Wrong Twice Over

Эдди никогда не говорил Дастину об этом, но с того момента, как парень представился, он занял особенное место в его жизни. И Эдди был действительно благодарен, что парню нравилось D&D — держать его рядом с собой было совсем не трудно. Причиной тому были шесть слов на его колене — первые слова, которые родственная душа Эдди когда-нибудь скажет ему, и в них упоминался Дастин. Каким-то образом ребенок был связан с ними, и он не собирался упускать такой шанс. Он вздохнул с облегчением, когда ни Лукас, ни Майк не произнесли этих слов, хотя он определенно не дал им возможности сделать это и осмыслить. Просто было круто, что его родственная душа не ребенок. Пока прошла только неделя нового учебного года, и хотя Дастин указал на пару других старшеклассников как на людей, которые могли бы ему помочь, никого из них, похоже, не волновало, сказал ли ребенок что-то правильно или нет. Последний человек, которого Эдди считал подходящим по возрасту для своей родственной души, был слишком нелеп, чтобы даже рассматривать его в качестве такового: сам король Стив Харрингтон. Не было никаких шансов, что кто-то вроде него мог бы быть родственной душой Эдди, даже если Дастин говорил о нем так, словно Стив был героем. С этими мыслями Эдди без тени беспокойства приветствовал своего неожиданного гостя: — Это что, Король, пришедший с угрозами? Стив выглядел так, будто у него действительно могли быть угрозы, поскольку он держал в руках несколько страниц заметок и вышел из машины с таким видом, будто был на задании. Однако, как только Эдди произнес эти слова, Стив замер, уставившись на него и уронив листы на землю, а затем отвернулся, выглядя как человек, убитый горем. — Ну, значит Дастин ошибся дважды, — это все, что он сказал, прежде чем исчезнуть в своей машине и снова умчаться. Теперь уже Эдди ошеломленно замер, слишком хорошо зная эту фразу. Он ожидал, что это будет шутка или что-то, чем он поделится в шутку, но вместо этого слова родственной души, которые он лелеял, лишь ранили его и расстроили. Что-то сломалось в нем, когда он узнал, что каким-то образом был рядом со своей родственной душой в школе так долго, но их первое настоящие взаимодействие в конце концов оказалось таким негативным. Решив выяснить, как извиниться, он подобрал листы и, пробежав по ним взглядом, почувствовал себя только хуже. На них были списки и списки, вещи, с которыми новым членам Hellfire будет трудно справиться во время кампании, а также неясные или небрежные причины, по которым он должен их избегать. Похоже, Стив даже попросил кого-то помочь со списком, поскольку на странице было три разных почерка: одни предлагали идеи того, что можно сделать вместо перечисленного, другие изменяли его объяснения того, почему их нужно избегать. Он не знал, в чем Дастин ошибался, но Эдди определенно чувствовал, что он ошибался многократно — и в отношении Стива, и во всем, что он делал. По крайней мере, он точно знал, что должен был снова все исправить. ~ — Дастин, нужна твоя помощь! — позвал Эдди, опоздав к столу Hellfire в столовой и сосредоточившись на первом, что, как он надеялся, можно было сделать. — Тогда тебе лучше найти кого-нибудь другого, кто поможет, — ответил Дастин, повернувшись и бросив на него злой взгляд. Майк тоже сверкнул глазами, в то время как остальные за столом в замешательстве переглянулись. — Ага, ты не можешь вести себя настолько дерьмово, а потом просить помочь тебе. Эдди перевел взгляд с одного на другого, оглянулся вокруг и заметил Лукаса, который смотрел на него с тщательно контролируемыми эмоциями, сидя с баскетбольной командой и претендентами, желающими попробовать свои силы. — Я хочу извиниться. Это именно то, с чем мне нужна ваша помощь, — он вытащил написанное им письмо и протянул его мелким. — Почему? Потому что ты понял, что старшая школа — это не всё, хотя ты проповедовал это всю прошлую неделю? — рявкнул Дастин. — Он буквально хотел, чтобы я оказался прав. Сказал, что попытается помочь, когда Майк волновался на киносеансе, и поверил, что ты будешь крутым. Мы все так думали. Так что иди на хер, какие бы извинения ты ни придумал, я проверю их первым. За спиной Эдди кто-то прочистил горло, прежде чем он успел ответить. — Я тоже. И вам всем лучше надеяться, что этого будет достаточно, — там стояла ученица, скрестив руки и пристально глядя на Ржавый гроб. — Ты проводишь свою жизнь, делая громкие заявления и жесты, так что, может, попробуй и на этот раз. А сейчас я это забираю, — сказала она, буквально вырвав письмо из его рук. — Робин! Я должен проверить это! — запротестовал Дастин, вставая, чтобы последовать за ней. Майк закатил глаза, когда увидел, что они оба ушли. — Она не шутит. Если кто-то и собирается устроить Стиву скандал, то это Бакли, а потом уже Дастин. Но если это было письмо для него, то оно дойдет до него. — Извинения и благодарность. Он уронил список, о котором, как мне кажется, хотел поговорить со мной, когда пришел. Я рад, что он у меня есть, и жалею, что я сказал то, что сказал, хотя думал, что это просто подкол, — объяснил Эдди, садясь за стол, поскольку в тот день он не чувствовал необходимости в речи. — Какое отношение мы имеем к тому, что произошло? — спросил Гарет, с любопытством глядя на первокурсника. Майк вздохнул, как будто это было