Позволь мне быть твоей опорой

Мысли Му Цина путались, после его поспешного решения разделить вино с Сюань Юем. Сейчас эта идея не казалась небожителю чем-то безобидным. Поначалу действительно все развивалось весьма спокойно. Однако, чем омега больше налегал на вино, тем мутнее становился его рассудок, а чувства собственного тела не поддавались логическому объяснению. «Что со мной происходит? — пронеслась единственная разумная мысль в мутнеющем разуме. — Кажется, с этим вином что-то не так…» — Му Цин, кажется, ты захмелел, — нарочито нежно произнёс Сюань Юй. Его голос исходил будто из глубин сознания, блаженно мягкий и умиротворяющий, как сладкая нега. Му Цин старался сохранять разум в спокойствии, а тело в отрешённости от мирских желаний, однако, его природа, под воздействием афродизиака брала верх. Бог Войны не собирался сдаваться так просто, но едва держал себя в руках. «Неужели, я сам того не подозревая выпил проклятое дурманящее снадобье… или… это очень похоже на действие афродизиака, — пронеслось в голове Му Цина. — Блять… попасть в столь глупую ловушку…» «Кажется, как бы он ни старался, его природа играет мне лишь на руку, — с самодовольной улыбкой подумал Сюань Юй. — Я и не думал, что всё сложится именно так…» Пусть небожитель был у него на ладони, демон не собирался брать его прямо в таверне, ведь это было бы даже для него слишком низко. Сюань Юй давно спланировал всё до каждой мелочи. Он был слабее князей демонов, однако не был глупцом: специально узнав всё об этом небожителе, он готовился не один день. Казалось бы, Сюань Юй учёл всё, но не подумал обо всех, кто стоял за генералом Сюаньчжэнем. Он знал, что хозяин Призрачного города терпеть не мог небожителей, однако просчитался с тем, что позарился на омегу, который был связан с супругом градоначальника. Возможно, если бы Хуа Чэн не был мужем Наследного принца, ему было бы проще и пропажу Му Цина посчитали бы за случайность, но в этот раз Сюань Юй поставил себя под удар. Му Цин всё ещё сидел напротив невольного собеседника, однако, в его глазах стояла пелена, а сам он едва мог сохранять ясность. Все тело горело, как от неизбавимой агонии. Пусть лицо его и не выражало ни единой эмоции, внутри генерал Сюаньчжэнь будто плавился, сгорая от непреодолимого желания. Ощущения не давали ему быть спокойным, как бы он ни старался противостоять инстинктам. Сюань Юй молчаливо наблюдал, делая вид, словно его собеседник лишь излишне захмелел от вина. Демон прекрасно знал, какие последствия имел дополнительный ингредиент в алкогольном напитке того, кто находился напротив. Однако, Сюань Юй не спешил действовать дальше: ему нужно было убедиться, что жертва действительно в беспомощном состоянии. Му Цин понимал, что его положение уже не было выигрышным, а беспечность играла лишь на руку тому, с кем он находился. Каким бы упертым ни был, он питал чувства лишь к одному альфе. Генерал Сюаньчжэнь мог выдумывать многое, но внутри огонь полыхал только к одному Богу Войны. Му Цин мог сколь угодно долго пререкаться или же противостоять этому альфе, однако всегда думал лишь о нём. Много веков прошло, как эти двое казались другим непримиримыми врагами. Порой всё не то, чем кажется, так можно сказать и про них. Один тянулся, не скрывая чувств, другой, отрицая собственную принадлежность, пытался закрыться от правды, спрятать то, что другие могли бы увидеть, словно боялся. И вот чувства, что важны обоим, душили, но при этом давали стимул двигаться дальше. Сюань Юй понял, что его жертва на крючке, отчего решил не медлить, начав действовать. — А-Цин, думаю, что тебе стоит остаться у меня, — донёсся бархатный голос демона. — Ты выглядишь неважно… Каждое слово будто туманный цветок погружало в большее беспамятство, как бы Му Цин ни старался