Не тронь мою корону…

Школьные коридоры гудели как растревоженный улей. Всего за несколько часов история с «кровавым носом» и «раненой пятой точкой» облетела всю школу, обрастая нелепыми подробностями. К концу дня уже ходили слухи, будто Лия потеряла зуб, а Джисону теперь требуется специальная подушка для сидения. Хан стал главным мучеником. Группа первоклассников с серьезными лицами предложила ему подушку-пончик «для пострадавших зон». Сокомандники хлопали его по плечу с сочувственными «Ну как там, герой?» Даже учитель физкультуры, проходя мимо, многозначительно кашлянул: «На следующем уроке можешь посидеть на скамейке запасных, Хан». Когда Лия появилась следующим утром с розовым пластырем в виде котика на переносице, весь класс замер в ожидании скандала. Но Хван лишь спокойно разложила тетради, будто ничего не произошло. Ее холодное спокойствие было страшнее любой истерики. После уроков, Чонин, бледный как мел, дежурил у ее шкафчика с коробкой дорогих шоколадных конфет. — Э-э… — он нервно потер ладонью плечо. — Может, поменяешь пластырь? Я купил нормальные… Дверца шкафчика с грохотом захлопнулась в сантиметре от его носа. — Мне нравится этот. — прозвучало из-за металлической дверцы. К концу недели история начала забываться. На горизонте замаячили предновогодние контрольные, и у школьников появились более важные темы для обсуждения. Только Джисон по-прежнему вздрагивал, когда кто-то неожиданно подходил к нему сзади. На классном часе Чахве-сэнсэй обвела учеников ледяным взглядом: — Каникулы каникулами, но кто не сдаст работы вовремя — встретит Новый год в школьной библиотеке. В классе раздался коллективный стон. Даже Минхо, обычно равнодушный к учебным делам, и так зная все на отлично, мрачно нахмурился — его ждали важные соревнования. Лия, раздавая расписание консультаций, заметила его озабоченное выражение. — Что, Ли, — ее голос звучал сладко, как глазурь на рождественском печенье. — боишься, что тренер не оценит твои «успехи» в химии? — Лучше бы ты беспокоилась о своем носе, — огрызнулся он, выхватывая листовку. — а то вдруг не успеет зажить к Новому году. Она лишь закатила глаза и пошла дальше, оставив Минхо в странном состоянии. Их привычные перепалки больше не вызывали у него приступов ярости. Наоборот — в этом обмене колкостями появилась какая-то… предсказуемая теплота.

***

Лия медленно закрыла толстую папку с документами, ощущая, как бумага скользит под ее пальцами. Последняя подпись поставлена, последняя галочка в списке дел. Она провела ладонью по воспаленным векам, пытаясь стереть усталость, копившуюся за эти бесконечные дни. Школа перед каникулами превратилась в настоящий ад. Первоклассники, словно стая озорных демонов, устроили хаос в музыкальном классе, свалив все инструменты в одну кучу. Бедная третьеклассница, возглавлявшая музыкальный кружок, рыдала в подсобке, заваленная подготовкой к экзаменам. Пришлось лично отлавливать каждого и доходчиво объяснять где и как, кто проебался. А баскетбольный клуб… Минхо, разрывавшийся между подготовкой к соревнованиям, тренировками и учебой, срывался как каждого кто попадет в поле зрения. А когда забыл сдать отчет и вовсе наорал, сказав, что Лия может с тем же успехом пойти нахуй, с которым приходит к нему напомнить. Хван сжимала кулаки, вспоминая взрыв ярости капитана команды, его слова все еще звенели в ушах, как осколки разбитого стекла. В общем, неделя была дерьмовой. Кабинет директора встретил ее тишиной и запахом старой бумаги. Когда тяжелая папка легла на стол, Лия почувствовала, как с ее плеч сваливается невидимая тяжесть, она наконец могла идти домой. За окном уже сгущались сумерки, снег валил плотной стеной, сокращая видимость до трех метров. — Мам, ты можешь меня забрать? — девочка прижала телефон к уху, кутаясь в шарф. Ответ был предсказуемым: мама на работе, совет одеваться теплее и обещание горячего ужина. Нацепив шапку на самые глаза и подняв воротник до носа, Лия вышла на улицу. Снег хрустел под ботинками, холодный ветер пробирался