очевидно. — Иногда студенты группы работают с детьми из драматического кружка, так что, если она поговорит с учителем драматического кружка, где мы будем играть? Хотя я думаю, что Нэнси, возможно, придется вмешаться, чтобы уладить это, хотя я и постараюсь этого избежать. — Она пойдет за клубом, в котором ты состоишь? — скептически спросил Джефф. — Партия держится вместе. Мы примем это, если Дастин решит, что сделано недостаточно, — сказал Лукас, подходя к столу. Теперь он выглядел удивленным, а взгляд назад на баскетбольную группу показал, что Робин и Дастин читают письмо и спорят прямо за ними. — Но это звучит как неплохое начало. Просто нужно подкрепить все написанное действиями. Старшие ученики обменялись взглядами. — Что за партия? Ты имеешь в виду, как в предвыборной кампании? — Довольно близко, — согласились двое парней. На оставшуюся часть обеда разговор вернулся к различным предметам и планам на год, но Эдди наблюдал, как Дастин и Робин, по-видимому, пришли к какому-то выводу, а его извинения спрятались в кармане Робин. ~ Стив не пытался связаться с Эдди после получения письма. Дастин успокоился, когда его первоначальное раздражение прошло, но было ясно, что не все было прощено. Родственные души должны быть идеальными друг для друга, поэтому, несмотря на все прежние представления Эдди о Стиве, которые влияли на его поведение, он попытался сосредоточиться на том, как извиниться. Создание персонажа в кампании сработало бы только в том случае, если бы они заставили Стива играть в школе, а это невозможно было сделать сразу. Написание песни также сработало бы, только если бы Стив тоже это разрешил и принял приглашение в Убежище, чтобы увидеть ее исполнение, поскольку Эдди никогда не стал бы рисковать арестом, играя ее возле особняка в Лох-Норе. — Время идет, Мансон. Ты собираешься сделать ход? — спросила Бакли, поджидая у его шкафчика спустя несколько недель после отправки извинений. Он повернулся, улыбаясь ей. — Хотел бы я. Не знаю, где его найти, и немного беспокоюсь, что навлеку на себя гнев его родителей, если просто приду к нему на порог и попрошу прощения. — Мы работаем в Family Video. Он работает в раннюю смену в будние дни, так что либо прогуливай школу, чтобы увидеть его, либо приходи на выходных, — она фыркнула, как будто это было что-то, о чем он должен был знать. — И этих придурков никогда нет в городе. Я могла бы переехать к ним, и они об этом никогда не узнали бы. — Одинокая жизнь, — прокомментировал он, прежде чем задуматься и проницательно посмотреть на нее. — Как часто ты тусуешься у него, и ты не будешь против, если я задержусь у него на вечер? Робин ухмыльнулась ему. — Вот теперь ты понимаешь. Говори с нами вместо того, чтобы варить в своей голове. На этой неделе я буду у него во вторник вечером и в четверг. В пятницу там будет вся компания, так что избегай этого места, если только не уверен на сто процентов в серьезности своих намерений по отношению к Стиву, и не только как к родственной душе. — Тогда во вторник вечером. Я принесу пиццу и что-нибудь сладкое, — решил Эдди. Она кивнула, соглашаясь, но, уже развернувшись, чтобы уйти, добавила: — И что-нибудь на случай, если у него будет мигрень. Слышала, травка помогает. ~ Стив приоткрыл дверь, но не пропустил Эдди внутрь, глядя на него. — Привет, Мансон, эм... Ты в порядке? — Просто фантастика. Мне птичка напела, что вы сегодня вечером тусуетесь, и я предложил принести пиццу, чтобы, надеюсь, извиниться лично? — Эдди с надеждой усмехнулся, но знал, что его глаза выдали внутреннюю дрожь, когда он упомянул про их последнюю встречу. — Окей, эм... Проходи. Я ведь получил твое письмо, знаешь? Тебе не нужно ничего больше делать, — ответил он, отступая назад, все еще чувствуя себя неловко. Эдди щелкнул языком. — Мне придется поспорить с тобой, Харрингтон. Мне определенно нужно сделать больше, не только потому что мы родственные души, а потому что ты, оказывается, самый милый парень в округе, который составляет списки вещей, которые куча детей — хотя я всё ещё не могу понять, что вас связывает, — должны избегать в игре, в которую, похоже, сам ты никогда не играл. Я судил тебя за того, кем, как мне следовало бы видеть, ты больше не являешься, и за это полагается куча пиццы-извинений. — У нас, в общем-то, у всех нас есть похожие вещи, которых нам нужно избегать, — пробормотал Стив, но повел их в гостиную, где Робин развалилась на диване. — Мансон, проходи! Рассказывай, как твой день? — прокричала она, обведя комнату, как будто это была ее собственная. Он рассмеялся, рухнув на другой диван. — Что именно ты хочешь узнать? — Что за хрень они уже затеяли и планируют ли устроить для нас очередной хаос? — легко отвечает она. Стив покачал головой, усаживаясь на диван рядом с Робин, легко приняв то, что ее ноги мгновенно оказались у него на коленях. — Они всегда планируют хаос, если не находятся в смертельной опасности. После этого разговор между ними потек легко, и в душе Эдди зародилась надежда: даже если он облажался на первой встрече со своей второй половинкой, со временем, и, по-видимому, с Робин в придачу, из этого все еще могло получиться нечто прекрасное. Ему не нужно было долго видеть Стива и Робин, чтобы понять, что этих друзей ничто не разлучит. Трудное начало все еще может стать прекрасной историей.