бороться. Сюань Юй прекрасно знал об этом, из-за чего говорил как можно больше. — Я и сам… смогу… вернуться, — протянул Му Цин, однако его речь была едва связной. — Ты… мне не нужен… — А-Цин… позволь помочь тебе, — вмешался Сюань Юй, продолжая свою сладостную речь. Му Цин постарался подняться из-за стола, однако стоило ему сделать лишь шаг, как он повалился с ног и лишь крепкие руки демона удержали его от падения. Сюань Юй нагло разместил свою руку на талии омеги, второй поддерживая его за спину, чувствуя жар, что исходил от Бога Войны. «Как же долго ты сдерживался, что сейчас твой аромат и твоё тело будто умоляют взять тебя, — пронеслось в голове демона. — Не сейчас… только не здесь…» Сюань Юй хоть и собирался похитить небожителя, хотел не только физической близости, но и того, чтобы тот полностью принадлежал ему, даже душой. Демон расплатился с хозяином таверны и, подхватив Му Цина на руки, отправился прочь. Сюань Юй заранее спланировал, куда они отправятся, именно поэтому он выжидал какое-то время. Му Цин попытался сопротивляться, однако тело совершенно не слушалось. Демон воздействовал на акупунктурные точки омеги, заставляя того отключиться, и тут же переместил их в поместье в городе Фэнду. «С ним одни проблемы, без сознания даже меньше мороки, — хмыкнул Сюань Юй, спускаясь в подземелье своего поместья. — Это получилось даже проще, чем я ожидал…» Му Цин обмяк на руках похитителя и никак не реагировал на происходящее вокруг, ибо до сих пор находился без сознания. Сюань Юй остановился лишь тогда, когда они дошли до одной из тёмных комнат, что напоминала темницу. Холодный воздух пронизывал каменное помещение. Внутри был небольшой стол, на котором располагалась масляная лампа, цепи, что свисали с потолка, и деревянная кровать, явно не подходящая для сна. Сюань Юй и не собирался позволять спать своей жертве. Демон закрепил запястья бессознательного омеги в кандалы, после чего вытащил нож, что покоился на поясе, на время останавливая свой взгляд на нахмуренном лице жертвы. — Даже в таком состоянии он не позволяет себе расслабиться, — усмехнулся Сюань Юй вслух. Прохладная ладонь демона коснулась бледной щеки омеги, чья кожа была огненной от воздействия афродизиака. Сюань Юй довольно улыбнулся и легким движением руки разрезал верхний слой одежд небожителя. Он остановил свою руку на поясе Му Цина, совершая легкое движение, отчего ткань с лёгким шелестом упала на холодный каменный пол. Сюань Юй прекратил только тогда, когда на омеге остались лишь лёгкие штаны, которые свободно свисали, но отчётливо показывали возбуждение его жертвы. Сюань Юй коснулся акупунктурных точек на теле Му Цина, приводя омегу в чувства, но не разблокировал духовные силы. Он, сделав несколько шагов назад, наблюдал за тем, как великий Бог Войны приходит в себя. Демон снял с него даже сапоги, так что теперь голые ступни касались холодного пола. — Ты… ты ещё пожалеешь, — взвыл Му Цин, как только смог открыть глаза. Сюань Юй изогнул губы в едва заметной улыбке и, обхватив подбородок жертвы прохладными пальцами, жадным поцелуем припал к нежным губам, оттягивая нижнюю губу, затем прикусывая её до крови. — Сволочь, — прошипел Му Цин, пытаясь отстраниться, но тело отказывалось подчиняться. — Кричи сколько хочешь, Му Цин, здесь никого нет кроме нас двоих, — выдохнул в губы демон, слизывая кровавую дорожку, что медленно стекала к подбородку омеги. «Блять… как меня только угораздило, — пронеслось в голове генерала Сюаньчжэня. — Я прибью его… как он смеет так касаться меня…» — Я убью тебя! — практически выплюнул Му Цин, сжимая руки в кулаки, чувствуя, как цепи впиваются в запястья, отчего невольно поморщился. — Какие мы грозные, — самодовольно улыбнулся Сюань Юй, отпуская подбородок омеги, лишь для