Fée assise sans ailes tisse un livre en soie

Что оставалось неизменным, так это побудка. Звук будильника, подняться, переставить конечности... Дырки в ушах Лайла заткнула серебряными гвоздиками. Наряд выбрал себя словно сам - штаны цвета спелой черешни или венозной крови, словно шутка или парадокс, но просто красиво, кремовая блуза с роскошным жабо и рукавами-фонариками. Брошь утопала в кружевах и превращала простые слои ткани в шедевр. Вышитые полусапожки идеально облегали бессмысленно изящные ступни, аккуратный пучок получился размером с половину головы и мог бы заменить подушку, ровно распущенные передние пряди спустились до плеч, слегка завитые. Словом, мило. Деньги на карте были, а мама работала, снова ушла значительно раньше, чем требовалось. Кафетерий, да... Росси чувствовала себя очень уставшей, когда привычно замазывала синяки под глазами. Тональный крем лёг хорошо, пудра скрыла лишний блеск, тушь подчеркнула ресницы, карандаш выделил тонкие брови, тинт сделал губы ярче, матовый блеск перекрыл оттенок в естественный. Небольшой контуринг сделал лицо привлекательнее, погасил чересчур яркие черты и слегка заострил круглые щёки. Красота словно менялась, чего девочка и стремилась добиться. Стать хорошенькой, как кукла, искусственной, неестественной. Сегодня надо. Такое настроение. Взгляд в зеркало подтвердил: ничего яркого, воздушные движения рук скрались тяжестью посадки, опущенными плечами, пышностью рукавов. Мотор тихо стрекотал, колёса крутились, Нууру грел шею под волосами. Росси ехала в школу. Сил не было вообще. Всё бесило. Но она немного улыбалась и сохраняла спокойствие внешне. Репутация всегда стоила дорого, эта игра превышала стоимость самых редких свеч. А ещё склон раздражал. - Лайла! Не против, если я немного помогу заехать? Кажется, даже с мотором у тебя получается довольно медленно. Ну, вообще, она просто не хотела использовать высокую скорость или мощность. Но Сезар звучала слишком мило. Кроме того, с ней вполне можно было если не дружить, то приятельствовать. Безобидная полезная девочка. - Спасибо, Алья. Извини, не хотела обременять. Езда стала быстрее, но не комфортнее - мотор пришлось выключить, чтобы колёса не буксовали. - Да всё в порядке! Я вот думаю, кто может скрываться за личностью Леди Баг? Забавный такой вопрос. Но она действительно не задумывалась. Не имело значения, сколько лет девочке, какая у неё жизнь, семья, друзья. Главное, что здоровая. Остальное лучше не знать. - Разве тебе не нравились комиксы про супергероев? Спасибо, дальше я сама, подъёмник не сложный. Отблеск очков рядом почти застал врасплох, а выражение лица блогерши оказалось просто уморительным. - Да, но при чём здесь это? Не смеяться, Лайла, это выставит тебя грубой. - Ну, я мало что знаю о девушке в красном. Понимаешь, буквально вчера вообще узнала о её существовании. Мы с мамой переехали не так давно, первый день ушёл на разбор вещей, второй на изучение территории, на третий я уже venni... прибыла в школу. Самолёт прилетел в воскресенье вечером, но это нет смысла считать, я была абсолютно выжата. Так вот, прости за отступление, ты читала про дружелюбного соседа? Комиксы о Человеке-Пауке точно сообщили причину сокрытия личности. Если все узнают, кому они обязаны арестом или разрушением дома, то обязательно доберутся до виновника. Секрет могут хранить двое, да. Только если один из них мёртв. Физически или морально, не уточнялось. Серьёзно, очевидно же, что если смешать личности героев и людей, то как человеческая, так и геройская жизни будут испорчены. Никто не простит фаворитизма и в то же время каждый будет в гневе из-за его отсутствия. Герои не имеют права быть людьми. Выше, лучше... Как и любые медийные личности. Росси знала этот фокус: политики должны балансировать на тонкой грани человечности и превосходства, быть настолько людьми, что именно этим идеальными. - Да я же никому не расскажу! Мне просто интересно, как вообще работают силы, и каким образом человек может уметь такое? Лайла предпочла на этот раз