Эйль. Часть 3. Небесный скакун

                   Эйль громко гремел посудой на кухне. Очень громко. Очень специально. Очень стараясь привлечь внимание жены. А тому всё не до мужа! Не до мужа и не до мужа! Недомуж теперь какой-то! Одна мысль об этом ввергла Эйля в ужас. И он пошёл на разборки к жене. Надо же претензии на него вывалить. Жена этот! Опять же изменяет! Сидит вон на полу с этим… Девственник который, глаза закрыли. Как будто мысленно общаются. Ревниво же! Ну и вопрос напрашивался сам собой: на хрена чай, если они из себя статуи строят? Чай десять раз остыть успеет! Недовольно ворча, Эйль пошёл на выход. Еду хоть стырит! Больше времени займёт. Отвлечётся! Жена этот!!!       Ши Ли ощущал эмоции мужа так же ясно, как и бьющуюся в испуганном ритме искру звезды внутри Адама. Хоть разрывайся между одним и другим. То, что муж недоволен, даже не обсуждается. Вернётся, ещё злее будет. Но сначала дело! С мужем он знает, как сладить.       Ши Ли активнее и так же осторожно коснулся сначала тела Адама, а затем потянулся к искре звезды. Понятное дело, своей Силой, а не руками. Если руками к парню притронется, муж точно устроит. Ревнивую сцену! Ши Ли растерялся: то ли посмеяться, то ли всё-таки не стоит. Решил вернуться к делу.       Рассветная энергия обволокла Адама коконом. Искра звезды забилась испуганным сердцем. Но боялась она не рассвета, а чего-то другого…       — Ой! — от неожиданной мимолётной боли в груди Адам вздрогнул и, неосознанно разрывая связь, распахнул глаза, растерянно и несколько слезливо уставившись на мягко улыбнувшегося Ву. — Меня что-то кольнуло, — шёпотом поведал Адам, прижав обе руки к солнечному сплетению, будто пряча искру.       — Просто артефакт в тебе не хочет, чтобы его тревожили, — сказал Ши Ли.       — Но, может, ты всё-таки с ним как-то договоришься? Ты же умеешь!       — И откуда же ты знаешь, что я умею?       — Ну, — Адам миленько хихикнул, — со слов твоего мужа, — смутившись, он сильно понизил голос, — ты всё умеешь.       — Эйль хвастает дальше, чем видит, — рассмеялся Ши Ли, вопросительно изгибая брови на не совсем понятное выражение лица парня: не то рыдать собрался, не то заболело что-то. — Что с тобой?       — А вы правда друг друга любите?       — Правда. Поначалу не особо ладили, но по истечении времени Эйль сильно привязался ко мне. Если быть точнее: он первый начал демонстрировать ко мне интерес. И сначала я пытался этого избегать, но потом пришло понимание, что он для меня идеальный вариант.       — Но как это возможно?! — шёпотом воскликнул Адам: казалось, вот это невозможно, но он сделал.       — Не совсем понимаю, о чём ты сейчас, — честно сознался Ши Ли. — Или ты снова о том, что мы мужчины?       — Нет… то, что… ну… два мужчины… ну… могут… Это я понял! — с трудом проговорил Адам, выпалив конец фразы как на духу. И замер. Испуганно так. Будто сказал что-то некрасивое, что-то непристойное и сам этого устыдился.       — Я могу легко прочитать эмоции мужа, но не твои, — подметил Ши Ли. — Поэтому я сейчас тебя не совсем понимаю.       — Он же неуправляем! — взвизгнул Адам и, с ужасом уставившись на замершего Ву, зажал себе рот руками.       — А, ты вот о чём, — Ши Ли не сдержал смешка. — Поэтому мы друг другу и подходим. Мой наставник как-то сказал, что Эйль потому ко мне и прицепился: чувствовал во мне не просто силу, а умение поддержать, но самое главное — выдержать всю его мощь. На самом деле Эйлем легко управлять. Но только мне. Он, несмотря на ворчания и все эти напускные обиды, всегда слушает и выполняет мои просьбы. Просто обрати на это внимание. Да даже вот недавно, насчёт чая: поорал-поворчал, но всё равно пошёл.       — Но как ты это выдерживаешь?       — Иногда сложно. Особенно в начале, потому что я не до конца понимал, кто и что он такое. Помнишь, я говорил тебе, что он душа? — Адам сначала внимательно выслушал, а потом активно закивал. — Так вот, когда Эйль был жив, он носил другое имя, принадлежащее его оболочке, то есть телу — Альберт Грей. Когда же он попал в Храм, то остался душой, чьё имя — Эйль. Души делятся на несколько категорий. Эйль — боевой компаньон. Ещё их называют мистическими защитниками. Они живут ради того, чтобы защищать того, кого выбрали.       — Так… получается это никакая не любовь, — растерялся Адам.       — Всё это любовь! — рыкнул Эйль. — Я своего Ши Ли никому не отдам! Он мой! А я его!       — Всё зависит, в какую позицию такая боевая пара себя ставит, — отозвался Ши Ли, смотря на тарелки с едой. — Я вроде про чай говорил.       — Вот! — воскликнул Адам, указывая на Эйля. — Он тебя не слушается! Ну… — он замялся, глядя то на рассветного, то на Ву, — так ведь… получается?       — Я принёс пожрать! — возмутился Эйль. — Между прочим, — сбавил он обороты, — вместе с чаем! На вас двоих! — в голосе снова появились обвиняющие нотки. — Я всё выполнил! — Эйль горделиво выпятил грудь.       — Я бы сказал: перевыполнил, — протянул Ши Ли, оглядывая столик с тарелками. — Опять поднял панику в ресторане? — осведомился он.       — Ай, — отмахнулся Эйль. — А вы вообще-то хотели делом заняться, а не нас обсуждать! Своих отношений нет, в чужие всё нос суёт! Я те ща в жопу свой хвост засуну! — пригрозил он.       — Ты поосторожнее с фразами-то, — нежным голоском, так и сочащимся льдом, сказал Ши Ли.       — Мой Ши Ли, ты в чём-то меня подозреваешь?! — ужаснулся Эйль, хватаясь за сердце. — Я верен тебе! — он брякнулся на колени, нечаянно пнув столик, который от удара немного откатился. — Ой! — Эйль тут же подскочил, проверяя, ничего ли не упало. — В порядке! — выдохнул он.       Ши Ли красноречиво уставился на мужа, а тот в ответ сделал покорный вид. Повисла своеобразная тишина.       — Что? — тихонько спросил Эйль, продолжая таращиться на жену.       — Какой ты у меня непослушный, — поцокал языком Ши Ли.       — Всё я послушный! — не согласился Эйль. — Ты этого, — тычок пальцем в сторону Адама, — меньше слушай! Суёт свой шнобель в наши дела! Как бы дал ему по башке хвостом. Да посильнее! От всего себя!       — Ты хвост-то свой не распускай, — протянул Ши Ли.       — Ой, — хихикнул Эйль, присаживаясь рядом с женой и прижимаясь к нему плечом, — ты так-то не ревнуй! Я же про скорпионий, а не про член!       — Я понял, о чём ты, — заверил Ши Ли.       — Так в чём претензия? — растерялся Эйль.       Ши Ли приподнял левую бровь, про себя гадая, поймёт муж его эмоции или нет. Или нет. Потому что чем дольше они друг на друга смотрели, тем ближе подходило к концу терпение Эйля: в итоге он не выдержал давления и, подскочив на ноги, попинал воздух и свалил куда-то. На кухню, откуда раздалась его громкая ругань, приправленная отборным матом.       — А что происходит? — не удержался от вопроса Адам.       — Всплеск эмоций.       — Это плохо?       — Нисколько.       — Ты уверен? Он же вон как громко ругается. И проклинает кого-то!       — Свой отсутствующий разум он проклинает, — вздохнул Ши Ли, садясь на диван и подкатывая столик поближе, откидывая крышки с блюд. — Присаживайся, — он похлопал рядом с собой, и Адам тут же пересел. — Выбирай что хочешь, не стесняйся.       — Я, конечно, в ресторанах не ем и больше чем просто уверен, что еда очень вкусная, но… Эйль же за неё не заплатил, да?       — Ну, мы и в номере проживаем без всяких регистраций, — кашлянул Ши Ли, почувствовав, как внутри зашевелилась совесть: и зачем он мужа послушал?! Но Эйль прав: где тогда жить? Непонятно, на сколько они застряли в этом городе. На тот момент вообще ничего не известно было. Даже то, найдут ли они что-либо. За что зацепиться. А тут Адам с небесным скакуном. Так что теперь тем более неизвестно, сколько они тут проживут. Гарантированно Ши Ли не собирается бросать Адама на произвол судьбы и отдавать его небесному скакуну. А ещё гарантированно, что с искрой звезды они за сутки не справятся — подобраться никак не могут, а что уж говорить о чём-то большем.       — У меня гениальная идея! — объявил Эйль, зайдя в комнату. Обведя парочку на кровати хмуро-ревнивым взглядом, он заорал: — Мой Ши Ли мне изменяет! — и пальцем на него как тыкнет!       — Мой муж не шибко умный, — Ши Ли хотел было спародировать мужа, но вовремя понял, что это будет не очень, поэтому произнёс в своей обычной манере с напускным безразличием и прохладой. И тут же приподнял левую бровь, потому что как наяву услышал ту самую обвиняющую фразу. И Эйль это понял: сбавил обороты и замолчал.       — А что за идея-то? — кашлянул Адам, прерывая напряжённое молчание. А то между этими двумя сейчас как будто огонь в воздухе вспыхнет и спалит всё вокруг. И как можно быть женатой парой с такими отношениями-то?!       — Давай отвезём его, — палец Эйля с жены сместился на напрягшегося и десять раз пожалевшего, что рот открыл, Адама, — в Храм, и пусть старпёр с ним парится!       — Действительно: гениальная идея, — вздохнул Ши Ли.       — А чё не так? — искренне не понял Эйль. — Он ж старпёр!       — Как это связано?       — Ну тип долго жил, много знает и всё такое! Должен в два счёта разобраться в этом! Он ж там всякие-разные книжки умные читал. И бумажки эти свёрнутые. Обои которые.       — Свитки, — поправил Ши Ли.       — Ай, невелика разница, — отмахнулся Эйль, закидывая руки за голову. — Но идея-то реально классная! И нам не заморачиваться. Дотащим его в два счёта.       — Ага, а небесный скакун за нами. Об этом ты не подумал? — осведомился Ши Ли.       — А чё он в Храме сделает? Там же стражей до жопы! Плюс твой бестолковый близнец с отморозком егошним.       — Сам ты «егошний», — вздохнул Ши Ли.       — Я твойшный! — припечатал Эйль и сам же начал ржать со своей недошутки.       — А что за старпёр такой? — осторожно спросил Адам, опасаясь, что его за вопрос ударят.       Пришлось Ши Ли рассказать о Храме и наставнике. Заодно и брате и его жене — боевой душе из разряда запретных. И, конечно же, Эйль не смог сдержать словесного «поноса», стоило заговорить о Крио. Зато немного всплакнул — театрально — стоило вспомнить Гю До…