того, чтобы провести острым когтем по нежной щеке, оставляя заметный глубокий след, слизывая языком новую кровавую дорожку. — Ты грёбаный извращенец, — прорычал Му Цин, резко отстраняясь, но в голове стоял шум, а перед глазами снова всё поплыло. — Ты очень милый, когда пытаешься меня дразнить, Му Цин, — рассмеялся Сюань Юй и следом опустился рукой ниже, оставляя всё новые следы, чувствуя, как кадык омеги дрогнул от очередной царапины на бледной коже. — Твоя кровь… словно сладкая вишня… а твой аромат едва даёт мне сдерживать свой порыв… — Только попробуй! — И что же ты сделаешь? Убьёшь меня? — залился звонким смехом Сюань Юй. — Это я уже слышал, Му Цин, придумай что-нибудь новенькое… Му Цин закипал от ярости, но так и не мог полностью сконцентрировать своё зрение, ведь действие афродизиака не отступало. Генерал Сюаньчжэнь чувствовал, как по внутренней стороне бедра предательски стекала естественная смазка, словно у него началась непреднамеренная течка, а сердце колотилось, грозя выскочить из груди. Сюань Юй наблюдал за каждой эмоцией омеги, вдыхая феромоны, что сводили его с ума, однако он до сих пор не снял со своей жертвы штаны, которые успели пропитаться потом и смазкой, отчего липли к ногам. — Я ненавижу тебя! Ты всего лишь грязный демон! — собираясь с силами, взвыл Му Цин, однако почти сразу простонал, чувствуя, как чужая рука сжала его волосы, оттянув голову назад. — Ты до сих пор не понял, что сопротивляться мне бесполезно, Му Цин? — прошептал на ухо Сюань Юй, прикусывая нежную кожу на шее, оставляя алую отметину. — Я могу делать с тобой всё, что мне заблагорассудится, и мне не будет за это ничего… думаешь, что твоя псина спасёт тебя? Му Цин сжал руки сильнее, закрывая глаза, пытаясь отвлечься на что-то приятное, чтобы не видеть своего пленителя. Он чувствовал себя некомфортно и сомкнул губы, стараясь не думать о происходящем, но демон не отставал от него. Ему было больно слышать грубые слова в адрес Фэн Синя, пусть сам он мог и ругать этого альфу, спорить с ним, даже драться, но не выносил оскорблений в его адрес от других. — Псина здесь только ты! — сквозь зубы прошипел Му Цин, стараясь поддеть своим тоном демона. — Ты не добьёшься от меня ничего… я никогда не стану твоим, уж лучше умереть! — Ты правда думаешь, что я позволю тебе умереть, Му Цин? — с хищной улыбкой произнёс Сюань Юй, отпуская волосы омеги, а после перехватывая подбородок, не давая повернуть голову, заставляя смотреть прямо себе в глаза. Демон приблизился к небожителю, но тот резко плюнул в него, попав слюной в глаз, тем самым заставляя поморщиться. Сюань Юй достал из рукава ханьфу чистый платок и вытер лицо, возвращая свой взгляд на жертву. — Думаешь, что злить меня хорошая затея? — хмыкнул демон, резко отпустив волосы Му Цина, но после чего наотмашь ударил его по лицу. — А ты думаешь, что я просто сдамся? — пытаясь не показывать, как он себя ощущает, продолжал омега. — За тобой придут! Даже если я умру, тебе не обрести покоя в этом мире! Му Цин был дерзок с ним, каждое слово наполняя ядом, надеясь, что его пленителю вскоре это надоест и появится возможность сбежать. — Я заставлю тебя это сделать! Ты в моих владениях! Твои духовные силы всё ещё запечатаны и, кроме моих приспешников и меня, здесь никого нет, — касаясь большим пальцем окровавленной губы Му Цина, Сюань Юй самодовольно улыбался. Его глаза горели огнём, а сам он выпускал феромоны, заставляя разум омеги ещё больше помутиться. Демон наслаждался беспомощностью пленника, его едкие слова лишь смешили, а угрозы не воспринимались всерьёз. — Можешь держать меня здесь хоть сто, хоть тысячу лет, ничего не выйдет! — прыснул Му Цин, однако его слова больше походили на отчаянный возглас, за смехом он прятал страх, что одолевал его. — Тебе никогда