под одежду. «Завтра же напишу докладную на уборщиков», — злилась она, пробираясь через сугробы. — «Совсем обленились, даже дорожки нормально не чистят!» И тут ее взгляд упал на спортзал. Окна светились ярким желтым светом, резко контрастируя с темнотой школьного двора. — Серьезно? — Хван замерла, изо рта вырвалось облачко пара. — Кому так домой не хочется? Она знала, кто там. Но школа скоро закрывается. И, скрипя зубами, пришлось развернуться в сторону зала, ноги сами понесли ее вперед, оставляя на снегу глубокие следы. Дрожа от холода, Лия прошла через раздевалку и душевые, не обращая внимания на разбросанные полотенца и вещи. Распахнув дверь в зал, она зажмурилась от яркого света люминесцентных ламп. Гул голосов, глухой стук мяча об пол и волна горячего воздуха, пропитанного запахом пота и резины, обрушились на неё, заставив на мгновение замереть на пороге. В зале царила суматоха. Основной состав баскетбольной команды носился по площадке, отрабатывая стратегии, их тени мелькали под щитами, как в замедленной съёмке. Шестеро парней перебрасывались мячом, перекрывая друг друга криками и матерными словами. Хван поморщилась, переведя взгляд на маты в углу, где лежал измождённый Джисон. Он снял футболку и вытирал ею лицо, тяжело дыша, словно выжатый лимон. Несмотря на дружбу с Минхо, Джисон казался ей прикольным — Лия даже почувствовала к нему что-то вроде жалости. «Бедолага, как он вообще выживает рядом с этим тираном?» Резкий крик капитана заставил её вздрогнуть. Обернувшись, она увидела Минхо — он, как и остальные, тренировался без футболки, и это зрелище на секунду выбило её из колеи. Лия знала, что все они спортсмены, но тело Ли выглядело… неприлично идеальным. Капли пота стекали по рельефным мышцам груди, задерживались в ложбинке между кубиками, исчезая под поясом шорт, оставляя мокрые тропинки на кубиках пресса. Она сглотнула, чувствуя, как в животе появляется тепло, и резко отвела взгляд, будто обожглась. Скинув на скамейки рюкзак и верхнюю одежду, она поплелась в угол, заранее достав бутылку воды. Все же Хан ей нравился. — Не знала, что у тебя есть тату. — проговорила Лия, плюхаясь рядом с Джисоном на маты, тыча пальцем в его бок. Парень простонал, переворачиваясь к ней, и лениво махнул рукой. Видя протянутую заветную жидкость, Хан посмотрел на Хван как на бога, тут же отпивая половину. — Я тебе молиться буду, холодненькая… — голос его звучал так, будто он пробежал марафон, что, в принципе, было недалеко от истины. — Набил по пьяни. Лия уже открыла рот, чтобы спросить, но в этот момент раздался резкий свисток — капитан объявил перерыв. Минхо, тяжело дыша, направился в их сторону, вытирая лицо смятой футболкой, которая больше напоминала тряпку. Его взгляд скользнул по Хван, и на секунду на лице показалось недоумение. Футболка через секунду уже была на парне. — Ты что тут делаешь, кстати? — спросил Джисон, прикладывая прохладную бутылку ко лбу. Девушка, закатив глаза, повернулась к Хану и вздохнула. — Закончила с бумагами, собиралась домой, но подумала… кое-кто тут, наверное, уже умирает от жажды. Сарказм так и лился с её языка, заставив щекастого фыркнуть. Ли плюхнулся рядом, вырвал из рук друга бутылку, одним движением раскрутил крышку и осушил её за пару глотков. — Эй! — возмутился Хан, смотря на него как на врага народа. — Это вообще-то Лия мне принесла! Минхо замешкался на секунду, но лишь фыркнул и швырнул пустую бутылку в девушку. — Мне всё равно. — посмотрев на друга он цокнул. — Оденься блять. От такой наглости у Лии перехватило дыхание — воздух попал не в то горло, и она едва не закашлялась, но промолчала, лишь сверкнув глазами. Рыжий обвёл её оценивающим взглядом, поднял брови и повторил вопрос Джисона, но уже в более грубой форме. — Ты-то тут что забыла? Лия цокнула языком, оперлась о стену и взгромоздилась на мат, поджав ноги. — Ой, прости. — небрежно бросила она Джисону, случайно задев его кроссовкой по икре, тот простонал запутавшись в одежде, но ей было не до него. — Вы время