Беспроблемный

      Миссия затягивается. Им приходится менять комнаты уже не в первый раз. Успокаивает только то, что эта миссия "цивилизованная". В том смысле, что окрашена оттенками цивилизации чуть больше, чем полностью. Сопровождение важной шишки иного и не предполагает. Важная шишка не может ночевать в лесу. Соответственно, и команда № 7 в лесу не ночует. Более того, им даже достаются отдельные комнаты. Впрочем, делается это с той же целью обеспечения безопасности - селить важную шишку стараются так, чтобы её апартаменты оказывались аккурат между комнатами членов команды. Удручает только то, что эти самые апартаменты у всех достаточно скромные - лишнее внимание им ни к чему.              На самом деле, всё проходит достаточно спокойно, и Наруто даже не понимает, зачем понадобилась их помощь. На них никто не обращает внимания, преследователей не обнаруживается, а страна, откуда эта важная шишка родом, не замешана ни в каких конфликтах и вызывающих тревогу проблем не имеет. Поэтому, повозмущавшись первые пару дней и получив, наконец, нагоняй от Сакуры, раздражённое «умолкни» от Саске и снисходительную улыбку глазами от Какаши-сенсея, Наруто решает, что это похоже на небольшой отпуск и ему следует расслабиться и получить максимум удовольствия от этого путешествия.              Узумаки вкусно ест (благо, что все сопутствующие расходы команды тоже ложатся на плечи важной шишки), крепко и мягко спит, по вечерам нежится в сэнто при гостиницах, и ужасно скучает. На пятые сутки такой разморённой гражданской жизни Наруто приседает на уши Саске, уговаривая того выбраться на тренировку в ближайший лесной массив. Впрочем, Учиха соглашается достаточно быстро, видимо, тоже не испытывая восторга от долгого простоя.       

***

      Наруто наваливается, наконец, на Саске сверху, пригвождая того к земле. Последние несколько минут их поединок превратился в какую-то нелепую потасовку в траве - каждый понимает, что то, чем они занимаются, уже глупо, но никто не хочет отступать.              Узумаки встряхивает парня под собой, впечатывая того затылком в мягкую землю. Саске прикусывает собственный язык и теряет бдительность на какие-то доли секунды. Светловолосому этого хватает, чтобы зафиксировать руки парня предплечьями, вжать тяжёлое тело в фигуру под собой, а нижними конечностями растолкать ноги Учихи слегка в стороны, чтобы они потеряли опору, будучи прижатыми чуть вывернутыми коленями к земле.              Саске зло дёргается, понимая, что к концу тренировки уже выбился из сил и сбросить с себя придурка оказывается сложнее, чем того бы хотелось. Узумаки всегда хватает надолго. Саске всегда это раздражает. Как будто у самого энергичного ниндзя Конохи пропеллер в заднице или дополнительная батарейка там же.              Наруто старательно удерживает продолжающего упрямо сопротивляться друга, как слышит чужой полувздох-полустон, после которого Саске под ним резко замирает. Пытаясь понять, что произошло, парень переводит взгляд на лицо Учихи и видит крайне необычное для этого лица выражение - в слегка округлившихся тёмных глазах удивление и растерянность. Тут до него доходит, что ниже пояса ему в бедро упирается что-то, чего обычно там нет. Или, по крайней мере, что-то, что обычно не так явственно ощущается. Сам до конца не осознавая, что делает, Наруто надавливает на чужую выпуклость, ловя ухом ещё один задушенный вздох. Понимание ситуации вдруг жаром отдаётся в собственных штанах и светловолосый пододвигается, оказываясь своим пахом на уровне паха парня под ним, и проезжается причинным местом по чужой возбуждённой плоти. Саске вскидывается:              - Что ты делаешь? - сведя в недоумении брови, слегка хрипловатым голосом спрашивает Учиха.              Узумаки не реагирует, погрузившись в проживание приятных ощущений, и ещё несколько раз проходится стремительно твердеющим пахом в скользящем настойчивом движении по чужой промежности.              Саске не понимает, о чем думает придурок и чем вообще занимается. Реакция собственного тела стала для него неожиданностью, но её можно было объяснить. Несколько дней без особых физических нагрузок и лёгкая эйфория от дружеского, но все же поединка сделали своё дело. А вот объяснить то, что светловолосый идиот сейчас елозит своим членом по нему, было сложнее.              Выныривая из своих недолгих размышлений, прерванных ещё серией очень приятных в ощущениях надавливаний и очередным собственным стоном, который не успевает остановить, Саске понимает, что если он не хочет позорно кончить в собственные штаны, лежа на траве под этим недоумком, то это нужно прекращать.              Только сейчас осознавая, что его ноги больше не фиксируют, Учиха с силой отпихивает от себя Узумаки, опрокидывая того на траву рядом с собой. И тут же вскакивает на ноги, направляясь на базу.              Наруто лежит на спине, тяжело дыша и глядя вслед удаляющемуся другу.       

