Сломай меня

— Пожалуйста, подумай над этим, — Гермиона протянула письмо с просьбой о бракоразводном процессе от Нарциссы. — Если казнь назначена на конец июня, то нам стоит поторопиться. Кингсли принял письмо и пробежался по нему глазами. Мужчина выглядел слегка уставшим. Он был доволен своей работой в Министерстве, однако все эти суды безумно выматывали. Кингсли никогда не хотел впутывать Золотое трио в эти дела, но их показания были очень важны для следствия. Так и получилось, что они медленно вошли в течение Министерства. — Я отнесу это в отдел, который подобным занимается и попрошу отложить все остальные дела, — кивнул мужчина. Гермиона благодарно улыбнулась и выдохнула с облегчением. Всю ночь пришлось просыпаться рывками из-за жутких мыслей о Малфоях. Она снова видела ту самую ночь, которая сковывала ее тело в страхе, в деталях. Девушка никак не могла избавиться от этого, и беспомощность раздражала. Будущий министр магии не может быть во власти своих эмоций. Ей стоило бы сосредоточиться на том, как подчинить себе ее страхи. — Я хотел уточнить… У Вас заметна сильная связь с Нарциссой Малфой. Гермиона покраснела, когда Министр Магии подметил их отношения. Это означало, что и другим людям это может быть заметно. — Это сложно, — пробормотала она. — Просто я готова бороться за ее будущее. Она заслуживает это. В Малфой-Мэноре происходили ужасные вещи, Министр. Хочу это забыть. Кингсли поджал губы и убрал письмо в свой письменный стол. Наклонившись чуть ближе к ней, он добавил: — Все еще отказываетесь от Забвения? Гермиона быстро кивнула. Еще в самом начале их работы вместе Кингсли предлагал ей воспользоваться легким способом, чтобы не реагировать на прошлое. Однако девушка отказала. Она чувствовала, что вместе с воспоминаниями в ней просыпается агрессия — и она оказалась весьма полезным чувством, позволяющей холодно наказывать своих мучителей. Вернувшись к себе в кабинет, Гермиона раскрыла свежий пергамент и окунула кончик пера в чернила. Дорогая Нарцисса Малфой. Я сообщила Министру Магии о Вашем желании развестись с супругом Люциусом Малфоем. Он с радостью поможет. Напишите удобное Вам время и место на следующей неделе. Я знаю, что Люциус работал в Министрестве, и Вы, скорее всего, в курсе, что нужно делать. Но для меня будет честью проводить Вас и помочь с бракоразводным процессом. P.S. Надеюсь, ты в порядке. С уважением, Гермиона Джин Грейнджер. — Кэрри. Гермиона подозвала свою рабочую сову, которая в этот момент наслаждалась своим обедом. Издав недовольный возглас, она подлетела к девушке и взяла письмо. — Спасибо. Гермиона погладила птицу по спинке перед тем, как та вылетела в окно, пересекая хмурый Лондон.

***

— Три коктейля, пожалуйста, — Гермиона кивнула бармену и направилась за столик, где уже сидели Рон и Гарри. Улыбнувшись своим друзьям, она села рядом с Роном на диван. Они оба выглядели расслабленно. Сегодня был выходной день, когда не нужно идти на работу и общаться с неприятными тебе людьми. Когда ребята получили напитки, то напряжение Гермионы тоже стало постепенно уходить с непринужденными диалогами мальчиков, которые рассуждали о былых школьных временах, когда, казалось, было намного проще, несмотря на все тайны и трудности. — Не рассказывай ерунду, Гарри, — Рон отпил пива. — Ты уже глава мракоборцев. Ни я, ни Гермиона еще не на вершине. — Брось. Гермиона почти Министр. — Какой я Министр, Гарри, — Гермиона улыбнулась. — Кингсли не планирует так быстро и легко уходить. — Но это уже официально, что ты сменешь его через пару лет. — Не отрицаю. — Короче, мне тяжелее всех, — пробурчал Рон. Гарри закатил глаза и постучал по столу. — Ты выбрал отдел министерства безопасности. Конечно, там сложнее. — Зато знаешь, какие истории я там слышу? Получше нашего полета на втором курсе. Мы бы до такого не додумались. Ребята продолжили разгонять тему про будущее, а Гермиона поймала себя на мысли, что они на пути к тому, чтобы забрать