видели? Вы должны были уйти домой два часа назад. Минхо смерил её напыщенным взглядом, складывая руки на груди, играя мышцами, заставив ее подвиснуть. — Тренер разрешил нам задержаться. И вообще, — он язвительно склонил голову, видя ее реакцию — ты сама ещё не дома. Девушка мотнула головой, переводя на него суровый взгляд. — Документов было много. — Хван пыталась сделать вид, что ничего не было. Джисон перевёл взгляд с одного на другого, думая, что в последнее время эти двоя его раздражают сильнее обычного. — Давай уже закончим, а? — сделав жалобные глазки, кудрявый потянул Минхо за рукав, надеясь, что тот смилуется. — Ты всё равно только ленишься. — Ли потрепал его по волосам с видом снисходительного старшего брата. — Какая тебе разница? — Злюка. — обиженно буркнул Хан, но Ли уже смотрел на телефон, закатывая глаза. — Ладно, ладно… И правда пора закругляться. — свистнув два раза, он крикнул остальным. — Расход парни. Лия взяла на себя инициативу собрать мячи, пока команда попеременно мыли пол или себя в душе. Закидывая баскетбольные мячи в корзину, она иногда пыталась попасть и в кольцо, но у нее не получалось. Раздосадованно фыркнув, девушка пошла за укатившимся мячом. — Двумя руками кидать нужно. — послышалось за ее спиной. Она резко обернулась, встречаясь взглядом с Минхо. — Не то чтобы я спрашивала твое мнение. — прошипела Хван, убирая мяч в корзину. Ли усмехнулся, закидывая на плечо два рюкзака — видимо, второй был Джисона. — Тогда не кидай у меня на глазах, если не хочешь советов. Лия не ответила, просто направилась к своим вещам и начала надевать куртку. Все парни уже ушли, остались только она, Минхо и Джисон, который проиграл в «камень-ножницы-бумагу» и последним направился в душ. Нацепив шапку, она попыталась завязать шарф, но без зеркала получилось криво. — Черт, — чертыхнулась она, откидывая шарф в сторону. Тот улетел под скамейку, зацепившись за рюкзак. — Ну и пожалуйста, ну и не нужно. — бурчала Хван, уже понимая, что без него замерзнет. Но Минхо оказался быстрее, быстро отцепив шарф, он встал перед ней с едва уловимой ухмылкой. — Давай помогу. Лия выпрямилась, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она замерла, наблюдая, как Ли аккуратно обматывает шарф вокруг ее шеи, его пальцы случайно касаются подбородка, оставляя после себя легкое покалывание. — Готово, — отступил парень, прикрыв один глаз и оценивая свою работу. — так намного лучше. Хван покраснела, хорошо, что шарф и шапка скрывали ее пылающие щеки и уши. — Спасибо. — пробормотала она, поспешно поднимая рюкзак. Джисон вышел спустя пару минут, возмущенно рассказывая, как попал под ледяные струи, потому что уходя остальные специально крутили ручку в сторону холодной воды. — Я чуть не заморозился насмерть! — возмущался Хан, натягивая шапку до носа. — У тебя, так пиписька скукожится, хотя она и так размером с огурец. — Минхо хохотал, с насупленного лица друга. — Терять нечего. — Да пошел ты! — запыхтел Джисон и раздраженно пнул друга в колено. - У самого-то. Лия закатила глаза. «Конечно, больше же не о чем поговорить…» — подумала она, пряча улыбку в шарф, который все еще хранил тепло мужских рук, наблюдая за перепалкой друзей. Выйдя за пределы школы, они с трудом пробирались сквозь глубокие сугробы. Лия в который раз мысленно пообещала написать жалобу на уборщиков — тротуары будто специально оставили нерасчищенными. Дважды она чуть не шлепнулась лицом в снег, если бы не парни, ловившие её с двух сторон, хотя и сами периодически спотыкались, щедро разбавляя путь крепкими выражениями. Добравшись до перекрестка, Джисон, поддерживавший Лию справа, спросил. — Тебя проводить? — Она до дома не дойдёт, свалиться на первом же повороте. — фыркнул Минхо, крепче сжимая её левый локоть. — Видно, придётся побыть джентльменами. Лия выдохнула, соглашаясь, в компании все равно веселее. По пути Джисон разболтался, рассказав, что Минхо с детства ненавидит зиму — моментально замерзает и простужается. Сам же Хан обожал снег, поэтому периодически