***

      Наруто раздумывает об этом. Ему не стыдно, он не жалеет, не удивляется и даже не страшится. Ему хочется. Хочется повторить, хочется продолжения, хоть он и слабо себе представляет, что там в этом самом продолжении должно быть. Просто весь этот опыт кажется юноше очень волнующим. Его аж потряхивает от желания и предвкушения.              Узумаки не привык долго думать. Размусоливать, гадать, просчитывать варианты. Узумаки - человек действия. Сначала нужно сделать, попробовать, а потом решать, как поступить. Но недолго. Решать долго тоже никуда не годится. Это работает при выполнении миссий, сработает и сейчас. С этими мыслями он бодро отталкивается от поверхности своей кровати и направляется в комнату, которую занимает Саске.              Пройдя недлинный коридор и отсчитав три двери, за одной из которых почивает важная шишка, Узумаки останавливается у четвёртой. Прежде чем постучать, подносит ухо к щели и прислушивается. Тишина. Непонятно, чего он ожидает услышать. Чертыхнувшись, парень поднимает руку и стучит. Дверь отпирается через некоторое время.              - Почему так долго, теме? - растягивая слова и проходя за временным хозяином внутрь небольшого помещения, возмущается Наруто. - Чем ты занимался? - ехидная улыбка касается губ.              - Надеялся, что ты уйдёшь, - деланно не замечая чужого тона. - В следующий раз, если решишь подслушивать, хотя бы спрячь свою чакру, усуратонкачи, - самодовольно произносит Учиха.              - Тц, ты не особо гостеприимный, - бубнит себе под нос светловолосый, без приглашения устраиваясь на кровати и откладывая чуть в сторону разложенные свитки. Похоже, до его прихода Учиха занимался их изучением. «Какой старательный» - язвительно ёрничает про себя Узумаки.               - Чего тебе нужно? Давай быстрее, я собирался ложиться, - с этими словами Саске присаживается рядом и берёт один из раскрытых свитков в руки, вперивая в него внимательный взгляд.              Наруто чуть подбирается, в лёгком волнении начиная заламывать пальцы и хрустеть костяшками. Обегает помещение невидящим взглядом. Темноволосый, обратив внимание на чужое мешкание, поднимает заинтересованно голову.              - Эм... В общем... Я хотел... Давай подрочим друг другу? - выпаливает Узумаки, тут же переводя ранее упёртый в сторону взгляд на Учиху, в ожидании чужой реакции.              Парень рядом моргает. Сказанное доходит до него с запозданием. Узумаки нечасто удаётся лишить его дара речи, и сейчас, похоже, тот самый редкий случай...              - Давай, Саске, ты же наверняка делаешь это сам, - видя чужое замешательство, начинает канючить Наруто, - а сделать это друг другу будет приятнее, - заключает, ободряюще улыбаясь.              Саске против воли вспоминает свои ощущения на полигоне, когда чужое тело касалось его. В паху приятно колет.              Светловолосый сулит ему новый опыт, который на самом деле очень хочется воплотить в жизнь. Соблазн пойти на поводу у Узумаки оказывается велик. Саске кусает губы. В нем борются благоразумие и интерес, и первое, похоже, сдаёт позиции со стремительной скоростью.              - Хорошо, - равнодушным ровным голосом отвечает Учиха.              - А? - Наруто осекается, в недоумении открывая рот и зависая в таком виде. Он только набирает воздуха, собираясь разразиться ещё сотней причин, почему им стоит сделать это, как слышит утвердительный ответ Учихи. - То есть, классно, да, давай, - воодушевлённо произносит и торопливо пододвигается к парню рядом.              Саске убирает свиток с колен, предусмотрительно отодвигая подальше и остальные, и разворачивается к Узумаки, подгибая одну ногу под себя и устраивая её на кровати. Наруто тянет кисть в сторону его ширинки, но на полпути останавливается и, вскидывая взгляд на лицо друга, спрашивает:              - Ты когда-нибудь целовался?              После недолгого молчания, в течение которого Саске просчитывает в уме, какой из ответов какие последствия будет иметь, решает, что правда не несёт особо никаких рисков и мотает отрицательно головой.              - Тогда давай поцелуемся? - произносит Наруто.              - А это зачем? - хмуря брови и чуть отстраняясь в корпусе, интересуется Саске.              - Не знаю, - отвечает негромко и пожимает плечами Узумаки, - мне кажется, это будет как-то лучше... ну, начать с этого. Ты не хочешь научиться? - в искреннем наивном интересе Наруто округляет голубые глаза.              