под контроль главные сферы магического мира. Гарри будет и уже занимается армией, Рон тщательно следит за информацией, которая просачивается в мир магглов, и она скоро будет управлять всеми. Каждый маг, который говорил ей, что она недостойна учиться в школе магии или каждый маг, кто презирал ее за ее происхождение, должен будет подчиняться тому, что она скажет. Никто и никогда больше не сможет причинить ей боль. Она будет неуязвимой. Мысль о контроле и власти заставили Гермиона выдавить глупую улыбку, которую она скрыла за своим бокалом. Она чувствовала, что изменилась. И ей это нравилось. — Гермиона? — Рон тронул ее за плечо. — Ты слегка выпала из диалога. Девушка дернула головой и подняла взгляд на друзей. — Да, простите. Задумалась о том, через что мы прошли. Гарри покачал головой и вздохнул. — Да. На самом деле, мне много снится кошмаров в последнее время. Не могу уснуть порой. — Понимаю, — пробормотал Рон. — Я недавно виделся с семьей. Рон никогда был многословен по поводу своих реальных переживаний. Гермиона и Гарри сразу поняли, что он имеет ввиду Фреда. Они тоже оба недавно виделись с Джорджем в его магазине, и тот выглядел очень подавленно. Они не могли представить, какого было Рону. Гермиона попрощалась с друзьями и ушла из бара раньше, чем планировалось. Девушке стало нехорошо от воспоминаний о войне, и она решила быстро ретироваться в безопасное место. Уже лежа в своей кровати, она вспомнила свою недавнюю сессию с психологом, к которому она пошла после войны. Она сказал жуткую вещь Гермионе, которая та не могла объяснить. «— Вероятно, у вас ПТСР. Вы знакомы с данным понятием?» Да. Знакома. Гермиона провела целый вечер, читая книги о психических расстройствах. И пришла к выводу, что, вероятно, у нее действительно есть ПТСР. Это открытие ей не показалось очень приятным, поэтому она просто пыталась абстрагироваться от этого. Но она не могла. Упоминания войны были везде. Никто не мог отойти от войны так быстро: она была в каждом слове, в каждом взгляде, в каждом суде, в каждом дыхании. Она словно вшилась в ДНК, не давая вырезать ее навсегда. Она была опухолью их поколения. Гермиона надеялась, что казнь над Люциусом даст ей то самое облегчение. Возможно, после этого ей станет легче дышать и жить. Она специально попросила присутствовать в момент свершения приговора, чтобы насладиться страданиями этого мужчины. Будь у нее возможность, она бы самолично совершила это. Помимо кошмаров, ей часто снилось, как она пытает Пожирателей или заставляет их страдать, оставляя без еды и воды. Это приносило ей удовольствие. Стук в окно прервал ее думы перед сном. Живоглот лениво потянулся на простынях, не чувствуя опасности. Гермиона выскользнула из под одеяла и открыла окно, впуская свежий летний воздух в комнату и сову вместе с ним. Это был изумительно красивый филин с приглаженными чистыми перьями. Его взгляд был тяжелым, что заставило мурашки забегать по телу девушки. Гермиона аккуратно взяла из его клюва письмо с элегантной зеленой печатью Малфой-Мэнора. Девушка сглотнула и отложила его на стол. Взяв небольшой пакетик с кормом для птиц, она отсыпала порцию в миску для филина и проследила, как он еле заметно поклонился и приступил к еде. Гермиона подняла письмо и раскрыла печать, желая узнать ответ Нарциссы. Уважаемая Гермиона Джин Грейнджер,       Я рада слышать, что Вы услышали мою просьбу и обсудили это с Министром Магии. Я с удовольствием приму Вашу помощь с бракоразводным процессом. Если Вам будет удобно, то я буду ждать Вас в среду в 19:00 в ресторане «Два сердца», чтобы обсудить все детали. P.S. Спасибо. Нарцисса Малфой. Гермиона почувствовала особенность этого спасибо в письме, что на пару секунд приложила пергамент к груди, прикрыв глаза. Идеальный момент. Филин прервал его легким ударом по ее руке, желая проститься и вернуться к хозяйке. Гермиона слегка улыбнулась и приподняла руку над его головой. — Можно? Филин словно