“Gilded Hate” — «Позолоченная ненависть»

***

Пентхаус Джея. Вечер. Хисын и Сонхун только вошли, едва скинули пальто, как услышали голос Джея из гостиной: — Заходите! Бар открыт, моё терпение — нет! Сонхун хихикнул. — А мы вообще приглашены? — Уже да, — отозвался Джей. — Заходите, пока я не передумал. Они с Хисыном прошли внутрь, и тут в дверь позвонили. — Джейк? — предположил Джей и, приосанившись, пошёл открывать. Но… — Прииииивет, Джей! — в квартиру ворвалась Юна, как солнечный ураган в стиле Барби. Сонхун едва не выронил бокал. Хисын замер, как сфинкс. А Джей… Джей побледнел. — О боже… — прошипел он. — Почему ты тут? Юна уже обняла его за шею: — Я была рядом! Твоя мама сказала, что ты дома. А я так скучала. И у тебя тут так красиво! Ты ещё такой холостой… Она говорила без остановки. Двигалась по комнате, как торнадо, цепляясь за Джея каждые три секунды. Он посмотрел на Хисына с глазами «спаси меня». Хисын отвёл взгляд. Сонхун глотнул вино. Они оба дружно сделали вид, что их это не касается. Джей тихо прошипел: — Предатели. И тут в дверь снова позвонили. Джейк вошёл бесшумно, почти как тень. Его не заметили. Кроме Джея. Джей, будто увидел спасательный круг, махнул рукой, будто сигналил: “Спаси. Меня.” Джейк сдвинул бровь, нахмурился, а потом изобразил, как потирает пальцами — мол, «плати». Джей закатил глаза и… сдался. Закрыв глаза, он едва слышно сказал: — Ладно. Тогда Джейк громко, нарочито сказал: — ЭЙ! А кто эта девка? Юна повернулась: — Девка? — Джей, ты мне что-то не говорил? — добавил Джейк, подходя и обнимая Джея за плечо. — Это твоя знакомая? Джей, быстро подыгрывая: — А, это просто… Юна. А это — мой парень. Юна заморгала: — Что? Джейк, не дрогнув: — Да, я его парень. А ты кто такая? И ещё — убери руки от МОЕГО парня. Юна отпрыгнула, как будто её ударили током. — Ты гей? Джей, ты… ты… — Уже давно, дорогуша, — сказал Джей и прижал Джейка ближе. — Иди, найди кого-то, кто тебе действительно рад. Юна с возмущением выбежала из пентхауса, хлопнув дверью. Тишина. А потом — громкий смех. Хисын с трудом дышал от смеха, уткнувшись в плечо Сонхуна. Сонхун, не менее весело: — Мы только что посмотрели мини-дораму. Отличный каст. Великолепная актёрская игра. Джей вытер лоб: — Ну уж точно не хуже, чем у вас с Сонхуном. Вы там тоже не просто друзья, я прав? Хисын, не меняясь в лице: — Мы готовим свадьбу, Джей. Джей поперхнулся: — …ЧТО?