не превзойти ни демона, ни уж тем более небожителя, Сюань Юй. А все твои попытки, моё похищение, это что, твой способ самоутвердиться? — Считаешь меня жалким? — процедил сквозь зубы Сюань Юй. — Думаешь, что я не способен ни на что? Слова Му Цина злили альфу, отчего он впился двумя когтями прямо в плечо пленника, пронзая ими плоть, дорожки крови тут же окрасили тело жертвы и боль казалась почти невыносимой. К сожалению, для генерала Сюаньчжэня все его ощущения были усилены в сотню раз и держаться с каждой новой раной становилось всё труднее. «Сколько я смогу так продержаться? — пронеслось в голове Му Цина. — Не стоило мне отходить от Ци Жуна, а теперь… я же и вправду хотел поговорить с Фэн Синем… но… я даже не знаю, где я нахожусь…» Чувствуя, как хватка на плече ослабла, а когти покинули его тело с неприятным звуком, Му Цин прикрыл глаза, погружаясь в мысли. Перед его глазами возник образ того, кто вечно старался быть рядом. Как бы отвратительно генерал Сюаньчжэнь не вел себя, Фэн Синь оставался рядом, терпел все его выходки, пытался поговорить. Однако Му Цин всё это время совершенно не ценил поступки альфы… «И где я сейчас? — горечь осознания собственных упущенных возможностей прозвучала в этом вопросе. — Это даже смешно… я так долго бегал от него, — усмехнулся от своих же слов Му Цин. — И чем это закончилось? А что… если он не знает? Нет… он должен знать. Ци Жун… он же… он бы не стал молчать…» На самом деле Му Цин надеялся, что Зеленый Фонарь вернулся в Небесную столицу и рассказал о случившемся генералу Наньяну. Из-за запечатанных духовных сил он чувствовал себя словно стал обычным смертным: в горле пересохло, а жар так и не спадал, напоминая о действии проклятого отвара, что он выпил сам, даже не задумавшись. — Посмотрим, как ты заговоришь, если я оставлю тебя здесь в одиночестве в обществе крыс или, быть может, мне оставить с тобой приспешников, чтобы они вдоволь с тобой наигрались? — протянул Сюань Юй, прищурившись в мерзкой ухмылке. Он вторгся рукой под лёгкие штаны омеги, прохладными пальцами коснулся его ануса, чувствуя влагу естественной смазки, и самодовольно улыбнулся. — Хотя нет… это место принадлежит лишь мне, — прошептал Сюань Юй на ухо Му Цину, чувствовавшему, как тело предательски откликается на прикосновения. Он прикусил шею небожителя так, что на бледной коже остался новый алый след. Демон убрал когти, делая руку больше похожей на человеческую, и указательным пальцем надавил на напряженный анус, заставляя омегу принять его. Сюань Юй не был нежен, а действовал грубо. Вторую руку он спустил к возбужденному члену Му Цина, начав поглаживать головку, а после постепенно спускаясь, уделяя внимание всей длине. — Только попробуй, убери свои грязные руки! — взвыл Му Цин, но чувствуя, как пальцы надавили на его анус, не сдержал стона, отчаянно кусая губы. — Сволочь! Прекрати! Я не… Тело совершенно не слушалось, отчего генерал Сюаньчжэнь был готов провалиться сквозь землю. Дернувшись, он почувствовал, как один палец проник внутрь, и вновь попытался отстраниться. — Ты говоришь мне остановиться, но твоё тело кричит о том, чтобы я взял тебя, — протянул на ухо Сюань Юй, обжигая дыханием, и добавил уже второй палец, слыша вскрик омеги. — Так ты у нас ещё и девственник? Что ж, так даже интереснее… Сюань Юй рассмеялся, припадая к шее омеги, продолжая грубые движения пальцев, наконец нащупав заветную точку, от которой все ругательства Му Цина сливались с невольными стонами, которые тот не мог сдерживать. Чувствуя, что тот уже готов излиться, демон добавил третий палец, слыша всхлипы своей жертвы, но не собирался останавливаться. — Пр… пре… агрх… бля-а-ать, — прохрипел Му Цин, чувствуя резкие движения, что успешно растягивали его анус, а воздействие на член не