Так было нельзя

Серый асфальт в окне иллюминатора наконец сдвинулся с мертвой точки. Объявление, что раздалось спустя час, внушало больше доверия, чем бьющие по стеклу капли и темные грузные тучи. Ожидание могло продолжаться и дольше, однако весьма удачно подвернулся счастливый шанс, когда самолет принялся плавно разворачиваться, удаляясь все дальше и дальше от терминала. Лайнер не спеша пересек половину аэропорта и встал в длинную очередь на взлет. Но до того момента как самолет начнет набирать скорость и оторвется от земли, казалось пройдет еще целая уйма времени. И Минхо не стал убирать телефона далеко. — Здравствуйте, здравствуйте! Как поживаете?! Давно не виделись! Расплывчатая в пикселях улыбка Тэмина, решила не отвечать на формальные официозные приветствия, довольствуясь малым. Сказать Тэмину просто “привет” казалось чертовски скучным. — Вы наконец в самолете? — Мы не просто в самолете, а наконец-то скоро взлетим! На улице полный мрак! Этот ливень забрал у нас кучу времени. — Кей прытко вклинился в разговор, вытесняя половину лица Минхо из кадра. — Все еще льет? Минхо потянулся через сидение Кея и направил телефон в иллюминатор. — Уже не так сильно. — Продолжал бы так лить, мы тут не сидели. — Надеюсь вы поели. — Мы хотели…но было чересчур людно. — Кей вздохнул, не желая вспомнить о преследующем по пятам внимании. — Пришлось довольствоваться сэндвичами, батончиками и орешками. — Тот, что был с рыбой оказался не так плох! — Я бы предпочел, кое-что посытнее. Упоминание о еде разыгрывало аппетит. — Надеюсь вас скоро покормят. Хорошего полета. — Спасибо! — было сказано в унисон. — Поскорее бы оказаться дома, не знаю по чему я соскучился больше. По шуму Гарсона и Кодмэ, или по мягкой кровати. — А ты скучал по нам, Минхо-хён? — голос Тэмина резко поменял тональность и его нарочито вычурная игривость перешла через все границы возможного. — Каждый день. Минхо говорил правду. Не проходило ни дня, чтобы он не вспоминал о том, кто ждал его дома. И как он хотел поцеловать не одну только эту светлую макушку. — Он ни на минуту не расставался со своим телефоном! — уточнил Кей. — Даже в туалет каждый раз ходил с ним. — Ты тоже с ним везде ходишь! Это нормально! — Но я не лыблюсь в него как тупой дурачок 24\7 в отличии от некоторых! И не игнорирую когда со мной говорят! — Иногда это простительно… — Ну и где это простительно, а?! Как ты только с этим живешь, Тэмин? — Кей искал поддержки, но получил лишь обнаживший зубы смешок. Тэмин похихикал и кажется куда-то пошел, судя по скользящему по лицу свету и мельтешившему потолку. — В следующий раз я нарочно буду настаивать, что если нас когда-нибудь будут заселять в один номер, чтобы в нем по крайней мере было как минимум два сан узла. Это невыносимо. — Ты сам проводишь в душе часа по два! Я полноценно побегать и размяться по утрам успеваю, прихожу, а все еще занято! Лицо Тэмина покинуло кадр. И через пару секунд дергающееся изображение наконец сложилось, открыв вид на детскую колыбель. — Он недавно уснул. Тэмин аккуратно подошел к кроватке, показывая спящего в ней ребенка. Рука Тэмина осторожно опустилась на встречу, и коснувшись детского локотка, помахала ручкой ребенка в разные стороны. — Привет, папа. Привет, дядя Кибом. — шёпот Тэмина, старался не разбудить спящего малыша, от лица которого он говорил. — Я тоже очень соскучился. Папа, надеюсь ты скоро вернешься! Иначе я буду так много, и так сильно плакать, что никому не дам больше спать. Это домашняя картина отдалась скрипом по сердцу. И неконтролируемая улыбка, которую Кей называл глупой, снова вернулась. Минхо пожалел что не слышал звук достаточно хорошо, так как многое снедалось от разговор сидящих в салоне людей. Но он мог отчетливо себе представить это мирное сопение, словно две капли воды, похожее на звуки, что издавал Тэмин, когда крепко спал. Слушать это тихое посапывание было намного приятнее, чем если бы это был плач. И хоть до этого, Минхо прежде и никогда не думал о том, что дети способны так много и сильно плакать. Но он немного скучал даже по этим громким надрывным слезам, что будили ночами. — Поцелуй его за меня. — Возвращайся и поцелуй меня сам. — детские пародии