Бегущий в лабиринте: Панацея

Раздался оглушительный грохот металла — словно молот гигантской кузницы обрушился на землю. Пол содрогнулся, словно готов был уйти из-под ног, и девушка, потеряв равновесие, рухнула на жесткие плиты. Толчок швырнул тело вперед, руки беспомощно хватались за воздух, но находилилишь пустоту. Она, будто раненое животное, пыталась подняться, но ноги предательски дрожали. Холод пронизывал до костей, но лоб покрылся каплями пота, смешанными с липкой грязью пола. Поднявшись наконец, она оперлась спиной о холодную, покрытую ржавчиной металлическую стену. Несколько мгновений провела в неподвижности, ощущая, как дыхание сбивается, и сердце бешено колотится в груди. Затем, медленно сползая вдоль стены, она добралась до угла кабины. Там, согнувшись, прижала колени к груди, крепко обхватив их руками, и закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Мир вокруг начал терять четкость, но сознание ещё цеплялось за реальность. Кабина затряслась вновь, и тут же раздался знакомый гул старых механизмов. Подъемник, точно древний механизм шахтёров, задрожал, будто пробуждаясь после долгого сна. Скрип цепей и лязганье шестерёнок заполнили пространство, словно голоса давно забытых духов, пробужденных от векового покоя. Эхо звучало, разносилось по тесному пространству, проникая в каждый уголок сознания девушки. Медленно, с бесконечной ленцой, кабина поползла вверх, покачиваясь, словно лодка на неспокойном море. Тошнота подступила к горлу, заставляя сжать зубы. Запах горелого масла проник в ноздри, вызывая приступ головокружения. Слёзы, которые никак не могли пролиться, застряли где-то внутри, оставляя ощущение горького одиночества. Всё, что оставалось делать, — это ждать, прикрыв глаза и слушая мерное движение старого механизма. Мысли стали путаться, как нитки старой пряжи. Мозг пытался ухватиться за какие-то обрывки воспоминаний, но память отказывалась подчиняться. Сознание захлестнуло морем образов и фактов, которые казались чужими, словно вырванными из чужой жизни. Образы людей мелькали перед глазами, но лица оставались размытыми, словно нарисованные акварелью на мокрой бумаге. Она тщетно пыталась вспомнить хотя бы одно имя, но мозг упорно молчал. Покачивание кабины становилось всё менее заметным, превращаясь в привычный фон. Время утратило смысл: секунды растягивались в минуты, минуты — в часы, а каждый миг казался вечностью. Страх, некогда терзающий душу, отступил, уступив место странному любопытству. Что же ждало её там, наверху? Внезапно кабина остановилась, словно натолкнувшись на невидимую преграду. Наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь редкими вздохами механизмов. Однако эта пауза оказалась обманчивой. Кабина снова пришла в движение, но на этот раз с такой силой, что девушку буквально подбросило вверх. Прежде чем она успела осознать происходящее, её голова врезалась в жёсткую поверхность стены, и мир вокруг погрузился в густую тьму.

***

Голова снова наполнилась гулом, когда она открыла глаза. Яркий солнечный свет ослепил, и чувство полного замешательства охватило её. Голоса раздавались вокруг, одни были незнакомыми, другие смутно узнаваемыми, как будто услышанные в далеком прошлом. Эти звуки вторгались в её разум, создавая хаос и тревогу.   — Погляди-ка на этого шанка.   — Как думаешь, сколько ей лет?   — Выглядит как кланк, только в майке.   — Сам ты кланк, балда стебанутая!   — Она без сознания, зовите Клинта.   Девушка напрягла мышцы шеи, подняв голову навстречу солнцу, и попыталась опереться ладонями о землю, чтобы приподняться. Сначала перед её глазами плавали лишь неясные тени, но вскоре контуры начали обретать чёткость, формируя силуэты людей. Сердце билось быстрее, но страх начал отступать, когда она поняла, что перед ней всего лишь ребята, такие же, как она сама. Толпа подростков сгрудилась вокруг, толкаясь и стремясь рассмотреть новичка получше.  Зрение постепенно адаптировалось, и лица обрели чёткость. Это были мальчишки разных возрастов, совсем юные и чуть постарше. Она моргнула несколько раз, боясь потерять фокус, и попробовала встать. Рука какого-то парня внезапно появилась рядом, предлагая помощь. Девушка инстинктивно отстранилась. Парень говорил что-то, но она не могла разобрать ни единого слова. В голове нарастал шум, усиливающийся с каждым мгновением, пока, наконец, не превратился в настоящий грохот. Паника захватывала горло, и крик рвался наружу, но воздуха не хватало. Молодой человек пытался удержать её, но она вскочила на ноги и, потеряв контроль над собой, ударила парня по лицу и бросилась бежать. Куда — она не знала, но ноги несли её вперёд, прочь от этой толпы. За спиной послышались возгласы, но она продолжала мчаться, не обращая внимания на окружающую действительность. Впереди показались огромные ворота, похожие на выход, и она направилась туда, как магнитом притянутая возможностью свободы. Однако неожиданно чья-то фигура возникла перед ней, и мощная сила сбила её с ног. Боль пронзила тело, когда она ударилась о землю. Подняв голову, она увидела нового противника — парня, смотревшего на неё с выражением страха и удивления одновременно. Непонятно, чего он хотел, но её инстинкты взяли верх, и она начала защищаться, пытаясь оттолкнуть его ударами ног. Парень попытался схватить её конечности, чтобы прекратить сопротивление, но это лишь усилило её ярость. Наконец, собрав остатки сил, она нанесла сильный удар, и парень отшатнулся. Девушке удалось подняться на дрожащие руки, но парень мгновенно оказался рядом, прижимая её к земле. Его сильные ладони удерживали её руки, лишая возможности нанести новый удар.   — Эй, успокойся! — прошептал он, глядя ей прямо в глаза. — Всё хорошо, никто тебя не обидит. Обещаю.   Его взгляд был спокойным и уверенным, и, несмотря на напряжённость ситуации, она почувствовала, что в его словах была правда. Когда он отпустил её, она осталась сидеть на земле, не сводя с него глаз. Её мысли метались между страхом, любопытством и отчаянием. Внутри царила полная неразбериха, но сильнее всего ощущалось чувство потери — словно вся её прежняя жизнь исчезла, оставив лишь пустоту и неизвестность.   — Меня зовут Томас, — произнёс парень, протягивая руку. — Мы все здесь оказались так же, как и ты. Пойдём, я покажу тебе всё.   Девушка колебалась, но, наконец, решилась принять его предложение. Вместе они встали и пошли обратно к остальным. По пути она внимательно изучала своё новое окружение. Огромная площадь, сравнимая размерами с несколькими футбольными полями, была окружена высокими каменными стенами, поросшими плющом. Ворота в стенах вели в таинственные коридоры, манящие своей неизвестностью.   — А вот и новенькая, — раздался скрипучий голос. — Расходитесь, нечего тут глазеть!   Девушка заметила, что ребята начали подходить к какому-то темнокожему парню, видимо главарю группы. Он изучал её с интересом, а вокруг раздавались шутливые реплики и непонятные термины, которые она не могла понять. Словно весь мир заговорил на чуждом языке, и она осталась одна среди тех, кого считала своими сверстниками.   — Ну что, кто возьмет на себя роль куратора? — прозвучал вопрос из толпы.   — Я бы не отказался, — откликнулся кто-то другой.   — Только попробуй, шанк, и станешь слопером! — последовал очередной взрыв смеха.   