давали совершенно ничего контролировать. По щекам небожителя скатились предательские слёзы. Он ненавидел то, что родился омегой, то, что сейчас был под каким-то дурманящим зельем, и то, как нагло им пользовался Сюань Юй. Сейчас он словно соответствовал каждому слову своего отца: безвольный омега, который должен подчиняться. Му Цину было противно от самого себя, он хотел, чтобы это закончилось. — Ну же… просто расслабься, твоя псина всё равно не придёт! — рассмеялся Сюань Юй, а после резким толчком надавил на чувствительную точку Му Цина, заставляя излиться прямо себе в руку. — Хороший мальчик… так-то лучше… может, мне заменить пальцы своим членом? Твоё тело так и кричит о том, чтобы я тебя трахнул. Да, мой А-Цин? — Прекрати! Сволочь! Отродье! — рычал Му Цин, закипая от собственной беспомощности. — Ты… ты… блять! Я ненавижу тебя! — А вот твоё тело… А-Цин, ну хорошо, пока что с тебя этого хватит, — с ухмылкой протянул Сюань Юй, покидая уже податливый анус, и слизал со второй руки сперму, пробуя на вкус. — Даже там ты очень вкусный. — Да пошёл ты! — хрипло взвыл Му Цин, пытаясь сдержать всхлипы. «Это… это не должно быть так! — причитал он про себя. — Ещё никто… никто не трогал меня там… даже… даже я сам…» Дрожь прокатилась по всему телу: Му Цину было страшно, и чувствовал он себя грязным. Поцелуи и укусы были для него не так болезненны, как то, как его буквально поимели одними пальцами, а с помощью дополнительной стимуляции заставили кончить. Если бы не действие афродизиака, омега точно смог бы контролировать своё тело, но сейчас он лишь безвольно висел на цепях, едва касаясь ногами холодного пола. Жар с тела так и не сходил, и даже после того, как он кончил, член всё ещё стоял, а смазка продолжала стекать, всё больше впитываясь в штаны. Сюань Юй продолжал нахально улыбаться и даже проигнорировал последние слова Му Цина, переходя поцелуями на плечи и ключицы. Вскоре на бледной коже расцвели новые алые следы. Сорвав с губ омеги новые стоны, демон переместил свою руку на одну из его ягодиц, а сам тем временем встретился с ним взглядом, наблюдая за реакцией и за тем, как менялось его лицо. — Пусть ты и небожитель, но ты по-прежнему омега, — ухмыльнулся Сюань Юй. — Думаешь, что сможешь контролировать действие афродизиака без духовных сил? Я подбирал его специально для тебя. Ты течёшь так, словно просишь, чтобы тебя трахнули! — Ты даже не стал «непревзойдённым» и навсегда останешься всего лишь бесполезным демоном, — игнорируя слова пленителя, прохрипел Му Цин, пытаясь вернуть голос в нормальное состояние. — Даже если ты меня изнасилуешь, это ничего не изменит! Я лишь ещё больше возненавижу тебя! Ну же, давай, чего ты ждёшь, ублюдок? Сюань Юй не выдержал, оставив на щеке омеги яркий след от своей ладони. Он надеялся, что после его действий, Му Цин станет послушнее, станет сам просить трахнуть его, но это не сработало. Он понимал, что его пленник слишком упёртый, но и сам не собирался сдаваться. — Ты лишь омега, который должен подчиняться! — прорычал сквозь зубы Сюань Юй. — Хочешь этого или нет, но ты будешь умолять меня о сексе! — Не дождёшься! Я не подчинюсь тебе, грязный демон! — сплёвывая накопившуюся кровь, Му Цин чувствовал, как щеку жгло от недавнего удара. — Что бы ты ни делал, я не стану твоим! Сюань Юй лишь ухмыльнулся, наслаждаясь упрямством омеги. Он знал, что с ним не будет просто, в то же время не собирался торопить события, упиваясь непоколебимостью Му Цина. Холодная рука коснулась покрасневшей щеки, нежно, словно поглаживая, а после пальцы спустились к подбородку, грубо сжимая. — Ты ещё не представляешь, во что ввязался, Му Цин, — прямо в губы выдохнул Сюань Юй, не давая своему пленнику и шанса отвернуться. — Это лишь начало… мой сладкий… Му Цин с яростью в