Do you feel this pain too?

Глаза с трудом открываются под тяжестью ресниц, зрение пытается сфокусироваться на чем-то, но...видно лишь темноту. Руки поднимаются перед лицом, выше не выходит. Сону чувствует, как их что-то сдерживает. Он опускает голову и видит на запястьях железные оковы. В груди просыпается чувство страха, к горлу подступает ком, дыхание учащается. Ким машинально дёргает руками, стараясь выбраться, буд-то это действительно произойдёт, но все мы знаем, что от таких движений толку нет. Неожиданно, тонкие струйки алой вязкой жидкости растекаются по запястьям. Под оковами появились царапины, они резко начинают щипать и жечь, сильно кровоточить. Паника нарастает, охватывает всё тело, юноша сильно трясётся, не зная, как прекратить эти ужасы. Боль чувствуется очень остро. Ким хотел повернуть голову, как вдруг почувствовал тяготение вокруг шеи. Железный ошейник начинает стремительно сжимать горло, как только парень осознает, что это именно он. Дополнительная проблема буквально душит, пока страх и тревожность не дают успокоиться, заставляют судорожно вдыхать кислород, кончающийся с каждой секундой. Последний глоток воздуха . . . Сону подрывается с кровати в холодном поту, стараясь отдышаться. Его испуганный взгляд устремлён в пустоту, руки дрожат, а в горле пересохло. Черепная коробка трещит от тонкой боли, просачивающейся сквозь уши. Юноша встаёт, собираясь пойти на ватных ногах в гостиную, где лежал Сонхун. Ким на носочках добирается до порога, сразу замечая брюнета, мирно спящего на маленьком диване. В голову ударили плохие мысли, из-за чего вина и стыд сразу вырвались на волю. Он понимает, что так продолжаться не может, хоть это только начало. Находиться в чужом доме не хотелось. С другой стороны, Ким не появлялся в своей квартире уже сутки и, наверняка, когда она заявится, родители будут совсем не в восторге. Их реакцию вполне можно предугадать, но впускать такие страшные фантазии в разум не хотелось, по этому парниша машет головой в разные стороны, желая выбить оттуда всё, что мешало ему жить. К большому сожалению, получалось не до конца. Так что сейчас, Сону максимально тихо поворачивает защёлку входной двери, позже закрывая её за собой, убегает из дома. Холодный ветер обдувает лицо, колко врезаясь в пока ещё тёплую кожу. Волосы улетают назад, освобождая израненный лоб. Ноги несут вперёд со всей силы, благо, Сону понимает куда он бежит и что будет делать. Конечно, если план не провалится. В ушах что-то громко звенит, брюнет ворочается из стороны в сторону, стараясь удобнее улечься, ожидая что звук прекратиться, но он не утихает. Брови сводит к переносице, всё же вставая с дивана и усаживаясь, нервы сдали. Мало того, что у Пака болела голова, его собственное тело не даёт ему отдохнуть, выспаться. Потирая глаза, он начинает оглядывать комнату освещённую в тусклом свете лампы, как вдруг замечает куртку Кима у двери. А он уже и забыл, что кто-то есть в доме.. Парень встаёт с дивана, медленно направляясь в свою комнату, где должен лежать младший. Тянется рукой к двери, беззвучно толкая её. Обзор на спальню нерасторопно открывается и...в кровати пусто. Сонхун хмурится, не понимая, куда пропал Сону, сразу срываясь с места, начинает бегать по всему дому, искать даже в самых обычных местах: ванная, чердак, кухня, шкаф, стол. Нигде нет. Но верхняя одежда висит на вешалке у входа, куда он мог пропасть? В голову Пака моментально приходит осознание. Ким сбежал. Волнение тут же врезается в нижнюю часть тела, мигом взбираясь наверх, поселяясь в груди Сонхуна, стимулируя бешеное сердцебиение, от которого всё тело начинало трясти, словно в землетрясение. Губы сжимаются в тонкой полоске, Пак взглатывает слюну, быстро хватая свою и чужую куртку, убегает с порога дома. Хун бежит по дороге, вдыхая ледяной воздух, пока где-то внутри в нём бушует огромный чёрный ком разных эмоций, от которых тот был готов взорваться, потому что **такого** он не чувствовал уже очень и очень давно. С языка срывается имя блондина в очень громком эхо, оно расплывается в ночной тишине без обратного отклика. Брюнет бежит по мосту, всё выкрикивает одно и тоже, но вдруг тормозит. Под мостом слышны громкие всхлипы и крики от боли, которые Сонхун узнаёт. Пак срывается с места, спускаясь вниз, сразу всматривается в знакомый затылок. Ким сидел на коленях, прикасаясь ими к морозному песку, в одной своей серой толстовке. Его плечи подрагивают от недостатка тепла и истерики, но главная причина таких движения совсем иная. Сонхун подходит к тому ближе, раскинув куртку шире, желая одеть, спрятать от холода. — Сону.. почему ты сбежал? Я же говорил, можешь оставаться у... – слова сами заканчиваются, как только Пак замечает то, что совсем не готов был увидеть. Ладонь Сону сжимала большой осколок стекла, пока левая рука обильно истекала чёрной кровью под светом луны. На секунду Сонхун замер, усваивая увиденное, но постепенно осознавая ужас всей ситуации, он падает на колени ближе к младшему, стараясь перевязать глубокую рану всем, чем только можно. Единственное, что срывается с чужих губ, это вопрос дрожащим голосом. — Ты тоже чувствуешь эту боль? Тело ужасно трясёт, вещи выпадают из рук. Под рёбрами бешено колотится сердце, невероятно быстро. Создаётся ощущение, что оно буквально через пару минут лопнет, только вот, старший не допустит этого. Хун кое-как завязывает некий бинт на руке Кима, достаёт из кармана телефон, набирая скользкими кровавыми пальцами номер скорой, в то время как веки Сону тяжелеют и он падает назад, теряя сознание. Последнее, что слышат уши светловолосого, это приглушённую сирену скорой помощи.