выходили у Тэмина как никогда хорошо. — Ты знаешь, что лучше не трогать детей когда они спят, иначе они будут плохо расти… — но Кей не нашелся какой аргумент следовало привести для подтверждения этого факта. — Ты же в наушниках? Тэмин вновь переключился на фронтальную камеру и показал на ухо. — Я немного. — Но это мило... — Кей умилительно вздохнул. Потолок вновь задвигался. Тэмин аккуратно закрыл дверь и покинул детскую. — Мне не показалось или ты правда положил с ним рядом боксиля? — эта деталь сразу же обратила на себя внимание Кея. — Боксиль? — удивился Минхо. — Угу. Кажется он нравится ему больше всех. Правда он уже весь в слюнях. Наверное стоит его постирать уже… — И почему боксиль? — Минхо не скрывал раздосадованной обиды. — Потому что подарки от дяди самые лучшие! Само собой! Это было больной темой. Новое соперничество, в котором Минхо пока что никак не мог победить. Они с Тэмином покупали много разных игрушек, но ни одна из них не могла заинтересовать младенца как те, что выбирал Кей. Даже если это были две абсолютно идентичные погремушки, которые отличались лишь цветом. Для Минхо это была какая-то странная непостижимая магия, иначе нельзя было объяснить то, что его собственный сын уже с пеленок отвергал родительский выбор и тяготел к чужому вкусу. — Он розовый, яркий и мягкий? — предположил Тэмин. — Дело в цвете? — Дети не сразу различают цвета, говоря к слову. — К этому возрасту он уже должен воспринимать цвета, я читал про это. — парировал Минхо, будто бы Кей мог переиграть его в этом. — Тогда тебе стоит почитать еще про контрасты, узоры и линии. И превосходство округлой формы в неразвитых детских глазах. — Мама тоже считает боксиля подходящим вариантом для малышей. — Тэмин посмеялся. — Говорит, что сама бы такого купила. — Вот она, моя настоящая целевая аудитория, мальчики. Не то что вы. Кей бы и дальше продолжал насыщаться бахвальством, однако будничное обсуждение прервал звук дверного звонка. Лицо Тэмина изменилось в одночасье, что его легкая озабоченность не ускользнула ни от кого. Что-то явно было не так. — Ты ждешь кого-то? — уточнил Минхо. Но в том и было дело, что нет. Тэмин остался сидеть не месте, никуда не пошел и отрицательно помотал головой. Звонок замолк. И как бешенный отбойник буквально через несколько секунд раздался снова. Ненавязчивая мелодия прерывалась, не успев дойти до конца и начинала играть по новой. Но с каждым разом этот проигрывающий отрывок становился короче, пока не дошел до назойливого повторяющегося звука, который бы получился только в одном единственном случае. Если без устали и крайне настойчиво начать теребить одну несчастную кнопку. С силой и без отрыва. — Это уже третий раз за неделю. — пояснил Тэмин. — И давно?! — Буквально, после того как ты уехал. — Лучше звони в полицию. — Да, и лучше скорее. — Кей придерживался похожего мнения. — Я связывался с охраной. Они сказали, что проверяли камеры в коридоре и лестнице, но по ним сложно определить кто это. Лицо закрыто маской и капюшоном. А консьерж никого подозрительного не видел. — Следует поговорить с ними еще раз. Они очевидно не справляются со своей работой. Тэмин еще что-то сказал, однако связь на этом моменте заела. И его слова потерялись в помехах. Самолет постепенно набирал высоту. Тем не менее, несмотря на шипение и ухудшающиеся соединение, и Кей и Минхо услышали, как после раздражающей тарабарщины звонком, сквозь полную тишину раздался грохот дерганья дверной ручки. Кто-то отчаянно и с упорством дергал ее вверх вниз, в надежде будто бы дверь по волшебству откроется. Картинка почти исчезла, и последнее что Кей и Минхо услышали, как кажется заплакал ребенок. Тэмин очевидно не успел попрощаться. Звонок сбросился. Минхо попытался позвонить еще несколько раз, но от отсутствия связи звонки не прошли. Тяжелый вздох оставил неприятное послевкусие по отключению. Градиент беспокойства пах железом в носу и отдавал зудом на кончиках пальцев. Руки вцепились в замок, а мысли судорожно метались от безысходности. Минхо ощущал себя бесполезным. Перед ним стояла проблема, которую предстояло решить как можно скорее. Но с которой он абсолютно ничего не мог сделать, сидя прямо сейчас в