промолчать. В конце концов, Сезар вела ЛедиБлог - посвященный как бы обоим героям, но конкретно девушке, весьма популярный вроде бы даже сайт. Алья показала его прямо сейчас и не затыкалась, но зато везла. В классе парта находилась достаточно далеко, чтобы итальянка могла отдохнуть в тишине пару минут. Айван и Натаниэль уже сидели впереди, а справа она видела как Роуз, так и Джулеку, потому спокойно положила планшет и открыла на телефоне головоломку. Росси правда любила учёбу, но до уроков оставалось около четверти часа. Химия, история, обеденный перерыв, география, физика. Тот, кто составлял расписание, явно издевался. Мадам Менделеева - однофамилица известного русского учёного, удивительно - вела первый и последний сдвоенные уроки в этот день. Хорошая учительница, Лайла оценила непредвзятость и обоснованные требования. Но по истории Франции, конкретно по средним векам, уже успели задать небольшое сообщение, которое она, конечно же, не подготовила. Когда бы? Ага, увлекательный учебник, как же. Захватывающий просто. Скучный до невозможности, на самом деле, не дающий конкретной информации, набитый размытой ванилью цензуры. Не учёба, а развлечение, бесполезное и глупое. Третья глава так третья глава. - Ты не видела Маринетт? По одному лишь взгляду Альи, даже не принимая в расчёт фотографию с вырезом на месте лица, было очевидно, что её всё ещё волнует только личность супергероини. - Я всё время находилась за партой. Думаешь, могла бы подняться и сбежать наружу, чтобы заметить что-то, что не видела ты, как её соседка? Наверное, в туалете. Мне всё равно туда надо будет заглянуть, но только после кафетерия. Милая улыбка передала безмолвную просьбу не нагружать несчастную красивую девушку всякими проблемами. Быть легкомысленной очень полезно. Особенно, когда чужие дела вообще не касаются. Хотя, конечно, стоило хотя бы изобразить беспокойство. Но потом, сначала поесть. Кафетерий действительно был хорош. Лайла предпочитала не думать, насколько астрономическая сумма ушла на оборудование всей школы, но в то же время была благодарна. Увеличенные кабинки в туалетах, передвижные платформы на лестницах, широкие проходы. Абсолютно всё, что было нужно. И ни грамма заботы. Наверное, другие дети просыпались от объятий, улыбались родным, радовали их результатами. Росси поднималась по будильнику, создавала свою внешность с нуля и сама несла ответственность за выполнение обязанностей, получая лишь наказания за ошибки, никогда не награду за старания. Привыкла, наверное, но всё равно обижалась. Глупенькая. Съезд на второй этаж располагался у самого кабинета директора. Вернее, поворот к съезду внутрь проходил точно мимо директорского кабинета. Лайла осторожно поворачивала, когда дверь распахнулась, чуть не задев колесо. Управление удержалось лишь опытом. Эти пальцы не роняли даже всё тело. - Я позвоню отцу! Какая прелесть. Хлоя в истерике. Кстати, интересна причина. - Разве это не злоупотребление служебным положением? Росси звучала совершенно невинно, переняв ангельские интонации Роуз и добавив к ним горсть уверенности с щепоткой печали. Заманчиво, как фарфор с тонким налётом пыли. Привлекательно. - Нет, поскольку мадмуазель Сезар действительно нарушила личное пространство... Мужчина в тесном костюме смотрелся нелепо, переступал короткими ногами и косился на телефон в пальчиках Буржуа слишком очевидно. Итальянка мысленно поджала губы, но снаружи лишь поднесла левую кисть к кружевам на груди. Брови домиком округлили лицо в уродливый шар, не нужно было зеркало, чтобы знать. Не уродливо - мило. Вызывает жалость. То, на что она теперь могла рассчитывать куда больше, чем раньше. Тогда была привлекательность. - Неважно. Алья, поможешь спуститься? Эти платформы слишком непривычны, ограждение как клетка, а без него не удержаться. Если не сложно, разумеется. Ничего сложного в этом не было, но в спинку кресла всё равно впились взгляды. Лайла улыбалась, как котёнок, мило и беспомощно, терзая тряпочку. Конечно же, любительница непрошеной добычи информации