Безработица

Солнце лениво пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, окрашивая комнату в приглушенные медовые тона. Менги перевернулся на другой бок, пытаясь укрыться от назойливого света. Рядом кто-то засопел, и он, приоткрыв один глаз, увидел мирно посапывающего Субона. Фиолетовые волосы разметались по подушке, а губы слегка приоткрылись во сне. Менги невольно улыбнулся. Субон даже во сне выглядел каким-то невероятно привлекательным и милым. Их первая встреча произошла совершенно случайно, как это часто бывает в жизни. Менги тогда подрабатывал в маленькой кофейне, пытаясь свести концы с концами. Он мечтал о карьере, но пока что реальность была куда плачевнее: аромат свежесваренного кофе, горы грязной посуды и недовольные клиенты. Чхве Субон ворвался в его жизнь, как глоток свежего воздуха. Менги помнил тот день, как сейчас. Субон заскочил в кофейню, спасаясь от внезапно начавшегося ливня. Весь промокший до нитки, с растрепанными волосами и ослепительной улыбкой, он привлек внимание всех посетителей. Заказав самый большой капучино, он уселся за столик у окна и принялся что-то увлеченно строчить в своем блокноте. Менги, наблюдая за ним из-за стойки, не мог отвести взгляд. В нем было что-то такое… живое и притягивающее. Их взгляды встретились, и Субон, заметив интерес к себе, подмигнул Менги. Тот смутился и поспешил отвернуться, но улыбка предательски выдала его. С того дня обаяшка стал постоянным посетителем кофейни. Он заказывал кофе, работал над своими текстами, и каждый раз находил способ заговорить с Ли. Парень оказался очень талантливым… композитором. Его музыка звучала в голове Менги днями напролет. Он был полон энергии, идей и амбиций. Он с легкостью зарабатывал деньги, писал музыку для рекламы, фильмов и различных мероприятий. А Менги… Менги мечтал. Мечтал о стабильности, о признании, о возможности полностью посвятить себя любимому и благодарному делу. Но пока что ему приходилось работать, чтобы платить за квартиру и еду. И вот, постепенно, незаметно, они стали парой. Субон предложил Менги переехать к нему, чтобы тот мог полностью сосредоточиться на карьере. Ли согласился, и это стало началом их совместной жизни. Но вместе с комфортом и возможностью заниматься любимым делом, пришло и ощущение зависимости. Чхве, как будто невзначай, часто напоминал о своей финансовой состоятельности. — Не переживай, малыш, я все оплачу, — Говорил Субон, покупая дорогие подарки или приглашая в шикарные рестораны. Или: —Если бы не я, ты бы все еще натирал кофемашину! — Шутил он, не замечая, как эти слова ранят Менги. Эти шутки, эта легкая ирония, заставляли парня чувствовать себя неловко. Он понимал, что любимый не хотел его обидеть, но эти слова звучали как упрек. Как напоминание о том, что он обязан, что он должен быть благодарен. И эта благодарность, смешанная с ощущением зависимости, душила его. Сейчас, лежа в постели рядом с мирно спящим Субоном, Менги снова почувствовал эту тяжесть в груди. Он любил его, безумно любил. Но эта любовь была омрачена ощущением долга, ощущением того, что он недостаточно хорош. Он хотел доказать, что чего-то стоит, что он способен сам добиться успеха. Но как это сделать, когда ты полностью зависишь от другого человека? Тяжелые мысли роились в голове, не давая уснуть. Менги осторожно выбрался из постели, стараясь не разбудить Субона. Он на цыпочках прокрался в свою мастерскую, где царил творческий беспорядок. Холсты, краски, кисти — все говорило о его пристрастиях к рисованию. Но в последнее время страсть эта как будто притупилась, заглушенная бытовыми проблемами и чувством неполноценности. Работа оператором колл-центра давалась ему непросто, особенно когда долгое время держал ее в тайне от своего парня. После часов, проведенных за холстом, сидеть в наушниках и отвечать на бесконечные звонки было мучительно. Голосовые связки уставали, голова гудела, а раздражение росло с каждой минутой. Но Менги терпел. Он представлял себе тот день, когда сможет купить любимому что-то действительно особенное, что-то, что покажет всю глубину его благодарности. Он мечтал о чем-то, что будет значить для Субона больше, чем все эти дорогие подарки, купленные за его деньги. В те времена, когда парень еще не знал о том, что Менги устроился на работу, Ли не жилось спокойно. Мысль о том, что Субон может узнать о его работе, вызывала неприятный холодок в животе. Он знал, что тот будет злиться. Чхве всегда переубеждал его, считал, что Менги не должен тратить свою энергию на что-то, кроме творчества. Но Ли был уверен, что это его решение, его способ доказать себе и молодому человеку, что он может быть самостоятельным. Он украдкой взглянул на