самолете. Он испытывал злость в такие моменты, когда был переполнен желанием действовать, однако был связан по рукам и ногам. Кей участливо завел речь, выражая собственную обеспокоенность ситуацией. Вот только Минхо не хотел слушать этого. Эти надуманные дебаты “а что если” не находили смысла, когда следовало разбираться со всем целиком и только на месте. Этот разговор лишь повышал градус тревожности и акцентировал неспособность сосредоточится. Минхо не хотел обсуждать этого больше. Он пытался тактично направить словесный поток Кея на другой лад, дабы отголоски этой взволнованности больше не разлетались по самолету. Это была проблема личного характера, которая касалась только его и его семьи. И он не хотел, чтобы различные ее сценарии красочно разыгрывались в голове, от того что Кей просто не мог помолчать или по крайне мере сменить тему. И это упрямство, что не желало пойти Минхо на уступки, лишь раздражало его. Минхо не хотел быть грубым, но хотел выразиться честно. И был бы рад, если бы Кей просто уснул, на несколько часов, оставив его один на один с этими мыслями, вместо того чтобы трепаться обо всем подряд. Настроение немного испортилось, и казалось как никогда не подходящим для многозначительных разговоров. Вот только Минхо не хотел с ним ссорится. И лишь спустя несколько часов полета Кея все таки немного сморила усталость. Энергия в нем постепенно закончилась, и он вытащив припрятанную в сумке подушку, прислонился к окну и закрыл глаза. И желанная тишина рядом показалась блаженством. Когда Минхо терзало волнение, он часто подначивал себя и был не против отрефлексировать эту стрессовую активность, перенаправив ее в спорт. Физическая нагрузка очищала разум. Но к сожалению в сотнях километрах над землей сделать это казалось весьма затруднительным. От того, путь до туалета вторил вовсе не по нужде. Холодная вода освежала. И лицо и мысли. А вот от узости окружавшей со всех сторон делалось некомфортно. Минхо планировал сделать хотя бы несколько подходов приседаний на месте, но ему было неудобно даже нагнуться, чтобы перевязать получше шнурки. Внезапно свет в туалете погас. В одночасье сделалось крайне темно. Резкий толчок и наклон вправо отбросил Минхо об стену. Голова приложилась обо что-то еще. Локти уперлись кажется об унитаз. Свистящий звук заложил уши, и самолет затрясло, как в лихорадке. Пол завибрировал под ногами. А металл страшно гудел под напором от перепадов давления. Возможно, если бы не этот скрежет и гул, данная обстановка отлично бы подошла какому-нибудь аттракциону на удержание равновесия. Для небольшой турбулентности это тряска казалась чересчур сильной. Минхо пытался удержаться, чтобы не упасть и не свалится повторно. Травмироваться в таких условиях дело крайне простое. Следовало вернутся обратно на место. Но замок от двери никак не находился. И только Минхо уже отчаялся его найти, как неожиданно дребезжание прекратилось. Наклон выровнялся совместно с внутренним горизонтом. Ноги наконец ощутили под собой устойчивую опору. Вернулся свет. Зажглись все лампочки. И в итоге Минхо смог покинуть злосчастную комнату. Стюардесса, что встретилась на пути, поправила выбившиеся из прически волосы и вежливо попросила Минхо вернутся на свое место. Что впрочем она советовала и всем остальным взволнованным пассажирам, покинувшим свои места. Хотя ничего особо страшного не случилось. Авиалетные будни вполне могли быть и такими. Уверенный голос капитана советовал всем сохранять спокойствие и отставить панику, объясняя пассажирам о том, что турбулентность уже миновала. Полет был под полным контролем. Хаотичные потоки воздуха больше не представляли угрозы. Минхо вернулся на свое место и по возвращению его встретило крайне хмурое лицо Кея. Он явно был недоволен тем, что оказался внезапно разбужен, когда проспал всего ничего. Но его раздражение казалось слегка несоизмеримым с настоящим. Минхо боялся начать разговор, ожидая что каждое слово придется выбирать особенно тщательно, так как вне зависимости от его желания начнется игра на поражение. Но Кей заговорил первым. — Мой лоб сильно красный? В таком освещение через камеру плоховато видно.. — Немного есть. Кей жалобно