Саске второй раз за вечер зависает. В голове крутятся шестерёнки, обрабатывая полученное предложение. Только он хочет в раздражении отмахнуться от нелепых идей светловолосого, как Наруто наклоняется и касается его губ своими, устраивая кончики пальцев на его щеке. Учиха чувствует, как парень неуверенно приоткрывает рот, цепляя его верхнюю губу и сам не замечает, как начинает отвечать, повторяя чужое движение. Губы напротив тёплые и жёсткие, через приоткрытую челюсть выбивается горячее влажное дыхание. Саске следует за чужими действиями, всё больше вовлекаясь в поцелуй. На задворках сознания маячит мысль о том, что это оказывается неожиданно приятным.              Желая углубить поцелуй, Наруто плотнее прижимается к губам Учихи и решается попробовать их на вкус - гладкий язык скользит по краешку чужой нижней губы, и Узумаки удерживает на месте голову дёрнувшегося в неуверенной попытке отстраниться друга, одновременно с этим слегка поворачивая шею под более удобным углом и смелее проникая внутрь, проходясь по кромке острых зубов глубже в кружащую голову мягкую влажность, натыкаясь наконец на язык темноволосого. Учиха на вкус как данго. Наруто может поклясться, что ощущает сладость на поверхности своего языка. Вот только Саске не ест сладкое.              Когда его языка касаются в ответ, у Наруто по животу проходит густая волна жара. Голова как будто начинает слегка кружиться, пульс учащается. Наруто придвигается ближе, открывая рот шире и уже гораздо плотнее надавливая своим языком на чужой, заодно исследуя и пространство вокруг него - скользя по жёсткому нёбу и нежной внутренней поверхности щёк. Дыхание у Саске сбивается и он издаёт полузадушенный стон. Узумаки хватает этого звука, чтобы в штанах окончательно всё ожило, а разум заволокло пеленой стремительно нарастающего желания.              Краем сознания вспоминая то, с чего всё начиналось и ради чего затевалось, Наруто, не разрывая контакта губами, опускает руку вниз и накрывает пах парня перед ним ладонью. Саске инстинктивно вцепляется пальцами в его предплечье, но не убирает чужую руку, в мешкающей нерешительности оставляя свою кисть покоиться сомкнутыми пальцами на чужой конечности. Пройдясь несколько раз лёгким давлением по твердеющей под прикосновениями плоти, Наруто перемещает обе руки на пояс учиховских тренировочных брюк, намереваясь дать себе больше доступа к манящему телу, как парень рядом отрывается от его губ и слегка отшатывается, глядя блестящими глазами в лицо Узумаки. Щёк Саске коснулся лёгкий румянец, пряди тёмных волос у лица распушились, бледные губы поблескивают от его, Наруто, слюны.              Саске чувствует, как теряет контроль над ситуацией. Какими бы приятными не были новые ощущения, но позволять им устраивать хаос в голове он не мог. Наруто рядом моргает, кивая. Саске чудится, будто Узумаки понимает, в чём дело, но этого конечно же не может быть. Этот светловолосый недоумок никогда не отличался особой проницательностью.              - Давай так - я просто вытащу твой член и подрочу тебе, не буду тебя целовать. И вообще делать что-то другое, - пауза. - У тебя всё равно уже стоит, - вкрадчивым голосом добавляет Узумаки.              Саске смотрит в упор нечитаемым взглядом. Наруто понимает, что если сейчас не настоит, то следующего раза может не быть. А ему очень хочется, чтобы он был. Саске - не способный расслабиться ублюдок. Узумаки понимает это. Как понимает и то, что с ним ничего не бывает просто, было глупо ждать, что в этой области задача как-то упростится.              Стараясь не спугнуть и даже лишний раз не вдыхая, Наруто, не прерывая зрительного контакта, медленно протягивает руку вперёд и вытаскивает пуговицу из петли, следом опуская собачку замка на чужой ширинке. Саске тихо сглатывает, не мешает. Узумаки запускает ладонь под ткань брюк, мягко накрывая эрекцию парня. Закусывает губу в лёгком нервном напряжении, глядя в чарующую тёмную глубину глаз напротив. Делает пару движений вдоль ствола и негромко облегчённо выдыхает, когда глаза Учихи закрываются. Отлично, разрешение получено.              Движения светловолосого становятся смелее. Он оттягивает резинку белья, вытаскивая наружу аккуратный средних размеров прямой член. Давится про себя смешком, отмечая, что и здесь Саске тоже бледный. Делать это другому человеку сначала немного непривычно, но Наруто быстро приноравливается, уже через пару мгновений двигая рукой достаточно уверенно. Взгляд перемещается по очереди с лица Учихи на его пах. Узумаки внимательно следит за чужой реакцией, чтобы если что на ходу скорректировать план своих действий по приобщению обладателя шарингана к простым человеческим радостям.              