кивнула и подошла. А спуск действительно получался долгим. Сам по себе, с учётом безопасной скорости и самого механизма. Шаги рядом стучали с остановками, чем нельзя было не воспользоваться. - Что произошло? Карие глаза дрожали вероятными слезами, особенно заметными из-за увеличительных стёкол. Сочувствие пронизывало голос, как жалость. Жестокое в своей нежности. - Понимаешь, увидела в её шкафчике... Выезжая на второй этаж, Росси уже знала, что общается с дурой, не понимающей чужих границ. Но обида и злость на несправедливый мир были слишком сильны, чтобы не воспользоваться. И поэтому она прокрутила колёса руками - как же хорошо работало кресло. Персональный заказ. Дорого. - Действительно, некрасиво получилось. Но ты ведь ничего не взяла, правильно? И не повредила. Выговор или отстранение до конца дня? Было бы слишком мало. - На неделю! Идеально. Лайла опустила голову, размяла шею, помассировала плечи. Положила правую руку на кнопки, запустила мотор и с печальным выражением лица просто уехала. Грубость, прикрытая мнимой растерянностью. Спина уже начинала болеть от слишком долгого общения с стоящим человеком. Конечно же, мулатка рванула следом, и тогда на лице показались слёзы - лишь их выражение, макияж не был стойким, как сценический. Сострадание. Сочувствие. Вызвать в человеке жалость к нему же. - Но ведь ты правда ничего не сделала! За исключением того, что ошиблась в личности, конечно. Хлоя блондинка, у неё длинные волосы, абсолютно не похоже. Изв-вини, просто это... Слишком... Росси остановилась рядом с входом в кабинет и внимательно наблюдала из-под скрещенных рук, как блогерша ушла с вещами. С каждой минутой Сезар всё больше убеждалась в своей правоте и несправедливости окружающего мира. Возможно, стоило сорвать уроки... Да, однозначно. А то успокоится ещё. Лайла развернула колёса лёгким движением пальцев. Бабочки прятались в жабо, а перемена длилась ещё минут десять или семь. Бессмысленно длинный отдых. А по внешности на роль героини подходила бы вообще Маринетт, но наделять противников человечностью было никак нельзя. - Нууру, расправь смятые крылья. Туалетная кабинка - нелепейшее место на свете для трансформации, особенно включая бабочек на бачке унитаза. Но она перевела взгляд на лапки внизу и подставила неестественную ладонь. Бумажный ажур крыльев не весил практически ничего. - Ты знаешь цель, малыш. Тепас рванул чернильным пятном, слишком близко - даже не пришлось снимать превращение. Убийства в случае чего восстанавливались способностью божьей коровки, проверено, но бабочка опустила трость на пол беззвучно. Шаль или броня, но её тело было хорошо укрыто, будто в платье, а кружащиеся вверх, всё ещё подобранные волосы отливали фиолетовым. Алья Сезар истерично клацала по телефону и откровенно рыдала. Тоже в туалете, кстати, только на первом этаже. - Здравствуй, новый друг, зови нас Антимах. Кажется, тебе нужна наша помощь? Если пожелаешь, конечно. Телефон подходил для тепас идеально, как и любая вещь в контакте с телом или чувством принадлежности. Очки лежали разбитые? Оу, кажется, в сознании не просто так очень ярко вспыхнула иконка сигнала роутера. - Что угодно, если я смогу доказать всем свою теорию! Раскрою людям глаза, донесу истину, разоблачу обманщиков! Это будет сенсация! Fanculo. Итальянка не любила материться, а мотылёк и вовсе воплощал в себе вежливость, но подобное... Антимах легко брали управление безумцами, поощряя их фиксации, но это не значит, что они их любили. Здоровые люди были безопаснее, предсказуемее, что ли. Хотя после превращения таковыми быть переставали, но победа добра возвращала в норму абсолютно всё. Возможно ли, что и травмы... - Конечно. Только для публикации надо выбрать время. Вечером, когда все сядут перед телевизорами, в конце учебного дня. Кроме того, ремонт сети закончится к тому же времени. А твоя сила полностью в сети, Леди Вай-фай. Ты станешь самой популярной, твоё видео будет смотреть и пересматривать каждый. Только соблюдай правила: за убийство получишь бан, а вот