промычал, словно бы небольшая краснота на коже была концом света. — Еще от этого головной боли мне не хватало. — Тебя хотя бы не в туалете пришибло! Меня по всем сторонам покидало. — Надеюсь ты к тому моменту уже застегнул штаны. — Мне кажется у меня везде синяки будут. — Минхо продемонстрировал перед Кеем руки и ноги, показывая во всей красе места своего столкновения с туалетной комнатой. — Главное оправдай их наличие перед Тэмином, так чтобы он поверил. — С чего бы ему мне не верить? — Ну не знаю, я бы устроил тебе сцену, чтоб не так спокойно жилось. На будущее так сказать. Уехал на неделю в Европы, мотаешься по отелям, шляешься по утрам неизвестно где, а потом возвращаешься весь в синяках. Ай ай яй, таким быть. — Хорошо, скажу что мы с тобой подрались. — Я позабочусь о том, чтобы обязательно уточнить, что я по крайне мере имею честь и достоинство не бить по лицу. — Кей указал на свой красный лоб. — Даже замазывать ничего не буду. Настроение Кея бывало изменчивым, и сейчас Минхо тоже ощущал его неподвластную дню ото дня хаотичность. Кей выглядел вполне расслабленно. Небольшой сон и разгрузка кажется помогли ему все отпустить и снова начать шутить. Минхо поддался этому заразительному дуновению. Именно так и работала дружба. Снимала лишнее напряжение, корректировала перепады и отвлекала от накручиваний в голове. Что Минхо тоже смог наконец расслабится и даже немного поспать. Приземление оказалось мягким, и шагая по залам аэропорта Минхо уже не мог дождаться скорой встречи с Тэмином. Слышать его чистый голос без искажений, вдыхать его запах и ощущать мягкость тела. Он хотел позвонить ему сразу, но не смог полноценно отвлечься на телефон. Стоило самолету приземлится, как толпы фанатов уже караулили их прибытие на каждом углу вооружившись камерами и телефонами. И сегодня их было не один или два, а казалось необычайно много. Кей часто говорил Минхо о том, что если бы он поменьше выкладывал актуальных данных, локаций и мест, то таких моментов было бы значительно меньше. Хотя бы с отсрочкой на день. Минхо по правде говоря не считал некоторые события своей жизни чрезвычайно особенными чтобы скрывать их в моменте от кого бы то ни было. Но в мгновения как сейчас, он находил правоту в словах Кея, до такой степени что задумывался о том, что не так уж и плохо иногда позволять себе отходить от принципов «я живу настоящим» и больше задумываться о будущем. Уже только в машине Минхо смог расслабится и наконец открыл телефон, пока Кей сидя рядом, с любопытством заглядывал в пакеты с неожиданными подарками от фанатов. Но ни первый, ни второй, ни пятый звонок не прошли. Они просто автоматически сбрасывались один за другим, и не проходили. Сперва Минхо грешил на плохую связь, но после того как не захотел открыться мессенджер и заглючили все остальные соцсети, он пришел к выводу что корень проблемы был именно в самом телефоне. Все зависало, перескакивало, дробилось на пиксели и сбрасывалось. Минхо пытался понять, что было не так и почему его никуда не пускало. — Поехали уже — затормошил его Кей. — У меня какие-то проблемы с телефоном. — И насколько они сильные? — У тебя включен звук? — Да. — Сейчас я звоню тебе. — Не похоже на то. Кей взял свой телефон, но на нем ничего не было. Попытки обратной связи также не увенчались успехом. До Минхо было не дозвониться. Кей тоже попытался потыкать его упрямый до невозможности телефон. Но ни один рабочий прежде способ привести мобильную технику к нормальному рабочему состоянию не сработал. — Первый раз вижу такое. Возможно твой телефон тоже слишком сильно приложился обо что-то и незаметно откинулся. — Как всегда очень вовремя. Можешь набрать Тэмина? — Да, если ты наконец заведешь машину. Минхо послушно тронулся. Ему показалось весьма необычным, что Кей не предложил это в первую очередь сам. Ведь он как назойливая мамаша, иногда просто не мог отпустить беспокоящих его ситуаций, считая что всему был нужен его персональный контроль и личное участие. Но сейчас он выглядел подозрительно пассивно, и совершенно не заинтересованным в том, как у Тэмина обстояли дела. И все ли с ним сейчас было в порядке. Не мог же он просто забыть об этом? Минхо хотел услышать голос