Саске сам не знает, почему позволил Наруто продолжить. Он действительно был уже возбуждён и ему действительно все равно пришлось бы снимать просто так бы не отступившее напряжение в душе. Саске знает, если бы Наруто не остановился и продолжил бы напирать с той же экспрессией, что и тогда, когда целовал его, у него было бы больше шансов прекратить это. Но придурок, как будто почуяв, замедлился и каким-то неведомым для Саске образом перехитрил его всколыхнувшуюся в тревожном волнении настороженность.              Учиха не хотел глубоко вдаваться в детали происходящего. Узумаки, пожалуй, даже лучший вариант из всех доступных для того, чтобы утолить поднявшее заинтересованный нос в период полового созревания любопытство. Он не станет трепаться, как стали бы это делать восторженные девчонки, удели он одной из них внимание, не станет докучать страхами и сомнениями, как это мог бы сделать любой другой парень, с которым Учиха имел бы неосторожность связаться. Он понимает, что организм не обмануть и откладывать это постоянно будет проблематично, лучше разобраться со всем сейчас.              Это приятно. Гораздо приятнее, чем когда он занимается этим сам с собой. Да, Наруто не может знать, как именно его нужно касаться, с какой скоростью, силой нажатия и так далее, но это все равно очень хорошо и Учихе приходится прилагать усилия, чтобы не издавать звуков и не начать толкаться в тесную ладонь самому.              Даже с закрытыми глазами Саске чувствует на своём лице бесплотный огонь чужого взгляда. Чтобы отвлечься и не уходить в дебри ненужных размышлений, Учиха решает заняться тем же, чем и Узумаки. Поэтому уже в следующее мгновение открывает глаза и тянется к чужой ширинке.              Наруто не сразу понимает, почему Саске зашевелился. Успевает испугаться, но уже в следующее мгновение осознает, что рука Учихи расстёгивает его брюки. Первым импульсом было остановить и спросить, что тот делает - он представляет, как бы глупо это выглядело. В размышлениях до него доходит, что Саске замер. Проследив за его взглядом, понимает, в чем дело.              - Не издевайся, теме, - насупившись, произносит он, - у каждого свои вкусы.              - Отсутствие вкуса это не вкус, добе, - саркастично произносит Саске, насмешливым взглядом изучая яркие боксеры, ткань которых усыпана рисунком из мелких зелёных лягушачьих голов.              Наруто становится смешно - этот заносчивый ублюдок сидит перед ним с торчащим членом и все равно умудряется сохранять достоинство и выставлять идиотом именно его.              - Могу их снять, если тебе так хочется, - произносит серьёзным голосом Узумаки, и Саске резко поднимает на него ставший вмиг сосредоточенным взгляд. После недолгого молчания, Учиха кивает в сторону своего члена и говорит:              - Много болтаешь.              Узумаки расплывается в широкой чеширской улыбке:              - Кажется, ты что-то собирался сделать, - всё-таки не выдерживает и хихикает светловолосый.              Учиха закатывает глаза и возвращается к начатому действию. Член Наруто чуть выгнутый, Саске обхватывает его ладонью и несколько раз проводит вдоль него рукой. Слух ловит звук чужого выдоха. Учиха поднимает глаза на парня рядом и видит подёрнутый поволокой взгляд синих глаз. Их лица близко, Саске ощущает кожей чужое участившееся дыхание. На головке члена Узумаки проступает прозрачная капелька, темноволосый смахивает её пальцами и растирает влагу по стволу, улучшая скольжение.              Надолго их обоих не хватает. Учиха кончает первым, прикрывая глаза и кусая губы. Стон задушенным звуком всё же просачивается наружу. Узумаки продолжает придерживать его член, пока последняя порция спермы не вытекает из маленькой щёлочки на вершине покрасневшей головки.              Выпрямляясь, он намеревается обхватить себя, но Саске останавливает его, возвращая свою ладонь обратно на его плоть и начиная быстро двигать ею.              - Саске... - Наруто предупреждающе шепчет, почувствовав приближение разрядки. Кладёт кисть своей руки на бледное запястье в останавливающем жесте, но Учиха упрямо отбрасывает его ладонь.              - Кончай, - негромко произносит Саске, и Узумаки накрывает волной опустошающего оргазма.              Саске скользит взглядом по тяжело дышащему другу - упругие мышцы живота, виднеющегося из-под слегка задранной футболки, сокращаются, чуть размягчившийся член подрагивает, на крепкой загорелой шее пульсирует быстрее обычного венка, влажные приоткрытые чувственные губы слегка дрожат... Саске встряхивает головой.              Притянув с края кровати простыню, темноволосый вытирает об неё ладонь и кидает ткань Узумаки. Чувствуя лёгкую пустоту в голове, встаёт и направляется в ванную.              Наруто провожает Учиху взглядом, водя медленными задумчивыми движениями тканью по животу.       