⸻ Хисын всё ещё сидел, опершись локтем о подлокотник, с непроницаемым лицом. Джей только что отпил глоток шампанского — и едва не захлебнулся, когда услышал фразу. — Мы готовим свадьбу, Джей. Он вытер губы, моргая: — Подождите… что?! Сонхун, с самым беззаботным видом, поднял бокал: — Эй, не делай вид, как будто не знаешь. — Я думал, это будет какая-то пиар-игра! — всплеснул руками Джей. — Типа… “мы встречаемся”, “всё сложно”, потом “мы уважаем друг друга, но решили расстаться”. Так делают нормальные люди! Хисын потянулся к винограду и лениво бросил: — Неа. Мы, к сожалению… женимся. — К сожалению? — передразнил Джей. — ТЫ сказал “играем по-крупному”, я не думал, что это дословно! Сонхун пожал плечами: — Никто не думал, что моя мама начнёт терять контракты, пока ты, между прочим, пил мартини в бассейне. — Эй! Я там страдал! — возмутился Джей. — Джейк заставил меня гладить свою рубашку. — О боже, это и правда трагедия, — хмыкнул Хисын, вставая с дивана. — Я только что подписал документы, где нас называют «семейной единицей». Хочешь, я покажу тебе кольца? Джей в панике обернулся к Сонхуну: — Ты серьёзно? Сонхун смотрел куда-то в пол, но уголки губ дрогнули: — Ага. У нас даже съёмка на обложку. Ждём, когда Vogue подтвердит стилиста. — А вы вообще… — Джей запнулся, глядя то на одного, то на другого. — Вы что-то… чувствуете друг к другу? Или вы просто… красиво лжёте? Тишина. Сонхун перевёл взгляд на Хисына. Хисын снова поднял бокал: — Мы просто… хорошо играем. Правда, жених? Сонхун не ответил. Только посмотрел на него. Долго. Сонхун всё-таки не сдержался — усмехнулся. — Ещё раз так назовёшь — я тебя убью, — бросил он в сторону Джея, подняв бровь, но с ухмылкой. — Ладно-ладно, жених года, — Джей развёл руками. — Я вообще-то в шоке, а вы тут свадьбы планируете, будто это школьный фестиваль. Хисын уселся на край дивана, покачивая бокалом: — Через четыре дня у нас съёмка для обложки. Фото по темам: «новые лица Корейской элиты», «модный союз» и… по дем — подчеркнул он с явным сарказмом. — По-дем?! — выдохнул Джейк, наконец-то встав в полный рост. — Бля, как вас не убил твой отец, а, Сонхун? А ты, Хисын — дедушка что, просто хлопает вам с балкона?! — Он на диализе. Слишком занят, чтобы хлопать, — спокойно сказал Хисын. — И не убил потому что деньги, — добавил Сонхун. — У нас с Хисыном такой себе финансовый иммунитет. Пока рейтинги растут — мы бессмертны. — Бессмертны? — Джей рассмеялся, но в голосе уже звучало непонимание. — Вы что… вы правда идёте до конца? Хисын посмотрел на него холодно: — Уже идём. Джейк перевёл взгляд с одного на другого. Он знал Хисына с университетских времён, знал его как жёсткого, рационального, почти нечувствительного игрока. Но сейчас — он видел, как Хисын смотрит на Сонхуна. Не просто как партнёра по “сделке”. Глубже. — …Ты его любишь? — неожиданно спросил Джейк. Сонхун открыл рот, чтобы сказать «что за чушь», но не сказал. Хисын встал. Подошёл к столику, налил себе ещё вина. — У нас пресс-конференция послезавтра, — сказал он, словно не услышал вопрос. — Ты придёшь, Джей? — Конечно. Я же подружка невесты, — буркнул Джей, вцепившись в бокал. Сонхун усмехнулся. Хисын не обернулся Хисын стоял у барной стойки и лениво наливал себе бокал красного. — Ну и цирк вы с Джейком устроили, — заметил Сонхун, развалившись на диване. — Я аж начал сомневаться, кто из вас актёр — ты или он. — Это называется импровизация, дорогой, — Хисын налил и ему. — Учись, пригодится на свадьбе. — Ты в курсе, что настоящие пары сначала встречаются, а потом женятся? — В Корее сначала фейк, потом свадьба, потом кризис тридцати, развод и сплит имущества. Мы просто сэкономили пару лет. Сонхун скосил на него взгляд: — Романтик ты, конечно, адский. Хисын уселся рядом, протянул бокал. — А ты думал, я предложу тебе вечную любовь и пикник под сакурами? — Я думал, ты хотя бы будешь носить кольцо, — проворчал Сонхун. — А не прятать его, как будто я заразный. — Я не прячу. Я просто не люблю аксессуары. Ты сам — как ходячее украшение. Хватит на двоих. — Это попытка сделать мне комплимент? — Это была попытка закрыть тебе рот. Сонхун усмехнулся, отпивая вино: — Не получится. Слишком красив, чтобы молчать. — Вот почему я должен пить, — Хисын залпом допил бокал. — Чтобы не броситься с балкона от твоего эго. — Тогда держись покрепче. Через четыре дня мы делаем обложку как «самая красивая пара года». — Только если ты будешь молчать и улыбаться. Всё остальное я сделаю сам. — А если я начну говорить? — Тогда свадьба отменяется, и ты останешься один, только с зеркалом. Сонхун рассмеялся. — Зато зеркало меня любит. Хисын качнул бокалом, глядя на него: — Мда… и это мой жених. Мир сошёл с ума.