часы. До утренней смены оставалось еще несколько часов, еще через три на студию уйдет Чхве Субон. *** Смена началась как обычно — с потока звонков и раздраженного голоса бабки по ту сторону провода. Менги натянул гарнитуру и глубоко вздохнул, стараясь настроиться на позитивный лад. — Здравствуйте, компания N, меня зовут Ли Менги, чем могу помочь? — Произнес он заученную фразу, стараясь вложить в нее хоть немного тепла в этот и без того жаркий денек… От чего же так душно? Но в трубке раздавался лишь недовольный тон: —Почему ваш интернет такой медленный? Я за что деньги вообще плачу?! — Менги терпеливо выслушал жалобы, предлагал варианты решения, стараясь не терять самообладания. В такие моменты он напоминал себе о том, ради чего вообще он все это делал, для чего жопу рвал, если и так сидел на всем готовеньком. Стоило только попросить и Чхве уже тут как тут с его хотелкой. Еще и сзади слышались приглушенные звуки: Субон, как всегда, не мог не наделать шуму с утра пораньше. То гремел посудой, готовя завтрак, то ходил в душ, то просто слонялся по квартире. Несколько раз он подходил к Менги, касался его шеи губами, обняв за плечи. Легкие поцелуи должны были поддержать, но лишь сбивали с толку. Ли с трудом сосредотачивался на разговоре с клиентом, когда чувствовал дыхание на своей коже. В какой-то момент парень поставил рядом с компьютером чашку кофе. Менги благодарно посмотрел на него, но жестом показал, чтобы тот убрал ее. Ему сейчас не до кофе, каждая минута на счету. Субон нахмурился, но послушно забрал чашку, что-то пробурчав себе под нос. Менги снова погрузился в работу, отвечая на вопросы, решая проблемы, гася конфликты. Он чувствовал себя измотанным, но продолжал улыбаться в трубку, как будто от этого зависела судьба всего, мать его, мира. После особенно тяжелого звонка, когда в трубке долго кричали и оскорбляли его, Менги откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Хотелось просто исчезнуть, раствориться в тишине. Он посмотрел на часы: до конца смены оставалось еще несколько часов. Заебался. В этот момент к нему подошел Субон, который уже должен был как два часа назад уйти из дома, накрыв чужую ладонь, покоящуюся на мыши, своей. — Все в порядке? — Тихо спросил он. Менги кивнул, не открывая глаз. Ему не хотелось, чтобы Чхве видел его усталость и разочарование. Он знал, что тот будет нервничать, и тогда его работа потеряет всякий смысл. Субон, почувствовав напряжение Менги, нежно поцеловал его в висок. — Enough, — сказал он тихо, но твердо. — Пошли отсюда. У тебя перерыв. Менги удивленно открыл глаза. — Ты с ума сошел? У меня смена не закончилась! — Запротестовал он. Но Субон уже тянул его за руку, заставляя подняться. Прежде чем Менги успел что-либо возразить, Чхве, упертый баран, уселся на его рабочее место и скомандовал: — Перерыв. Менги попытался вытащить его из-за стола, но Субон лишь сильнее ухватился за кресло. — Я серьезно, дай мне попробовать. Тебе нужен перерыв. — В итоге, не найдя других способов, Менги махнул рукой и отошел, бормоча про неминуемое увольнение. Не успел он сделать и шага, как парень потянул его на себя, усаживая к себе на колени. — А наушники? Как мне отвечать на звонки по твоему? — Ага, так я тебе их и дал! — Менги, чувствуя, как щеки начинают гореть, вцепился за свою гарнитуру крепче, переключил все свое внимание на работу, необращая его на небольшое трение под столом. В трубке раздалось злобное шипение, и Менги, с трудом сглотнув, выдал привычное: — Здравствуйте, компания… N, меня зовут Ли… Менги, чем могу помочь? — Он старался изо всех сил, чтобы голос звучал профессионально и отстраненно, но с каждым новым движением бедра под ним это становилось все сложнее. Какая-то тетка орала про неожиданное списание денег с ее телефона, угрожая судами и жалобами во все инстанции. Менги кивал, бормотал успокаивающие фразы, параллельно пытаясь отстраниться от ощущений. Татуированные пальцы тем временем, добрались до резинки шорт. — Да что ты себе позволяешь?! — вырвалось у Менги в микрофон. — Что?! — Послышалось с той стороны, параллельно со смешком Субона. — Это Вы мне сейчас?! Ли откашлялся и попытался перевести разговор в конструктивное русло. Но как тут сконцентрируешься, когда тебя методично доводят до грани? Чхве, будь он проклят, словно назло, принялся оставлять влажные поцелуи на его шее, прикусывая мочку уха. Менги почувствовал, как по телу пробегает дрожь. — Нет, госпожа, конечно нет! Сейчас уточню … — Пробормотал он, судорожно пытаясь не поддаваться на провокации. Тетка продолжала вопить, не давая ему и секунды на передышку. А Субон, воспользовавшись моментом, залез рукой под шорты. Менги вздрогнул и чуть не вскочил