***

      Вернувшись к себе в номер, Узумаки прокручивает в голове произошедшее. Перед глазами всплывают волнующие образы и ощущения - бархатная мягкость языка у него во рту, вожделенный взгляд чёрных глаз, наполненный удовольствием стон, влага на его пальцах, сомкнутых вокруг крепкого пульсирующего бледного ствола...              Узумаки подносит ладонь к лицу и вдыхает. Не успевая даже сообразить, что делает, высовывает кончик языка и касается им подрагивающих пальцев, ещё сохраняющих ощущение чужого тепла. По животу проходит приятной истомой вновь закручивающееся возбуждение.              - Чёёёрт, - Наруто со стоном просовывает ладонь за кромку брюк и достаёт наружу стремительно твердеющий член.       

***

      Их привычное общение неуловимо меняется. Узумаки замечает, что больше не может злиться так рьяно в ответ на чужие подколки. Которые, в свою очередь, становятся несдержаннее. Обычно холодный Учиха от чего-то взвинчен. И подобное поведение темноволосого не распаляет, как обычно, зажигая азарт и огонь соперничества, а... расстраивает?              В груди формируется что-то новое - заставляет оглядываться пуще прежнего, проверяя, нормально ли всё с Учихой, уступать место ближе к костру, замечать в облике то, на что ранее не обращал никакого внимания...              Смахивая, однажды, застрявшую в чужих волосах сухую листву, Наруто случайно касается пальцами обнажённой кожи. Оба чувствуют повисшее в воздухе напряжение. Обмениваются молчаливыми взглядами. Наруто чешет неловко затылок, тушуясь.              Узумаки не думал, что их ничего особо не значащая шалость понесёт за собой какие-то последствия. Не то чтобы он вообще думал так далеко вперёд. Но он действительно не рассчитывал, что это выберется за пределы того вечера. Почему-то казалось, что оно забудется и останется позади так же, как и многое между ними до. Ну, может, повторится пару раз. Но это максимум. Сейчас же это начинает превращаться в проблему, скребущую когтями у Наруто по сердцу.              Когда струна недосказанности окончательно натягивается, и даже попутчики начинают обращать на них обоих внимание, Наруто решает, что больше этого не вынесет. Ему нужно либо поговорить с Учихой, либо прояснить все между ними иным способом. И первый вариант ему кажется совершенно не жизнеспособным, ведь Саске с большей долей вероятности не станет его даже слушать, отмахнётся в привычном упёртом раздражении. Остаётся второй. И Узумаки не придумывает ничего лучше, чем прижать Учиху фактами и получить ответы уже таким образом.       

***

      На этот раз случается страшное - в гостевом доме очередного небольшого поселения не оказывается достаточного количества свободных комнат, и команде № 7 приходится вспомнить былое и расположиться всем вместе на одной территории.              Комната оказывается просторной и в традиционном стиле. За разрисованной незамысловатым узором фусума из мебели их встречает массивный четырёхстворчатый резной, но повидавший виды, шкаф, в котором хранятся свёрнутые в тяжёлые рулоны футоны, и небольшой котацу у дальней стены, окружённый подушечками-дзабутонами. Светло-зелёный татами местами протёрся. Разделив, условно, помещение на две - мужскую и женскую - стороны, Сакуре выделили участок поближе к прогревающемуся котацу.              Наруто ничего не планирует. Но когда выясняется, что Какаши-сенсею необходимо отлучиться по какому-то делу в расположенную неподалёку деревушку, не находящуюся на пути их следования, и они остаются на ночлег втроём, не располагающая большими запасами терпения натура светловолосого решает, что это отличная возможность, чтобы расставить все точки над "и".       