Эта ситуация ещё больше запутала девушку. Кураторы, шанки, слоперы — эти слова сыпались, как град, но никакогосмысла она в них не находила. Видимо, вместе с памятью исчезли и знания, необходимые для понимания происходящего. Осталось лишь чувство потерянности и неуверенности в завтрашнем дне. Вновь обратив взор на пленивших её людей, девушка ощутила смесь тревоги и непреодолимого желания задать тысячи вопросов. Но едва она собралась с мыслями, как лидер группы, парень лет восемнадцати, уверенно шагнул вперёд. Его облик был обыденным: чёрная футболка, джинсы и кроссовки, на руке — электронные часы. Темнокожее лицо с короткой стрижкой и гладко выбритым подбородком казалось строгим, но в нём не чувствовалось угрозы.   — Добро пожаловать в Глейд, — произнёс он низким, уверенным голосом. — Знаю, что у тебя куча вопросов, но сейчас у меня полно дел. Постарайся ничего не ломать... и никого тоже. Я — Алби.   Темнокожий парень протянул руку, ожидая рукопожатия. Но девушка, словно в трансе, обернулась к Томасу, словно ища поддержки.   — Расскажи мне всё, — потребовала она, вглядываясь в его лицо. — Что это за место? — Вопрос сорвался с губ сам собой, страх трудно было скрывать. Алби, уловив её волнение, подошёл ближе и осторожно коснулся её плеча, пытаясь успокоить.   Толпа юных обитателей Глейда, сгрудившаяся вокруг, стала плотнее, все хотели лучше разглядеть происходящее. Каждый стремился вытянуть шею, заглянуть в глаза новенькой.   — Это место мы называем Глейдом, — начал Алби, задумчиво проводя рукой по коротким волосам. — Зачем мы здесь — понятия не имею. Нас сюда отправляют. Сегодня ты, месяц назад — Томас, а три года назад — я. — Его голос дрогнул, и он тяжело вздохнул. — Объяснять всё сразу сложно, понимаешь? Ты здесь первая девчонка. Но, несмотря на это, тебе придётся постараться... выживать. Или не быть убитой. Называй как угодно.   Алби замолчал, и в тишине стало отчётливо слышно, как учащается её дыхание. Кровь отхлынула от лица, оставляя его бледным, словно фарфор. Белокурый парень, тот самый, которого она увидела первым, выступил из толпы и, приблизившись к Алби, дружески шлёпнул его по затылку.   — Ты что, не знаешь, как общаться с дамами? — произнёс он с лёгкой хрипотцой и странным акцентом. — Разве не видишь, как она напугана? Впервые такое слышит. — Он взглянул на девушку и дружелюбно улыбнулся.   — Прости, забылся, — буркнул Алби. — Это Ньют, тот самый, кому ты прилично врезала.   — Ой, прости, — тихо промолвила она, голос дрожал от напряжения. Горло пересохло, и слова еле выговаривались. — Я испугалась...   — Забудь, — отмахнулся Ньют, делая широкий жест рукой. — Удар был классный.   Раздавшиеся в ответ редкие смешки разрядили напряжение. Ньют был чуть выше Алби, но выглядел младше — лет на шестнадцать-семнадцать. Светлая копна волос, слегка волнистых, падала на загорелую кожу, а тёмно-карие глаза блестели в лучах солнца.   — Короче говоря, вечер уже наступает, и у меня совсем нет времени водить тебя по экскурсиям, — продолжил Алби. — Но ладно, передам тебя в надёжные руки Ньюта.   Толпа моментально оживилась: каждый стремился стать гидом для новенькой. Возгласы и предложения посыпались, как дождь, но Алби быстро пресёк этот поток энтузиазма одним властным жестом.   — Тихо, вам всем, шанки! — отрезал он. — Никому из вас я её не доверю. Пусть Нью...   Но девушка, перебивая, решительно сказала:   — Томас... — Алби замер, переводя взгляд сначала на неё, потом на своего товарища. — Пусть Томас мне всё покажет.   — Хорошо, — согласился Алби, хлопнув в ладоши. — Через пару недель ты освоишься. Начнешь жить здесь, помогать нам. Каждый проходил через это, ты не исключение. Новая жизнь начнётся завтра.   Завершив речь, Алби развернулся и направился к покосившейся деревянной постройке в дальнем углу площади. Толпа постепенно рассеялась, оставляя девушку наедине с её новым спутником. Она скрестила руки на груди, пытаясь справиться с нахлынувшим чувством пустоты и растерянности. Где она? Что это за место? Можно ли доверять этим людям? Слёзы готовы были брызнуть из глаз, но она сумела сдержаться. Глубокий вдох помог немного прийти в себя, и она посмотрела на Томаса.   — Ну что? Экскурсия? — предложил он, дружелюбно улыбаясь.   Томас похлопал её по плечу, приглашая следовать за ним. И, несмотря на все сомнения, девушка почувствовала, что рядом с ним становилось чуточку легче.