с места. Он прикрыл глаза, стараясь удержать себя в руках. Член наливался тяжестью, пульсируя от каждого прикосновения. —Еще минуточку, пожалуйста… — Выдохнул он в трубку и, не дожидаясь ответа, приглушил микрофон и, не успев даже выдохнуть, почувствовал, как Субон резко вскочил со стула. Мгновение — и он уже лежит животом на столе, а Чхве стягивает с него домашние шорты. — Да ты работай, работай, я не отвлекаю! — Промурлыкал Субон на ухо. Его руки скользили по спине, спускаясь к ягодицам. Менги почувствовал укол стыда и возбуждения одновременно. Он попытался выпрямиться, но чужие руки крепко держали его, прижимая к столу. В голове творился полный хаос. Бабка в трубке, Чхве Субон, сексуальный монстр, жаждущий плотских утех, и предательское тело, откликающееся на каждое прикосновение. Менги попытался сосредоточиться на голосе на том конце, но все мысли были заняты горячим дыханием у уха и уверенными движениями Субона. — Да, бабушка, я понимаю Вас, нам очень жаль…— пролепетал Менги, пытаясь придать голосу твердость. Субон в это время уже вовсю хозяйничал, лаская его член. Господи, он давит на головку…! Стыд и возбуждение боролись за первенство, но последнее постепенно брало верх. Менги издал тихий стон, кусая губы чуть ли не в кровь, чтобы сдержать нарастающий поток чувств. Субон оторвался от его уха и прошептал: — Скажи ей, что перезвонишь. Менги уперто заглушил микрофон, поворачивая голову назад, насколько это позволяла ему гибкость: — Нахуй пошел… Субон усмехнулся, будто услышал комплимент, и, отстранившись на мгновение, потянулся к нижней полке под столом. Менги, стараясь не терять нить разговора с клиентом, краем глаза заметил, как тот достает тюбик смазки. «Блять, только не это!» — пронеслось в голове, но тело уже предательски ныло в предвкушении. — Аджума, я все выясню, не переживайте, — Пыхтел Менги в трубку, пока Субон тем временем выдавил щедрую порцию геля на пальцы и принялся растягивать узкий вход. Менги задохнулся от неожиданности, вцепившись пальцами в край стола. Стыд окончательно отступил, уступая место острому, обжигающему желанию. Он отчаянно пытался сосредоточиться на ворчливом голосе на проводе, но каждое движение сзади отзывалось волной мурашек по всему телу. — Да, я проверю все транзакции… — Вымученно произнес юноша, а Чхве тем временем углубился, нащупывая простату. Ли сладко застонал, закусив костяшки пальцев на одной руке, а другой судорожно щелкал кнопкой микрофона, то заглушая, то включая его. Он чувствовал, как контроль над ситуацией ускользает, как разум затуманивается, а тело требует только одного — утонуть в этом сладострастном пиздеце. Голос старости в трубке внезапно взвился до ультразвука, оглушая и без того почти контуженного Менги. Член его парня упирался ему в зад, предупреждая, прежде чем дав головке проникнуть внутрь. — Ты что там копаешься, сопляк?! Я жду уже полчаса! Да я на тебя в главный офис жалобу накатаю, будешь у меня улицы мести, бестолочь! Менги дернулся, простаты коснулись слишком грубо, и он едва не выронил телефон. Чхве вспыхнул, его терпение, и без того натянутое как струна, лопнуло. Он стянул наушники с Ли, не прекращая движения бедрами. — Извините, госпожа, в данный момент наш оператор не может подойти к телефону. Пожалуйста, перезвоните нам через… — Миленько пролепетал Чхве в микрофон, прежде чем добавил, — Shut up and wait, YOU OLD WITCH! Он, не церемонясь, швырнул трубку на стол, та отскочила и упала на пол, из динамика доносились гудки. Парень схватил начавшего сопротивляться Менги за волосы и прижал его щекой к холодной столешнице. — Тише-тише, она переживет… Он двигался яростно, не давая тому передышки. Целовал бледную шею, кусался, шептал грязные слова, от которых по телу бежали мурашки. Ли отвечал стонами и всхлипами, до побелевших костяшек вцепившись в край скрипящего стола. Чхве уткнулся в шею Менги, тяжело дыша, чувствуя, как тело под ним дрожит. Парень под ним сдавленно простонал, сжимаясь внутри до звездочек перед глазами, прежде чем и его накрыло волной оргазма. Сладостная истома растеклась по телу, вытесняя остатки напряжения. Субон вытащил член, откинулся на спинку кресла и притянул любимого обратно на колени. Тот сидел, уткнувшись лицом ему в плечо, и всхлипывал. — Ты чего, ревешь что ли? — Парень удивленно захлопал глазами, убирая чужие руки с покрасневшего от слез лица. — Да, блять, я плачу! Ты полный идиот, Чхве Субон, меня уволят! Я… я, между прочим, хотел тебе подарок сделать! Денег накопить. Урод конченый… — В сердцах говорил тот, не в силах сдерживать поток эмоций. Субон расхохотался, чмокнув Менги в соленые от слез и соплей губы. — You're my gift—the best gift ever, baby.