Когда не случается чудо

      — Не знаю почему, но у меня плохое предчувствие.              Хлоя на это ничего не ответила. Она продолжила завязывать пёстрый платок на шее.              Стояло раннее воскресное утро и Буржуа, вместо того, чтобы валяться в постели, готовилась к неожиданной подработке. Стоило ей вечером подумать, что было бы неплохо найти дополнительный источник заработка, как нечто извне услышало её просьбу и подбросило халтуру. Не пришлось даже напрягаться! Только Сабрина тревожным призраком стояла за плечом, сверля затылок обеспокоенным взглядом.              — Зачем месье Марселю нечто подобное? И ещё в такую рань?              — Не вижу ничего плохого в хорошо оформленном портфолио. — Хлоя придирчиво посмотрела на своё отражение. Чёрное классическое платье, подарок Маринетт, прекрасно демонстрировало фигуру, подчёркивая силуэт, но не создавая пошлости. Жёлтый кардиган, последний маяк прошлой жизни, скрывал худые плечи и добавлял силуэту некой благородной строгости. Пусть был и выходной день, но Хлоя не хотела терять лица. — Уверена, что его старые снимки просто ужасны.              — Портфолио юриста делают выигранные дела и отзывы клиентов, а не фотографии. — Сабрина тяжело облокотилась о стену и прикрыла глаза. — Если ему так нужна съёмка, он мог подойти к тебе завтра и запросить её в рабочее время.              Подругу точно не смущало, что Хлоя устроилась маркетологом, а не личным фотографом. Буржуа пожала плечами и нацепила на уши серьги, имитирующие жемчуг и опять посмотрела в зеркало. Без прошлого ухода волосы стали выглядеть суше, но Хлоя утешала себя мыслью, что это до следующей зарплаты.              — Может, он хочет сделать это в обход компании? — Предположила Буржуа. В комплект к серёжкам шёл простенький кулон с такой же поддельной жемчужиной. — Не удивлюсь, если кроме фотографий он попросит сделать ему баннер и придумать стратегию развития в социальных сетях.              — Тогда его уволят. И тебя, между прочим, тоже.              — А может дело в другом, — беспечно отозвалась Буржуа, чмокнув бледно-розовыми губами. — В любом случае, я буду дурой, если откажусь от такой возможности. Ну, как тебе?              — Как офисная сирена.              Идеально. Хлоя в очередной раз посмотрела на своё отражение, а после запрыгнула в узкие туфли и послала подруге воздушный поцелуй.              День выдался солнечным и ветреным. Пришлось нацепить очки на нос, чтобы не ослепнуть от вездесущего света. Электронный календарь на витрине одного магазина показывал двадцатое июля, но в душе Хлои стоял свежий, тёплый август. Буржуа поспешила нырнуть во дворы. Она никогда не была на обозначенной локации вживую, поэтому по пути пришлось поспрашивать прохожих.              Наконец, высотки и исторические памятники остались позади, уступая место непримечательной части столицы. Островки безликих, приземистых домов хаотично теснились в тени более впечатляющих зданий. Совершенно нетуристическая изнанка города поразила Хлою своей унылостью и однотипностью. Если бы не силуэт Эйфелевой башни где-то в стороне, потенциальный турист мог бы и не поверить, что он всё ещё находится в Париже.              Хлое пришлось постараться, чтобы найти вывеску забегаловки, где была назначена встреча. Над головой тихо звякнул колокольчик, а в глаза сразу же бросилась напольная плитка и нарочито яркий дизайн, очевидная копирка с американских забегаловок 80-х. Официантки, молодые девушки в форменных платьях пастельно-голубого цвета, проворно ходили из стороны в сторону, разнося заказы. Удивительно, но роликов они не носили.              Внутри оказалось необычайно оживлённо для утра. Воздух забегаловки уже был пропитан запахом яичницы, бекона и сосисок какого-то непонятного происхождения. Хлоя мужественно приказала желудку заткнуться, после чего принялась искать заказчика.              — Эй, мадемуазель Буржуа, я здесь!              Так Хлоя поняла, что предчувствие у Сабрины было верным, ведь на красном диванчике сидел месье Эрик и активно махал рукой, привлекая внимание. Это точно не было ошибкой или оплошностью. Хлоя могла посмотреть по сторонам и сделать вид, что она ничего не слышала, чтобы после с чистой совестью уйти прочь.              — Мадемуазель Буржуа!              Кое-кто принялся на неё смотреть. Проглотив недовольство, Хлоя быстро и решительно прошла вперёд.              — Месье Эрик, а где месье Жан? Мы сегодня договаривались о встрече.              — Месье Жан? — Перед Эриком уже стоял высокий бокал с пенной шапкой и кокетливой вишенкой на самом пике. Настоящая калорийная бомба! — Ммм, так он тебе не написал ещё? Жан не придёт. Возникли некоторые сложности.              Сложностей не было. На это Хлоя была готова поставить свою зарплату. Был план. Месье Эрик широко улыбнулся и похлопал рукой по сиденью, приглашая Буржуа присесть. Хлоя продолжила стоять, сверля коллегу взглядом. В этот момент незатейливая мелодия из колонок сменилась энергичной песней про измену и кровавую месть.              — Не хмурься, мадемуазель! — Эрик покачал головой. — Лучше позволь тебя угостить! Здесь, в «Черри», подают просто прекрасные молочные коктейли!              Хлоя молчала.              — Кстати, прекрасно выглядишь, — Эрик подмигнул. — Как раз для свидания.              Чисто деловое платье в момент съежилось до состояния второй кожи, а неизменный пиджак, что-то вроде рыцарской брони, с невиданной мощью потянул Хлою прямиком к земле. На спине проступил противный, предательский пот. Когда-то Буржуа слышала и более неприятные вещи, но улыбка Эрика точно делала всё в сотню раз хуже.              — Мне надо идти…              Неожиданно коллега схватил её за руку. Тощие пальцы с удивительной силой обвили тонкое запястье. Хлоя зашипела, а Эрик рывком потянул Буржуа к креслу.              — Закричишь, и будут проблемы.              Где-то в параллельной вселенной Хлоя Буржуа сжала другую руку в кулак и с размаху впечатала её в лицо Эрика, не боясь никаких последствий. Но в этой вселенной у Хлои не было защитников, которые могли бы прикрыть её работодателем, обществом или хотя бы перед полицейскими.              Пришлось сесть.              — Не строй таких рож. — Эрик притянул ламинированное меню. — Сегодня мы отлично проведём время. Кроме того, я тебя накормлю. На, выбирай.              Когда-то давно у Хлои был хомяк и корм для него стоил намного больше, чем любое блюдо отсюда. Жирное, масленое и калорийное. Буржуа подумала о Маринетт, которая, наверняка, прямо сейчас сидела у окна с тестовой едой и ждала, когда Хлоя придёт, чтобы вынести свой вердикт касательно пищи.              И ещё это «на», будто он имел дело с собакой, а не живым человеком. На мгновение Хлоя понадеялась, что под столом сидят остальные коллеги и всё произошедшее — это огромное неудачное вступление к какой-нибудь вечеринке для сближения, как в дурацких ситкомах с детских каналов.              Буржуа дёрнула ногами, но под столом её ждала пустота.              — Чай.              Эрик неодобрительно сощурился.              — И только? Я, знаешь ли, зарабатываю больше тебя.              Эти слова пронзили не хуже ножа. Хлоя бестолково уставилась вперёд, мысленно прокручивая отработанные в офисе дни. Быть того не может. Из губ вылетел нервный смешок.              — Разве? — И тут она поняла, что именно скрывалось за чужими словами. Поздно было откатывать всё назад. Хлоя примерила маску дурочки. — Мне казалось, что мы получаем одинаково.              Эрик хохотнул и с жалостью посмотрел на Буржуа. Улыбка на его длинных, тонких губах вызвала острый зуд в районе кулаков. Одна из тощих рук бесцеремонно упала на плечо Буржуа, точно Хлоя была хорошей приятельницей или подругой.              — Хлоя-Хлоя, малышка, ты совсем не понимаешь, как устроен мир! — Сказал Эрик с тем же сочувствием. — Из всего отдела ты получаешь меньше всех. И знаешь, это ужасно, прямо жутко несправедливо по отношению к тебе!              Он даже не пытался звучать естественно. Каждое слово сочилось чем-то средним между жалостью и откровенным превосходством. Какое-то время Хлоя смотрела вперёд, судорожно соображая, как вырваться прочь. К столу юрко подоспела официантка. Эрик сделал заказ за Буржуа, а девица в форменном платье не считала атмосферу правильно. Наверное, она даже не посмотрела на Хлою.              Или я выгляжу достаточно хорошо, чтобы не походить на жертву похищения. От этой мысли на губах заиграла невесёлая улыбка. Эрик продолжил говорить и его голос фоновым шумом лёг на звуки в забегаловки. Хлоя не вслушивалась.              — И что ты делаешь?! — Стоило ей полезть к телефону, как Эрик схватил её за плечо. — Мы только начали!              