Сломай меня

Год спустя. Гермиона стремительно шла к залу суда по Министерству. Ее прямая юбка-карандаш и зачесанные в пучок непослушные волосы сразу показывали, как она изменилась за это время. Она поправила темно-синий пиджак с нашивкой Министерства и открыла тяжелую деревянную дверь. Все были на местах. Кингсли, который был теперь Министром Магии, кивнул Гермионе и указал на свободное место. Гарри с Роном уже сидели рядом с ним. На скамье подсудимых сегодня семейство Малфоев: Люциус старался держать лицо, но тело явно показывало полное смирение перед приговором, Драко нервно смотрел по сторонам, переживая. Нарцисса была единственной, кто был спокоен. Ее прямая спина и непроницательное лицо даже не подавали вид, что ее волнует сложившаяся ситуация. — Суд начинается, — громко произнес Кингсли, вставая со своего кресла и привлекая всеобщее внимание. — Драко Малфой, Вы первый. Парень испуганно взглянул на мать, которая молча, но нежно провела рукой по его плечу, подталкивая вперед. Драко вышел в круг и сел на заготовленный стул. Его руки нервно терли колени, а тело слегка потрясывало. Он выглядел еще бледнее, чем обычно. — Вы знаете, почему сегодня здесь, верно? — парень кивнул. — Вы хотите отвергнуть обвинения и обсудить вопрос о Вашем освобождении? Драко снова посмотрел на Нарциссу, и та кивнул ему. — Да… да, я хочу. — Хорошо. Вы обвиняетесь в поддержке Темного Лорда, в добровольном принятии Темной метки и в покушении на убийства магглов. Запрашиваемый срок в Азкабане — 2 года, — Кингсли говорил беспристрастно. Драко молчал. Он не знал, как опровергнуть все вышесказанное. Все аргументы, сказанные матерью, он забыл в процессе тревоги и теперь просто трясся. Гермиона устало протерла глаза. Ей очень надоели суды. «Гермиона, пожалуйста» Девушка встрепенулась и уронила взгляд на Нарциссу, которая держалась за кулон. Они не разговаривали с того поцелуя в лесу. Гермиона сначала восстанавливалась после войны, затем заканчивала экзамены с отличием в Хогвартсе, обустраивала свою жизнь и карьеру в Министерстве. Ей просто было не до этого. Хотя… Зачем врать? Гермиона пыталась связаться с Нарциссой первые пару месяцев, но та игнорировала. Тогда девушка решила просто забыть. Но такое невозможно утопить в воспоминаниях. Так же, как и войну. Рука скользнула под пиджак и коснулась кулона. «Что?» «Помоги ему. Пожалуйста, Гермиона. Его же действительно могут посадить.» Нарцисса не выглядела напуганной, но даже в подсознании ее голос был встревоженным. Гермиона снова посмотрела на тихого Драко, который качал головой на вопросы Кингсли. Она выдохнула, собираясь с мыслями, но колебалась. «Ради меня, Гермиона.» — Мне есть что сказать, господин Министр, — девушка встала из-за стола. Кингсли не удивился и кивнул Гермионе, позволяя ей высказаться. Она посмотрела вниз на пустые листы и задала себе вопрос: «Зачем я это делаю?» — Драко Малфой никогда не поддерживал Волан-де-Морта. Он всегда его боялся. Он сделал это из-за отца. Также Драко Малфой действительно совершал покушение на убийство маггла, — она запнулась. — С ним была я. Присяжные ахнули и Гермиона прикрыла глаза. «Как же болит голова», — подумала она. — «Ненавижу этот цирк». — Это было испытание от Волан-де-Морта. Драко было велено убить этого маггла. Я должна был это проконтролировать. Он не смог его убить. Он даже не сказал заклинание. Маггл проснулся. — Но ведь тогда бы последовало наказание от Волан-де-Морта? — уточнил Кингсли. — Его взяла на себя я. Я могу доказать это воспоминаниями или зельем правды. Мужчина кивнул и посмотрел на бумаги. Его выражение лицо было сомневающимся. Все это не звучало