неизлечимые травмы вполне допустимы среди гражданских, как и высокий материальный ущерб, это привлекает зрителей, - чужая воля таяла в согласии, фигуре из единиц и нолей Антимах писала программу действий. - Стремись заполучить талисманы героев, но не забывайся, им серьёзно вредить ни в коем случае нельзя. И, разумеется, забудь о том, что это было сказано, не осознавай ничего. Оставь внутри. К своему месту Лайла успела за минуту до звонка. Полтора часа прилежно делала заметки о расположении ценных ископаемых на островах. Будто не могла оттарабанить наизусть актуальные границы и конфликты государств. Последние пять крупных точно вспыхивали из-за нефти. Что тут сказать, электрические автомобили двигались слишком медленно. Никто не болтал, все сидели тихо, как мышки. Раньше Росси во время таких скучных уроков садилась прямо на парту и начинала шоу. Красила ногти, губы, пускала зеркалом солнечных зайчиков, звенела серьгами и браслетами. Когда учитель злился и подходил, падала на руки и убегала на них, качаясь на ступеньках и сожалея об отсутствии хотя бы обруча под потолком. На неё смотрели, пожирали глазами. Даже если такое происходило десятый раз за неделю, Лайла оставалась всеобщей любимицей. Но здесь и сейчас все смотрели на учителя, слушали монотонную речь. Ну, не то чтобы она всё ещё могла выкинуть подобное. Ноги рухнули бы вниз, и все усилия тренированных рук пошли бы прахом. Просто факт. На перемене Росси по-прежнему улыбалась. Вежливо, правильно, нежно. Извини, Макс, но нет, снова не сыграем, клуб не слишком подходит, время дорого. Что отнимает? Мм, процедуры, пожалуйста, не надо продолжать эту тему. Джулека, какой эффект затемнения глаз! Вау, Маринетт, тебе не жалко делиться такими прекрасными кексами? И так далее. Скучно, глупо, дёшево. Дети плюс, ага. Мирей и Аврора учились в параллели, им было уже пятнадцать, кажется, не шестнадцать ещё, чуть старше большинства. Лайла в свои четырнадцать чувствовала себя самой взрослой в классе, хотя, возможно, так и было, ведь ей до следующего дня рождения оставалось меньше полугода. Дети, дети, они все ещё не были даже подростками. Но... Кажется, что я знаю вас очень давно - это потому, что вы мне нравитесь и мне ничего от вас не нужно. Так и ей нравились все вокруг, и от них не требовалось абсолютно ничего. С виду. По факту, она плела ощущение, что все ей обязаны, то есть, конечно же, очень хотели бы помочь. Милое такое. Репутация несчастной красавицы. Выгодно, только бы не перебрать. Так что делать чуть напряжённое лицо, когда самостоятельно справляешься с чем-то как бы сложным. Например, при попытке поднять ручку с пола. Без шуток, Лайла физически не могла дотянуться, не перевалившись через подлокотник прямо на пол, она бы выпала. Без Нууру девочка не смогла бы жить вообще. Но сейчас... - Чёрт... Извини, можешь помочь? Спасибо, Нат! Натаниэль. Мальчик с красными волосами и чёлкой, закрывающей один из вроде бы голубых глаз. Тот, кому она поддавалась сейчас в морской бой. И ожидаемо проиграла. Шашки, может быть? А, действительно не успеваем. Кабинет мадам Менделеевой - плоский кафель, мягкие шины не слишком спасали от сложности управления. С трудом выруливая на место вручную, ведь мотор не перенёс бы таких заносов, Росси практически рухнула на парту и тихо щёлкнула пальцами. Все раскладывали учебники на партах. Нууру высунулся из кармашка, рюкзак стоял на коленях открытый. - Да, мой друг? Милый. Пушистый. Полезный такой. Она не удержалась и погладила своего лучшего друга. Единственного. - Запускай её. Это уже полученный от меня приказ, должно получиться. Пусть Леди Вай-фай начинает шоу. Договаривая, Лайла доставала тетрадь с формулами. Механика была относительно понятной, главным оставался принцип. Ускорение вращения... Снова углы. Геометрия, синусы и косинусы. Неприятная тема, сложная. Пушистый не-человечек спрятался обратно. Поворачиваться и вешать что-то за спину было безумно неудобно. Но всё работало, было в полном порядке, как обычная жизнь. Как её репутация, образ - уже почти готовый - обычной немного яркой девочки, несчастной, но стойкой. Когда-нибудь это точно будет важно. Включившийся проектор прервал перекличку. Экран из доски показывал директора и чёрную фигуру с неоновым фиолетовым сигналом сети на груди. Такой же неон, пусть и значительно менее яркий, обрамлял белое сияние глаз полумаской, похожей на бабочку. Силуэт угадывался разве что по причёске и абсолютно не изменившемуся телефону в руке. На заднем месте улыбку никто не мог заметить, но Росси всё равно прикрыла рот ладошкой. - Всем привет, я - Леди Вай-фай, разоблачитель мифов! - рот на её лице едва ли был виден, тусклый зелёный контур с наполнением, но явно улыбался. - Первым я разоблачу директора, который хочет кое-что вам рассказать! Итак, месье Дамокл, правда, что вы без причины отстранили ученицу Алью Сезар? Чернильная рука обнимала мужчину за плечи. Тот, что неудивительно, трясся. Пот сбежал по лысине и исчез в густой бороде. Мужчина смотрел в камеру с такой мольбой, словно над его головой висел тот самый фигуральный меч. А Лайла думала, все ли преображения будут иметь маски? Даже камни складывались в нечто похожее. На лице Антимах маски не было, но теперь ей хотелось. Нууру спрятался в волосы, а ладонь прижалась к губам почти вплотную, но не портила макияж. - Да, это правда. Как при терроре, решил не лгать. - И вы поступили так, потому что на вас надавили? Отзвук недорогого микрофона в голосе делал его ещё громче. - Да, это так. Существо насмешливо щёлкнуло пленника по лбу телефонным брелоком - кружочек в виде божьей коровки на розовой ниточке. Прямое заявление о личности, более яркое, чем огласка имени пострадавшей. Она им хвасталась буквально всем и каждому. - А скоро я познакомлю вас с девочкой, которая скрывается под маской Леди Баг! - Вай-фай шагнула к камере, встав полубоком, и метнула побелевшими на мгновение пальцами знак остановки. Директор замер, будто его поставили на паузу, как показывал белый значок в обводке на его груди, подняв руки в знаке защиты. Тварь же склонилась и оскалилась. - Не пропустите! Экран исчез, прекратил сиять. Учительница обвела класс взглядом. - Данное происшествие рассматривается как экстренная ситуация. Поскольку нападающий располагается в школе, учебный день закончен. Пятый параграф изучите дома, куда вам следует отправиться как можно быстрее. Уровень угрозы неизвестен, как и способности. Мадам Менделеева заслужила ещё больше очков уважения от Росси, когда лично подошла помочь. Все остальные рванули с сумками, быстро топая, перебирали ногами, а она запуталась. Повернуться назад не могла, так что стаскивала сумку с крючков не глядя, выворачивая руки. - Дома разберёшь, здесь слишком опасно. Помочь выехать? Явно быстрее будет. Кресло на обычное, ручное, походило разве что размером колёс и креплением для ног. Высокая спинка, крючки заметно ниже ручек, подлокотники. Да даже цвет и материалы выдавали. - Спасибо, оно моторное. Но из класса женщина действительно Лайлу вывезла. А та, спускаясь, не могла перестать думать. Мама бы не стала тратить своё время. Она всё обижалась? Наверное, нет. В конце концов, эта женщина обеспечивала её абсолютно всем - как же недолго светофор на пешеходов даёт время - и даже намного больше, чем необходимым. Хобби, капризы, уникальность. Вот только деньги ни черта не давали. Лифт в новостройке поднимался плавно и быстро. Даже свет ни разу не мигнул. Дорого, слишком дорого - Росси знала, нормальные здания были такими старыми, что лифт туда добавляли недавно, не как должно быть - на этапе проектирования. В итоге он был, но такой узкий, что и стоять получалось с трудом. Но двери разъехались на её этаже, прямо рядом с огромной дверью. Два оборота ключа - медленное открывание на полную ширину, автоматизированное. Заехать, дёрнув ручку за собой, и ждать. Она закрыла замок и хлопнула по выключателю. На улице уже стемнело. Лайла ненавидела опаздывать, особенно на тренировки, поэтому смыла весь макияж за рекордную минуту, прежде чем увидеть уведомление от