Даже это «мы» звучало противно.              — Я напишу подруге, что задержусь. Мы договаривались сегодня встретиться.              Эрик уставился через плечо. Хлое не нужно было переводить взгляд, чтобы точно знать — он смотрит за ней. Он действительно читает. Короткое сообщение для Маринетт в мгновение ока оказалось стёрто. Рука Эрика ослабла, а официантка принесла чашку с чаем.              — Подруга… — Повторил Эрик, задумчиво уставившись в плакат над стойкой. — Прямо настоящая подруга?              Хлоя кивнула.              — Прямо подруга-подруга? Или… — Он понизил голос. — Подруга?              Хлоя не уловила разницы. Эрик подозрительно сощурился.              — Знаешь ли, у некоторых девушек есть подруги, с которыми они не только дружат.              Это он про неё и Дюпэн-Чэн? Или про неё и Сабрину?              — Слушай, а ты с девушками случаем не целовалась? Прямо никогда-никогда?              От прямоты и бестактности вопроса на лбу проступил пот, а затылок налился жаром. Кожа горела так, будто за шиворот насыпали раскалённых углей. Буржуа едва нашла в себе силы, чтобы отрицательно кивнуть.       — Фьюх! Ну и хорошо! Даже замечательно, что ты не из этих! — Эрик усмехнулся, как-то слишком внимательно рассматривая сливочную шапочку своего коктейля. — Представить себе не могу, как можно целовать девушку, чей язык был во рту… Бррр, мерзость.       До Хлои не сразу дошёл смысл сказанного. Язык? Это он про свой язык? С каждой новой секундой воздух вокруг нехорошо сгущался, не предвещая ничего, кроме неприятностей. Собственное отражение в чашке чая неодобрительно нахмурилась, как бы укоряя Буржуа за бездействие.       — Мой язык… — Начала Хлоя и тут же запнулась. Почему она вообще оправдывается и говорит?! Злость на саму себя выбила румянец на щеках. Острый взгляд упёрся в расслабленный профиль Эрика. — Мы в двадцать первом веке. Каждый человек имеет выбор на отношения с тем, кто ему нравится.              И снова Эрик посмотрел на неё глазами, полными жалости. Круглая голова на тонкой длинной шее качнулась, а губы изогнулись в усмешке.       — Ты ещё молода, поэтому, так и быть, я прощаю тебе эту либеральную чушь. Нет никакого выбора! Есть только природа и её законы; нормальные и психи; приличные люди и извращенцы.       И это говорил парижанин, а не какой-нибудь араб или консервативный сектант. Ногти Хлои беспокойно застучали по кружке, а кружок в телефонном приложении дёрнулся. Число в самом верху становилось всё больше и больше…        Буржуа поклялась себе, что её губы ничего не тронут ничего, что имело бы какое-либо отношение к Эрику. Чай в том числе.       Чужие слова эхом отзывались где-то над головой. Ровно до этого момента Хлоя Буржуа никогда не обращала особенного внимания на окружающие её пары: люди жили как люди, не мешая Хлое своим существованием. Где-то там, за пределами её интереса, конечно, проходили парады и шатались по улицам обладатели тематического мерча. Даже в старой тусовочке крутились люди, предпочитающие особенные романы, но никогда Буржуа не смотрела на них как на извращенцев или ненормальных.       — А если бы я была из «этих», то вы бы ушли прямо сейчас? — Она попыталась задать вопрос как можно более спокойно, но правая рука едва заметно дрожала от гнева, посылая импульсы к чашке.       — Конечно, ушёл бы. — Месье Эрик показательно зачерпнул кусок из сливочной шапочки. — Ушёл бы и превратил твою рабочую жизнь в ад. Кто вообще захотел бы делить кабинет с мусором?       Вот же идиот.       — Но почему? Как мои потенциальные… — Язык запнулся. Хлоя ненадолго задумалась над более деликатной формулировкой. — Как мои потенциальные отношения могут влиять на работу?       Месье Эрик странно вздохнул и осуждающе цокнул языком, пряча маленькие, неприятные Хлое глаза.       — Это просто мерзко. — Подумав, наконец, ответил собеседник. — Мне меньше всего хочется терпеть рядом такого человека. Хотя тебе зачем это знать? Ты ведь нормальная.       Хлоя задумчиво посмотрела на потолок, где медленно крутились огромные лопасти вентилятора. Песня в колонках сменилась на лёгкую бессловесную мелодию в стиле кантри.       — А не боитесь, что ваши слова посчитают неприемлемыми?       Месье Эрик противно хихикнул.       — И что? Я не имею право на своё мнение? Хлоя, крошка, тебе нужно хорошенько повзрослеть, прежде чем ступать в большой и опасный взрослый мир.       