***

      Саске уже проваливается в уютное забытьё, как его безмятежность бесцеремонно нарушают, приподнимая одеяло и отталкивая темноволосого к стене. В поле зрения мелькает что-то знакомое - суматошное и с полосками на щеках.              Сообразив, что происходит, Учиха хмурится и раздражённо выплёвывает громким шёпотом:              - Что ты делаешь, идиот?! - приподнимаясь на руках и глядя на светловолосого недоумка в голубой полосатой пижаме, продолжающего планомерно оттеснять его в сторону и спешно устраивающегося под его одеялом.              Глаза Учихи - два пылающих злом чёрных уголька, растрёпанные волосы смешно топорщатся на затылке. Всем своим видом Саске напоминает сейчас взъерошенного воробья - Наруто прыскает от всплывшего в голове образа.              - Тише, теме, ты разбудишь Сакуру-чан! - состроив озабоченное выражение лица и мотнув, не оборачиваясь, головой в сторону расположившейся на другом конце комнаты девушки, строго зыркает на Учиху Наруто. - Ложись, - дёргая за бледное запястье, вынуждая потерять опору и рухнуть обратно на футон.              - Ты вообще хоть иногда голову включаешь? - распинается сквозь зубы темноволосый, пытаясь вернуть себе отнятое одеяло, возмущённо дёргая за ткань.              Узумаки масляно лыбится, смакуя чужое недовольство, и придвигается ближе, вторгаясь в личное пространство брюнета. Саске рядом с ним замирает, глядя исподлобья и сжимая сердито губы. Наруто касается кончиками пальцев чужого бедра под одеялом и тёмные глаза напротив слегка округляются. Учиха дёргается, только собираясь открыть рот и разразиться новыми проклятиями, как происходит сразу несколько стремительных действий - его губы накрывает тёплая шершавая ладонь, чужое тяжёлое тело слегка наваливается сверху, а между ног в настойчивом движении протискивается жёсткое колено - запуская встрепенувшиеся от мнимой угрозы рефлексы шиноби. Саске тут же глушит импульс, понимая, что это очередные дурацкие идеи светловолосого, не несущие в себе никакой опасности.              - Я же сказал быть тише, Саске, ты же не хочешь разбудить Сакуру-чан, - красноречиво заостряя взгляд, без тени веселья в голосе произносит Наруто, сильнее вдавливая колено между чужих ног, преодолевая сопротивление. - Я убираю руку, - убеждающе заглядывая в глаза и удостоверяясь, что его поняли, Наруто медленно отводит ладонь от лица парня.              Узумаки хочется повалять дурака? Хорошо, Саске принимает правила игры. Ему даже становится любопытно, к чему это всё приведёт.              Учиха замирает. Не чувствуя сопротивления, Наруто втапливает колено ещё глубже, упираясь, наконец, конечностью в чужую нагретую промежность. Надавливает на пробу, глядя испытующе в тёмные глаза в нескольких сантиметрах от себя. Саске смотрит в упор, с упрямым вызовом во взгляде. Думает, что Наруто сдрейфит? Что его как-то напугает чужое бездействие или надменный взгляд, берущий на слабо? Как бы не так. Он только воспользуется этим.              Их лица близко. Наруто наклоняется, желая сократить разделяющее их расстояние. Он не знает, что делать, у него нет плана, нет соответствующего опыта, он действует интуитивно, повинуясь обуревающему его желанию. На пол пути до чужого лица светловолосый парень резко склоняет голову вбок и мягко опускается губами на изгиб чужой шеи - нежное место чуть ниже уха, туда, где бьётся теплом пульсирующая венка. По лицу скользят мягкие тёмные пряди, Наруто тихо вдыхает их запах. Парень под его губами вздрагивает, задерживает дыхание - в груди закручивается тянущее чувство, которому Узумаки не может дать определения. Оно нуждается, побуждает к действиям - Наруто целует, мажет невесомо губами по чужой коже. Пододвигается ещё ближе, устраивает руку на чужом бедре - удерживает - и снова проходится плавным движением по паху, одновременно с этим подныривая головой ниже и оставляя отпечатки своего влажного дыхания под челюстью, с удовлетворением отмечая, что Саске слегка задирает подбородок вверх, открывая доступ. Ему нравится. Информация из книжки эро-сеннина, в которую от скуки как-то засунул нос, оказывается сейчас весьма кстати. Не только женщинам нравится, когда ласкают шею - делает мысленную заметку Узумаки.              