прищурил свои глаза, оценивая ее. Затем он покорно опустил голову, разрешая пальцам девушки пробежаться по его чудесным перьям. Гермиона затаила дыхания от этого. — Ты такой красивый. Птица издала благодарный звук и хлопнула крыльями, вылетая в ночь. Гермиона закрыла за ней окно и прикрыла его шторами. Открытое письмо она отложила на письменный стол, желая утром спрятать его в ее особенную коробочку для писем Нарциссы. Однако ее покой был снова прерван уже телефонным звонком, как только ее голова коснулась подушки. Гермиона недовольно простонала и снова встала в попытках найти свой мобильный телефон. — Что? — Привет, Грейнджер. Девушка резко села и нахмурилась в удивлении. — Малфой? Ты пользуешься телефоном? — Мне пришлось, — закатил глаза парень. — Очень важное дело, Грейнджер. — Что же такого случилось, что внезапно ты решил мне позвонить? Откуда у тебя мой номер? — Поттер. — Откуда ты…? — Это не важно! — огрызнулся Драко, но затем быстро сделал вдох-выдох. — Нужна твоя помощь. Гермиона была в шоке, но не сбросила трубку. — Удивляй. Повисла пауза. Видимо, Драко собирался с мыслями, чтобы озвучить их правильно. — По поводу моей мамы. Я знаю, что вы с ней были близки. Она очень подавлена сейчас, — Малфой громко выдохнул. — Очень подавлена. Вся эта послевоенная ситуация и мой отец… — Я ей помогаю в бракоразводном процессе, — перебила его Гермиона. — Правда? — Малфой звучал приятно-удивленно. — Я… Это хорошо. Но… Ты можешь сделать чуть-чуть больше? Я имею ввиду, провести с ней время. Ей тяжело сейчас видеться со мной по многим причинам, но ты можешь помочь ей прийти в себя. Еще я бы хотел тебя попросить помочь ей наладить контакт с моей другой тетей Андромедой. Гермиона подавилась. — С Энди? Ты хочешь меня оставить в окружении двух сестер, которые не разговаривали друг с другом больше двадцати лет, потому что одна сбежала из дома? Ты понимаешь в какую сложную ситуацию ты меня отправляешь? — Я понимаю, Грейнджер, — его голос был на грани срыва, но он сдержался. — Просто… Черт, пожалуйста. Слышать слово «пожалуйста» из уст Драко Малфоя было одним из самых приятных звуков для ее ушей в этот вечер. Значит, ситуация действительно критическая. — Хорошо. Мы с ней встречаемся в среду. Я договорюсь с Энди. — Отлично! Я… — Драко замялся на другом конце провода. — Спасибо. И за тот момент на суде… Спасибо, что защитила. И мою маму тоже. — Воу, Малфой. Ты хочешь довести меня до сердечного приступа подобными словами? — Гермиона улыбнулась. — Да иди ты, — Драко сбросил трубку. Гермиона отложила телефон. Видимо, их пути с Нарциссой снова пересеклись.

***

Все время до встречи Гермиона переживала. Она не знала, как Нарцисса отреагирует на встречу со своей сестрой спустя столько лет. А если это будет негативная реакция и она, разочаровавшись, потеряет связь с Гермионой? Гермиона не могла перестать мучить себя мыслями о разных исходах этой встречи, чем очень напрягала Живоглота, которому приходилось насильно дергать хозяйку, чтобы та вспомнила о его ужине. — Я рада, что Вы смогли найти на меня время, — произнесла Нарцисса, когда присела напротив за столик. Гермиона слегка дернулась от неожиданности и подняла взгляд на женщину. Сейчас она могла разглядеть, насколько усталой выглядела Нарцисса. Мешки под глазами хоть и были прикрыты макияжем, но все равно были заметны. Скорее всего, у нее имелись проблемы со сном из-за кошмаров, как и у Гермионы. Но все равно она выглядела чудесно. Как самая главная мечта. Сердце девушки сжалось от снова нахлынувших чувств. Вот она, так близко и в то же время далеко. — Да… — Гермиона сглотнула и продолжила. — Да, не за что. Спасибо Вам… тебе. Нарцисса заметно напряглась, когда услышала неформальность беседы. Любое оголение чувств представляло для нее угрозу, особенно сейчас. Женщина сжала хватку на своей сумочке и осторожно кивнула. — Так что по деталям? — уточнила она. Гермиона сжимала под столом палочку, переживая за