Эхо песни

      Лес был неподвижен. Ни капля утреннего тумана не шевелилась, ни одна птица не пела, и даже воды в ущелье Лаэйв’Тарин неподалеку замерли, будто слушали.        Тайриэль стояла на уступе, перед ней раскинулся Лес Ша’Миррен— древнее и мрачное место, полное древней магии, теней и забытого шепота. Позади нее корни белых сосен впивались в скалу. Она смотрела вниз– в зелено-коричневое море ветвей, где что-то, что-то чужое, дышало не в лад с песней мира.       Она почувствовала его за день до того, как увидела. Тонкая струна в ее груди– дыхание рода– дала сбой. Словно незнакомый аккорд прозвучал в древней мелодии ущелья. Она рассказала об этом Мориэлю, но он лишь прикрыл глаза: –Всё, что звучит неправильно для тебя, ещё не враг. Иногда искаженное - это просто не понятое.       Теперь же она стояла на краю каменного уступа и вглядывалась в лес.       И он вышел.       Высокий. Странно согнутый, как будто тело его не привыкло к тишине. Одет в одежду из мягкой ткани, мокрую от утренней росы.       Тайриэль удивилась: его плечи были пусты. Ни крыльев, ни тени их — лишь чуждая, хрупкая тишина. Но и уродства в нем тоже не было. В отличии от Морнкайр. Он был… цельный. Цельный и искаженный одновременно.        Тайриэль напрягла плечи, ее белоснежные крылья дрогнули. Странно. Но дыхание ее было спокойно. Он не чувствовался как павший. Не было в нем воя крови и разрыва звука. Только чуждость– и усталость.       Он споткнулся, упал на колени, и в этот момент она услышала его дыхание.       И оно было… живое.        Неудержимо, будто ведомая чужим ветром, она шагнула вперед– со скалы вниз, в листья и тень. Камни под ее ногами не издали ни звука, но мужчина поднял голову, как будто все равно услышал ее.       Их взгляды встретились. –Кто ты?-прошептала она, хотя понимала, что он не поймет ее слов.        Но он ответил. Голосом сломанным, грубым– и все же светлым. –Я.. потерял путь.