хотела попасть в Дэрим. Нужная станция отмечалась синим на карте и была довольно привлекательной, хоть это всего лишь точка на экране. Но Ироха верила: за этой маскировкой скрывается что-то необычное, красивое, тёмноволосое, милое… Ли Вонхи. Она всегда садилась на Дэриме и ехала до Доксана. Правда, часто забывала, когда нужно сходить. На этот раз её спасли разноцветные точки на чужом телефоне. — Извини, не подскажешь, когда будет Доксан? Ироха, к которой Вонхи обращалась, так и не вышла на Дэриме. Блестящие глаза встретились с ней всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы пришить её к сиденью алой нитью. Теперь же они ослепляли, стоило Ирохе перестать моргать. — Доксан? Через две остановки. — О, спасибо, — ответила Вонхи и стала болтать ножками перед собой. И что это было? Хокадзоно? Тебя вызывает Коганеи! Видимо, её и вправду очень легко удивить. Это всего лишь Ли Вонхи. На груди бантик, в маленьком рюкзаке — школьные тетрадки с абрисами котов на полях. Однако Ирохе всё нравилось. На её полях были цветы, аэропорты, свечи, музыка. Всё, что можно и нельзя было нарисовать. Хотя, конечно, все мы знаем — рисовать в тетрадях итак нельзя. Прошла первая остановка. Вонхи всё ещё была самой милой девочкой во всей Корее и этом вагоне. Возможно, в следующем могла сидеть похожая. Но на карте она не была обозначена. Как только Ли перестаёт смотреть на неё, Хокадзоно достаёт блокнот. За мгновенье художница поняла: такая красота на обычных полях не поместится. Поэтому она перелистывает две страницы, чтобы запечатлеть первую ветку красного клёна. Незаметно, как ей казалось. Чуть подрагивающие пальцы так хотели успеть до Доксана, что оставляли карандашом случайные линии вокруг лица Вонхи. Немного погодя Ироха догадалась через них провести музе волосы. В итоге они развевались по всему листу, словно лепестки. Вонхи действительно была частью природы. Маленьким листочком, которого так быстро унёс ветер, что Ироха даже не успела ничего сказать.