дальнейшую реакцию. — Нам нужно отойти в одно место. Нарцисса приподняла бровь. — Отойти? — Доверься, пожалуйста. Женщина поджала губы, но последовала за Гермионой. Выйдя на улицу, они трансгрессировали в другой район Лондона. Рука Грейнджер слегка подрагивала в хватке Нарциссы. Они очутились на пороге дома Андромеды. — Где мы? — спросила Нарцисса, озираясь по сторонам. Гермиона сжала ладонь женщины, чтобы та не смогла уйти. — Лучше спроси, у кого мы. Андромеда открыла дверь и прислонилась к дверному проходу. Она была безумно похожа на старшую сестру Беллатрису. Только теперь струящиеся волосы были прямыми и каштанового цвета. Добродушная улыбка была направлена Нарциссе, которая встала в ступор, не ожидав увидеть сестру. Гермиона почувствовала ее секундный порыв сбежать и некрепко сжала ладонь. Нарцисса опустила свой взгляд на Гермиону. На ее лице не было злости, скорее недоумение. — Это имеет какое-то отношение к моему бракоразводному процессу? — Нет, сестра, — ответила Андромеда. — Это имеет отношение к твоему ментальному состоянию. Тащите свой зад внутрь. Нарцисса была поражена беспардонностью Андромедой, но Гермиона несильно потянула ее за собой. В доме пахло свежей выпечкой и лавандой, сушившейся на подоконниках. — Энди, угостишь? — неловко спросила Гермиона. — Конечно, Миона. Можешь пока провести свою девушку в гостиную. Гермиона застыла, как и Нарцисса. Они обе взглянули на Андромеду, которая уже успела скрыться на кухне под свой звучный смех. Грейнджер моментально покраснела и выпустила руку женщины, быстрым шагом удаляясь в гостиную. Нарцисса осталась на месте, обрабатывая неуместную шутку сестры и обстановку дома. Все выглядело очень по-домашнему. Как никогда не было у нее самой в Малфой-Мэноре. Мэнор был холодным и неприятным местом. Никогда не домом. Женщину вводило это в диссонанс. Она не могла сказать, что ненавидела свою сестру за побег. Однако она не могла отрицать напряжения, царившего в их доме, когда кто-то упоминал Андромеду. Это было грехом. Нарцисса была примерной девочкой, которая вышла за представителя хорошей чистокровной семьи, и родила наследника двух сильных домов Блэков и Малфоев. Но она никогда не ощущала себя собой. А теперь она видела эту спокойную и умиротворенную обстановку дома сестры, которая пожертвовала всем еще в подростковые годы: защитой от семьи, статусом, деньгами, репутацией; но зато она нашла себя с любящим партнером и любимой дочкой. Возможно, статус не оправдал свои ожидания для Нарциссы. Все равно все пошло под откос, и теперь она здесь, у своей сестры в маггловском доме, просит помощи от Грейнджер, с которой… просто все сложно. — Ты так и будешь здесь стоять? Андромеда вернулась с кухни, держа в руках небольшой поднос. Она проследила взглядом за тем, куда смотрела Нарцисса, и улыбнулась. — Это Тедди. Мой внук. Милый, правда? Нарцисса сглотнула и еле заметно кивнула, отводя голову от картины. Энди ничего не сказала, но прошла вместе с сестрой в гостиную. Гермиона молча сидела на диване, дожидаясь женщин. — Итак, — Андромеда села в большое кресло и довольно улыбнулась. — Драко решил заняться нашим с тобой воссоединением. — Драко? — Нарцисса нахмурилась. — Гермиона тебе не рассказала ведь… Нарцисса медленно и угрожающе повернулась к выше упомянутой девушке, что вся сжалась в углу дивана. — Эм… Мне позвонил Драко и попросил помочь тебе с одиночеством. И решил, что Энди будет отличным решением. Андромеда широко улыбнулась. — Ты в восторге, Цисси? Женщина слегка поморщилась от знакомого прозвища. Воспоминания о старшей сестре продолжали пожирать ее вместе с виной за ее смерть. Нарцисса знала, что Беллатриса это заслужила, но ведь эта была ее сестра, которая никогда в жизни не сделала ничего плохого Нарциссе. — Очень, — холодно отреагировала она. Встреча прошла нормально. Гермиона сидела в сильном напряжении, но Андромеда выводила весь разговор на себе. Нарцисса вела себя отстраненно, однако