тренера. Та просила перенести занятие на другую дату, так как возникли непредвиденные проблемы. Лечебная физкультура поддерживала мышечный корсет на позвоночнике, позволяя сохранить его подвижность, укрепляла руки, восстанавливала ощущение бёдер. Словом, ответить вежливо и спокойно было трудно. Она могла собой гордиться, рассеянно подумала девушка, ведь ответ вышел безупречным. Отражение пялилось из стекла, тупо моргало узкими изумрудами сквозь пену экстренного смыва на щеках и лбу. Вода, полотенце. Столик с уходом располагался не в ванной, а в её собственной комнате. Казалось, тёмная пустота сейчас сожрёт всё, что ещё осталось человеческого. Итальянка поджала губы, разглядывая тёмный дверной провал. Она не включала свет нигде, кроме ванной и коридора, но и не выключала его. - Нууру. Усики выплыли из пустоты первыми. Светлые серые глаза пусто смотрели сквозь. Божество словно бы находилось не здесь. - Вам нужна помощь, мой друг? Нереальный комочек пуха. Лайла крутанула колёса руками, неприкрыто поморщившись от невозможности использовать увлажняющий крем - круги на них требовали хорошего сцепления. Плечи и локти болели, вдавливаясь в подлокотники. - На кухне темно, а я голодна. Это не была просьба, нет, она слишком устала. Прямое указание. Невозможность заниматься тем, что приносит пользу, выбила стержень, и девочка чувствовала себя маленькой, одежда словно пожирала тело, такое слабое, кривое, отвратительно... Конечно же, они были дома вдвоём, то есть по сути Лайла находилась одна. Единственный человек в квартире. Слишком высокие стол и плита плевать хотели на её недовольство. В холодильнике лежала карбонара - легко готовить, просто паста, глубокая сковородка, бекон, сливки и сыр, классическое блюдо. Жирное настолько, что она бы покрылась прыщами от пары тарелок. Но больше не нашлось абсолютно ничего. Нигде. Ладно, она бы поела карбонару, но вытекала новая проблема. Микроволновка находилась ещё выше! Высоко, так недостижимо далеко, что пальцы не дотягивались до ручки. Может быть, она могла бы попросить открыть её, но Нууру не мог бы вытащить оттуда тарелку, горячую и тяжёлую. Индукционная плита располагалась на уровне плеч, а греть сковородку, не видя, было бы глупо. Oddio, quanto è stato fastidioso. Младшая Росси не была идиоткой или обжорой - она поставила чайник на подставку, проверив наличие воды, и щёлкнула рычажком, опуская его практически на столешницу. Ей стоило бы отправиться в свою комнату и заняться уходом за кожей лица, ведь экстренные средства всегда были жёсткими. Шум чайника, щелчок. Кипяток через ситечко в чайничек для заварки, кружки в нижних ящиках, несложно достать, рядом с посудомойкой. Отсутствие верхних шкафчиков походило на заботу, но дело было в возможностях доставки еды. Лайла ещё могла бы заинтересоваться продуктами длительного хранения. Амбра Росси предпочитала есть вот сейчас и здесь, готовить на ходу или заказывать готовое, но никогда не делать запасы. Ожидала не вернуться в дом ни разу за ближайшие сутки, как выяснилось ещё лет десять назад, так что всё должно было быть съедено, прежде чем она разрешила бы купить новой еды. Коричневый напиток Лайла долила до половины широкой низкой чашки и насыпала сахар, щедро усиливая сладость мёдом. Да, бабочкам должно было хватать цветов, полив которых пришлось автоматизировать, но превращение в тепас утомляло каждую из них. Нууру без просьб включил свет в комнате, так что получилось выехать из темноты. Поставив пищу у основания горшков, девочка вытянула из-за шкафа простое кресло, ручное, без механизмов, с натяжной спинкой. В нём на сидении лежала форма для упражнений, которую она хотела надеть. Аккуратная, удобная, достаточно красивая для первой встречи с назначенным и выбранным заочно тренером. Росси сбросила всё на кровать, не задумываясь. Длинная футболка, лосины, тканые кеды. То, в чём на улицу выходить было бы откровенно глупо. Спортивный топик - просто слой ткани, куда стоило перевесить брошь. Разложенный чёрный кошмар стоял безразлично. Словно