Неожиданно его нога под столом прижалась к её. Эрик улыбнулся шире.       — И всё-таки, такое лучше держать при себе или не доверять едва знакомой девушке. Это не этично.       Теперь настроение начало портиться у него. Не без удовольствия Хлоя видела, как вытянутое лицо накрывают тени, а глаза гневно устремляются вниз. Улыбка быстро увяла, а между бёдрами появился зазор.       Диван немного дрожал. Эрик мелко трясся от терзающего его негодования.       — И чего ты вцепилась в эту этику? Нет более интересных тем?! Тебя на свидание приглашает красивый, представительный мужчина, а ты говоришь о всякой чуши! Ты вообще когда-нибудь была на свиданиях?! Или ты — дура, которая насмотрелась тупых феминисток и теперь в каждом мужчине видишь врага? Я — хороший парень, Хлоя и я точно стою того, чтобы получить шанс!       Было трудно найти ответ. Хлоя продолжала смотреть на лопасти вентилятора, после чего зажала боковую кнопку. Телефон в её руках погас и диктофон, так предусмотрительно включённый, закончил запись. Буржуа выждала несколько секунд, после чего поднялась с места и с вызовом посмотрела на Эрика. Тот так ничего и не заметил, поэтому раздражение, мелькнувшее на чужом лице, было связано с чем-то иным.              Хлоя включила аудиозапись с конца и улыбнулась, когда голос Эрика раздался из динамика. Коллега сначала побледнел, а после неопределённо усмехнулся. Он напряжённо думал. Буржуа почти видела шестерёнки, которые активно звенят в чужой голове.       — Нет, ты действительно дура. На что ты рассчитываешь? Пойдешь к моему дяде? Ему плевать, куколка. Он традиционный белый мужик и юрист. Скорее это тебя засудят за незаконную запись разговоров!       — Зачем мне тревожить директора? — Она с лёгкостью нацепила маску невинности, ощутив, как кураж разгоняет в венах кровь. — Я буду действовать проще: залью наш разговор в соцсети и натравлю на тебя радужных защитников. Ах, ещё кто-нибудь, точно не я, укажет под записью твоё имя и фамилию. Вот весело будет, неправда ли? И как обрадуется твоя жена, когда все это услышит. Кстати, Эрик, крошка, ты не против, что я резко перешла на ты?       Платье на теле распрямилось, а привычный пиджак опять стал бронёй. Хлоя поспешила переслать запись на несколько знакомых номеров.       — Кстати, если ты сейчас на меня набросишься, то ничего не поменяется. — Буржуа подмигнула. — Ах, только представь, сколько оскорблённых клиентов может сбросить жалобы! А как жёлтая пресса набросится! Особенно либеральная желтая пресса!       Равнодушие слетело с лица Эрика. Он мрачно уставился на Хлою. Буржуа немного отошла назад и приготовилась кричать, чтобы в случае нападения точно получить свидетелей. Эрик продолжал сидеть на месте. Его пальцы плотно обхватили вазочку с мороженым.       — Когда дядя узнает…       — Он заткнется, ведь ни один адекватный человек не станет связываться с дочерью парижского мэра и владельца «Гранд Пари»! — Она набрала в лёгкие воздух и решительно посмотрела в маленькие глаза. — Но, мы можем миновать эти неприятности, и твой дяденька ничего не узнает, если ты заплатишь мне моральный ущерб, а также больше никогда не посмеешь ко мне лезть.       Хлоя умолчала о том, что отец её бывший мэр Парижа и её молчание распространяется по подписке.       — Сегодня. Наличка. Тысяча евро.       Кровь схлынула с лица Эрика.       — Дрянь! Это треть моей зарплаты!       — И что? Ты всё равно получаешь больше меня, хотя ничего не делаешь. Будет мотивация больше шевелиться. — Буржуа опёрлась бедром о стол. — Оплачивай заказ, снимай деньги и оставь наличку в женском туалете.       — Ты рехнулась, если решила, что я…       — Кстати, я дружу с одной журналисткой. Алья Сезер, слышал? Так вот, она страсть как любит проводить всякие расследования о неравенстве на рабочем месте. Она вообще страстная поборница справедливости. Как думаешь, что она скажет, когда я и та сосланная девчонка расскажут свои истории? Нет, с фирмой ничего не случится, это правда. Но тебя, бесполезный аппендикс, вышвырнут куда подальше. Может, ещё и копнут поглубже, и узнают массу удивительных историй.       Через двадцать минут в сумочке Хлои лежал кошелёк с полутора тысячей евро, а Алья Сезер, журналистка в финансовом издании, получила анонимное письмо с просьбой не совать нос в чужие дела.