проявляла интерес к словам Энди. Расходиться они начали на закате. Нарцисса и Гермиона вежливо попрощались и пошли от ее частного дома по дороге молча. Девушке было неловко от тишины между ними, но она держалась молодцом. — Мы далеко от Лондона? — подала голос Нарцисса. — Не совсем. Но лучше трансгрессировать. Женщина кивнула, и они прошли в закуток между деревьями. Трансгрессировав в улочку Косой аллеи, у Гермиона подвернулась нога, и она упала на Нарциссу. Женщина ее сразу же подхватила в свои объятья. Девушка почувствовала этот знакомый аромат духов и прислонилась еще ближе. Нарцисса остановила ее за плечо в сантиметрах от своих губ. Она сглотнула, смотря на молодое жаждущее ее лицо. — Ты помнишь в Запретном лесу…? — прошептала Гермиона. — Поцелуй? Нарцисса в легком страхе заглядывала в глаза Гермионы, ища там отвращение или сомнение, но увидела лишь решительность и желание. На нее никогда не смотрели с подобным желанием. Это не была потребность обладать ею, это не было чем-то животным, с чем смотрел на нее Люциус. Гермиона желала быть рядом; быть той, кому позволено целовать эти нежные губы; быть единственной, кто может притянуть в объятья. Нарцисса сдалась. Она посмела Гермионе потянуться ближе и коснуться ее губами. Женщина сделала легкий вздох перед тем, как губы Гермионы накрыли ее. Все как и тогда. Снова этот сладкий вкус молодых губ, нежное прикосновение рук к ее щекам, и запах терпких духов. Нарцисса прикрыла глаза на секунду, чтобы насладиться девушкой рядом с ней и сразу же почувствовать наказание за это. Нарцисса надавила на плечи Гермионы, чтобы заставить ее отстраниться. Сама женщина поморщилась от покалывающей боли по всему телу. Грейнджер в недоумении смотрела за реакцией Нарциссы. — Я неприятно целуюсь? Блондинка издала сдержанный смешок от такого невинного вопроса и от неуверенных глаз, смотрящих на нее. Она провела рукой по щеке Гермионы. — Брачный договор. Чистокровные правила. Не могу целовать кого-то или заниматься чем-то интимным, пока нахожусь в браке. Похоже на легкое действие Круциаутуса. Гермиона прикрыла рот рукой. — Не может быть. Так жестоко. — Тут не зачем удивляться, милая. — пожала плечами Нарцисса. — Это чистокровный мир. Это тяжело тебе понять. Как и мне твой мир. Гермиона сглотнула. — А Люциус? — Это не распространяется на мужчин. — То есть это еще и сексизм? Он имеет права трахаться с кем хочет и насиловать несовершеннолетних, а ты не можешь даже поцеловать человека, который… тебе нравится или еще что-нибудь, — Гермиона поморщилась и отвернулась. Она не знала, что между ними происходит и не хотела пока как-то обозначать их отношения. Интим с Люциусом вспомнился вместе с рвотным рефлексом, и девушка силой подавила это. Нарцисса замялась от ответа Гермионы и просто покачала головой, меняя тему. — Пойдем.

***

Чувство беспомощности. Боль в ногах, когда их насильно раздвинули и ударили по бедрам. Гермиона поморщилась, когда почувствовала снова проникновение там. Резко она начала задыхаться и увидела лицо Люциуса, нависшего над ней с улыбкой. Гермиона пыталась выбраться, царапая его большие, как у медведя, руки, но не могла освободиться. Она слышала крики Нарциссы и не могла пошевелиться. Из горла вырывались только хрипы. Сердце сдавило, и ей казалось, что оно неестественно быстро бьется. Оно сейчас остановится и все это закончится. Оно сейчас…. Ее ударили головой об изголовье, чтобы еще меньше сопротивлялась. У Гермионы пошли слезы. — Не… Не… — Гермиона села на кровати в холодном поту и закричала в темноту, вырываясь из пелены кошмара. — Нет! Живоглот молча смотрел на нее с другого конца кровати, уже не удивляясь состоянием хозяйки по ночам. Гермиона схватилась за сердце, ухватывая учащенный ритм. Проведя руками по волосам, она почувствовала, как вспотела от страха, потянулась за стаканом воды на тумбочке и залпом осушила его, надеясь, что он остудит ее тело изнутри. — Когда же все это закончится?