глазах смотрел на демона: пусть сейчас он был почти обнажён, лишён сил и скован, но не сдавался. «Ещё посмотрим… у меня прекрасная выдержка, и пусть моё тело мне неподвластно, мой разум никогда не станет твоим, — был уверен Му Цин. — Кажется, эта вылазка ещё долго будет напоминать о себе…» Сюань Юй, словно разгадав мысли Бога Войны, обошёл его, оказавшись прямо за спиной. Горячее дыхание обжигало кожу, заставляя сотни мурашек пронестись по всему телу. Демон нагло водил руками по обнажённому телу, оставляя легкие царапины и тут же слизывая алую кровь, словно она была его слабостью. — Твоя кровь так сладка, как и ты сам, — тихий шепот раздался возле уха Му Цина. — Падший Бог Войны, только мой… последователи… что если я пущу слух о том, что их покровитель омега? Как думаешь, как скоро твои последователи отвернутся от тебя и перейдут к Фэн Синю? — Только попробуй! — взвыл Му Цин, дёрнувшись от внезапного укуса. — Фэн Синь придёт за мной! Сказав последнее, генерал Сюаньчжэнь резко замолчал, поджимая губы. Он уже принял свои чувства, пусть и не высказал это альфе, однако говорить при других, а уж тем более при Сюань Юе этого не собирался, но слова сами сорвались с губ. Цепи с глухим звоном дрогнули от резкого движения омеги. Му Цин зашипел, чувствуя, как кандалы всё туже обхватывают запястья. — Фэн Синь? Думаешь, что он и вправду придёт? — рассмеялся Сюань Юй. — Ты постоянно огрызаешься на него. Зачем благородному небожителю такое отродье, как ты? — Отродье здесь только ты! — фыркнул Му Цин, плотно закрыв глаза. — Он придёт, вот увидишь! — Что ж, посмотрим, сколько ещё ты будешь верить в эту блажь, — покачал головой Сюань Юй, а после прикусил бледную кожу на плече небожителя, оставляя очередной алый след. — Прекрати! Я тебе не кусок мяса! — злобно взвыл Му Цин. — Ты никогда не достигнешь величия и не встанешь в один ряд с Четырьмя Великими Бедствиями! Сюань Юй закипал от злости на упрёки омеги, ведь он так долго старался стать «непревзойдённым» и каждый раз его планы рушились. Он ненавидел, когда его сравнивали с кем-то или указывали на то, что он так и не стал князем демонов. Му Цин словно нашёл больную точку этого мерзавца и с каждым словом проворачивал нож глубже. — Я избавлюсь от них всех. Хуа Чэн, да, с ним возникнут проблемы, но Ци Жун и Хэ Сюань не представляют большой угрозы, Безликий Бай заточён под горой Тунлу, — задумчиво рассуждал Сюань Юй, будто убеждая самого себя. — Я даже благодарен вам всем за столь приятную услугу, Му Цин… Этот старый пень вечно мешался… — Ты… избавишься от них? Да кого ты хочешь обмануть? — не сдержал смешка Му Цин. — Искатель Цветов тебе в подмётки не годится, а его супруг почти возглавляет Небесную Столицу. Зелёный Фонарь, да, он весьма импульсивный, но его супруг не позволит и волосу упасть с его головы. А Демон Чёрных Вод… думаешь, у него нет своего покровителя? Считаешь, что омеги хуже альф? Что мы слабее? Му Цин разгорячился от этого разговора, что даже действие афродизиака отступило на задний план. Да, он до сих пор был в неподвластном ему возбуждении, но не собирался терпеть бредни своего пленителя. — Конечно же да… вы не можете ничего без таких как мы! — Без каких? Тупых болванов, которые считают, что знают всё лучше, Сюань Юй? — рассмеялся Му Цин, но сразу же взвыл, ощущая, как сильные пальцы оттянули его длинные волосы, заставляя запрокинуть голову назад. — Ну же… давай, сделай уже хоть что-то! Хотел меня трахнуть, так давай, чего ты ждешь? Вот он я, здесь, перед тобой! Хочешь убить меня? Вот только кишка не тонка на такое? Сюань Юй впился алыми глазами, в которых полыхали огоньки, в самодовольное лицо Му Цина, который, несмотря на боль и цепи, выглядел всё так же прекрасно. Генерал Сюаньчжэнь не обращал внимания на холод