Тэмина, который скажет ему, что с ним точно все хорошо. И что ничего криминального не случилось. — Надеюсь твоя звезда соизволит ответить. Минхо знал, что Тэмин иногда пренебрегал своим вниманием по отношению к остальным, чем иногда расстраивал их. Но Кей хоть и свыкся с такой манерой общения, все равно обижался на это. Но Тэмин, зная что за него переживают, наверняка бы ответил. И это наверняка случилось только спустя минут пятнадцать. — Хён? — голос Тэмина раздался по громкой связи. — Что-то случилось? — Почему что-то сразу должно случится? — парировал Кей. — Обычно ты не звонишь мне, и так поздно. — А ты обычно не берешь трубки, так почему же сейчас взял? Но никому не требовалось пояснить простой истины о том, что Минхо не набрал Тэмина самостоятельно по какой-то причине. И долгая тишина заставила бы Тэмина принять абсолютно любой звонок. — Вы приземлились? — Ага, уже в машине. — Минхо с тобой? — Куда же он денется... — Кей вздохнул. — Тэм, как ты? Минхо ощущал улыбку Тэмину, по тому как менялся тембр голоса. — Хорошо. — С тобой все в порядке? — Да? Кей вопросительно смотрел на Минхо с легкой степенью осуждения из рубрики ты бы еще спросил дежурное “как дела?”. — Мы уже едем. — резюмировал Минхо. — Вдвоем? Минхо посмотрел на Кея, ожидая что тот, начнет предусмотрительно сливаться и ныть о том, как же хочет домой. Но кажется он был совершенно в противоположном расположении духа. — Вдвоем! Можешь накрывать на стол. Мы голодные. Легкий одобрительный смешок Тэмина, вторил его уходу куда-то. И судя по знакомому звуку открытия холодильника, местом назначения оказалась кухня. — У Минхо-хёна правда ничего нет дома. Я могу заказать чего-нибудь пока вы едете. — Ты у меня? — Да. Минхо вздохнул с облегчением. Ему сразу же стало намного спокойнее. Это было вполне логичным решением, что будучи напуганным посягательством на неприкосновенность частной домашней жизни, Тэмин вполне мог уйти. — Мы сами заедем. Просто жди нас. И лучше не открывай никому дверь. На всякий случай. Кей еще раз потерял дар речи и онемел, от того что он слышал. — Мы будем в течении часа. — Я обещаю не спать. Хорошей дороги. Тэмин отключился. — Боже, почему ты говоришь с Тэмином будто ему пять и он первый раз остался один дома?! — Кей не выдержал. — Ты всегда так разговариваешь?! — Ты сам советовал, что стоит вести себя более осторожно. — Не помню, чтобы я говорил что-то подобное. А если и говорил, то всяко не имел ввиду гиперопеку. — Я просто немного обеспокоен. Что в этом такого? — Скажи мне, что ты шутишь. Иначе я не знаю, как стоит на все это реагировать. Минхо находил странным то, что Кей так прицепился к простой заботе, когда сам мог вести себя абсолютно так же. И как никто другой должен был понимать единоличность его мотивов. — И Тэм??? — Кей выделил это передразнивающим тоном. — Это Европа на тебя так влияет? Are you from England? С каких пор ты зовешь его так? Это дуальность казалась нелепой. Кей долго бурчал о том, что если бы Тэмин заказал доставку, то они бы сэкономили гораздо больше времени. Но уже будучи в супермаркете Кей забыл о своем недовольстве, складывая в корзину все то, что его душе хотелось, не ограничивая себя ни в чем. И судя по паре бутылок, Кей явно не собирался просто ради приличия заглянуть на чай и спокойно уехать домой в скором времени. Обычно Минхо был никогда не против его компании, но конкретно сегодня он на нее никак не рассчитывал. Они с Кеем разделились. И проходя мимо торговых рядов, Минхо целенаправленно остановился у детского отдела. Он думал о том, что возможно Тэмин мог не все взять с собой, или чего-то могло быть крайне мало или не хватать вовсе. Стоило уточнить этот вопрос при случае. И Минхо еще раз достал свой телефон, надеясь что спустя какое-то время, он вдруг заработает. Однако гаджет отказался оправдать возложенные на него так наивно надежды. Звонки так и не проходили, а мессенджер открывал кристально пустой диалог, зависал и сбрасывался. — Вот ты где! — голос Кея заставил Минхо вздрогнуть. — Пойдем! Я все! — Можешь позвонить Тэмину, вдруг надо что-то. — сказал Минхо указывая на товары для детей. Но кажется Кей воспринял это как шутку. Причем не очень