Вообще Наруто не много про это знает. У него есть какие-то журналы, которые уже не помнит, откуда стащил. Есть яркое, но слегка заставляющее алеть щеки в румянце воспоминание, когда включали с Кибой кассету, стащенную тем у своего отца. Есть пара художественных страниц в голове и назидательное с вытянутым вверх указательным пальцем и голосом его учителя: «Женщины любят ушами, Наруто. Скажешь ей то, что она хочет услышать, и её упругое и влажное расположение в твоём кармане». С Саске последнее не сработает. Все его знания о близости двух мужчин заканчиваются каверзными междусобойными шутками.              Двух мужчин. Наруто не задумывался. Но задумываясь сейчас, понимает, что у него нет каких-то предубеждений на этот счёт. У него вообще нет предубеждений о многих вещах. Просто потому что он не думает об этих самых вещах. И Саске... Саске, как будто, за пределами каких-то категорий и определений. Нет, он, конечно, мужчина, нооо... он не воспринимается таким же мужчиной, каким воспринимается тот же Киба, например, или Толстобровик. Саске - это что-то личное, близкое, как будто даже родное? Своё. Подрагивающее кончиками пальцев в поединке, когда победить хочется так же сильно, как и проиграть, срывающееся с губ раздражением, но нежно улыбающееся внутри, трепещущее от полученного внимания, вдохновляющее... Сладкое на кончике языка, пульсирующее в паху, отчаянно желаемое...              Осознание чужой открытости, дозволения бьёт тянущим ощущением прямиком между ног. Наруто слегка отодвигает колено и перемещает руку на топорщащееся выпуклостью на поверхности учиховских шорт. Сжимает пальцы страстно, с чувством, приникая собственным членом к чужому бедру, потираясь, выдыхая горячим в бледную кожу. Остатки самообладания стремительно улетучиваются, стоит Наруто почувствовать, как Учиха отзывается на его действия и сам толкается в его ладонь. Узумаки молниеносными движениями начинает стягивать с Саске шорты - чужая попытка сопротивления агрессивно подавляется. Пространство вокруг них наполняется тихим шорохом ткани и приглушёнными звуками возни двух борющихся под одеялом парней. В конечном счёте имеющему преимущество в позе Узумаки удаётся взять пальму первенства и он вжимается обнажённым пахом в такой же обнажённый пах парня под ним.              Саске не на шутку заводит вся эта кутерьма. Сопротивляясь, он неосознанно только распаляет и себя, и парня рядом. Прикосновение чужого горячего члена о собственную плоть простреливает тело незнакомым доселе наслаждением. В животе туго закручивается возбуждение и стоит Наруто обхватить их обоих одновременно в ладонь, как Саске задыхается и стонет - звук тут же прерывается, поглощённый чужой ладонью, которую спешно прислоняют к его рту. Учиха привычно дёргается, пытаясь содрать кисть со своего лица, но вовремя спохватывается - они в комнате не одни - и оставляет чужую конечность в покое, выдыхая в неё горячо и влажно.              Осознание положения, в котором оказывается, против воли подстёгивает. Принудительное обездвиживание плавит мозг. Саске двигает бёдрами в такт ласкающей снизу руке, стараясь упорно не замечать явившиеся на свет новые грани познания себя.              Того, что происходит, Наруто становится мало. Внутри формируется голодная потребность в чем-то большем. Не находя ей применения, Узумаки снимает ладонь с чужого рта, но руку не убирает - ведёт пальцами по разгорячённым, приоткрытым в рваных выдохах, губам, слегка сминая, уже в следующее мгновение проскальзывая указательным пальцем внутрь, прикасаясь к сводящей с ума обжигающей влажности. Саске позволяет, прикрывает глаза, прерывисто выдыхая и обхватывая его палец губами, прислоняясь к нему языком. Наруто заглушает вырвавшийся наружу стон, воткнувшись лицом в плечо под собой.              Движения бёдер друг об друга ни на миг не прекращаются, под одеялом становится жарко, одежда липнет к взмокшим телам. Вытащив палец изо рта Учихи, Наруто нетерпеливо впивается в его губы поцелуем - проникает языком как можно глубже. Но тут сознание ловит некоторое беспокойство, которое не сразу, но обретает смысл - они создают слишком много шума, целуясь. Нехотя отодвигаясь от сладких губ, Наруто шепчет:              - Сакура-чан может услышать.              - Мне всё равно, - мимоходом на выдохе роняет Учиха и тянется, пытаясь продолжить поцелуй. Наруто отстраняется.              Саске неверяще вперивается взглядом в глаза напротив. Узумаки сейчас серьёзно? Он сам припёрся к нему на футон, а теперь даёт ему от ворот поворот по такой надуманной причине?              - Даже если она проснётся и услышит, она не даст нам об этом знать, - делая паузу. - Ты вообще не умеешь читать людей? Да она сгорела бы со стыда, если бы мы узнали, что она что-то слышала, - раздражённо выпаливает громким шёпотом Саске.              - Это просто не очень вежливо, - с неуверенностью в голосе морщится Наруто.              - Ты затеял это, - произнося и выделяя голосом первое слово, Учиха сам прислоняется влажными губами к чужому рту.              Саске уже давно понял, что с Наруто он может гнуть своё и тот с большей долей вероятности пойдёт у него на поводу. Узумаки простой как пять копеек. И сейчас, ощущая, как светловолосый начинает отвечать, он в очередной раз только убеждается в этом.              Ему действительно глубоко плевать, если кто-то что-то узнает. Это его дело и уж вникать в досужие слухи он точно не собирается. С самого своего детства он слышит перешёптывания за спиной, для него это не что-то новое. Люди и их мнение всегда шли внизу списка значимых для Саске вещей.              Упрямое и злое веселье зажигается в Учихе. Ему хочется раззадорить парня рядом, вывести из равновесия. Доставить дискомфорт. Учиха специально выдыхает шумно, прихватывает чужие губы звонче, проходится языком влажно и хлюпающе. Продавливая границы. Бесцеремонно просовывая туда пальцы - как многое позволит? Как далеко Саске может зайти? Сколько ещё Наруто готов принять его темноты? И где находится у него предел?              Наруто никак не пытается остановить. Только начинает поглаживать под футболкой чужой бок в выгнутом местечке чуть выше тазовой кости. Движение успокаивающее, принимающее, как снисходительно гладят растирающего злые слезы ребёнка. Саске - оголённый нерв. Наруто готов стать изоляционным материалом, не позволяющим импульсам рассеиваться. Делая сильнее. Принимая искрящийся удар на себя.              Узумаки возобновляет движения рукой на их членах, продолжая отвечать чуть успокоившемуся Саске на поцелуй, глуша слабеющий с каждым мгновением голосок совести.              Кончают они почти одновременно. Узумаки ощущает, как поджимаются чужие мышцы на животе, а в его руку впиваются пальцы, прежде чем сперма обильно выстреливает из головки бледного члена - второй рукой Саске зажимает себе рот, но звук все же прорывается наружу приглушённым мычанием. Чужое наслаждение, за которым заворожённо наблюдает, и пульсация прижатого к нему оргазмирующего органа доводят до грани и его самого - Наруто изливается, прикусывая губу, изрядно пачкая живот парня под ним.              Оба пытаются восстановить сбившееся дыхание. Узумаки проводит ещё несколько раз пальцами по их спадающей эрекции, выдаивая остатки влаги, и обессиленно опускается рядом, ухая головой в подушку. Только сейчас он ощущает, как затекла рука, на которую все время опирался, нависая над Саске.              Полежав некоторое время, светловолосый начинает натягивать пижамные штаны, замечая, как парень рядом шевелится и следует его примеру. Приподнявшись на руках и оглядев чужую вымазанную одежду, бликующую влажными вкраплениями в слабом свете луны, чуть приподнимает брови:              - Ты уж как-нибудь сам, - выдаёт, ловя мерцающий недовольством взгляд напротив. Опускается стремительным движением, чмокает чужие губы и спешно выпутывается из душного одеяла, оставляя Учиху самого разбираться с приличным количеством их общего семени, размазанным по его животу.       

***

      Какая ирония, в итоге Учиха сам создаёт проблему.              Обессиленно рухнув на четвереньки на вершине одной из статуй в Долине Завершения, он, нависая над лицом потерявшего сознание друга, глядя в знакомые до мельчайших деталей черты, понимает, что все его планы летят к чертям.              Кажется тогда, когда он делил с Наруто первый поцелуй, он жёстко просчитался, приняв Узумаки за беспроблемный вариант.              Оставляя друга лежать на холодной, пропитанной влагой земле, Саске знал, что найдёт другой способ получить Мангекьё.