стояще. Нужно было что-то большое, чтобы спасти Драко. Гермиона провела рукой по волосам. — Он солгал Беллатрисе Лестрейндж и спас моим друзьям жизнь, — добавила Гермиона. Гарри поднял взгляд на нее и затем неловко посмотрел в сторону Нарциссы. — Это правда, — подтвердил Гарри. — Он солгал. После еще пары уточняющих вопросов, Кингсли с удовольствием подписал бумаги Драко на освобождение. Малфой вышел из зала суда, оглядываясь на маму. Министр Магии указал женщине на тот же самый стул. — Подсудимая: Нарцисса Малфой. Выступает под защитой Гермионы Джин Грейнджер. Гермиона вышла в круг к Нарциссе, остановившись у ее стула. Они давно так близко не находились. Девушка нервно сглотнула и сжала бумаги своей защиты. — Ваша честь, Нарцисса Малфой помогала мне весь тот год. Она действовала вместе с Северусом Снейпом. Она никогда не принимала темную метку, никогда не убивала и не пытала магглов и волшебников. Она солгала уже в лесу по поводу смерти Гарри. Она докладывала мне о перемещениях Темного Лорда и выкрала волосы своей старшей сестры, чтобы я могла с помощью оборотного зелья проникнуть в банк и уничтожить крестраж. Она… — голос Гермиона сломался и она прокашлялась, опустив голову вниз, — она заслуживает спокойной жизни. В качестве доказательств у Вас есть в базе воспоминания Северуса Снейпа, которые подтверждают ее невиновность, у Вас есть мои воспоминания, подтверждающие это и также абсолютно чистое левое предплечье. Никаких темных меток. Кингсли долго не думал и поставил печать, закрывая дело Нарциссы. День назад Гермиона уже разговаривала с ним по поводу нее, потому что не хотела показывать публично воспоминания, связанные с Нарциссой. Женщина оглянулась на Гермиону и поспешила за сыном по коридору. Дверь захлопнулась. У Люциуса Малфоя был самый быстрый приговор. Гермиона упомянула про физическое и сексуализированное насилие, применяемое к ней и Нарциссе, про пытки в подвалах, убийства магглов, про которые Малфой хвастался. Кингсли самостоятельно отсмотрел материал воспоминаний Гермионы для подтверждения насилия. Нарцисса отказалась давать свои показания по поводу этого дела. Но всего остального спокойно хватило для того, чтобы дать Люциусу 30 лет в Азкабане. Кингсли был доволен этим приговором. — Я требую Поцелуй Дементора. В зале суда повисла тишина, и все обратили внимание на Гермиону, вставшую с кресла. Ее распирала чистая ненависть. Руки сжались в кулаки, желая лично превратить Люциуса Малфоя в кашу, размазанному по этому чистому полу. Подсудимый подал голос. — Нет! Я был уважаемым членом общества! Я чистокровный волшебник рода Малфоев! Вы не можете! Вы не имеете права! Эта грязнокровка… — Молчать! — крикнул Рон, вскакивая с кресла, но Гарри его удержал на месте. — Не были бы мы в суде, я бы тебе самолично кости сломал. — Рон. — Довольно, — поднял руку Кингсли. — Официальный приговор: Поцелуй Дементора. — Нет… Нет, стойте! Люциус кричал о справедливости, о чистоте крови, пока волшебники тащили его из зала суда в камеру для смертников. Гермиона, не оглядываясь, вылетела в коридор через вход для сотрудников и поспешила вперед, желая скрыться в своем кабинете. Ее трясло. В голове прокручивались моменты той страшной ночи. Ее дернуло от фантомных ощущений его рук. — Гермиона, подожди. Ее нежно поймали за руку и развернули. Эта была Нарцисса. Они впервые были так близко к друг другу с той встречи в лесу. Гермиона нервно сглотнула и убрала свою руку из ее хватки. Женщина выглядела слегка потерянной, но взволнованной снова увидеть девушку. Даже в суде она выглядела презентабельно, что Гермиона не могла оторвать от нее глаз. — Я бы хотела попросить