отбегал в сторону, чтобы швырнуть в них снежком, громко хохоча при виде их недовольных лиц. Дорога превратилась в череду скольжений и падений: то шли, прижимаясь к стенам домов, то дружно или поодиночке, преимущественно Хан, плюхались в сугробы. Апофеозом стал момент, когда Джисон, прыгнув, чтобы доказать, как красиво хрустит снег, уронил всех троих, как костяшки домино. Поднимаясь, Лия и Минхо единодушно пожелали ему «ласково замёрзнуть где-нибудь», что только раззадорило парня ещё больше. Постепенно разговор перешёл на историю их дружбы. Лия слушала, как маленький Минхо в детском саду заступился за Джисона, отогнав старших ребят. Хан, шагая задом наперёд перед ними, размахивал руками, оживлённо жестикулируя. — А этот, — он ткнул пальцем в Минхо, — весь такой важный, в комбинезоне с динозавром, подходит и говорит этим громилам: «Если не уйдёте, я вас съем». Представляешь? Ему было пять, а он уже смотрел, как взрослый мутант из тех старых, страшных аниме! Снег под ногами скрипел, будто поддакивая истории. Лия украдкой взглянула на Ли — он стиснул зубы, но в уголках глаз дрожали смешинки. — Они, конечно, ржали, — продолжал Джисон, спотыкаясь о сугроб. — ой, пока он не вцепился одному в волосы. Бам! Тот орёт, воспитатели бегут, а Минхо лыбиться… Ветер донёс из соседнего двора запах жареных каштанов — сладкий, почти новогодний. Лия вдруг ясно представила крошечного Минхо: взъерошенного, с перепачканными снегом варежками, но с таким же стальным взглядом. — А потом? — невольно спросила она, поправляя шарф. Рыжий наконец не выдержал. — Потом этого идиота, — он толкнул Джисона плечом, все еще крепко сжимая плечо девушки. — пришлось ещё два года от драчливых защищать. Он девчонкам конфеты из карманов воровал. — Эй, я делился! — завопил Хан, швыряя в него снежком. Лия рассмеялась, где-то впереди замигали огни её района, но идти стало чуть теплее. — А ты какой была в детстве? — оживлённо спросил Джисон, подскакивая к её свободной руке. Хван задумалась. В детстве она проводила большую часть времени в различных кружках — мама, погружённая в работу после потери отца, редко бывала дома. Ей стукнуло всего два года, когда папа погиб, и с тех пор её мир состоял из продлёнок, нянь в детском саду и соседской бабушки Розы с её вечными пирогами с вишней. Губы уже сложились, чтобы выдать что-то лёгкое и незначительное, но Минхо, будто почувствовав её колебания, перебил. — Занудой, — уверенно заявил он, шагая по хрустящему снегу. — сто процентов ходила с умным видом и исправляла воспитателей. Лия молниеносно отреагировала — резкий удар локтем, и Ли грациозно шлёпнулся в пушистый сугроб, под восторженный хохот Хана. — В детстве я была… самостоятельной, — наконец ответила она, наблюдая, как Минхо ругается на снег и саму девушку. — Поэтому перепробовала всё подряд — танцы, рисование, гимнастику… — Ну вот, а я что говорил? — Ли поднялся, отряхивая снег с волос. — Ходячая энциклопедия и зануда в одном флаконе. Девушка угрожающе подняла руку, но на этот раз рыжий лишь задиристо поднял ладони в защитном жесте, отступая на шаг назад. — Ладно, ладно! Многогранная личность, все дела, я понял. — пробурчал он, со смешинками в глазах. В этот момент они вышли к её дому — уютному трёхэтажному зданию с мерцающими гирляндами на балконах. Лия невольно замедлила шаг, вдруг осознав, что за этот странный вечер узнала о Минхо и Джисона больше, чем за предыдущие месяцы в школе. — Ну… спасибо за сопровождение. — пробормотала она, неожиданно чувствуя лёгкое смущение. — Не за что, зануда… — фыркнул Ли, но друг тут же толкнул его плечом. — Перевожу на человеческий: «Всегда пожалуйста, Лия». — сказал Хан, широко улыбаясь. Девушка закатила глаза, но уголки губ предательски дрогнули. Повернувшись к подъезду, она помахала рукой, а в голове уже крутилась мысль: «Интересно, что они скажут, если узнают, что в шесть лет я два месяца ходила в кружок баскетбола?» Дверь захлопнулась за её спиной, но тёплое ощущение от этого неожиданно тёплого вечера осталось.