смешную. — Хаха, малыш Тэмини. Боже, пойдем уже. Иначе мы вообще никогда не доедем! — И Кей буквально вытолкал Минхо на кассу, не понимая зачем тот вообще остановился именно у детского отдела. — Ты проставляешься! Ты обещал. По прибытию, Тэмин встретил долгожданных гостей в домашней пижаме. Минхо был рад наконец увидеть Тэмина, и позабыв про пакеты, сразу же обнял его. Ему не хотелось расцеплять эти долгие и крайне желанные объятья, но Кей недовольно забурчал уже с порога, жалуясь на то, что ему не дают пройти. Минхо отошел и погладил Тэмина по голове, удивляюсь неожиданной смене имиджа. — Ты решил снова вернутся к черному? Но Тэмин не понял вопроса, всматриваясь в черные полоски пижамы. — Я про волосы. Рука Минхо скользила по гладким волосам, находя поразительным то, что они стали немного длиннее. Но возможно Тэмину наконец дали добро на промо и экстренно провели фотосессию. — Не обращай на него внимание, он ударился головой в самолете и теперь говорит ахинею. — буркнул Кей, комментируя очередное проявление этой ахинеи. — Сильно? — участливые глаза Тэмина, стали выискивать место удара. И после указки Минхо, на болезненные места опустились невыносимо теплые поцелуи. Он хотел похитить всю эту ласку полностью и целиком. И закрыться с ней в одной комнате. Но к сожалению они были не одни. Кей слишком активно шуршал пакетами и с грохотом ставил бутылки на стол, разбивая атмосферу желанной уединенности. Тэмин помог с открытием бутылок, и не дожидаясь пока все сядут, отхлебнул первым. И поймал от Кея праведное горящее возмущение, о том что вообще-то следовало дождаться старших. Минхо удивился тому, что Тэмин тоже решил выпить, но он не мог осуждать его желание немного расслабится. Тем более в дружной компании. Прежде чем присоединится к застолью, Минхо сперва хотел переодеться. Он ушел в спальню, но не найдя чего-то в ней, стал ходить по квартире и заглядывать в каждую комнату. — Чего ты там потерял? — Кей наблюдал за Минхо, не понимая от чего тот не спешит присоединяться. — Иначе тебе ничего не останется. — Тэм? — Мм? — А где Минхёк? — буднично спросил Минхо и вернулся на кухню. — Кто?! — Кей возмутительно плюнул. Он не мог припомнить никого из близкого окружения с таким именем. — Мы разве еще ждем кого-то?! Кей вопросительно посмотрел на Тэмина, уже не в силах смотреть на дурость Минхо. Но по тому, как Тэмин моментально зажался, Кей уловил что, определенно что-то было явно не так. Тэмин промолчал и опустил голову. Но Минхо подошел к нему ближе, с простосердечием полагая то, что Тэмин его не расслышал. И задал свой вопрос еще раз. — Это не очень смешно, Хён. Но Минхо не смеялся. Прикус нижней губы и опущенные плечи Тэмина говорили о вине. Он не знал куда деть свои руки, когда ощущал себя некомфортно. И сейчас они тоже не могли найти себе места. Но Минхо не понимал реакции, которую видел. После долгой дороги он мечтал увидеть и сына, и даже если не подержать на руках, пока тот спал. То хотя бы посмотреть на спящее личико. Но ребенка в квартире определенно не было. — Твоя мама не приходила? — Нет? — Тэмин потерялся от того, к чему была упомянута его мама. — Если он не с твоей мамой, то с кем тогда? Я так хотел тоже увидеть его. — Хён…о чем ты? Кей наблюдая за разговором, ощущал что творилось что-то чрезвычайно странное. — Ты пьян? — спросил Кей, прекрасно понимая что его вопрос был не совсем резонен, так как последние сутки он провел практически неотрывно в компании Минхо. И сейчас, Минхо еще даже не успел притронуться к алкоголю, чтобы говорить и вести себя так нетактично. — Тэмин, где наш сын? Минхо хотел знать ответ, не понимая почему Тэмин молчит. — Какой сын, Минхо?! Ты совсем что ли крышей поехал? — Хён… пожалуйста. — Да вы издеваетесь, что ли?! Минхо подошел к Тэмину вплотную, заглядывая в его круглые большие глаза. Но в их черных отблесках он видел совсем не то, что ожидал. От этой видимой грусти, которую Тэмин не мог выразить и поведать у Минхо опускались руки. Слабость разливалась по мышцам и сердце забилось чаще. Что-то случилось, пока его не было? И почему Тэмин ничего не говорил ему? — Тэм, где он? — Ты и так прекрасно знаешь где… — Тэмин ощущал невидимую руку, прижатую к