тебя кое о чем. Гермиона сделала глубокий вдох и выдох. Присутствие этой женщины почему-то причиняло боль. — Не здесь. Гермиона вывела их наверх к ее кабинету и прикрыла за ними дверь. Он не был достаточно обжитым, но его явно коснулась рука Гермионы. На деревянном столе у нее находилась стопка книг, включающая в себя «Историю Хогвартса», «Как волшебники подчинили себе домовиков», «Фантастические твари», «Все чистокровные семьи». Рядом лежали пустые белые бумаги рядом с чернилами и пером. И ничего лишнего. — У тебя здесь уютно, — тихо сказала Нарцисса. —Спасибо, — пробормотала девушка и присела на свое кресло. — Спасибо за Драко. Гермиона подняла голову. — Мне было … несложно. Что Вы хотели попросить? Нарцисса выпрямилась, услышав, что девушка обращается к ней на Вы. Это было неприятно. — Мне хотелось бы как можно скорее оформить развод. Люциус не сможет это подтвердить после Поцелуя Дементора. Вы можете мне помочь с этим процессом? — С разводом? Нарцисса, я не знаю… Я поговорю с юристами… — Гермиона нахмурилась. — Я постараюсь. — Спасибо большое. Гермиона взяла свою сумку из-под стола и встала. Нарцисса неожиданно перехватила девушку и прижала к себе. Это было очень странно — снова ощущать этот дорогой парфюм и невольно дернуться от воспоминаний о ее мягких губах. Гермиона отстранилась и незаметно протерла свои внезапно вспотевшие руки об пиджак. Она могла бы спросить что угодно, узнать поведение Нарциссы за последний год, но вместо этого Гермиона покинула кабинет, оставляя женщину одну. Вернувшись вечером с работы домой, Гермиона сразу же переоделась в домашнюю уютную одежду. Погладив Живоглота и положив ему корм, она поставила чайник. Девушка облокотилась на барную стойку и прикрыла глаза. Сегодня был плохой день. Ей не нравилось вспоминать об войне. Ей не нравилось вспоминать тот период. Но ей приходилось чуть ли не каждый день выступать главной фигурой по осуждению Пожирателей. Самым первым оправданным была она сама. С помощью Снейпа, девушка вернула воспоминания младшеклассников, чтобы восстановить свое честное имя. За нее также ручались Гарри и Рон. Снейпа оправдали вместе с ней. Он перестал преподавать и открыл свою небольшую лавку зелий. Гермиона к нему не заглядывала с самого первого суда. Ей было страшно. — Блять, — Гермиона обожглась по неосторожности и чуть ли не разбила чашку. Она становилась тревожнее. Она пыталась избегать всех триггеров, связанных с упоминанием войны. Порой она думала уйти в мир магглов навсегда и никогда больше не пересекаться с миром волшебников, но Гермиона не могла. Она слишком сильно связана с магией, чтобы отречься. Плюс, ее родители, которые не помнили о ее существовании. Гермиона не готова вернуться в жизнь одиночки. Гарри и Рон не ходили на последний год учебы. Только Гермиона сдала экзамены на Превосходно в прошлом сентябре, чтобы со спокойной душой пойти в министерство. Пока что ее приняли в заведующим делами Пожирателей, как и ее друзей, что ей категорически не нравилось. Кингсли обещал, что после того, как они закончат разгребать последствия войны, Гермиона сможет пойти по его стопам и уверенно идти к креслу Министра Магии. Но сейчас она только в самом начале. Ложась в кровать, она все еще ощущала флер дорогих духов, хотя Гермиона простояла пятнадцать минут под душем, пытаясь оттереть ее запах вместе с кожей. Это вызвало только раздражение. Нарцисса только ухудшала ее положение. Гермиона не могла думать о всем сразу. Но, естественно, она сделает все для женщины. Она уговорит Кингсли и она сможет развести Малфоев. «Она станет Блэк», — думала Гермиона. — «Возможно, тогда у меня будет шанс».