под ногами. Царапины, что покрывали уже большую часть спины, руки и торс, немного щипало, но даже это было для Му Цина сущим пустяком. — Посмотрим, как долго ты будешь продолжать смеяться! Что ты будешь делать, если я убью его? — склонившись к губам, Сюань Юй грубо впился в них, даже не давая ответить на свой вопрос. Демон целовал яростно, прикусывая кожу до крови, заставляя омегу приоткрыть рот, вторгаясь языком, даже не давая шанса на сопротивление. Сюань Юй продолжал тянуть его за волосы и оторвался лишь почувствовав, что Му Цин едва способен вздохнуть. Однако генерал Сюаньчжэнь, пусть и жадно хватал ртом воздух, попытался вырваться из хватки, дабы выпрямиться. Му Цин не проронил ни слова, но глазами пытался выжечь дыру в своём пленителе. «Когда всё это закончится, ты пожалеешь о всём, что делаешь со мной, — проносилось в голове Му Цина. — Думаешь такой смелый… тогда чего же ты постоянно прячешься, как помойная крыса…» Му Цин старался спрятаться в своих мыслях. Он бы отдал всё, чтобы поступить иначе. Он даже купил подарок для того, с кем общение всегда выходило из рук вон плохо. Генерал Сюаньчжэнь искал спасение в образе Фэн Синя и верил, что тот придёт, верил, что ещё не всё потеряно и его дурной характер не изменил отношение альфы к нему. Сюань Юй пытался вытянуть пленника в реальность, но все его попытки канули в небытие. Порез за порезом создавали новые кровавые дорожки, что стекали к кромке штанов, пот стекал со лба, сливаясь с кровью, но Му Цин даже не открывал глаза. Постепенно его разум пустел, а сердцебиение учащалось. Му Цин практически терял сознание. Однако, его пленитель не дал ему этой счастливой возможности, окатив ледяной водой. — Что ты творишь! — хриплым голосом взвыл Му Цин, встречаясь взглядом с демоном, который слизывал с пальцев свежую кровь. — Решил, что будешь держать меня на грани между жизнью и смертью? — Ты не сбежишь в свои мысли от меня, Му Цин. Твоя уловка может сработать один раз, но ты правда решил, что, закрывшись в собственном разуме, спасёшься? — голос Сюань Юя был наполнен сталью, он уже не строил из себя доброго альфу, показывая тёмную сторону. — Это мы еще посмотрим, Сюань Юй, думаешь, что у меня нет способов тебе противостоять? — хмыкнул Му Цин, стараясь отвернуть голову, чтобы не видеть демона. Сюань Юй лишь усмехнулся его словам, а после достал из рукава ханьфу кожаный ошейник с цепочкой, закрепляя его на шее омеги, и резко потянул на себя, вновь припадая к истерзанным губам. — Как скажешь, мой сладкий, посмотрим, — выдохнул Сюань Юй прямо в губы, разорвав поцелуй. — Думаю на сегодня с тебя достаточно, Му Цин… посмотрим, каково тебе будет здесь ночью в компании голодных крыс… о-о-о… мой дорогой, они очень любят человеческую плоть… Рассмеявшись, Сюань Юй отпустил цепочку и перед уходом оставил глубокую царапину на плече, не забыв слизать капельки крови, наконец оставляя Му Цина одного. Омега проигнорировал последние слова пленителя. Он думал, что тот лишь пытается его запугать, отчего он погрузился в мысли. Как и ожидалось, Му Цин вновь подумал о генерале Наньяне: перед его глазами проскакивали картины их ругани, ссор и того, как несмотря на всё это, Фэн Синь оставался рядом, пытался помочь. Также он вспомнил то, когда Фэн Синь выхаживал его полуживого после задания. — Какой же я болван, — усмехнулся в пустоту Му Цин. — Он делает всё… даже больше… и он до сих пор не сдаётся, даже когда я посылаю его. Тот кошмар… кажется, это было предзнаменование… но не о нём… а о Сюань Юе… Фэн Синь, я буду держаться, я должен продержаться… С этими словами Му Цин начал проваливаться в сон, ибо ужасно ослаб, и даже неудобное положение уже не помогало держать глаза открытыми, а тело изнывало от множественных увечий, что нанёс ему Сюань Юй.