его горлу, и неосознанно уходил в оборону. Кей больше не мог смотреть на сцену свидетелем которой стал. Минхо нарочно трогал слишком больную тему. И всяко знал об этом, отдавая себе отчет в том, что он говорит. Как вообще в здравом уме было спрашивать о таком? С нажимом, так буднично и так просто. — Ты кажется головой приложился чересчур сильно! Иди ляг и проспись, Минхо! Кей встал со своего места, и стал за плечо гнать Минхо в комнату. — Не лягу я спать! Что вообще происходит?! — Минхо воспротивился, откидывая руки Кея. — Я просто хочу увидеть сына. — Ты совсем больной? — вопрос звучал риторическим. В Минхо начала кипеть непонятная ярость. Что в его вопросе было не так? И отчего все так ненормально на него реагировали? Он просто хотел и имел на то право - знать, где находится и его ребенок тоже. Он видел, что каждое его слово разбивалось о бледность Тэмина. Он видел неестественную тяжестью в его глазах. Но он не мог понять причин этих игр в молчание. — Если ты просто хотел отдохнуть или дружеской попойки, все хорошо…Но просто скажи мне. Я серьезно. Где он? Тэмин ощущал, как его пульс замедляется и останавливается мгновение за мгновением. Но противится этому нарастающему давлению у него не было сил. Раз Минхо просто хотел услышать от него это. — Его нет, Хён. Словно бы Минхо просто забыл об этом? — В смысле нет?! — Тяжесть в желудке ударила под дых. — С ним что-то случилось? Это связано с тем, что …. — Тебе лучше уйти! — голос Кея звучат тверже и напористее, закрывая Тэмина собой. — Кибом, отойди. Но Кей не сдвинулся с места. Его пугало состояние Минхо, все продолжавшее удаляться как можно дальше от адекватности. — Уйди! Еще раз говорю, иди проспись! — Никуда я, блять, не уйду! Почему я должен уходить куда-то! Тем более из собственной квартиры. — Хорошо, тогда и сиди в своей квартире, пока окончательно не протрезвеешь и не придешь в себя. — Да с чего ты взял, что я пьян?! Я абсолютно трезв. — Тогда лучше возьми и напейся. Потому что даже пьяным ты ведешь себя намного адекватнее, чем весь этот цирк что ты устроил сейчас! Кей потащил Тэмина к выхожу. — Мы уходим. — Можешь уходить один, раз на то пошло! — Я не оставлю Тэмина рядом с тобой. — Тэмин в состоянии сам решать себя, что ему делать. — О то есть теперь, ты заговорил так! Две пары глаз обернулись на Тэмина, ожидая от него ответа. Такие ситуации Тэмин ненавидел больше всего. Он не хотел, чтобы они ссорились по-настоящему, снова. — Я оденусь. Тэмин не хотел уходить, но он и не мог находится под взглядом который требовал от него, то что было давно утеряно. И пока Тэмин переодевался, он слышал как за дверью ни на секунду не замолкали горячие голоса. И он боялся как бы они вновь, не дошли до точки невозврата или по крайней мере не подрались. Тэмин молчал, пока они с Кеем спускались в лифте. Но Кей от возмущения не молчал ни секунды. — Я без понятия, какая муха его укусила! Все это время он был абсолютно нормальным! — словно бы Кей ощущал ответственность за поведение Минхо. Тэмин тоже не понимал причины таких изменений, но его сердце разбивалось от противоположных чувств. Рой сомнений и неуверенность вновь болезненно отдавались в нем, как бьющиеся мотыльки о горячую лампу. Но параллельно с этим Тэмин ощущал что Минхо был чем-то крайне обеспокоен и взбудоражен, однако он не мог подобрать то, что было способно утешить его. От прохлады на улице стало спокойнее. Кей старался как можно быстрее вызвать такси. Но ни одна машина, как назло, будто специально не находилась достаточно близко. Внезапно Минхо тоже покинул пределы подъезда, спустился и подошел к ним. — Возвращайся назад! — Кей сразу встретил Минхо в штыки. Но Минхо хотел получить ответ от Тэмина. — Тэм…ты точно не останешься? Кей истерически засмеялся на фоне. “Ну не дурак ли?!” — Я хочу домой, Хён. Минхо ожидал подобного ответа, пусть он даже немного расстраивал. Но Минхо искренне переживал за то, что Тэмин вернется в тот дом, который больше не приносил ощущение защищенности и безопасности. — Я отвезу тебя. — Спасибо, нам не нужна твоя помощь. — ответил Кей. — Ваше такси уже едет? — Да! — но Кей лгал, так как машина еще даже не нашлась. — Тогда я подожду, вместе с