ждал, пока она оступится, рухнет, ломая ноги, поползёт на руках. - Не дождёшься, - прошипела девочка, стискивая подлокотники. Глубоко вздохнула, вдох и выдох, чтобы не срываться на невиновных. Почти удалось улыбнуться, не соврав. - Нууру, угощение. Мне нужно в ванную, подожди здесь. Он такой милый, мягкий и уютный, весь пушистенький. Милые серые глазки, печальные усики в стороны, лапки, крылышки. Как плюшевая игрушка. Дёшево и ничтожно. Ничего от божества, которым является. - Вы забыли, мой друг? Он исчезал всякий раз, как она снимала брошь, и это продолжалось. Будь украшение просто на костюме, не работало. В коробочке - тем более, нужно на теле. - Я не буду мыть голову, так что резинка пучка поможет. И Лайла даже была спокойна, когда ей пришлось распустить предыдущий пучок. Да, новый получился таким же огромным, но на макушке, а не затылке, так что пряди с висков были аккуратно подобраны, включаясь в общее. Громадная мягкая резинка с тканью удерживала всё. Брошь перескочила за долю секунды, когда блузка уже практически стянулась, но квами всё равно мигнул, как картинка при перебоях света. Ящик под кроватью отодвинулся, так что итальянка подняла полотенце. Одежду было проще сразу бросить стираться, но вытереть тело всё равно требовалось. Сидеть в плотной ткани было бы безумно неудобно, так что форма для занятий лечебной физкультурой вполне бы подошла в качестве домашней. Трусы - закрытая часть шкафа, полочка внизу. Сложив это всё вместе, девочка переставила конечности и бросила тело в каталку. Стопка отправилась на унитаз - стиральная машина была встроена на кухне, рядом с посудомойкой, за панелями. Потому блузка и штаны полетели на пол вместе с бельём. Серёжки практически не мешали, удобно, так что Лайла прокрутила колёса к душевой кабине. Противоскользящее покрытие действительно помогало. Обувь осталась в комнате. Переставить ноги, перекинуть тело в заранее опущенный стул, прикрыть дверцу душевой кабины, снять душ с подставки. Она всё делала механически, даже вода включилась будто сама собой. Лилась и лилась струями, потоком горным, пыталась очистить тело, высветлить кожу. Моментально исчезала в сливе, не поднимаясь даже до щиколоток. Упор голеней обеспечивал их пользу, ведь функции костей и мышц самих по себе нарушены не были. Только нервные волокна не передавали вообще никаких ощущений. Температура воды? Ну, даже бёдра не особо чувствовали тепло, обычное, не слишком сильное. А жидкость текла и текла, прозрачная. Где-то за окном, дальше прикрытой двери, гремел голос монстра, разоблачающий дочь мэра. Затем обращённая стихла, выявив собственную ошибку. Тишина длилась долго. Час, два, три, десять минут? Лайла не слишком воспринимала время. Но яркий всплеск волны божьих коровок метнулся сквозь неё, и стопы шевельнулись, перекрывая слив. Возможно, их сбило самой волной энергии, линией насекомых, но Росси было наплевать. Она соскользнула на дно, смягчив приземление лишь зацепкой за упор для рук, а вода всё прибывала. Холод прошёл до макушки. Она не могла - не была способна - нет! Однако бортик душевой кабинки не являлся высоким, и вода потекла на пол. Вдох, выдох, жидкость не наполняла лёгкие, ей не приходилось грести руками, страдая от груза всё равно что связанных ног. Она ещё даже сидела, пусть и болезненно упираясь в сидение шеей, так что причёска не намокла. Движение душевой лейкой над плечами - крови нет. Протянуть руку, выключить. Перетаскивая себя к рукам, девочка не морщилась. Больно, тяжело, но терпимо. Вытерла тело, не поднимая его. Постелила полотенце на сиденье, проверила тормоза. Захватила руками края и подтянулась, ложась животом. Сменила положение рук и развернулась. Дыхание обжигало губы и леденило руки. Лайла натянула на себя одежду, не снимая каталку с фиксации, вытащила из-под штанов ткань. Щипцы висели на правой ручке, откуда их несложно было достать и использовать для поднятия грязной одежды. Снять тормоза. Разум пустел, как будто вода залила уши, и тоненько звенел. Она чертовски боялась утонуть.