вами. — Не стоит, возвращайся назад. Но Минхо не ушел. И спустя десять минут неловкой тишины и молчания, такси все еще подозрительно долго не было. Заказ Кея в очередной раз сбросили и он выругался. — Я отвезу вас. И уеду назад. Кей был против этой идеи с самого начала и не верил этому обещанию. Но Тэмин не хотел и дальше находится меж двух огней, что пытались побороть друг друга в упрямстве, и согласился. Однако Кей не пустил Тэмина на переднее сидение, и расположился вместе с ним сзади. Минхо хотел было для удобства убрать детское кресло в багажник. Но к его удивлению, в салоне никакого детского кресла не было. И Кей восприняв, это вмешательство как попытку контакта, оскалился и погнал Минхо за руль. Эта поездка в машине стала еще более неловкой, чем стояние не улице. Молчали все. Не хватало только одинокого сверчка на фоне. Минхо сосредоточился на дороге, но зеркало заднего вида периодически отвлекало его и он с тоской поглядывал на Тэмина чаще, чем на светофоры. Иногда он ловил его взгляд, смотрящий на него с трогательностью и любовью в ответ, и от этого у Минхо еще больше скребло на сердце. Минхо очень хотел обнять его и ему казалось, что его объятия непременно бы приняли. По тому как внимательно Тэмин смотрел на его руки. От чего этот вечер пошел наперекосяк? Ночь, которую Минхо так долго ждал. Неужели они проведут ее вот так? Раздельно и с обидой друг на друга. Минхо почувствовал эту тягу еще раз. В просторном лифте они стояли с Тэмином достаточно близко. Их руки находились рядом друг с другом. И от соприкосновения волос с кожей, Минхо испытывал схожее ощущение преданного и невинного желания. Любовь Тэмина была рядом. Однако горечь вместе ней была тоже, и казалось такой странной, потому что в ней не было ни капли лжи. — Я могу войти, ненадолго? — спросил Минхо, остановившись в дверях квартиры. — И зачем? В туалет? Дома у себя сходишь! Но не смотря на агрессивное шиканье Кея, Тэмин положительно помотал головой. И только после согласия, Минхо осторожно вошел внутрь. И подошел к Тэмину ближе. — Я не хочу оставлять тебя одного. Минхо говорил честно, и аккуратно взял ладошки Тэмина в объятия свои рук. — Я останусь с ним, не переживай. Можешь идти в туалет и уходить. Однако, несмотря на желание защиты, Кей понимал надобность этого небольшого прощания. Тэмин вновь опустил голову и смотрел на руки Минхо. Но не смотря на их нежность, он не находил в них одной недостающей детали. Но вопрос Тэмин задать не решился. — Я люблю тебя, Хён… — эти слова практически потерялись в шёпоте. Но Минхо не услышал обращенных к нему слов. Его внимание привлекла приоткрытая дверь комнаты, из которой выбежали Ккунги и Дэнги. Комнаты, где должна была находится детская. Комнаты, из которой отчего-то вновь проглядывался черный силуэт рояля, убранный оттуда задолго до всего этого. Минхо отпустил Тэмина и пошел напрямик к этой двери. По пути, он даже не придал значения тому, что знакомая ему квартира, казалась крайне пустой. Будто бы половину из того что в ней было, куда-то убрали и спрятали понадежнее. И осталась только белая одинокая опустошенность и несколько кошачьих приблуд. Минхо открыл дверь совершенно не той комнаты, которую помнил. Он увидел лишь черный рояль и стоящей неподалеку синтезатор. Не было ни детской кроватки, ни игрушек, ни столика. Ни одного намека, что здесь находился и жил ребенок. — Где детская? — О чем ты, Хён? — Здесь. Она же была здесь. — Какая к черту детская, боже ты совсем крышей поехал! — Кей подошел к Минхо, чтобы спровадить его окончательно. Этого шизофреничного бреда на сегодня было достаточно. Минхо настолько опешил, что даже не стал сопротивляться толкающим его рукам. — Ты же не мог сам перевести все на новую квартиру… — Оооо, у него уже и квартира новая есть. — надежды в голосе Кея не осталось. Кей выставил Минхо за дверь, но ему тоже странно было наблюдать такую неожиданную растерянность в глазах, обычно полнящихся только пламенем. — Тэм, где детская? Это был последний вопрос, перед тем как дверь перед носом Минхо захлопнулась окончательно. Закралось сомнение, что возможно Кибом все таки отчасти был прав. И Минхо действительно поехал крышей. Но так разве бывает?