Тень шахматной доски

Пустота. Белый свет, но ощущался как темный мрак, вокруг ничего. В таком месте сразу хочется задать вопрос: «кто я ?» Что такое мир ? Что такое вселенная ? Что такое жизнь ? Несомненно, каждую секунду свободного времени, Дазай задавал эти вопросы, не понимая ответа на них, но сейчас, в таком пространстве, все стало еще гораздо сложнее и глубже. В этом месте не ощущаешь ничего, кроме своих мыслей. Тело будто ушло куда-то в таинственность, как и эмоции. Лишь было ощущение, что ты где-то в заграничном состоянии от реальности. Чувство было необъяснимое  Однако, Дазай придя в сознание, пытался вспомнить всю картину. Сложить весь пазл. И он потихоньку получался. Осмотр тела, письмо, палец, яд, машина, противоядие, дом и обморок. Собрав последний фрагмент, он встал с пола и, не медля, пошел сразу к выходу. Все было как обычно, однако Осаму остановился и начал понимать, что чувствует себя как-то… не так ? Скорее, действие от ловушки, в которую он попал, поэтому недолго раздумывая, так как есть дела поважнее, закрыл свою квартиру и зашагал к машине, которая также небрежно стояла, даже не припаркованая. Шатен взялся за ручку двери и открыл ее. После чего завел, и, нажав заветную педаль, помчался в офис На улице был вечер. Свет в городе еще не включили, но и снаружи не было темно. Дазай понял, что проспал скорее всего сутки, ведь на улице не было той палитры, которую он видел по дороге домой. Детектив не стал сильно торопиться, но и медлить в планах также не наблюдалось, поэтому добирался, наслаждаясь видами своего города, который, судя по всему, был в опасности  И вот, наконец-то, уже ни о чем не переживая и никуда не летя, Осаму припарковал свой транспорт и с улыбкой, что нашел хоть какую-то зацепку, побрел до входа. Шаг, два, три, и… Шатен открыл дверь с довольным видом и в ту же минуту на все здание прозвучал с ноткой веселости голос Дазая: — Куникида-а-а, возрадуйся, твой любимый напарник все еще живо-ой, хотя я бы предпочитал найти хороший способ быть мертвым.—Последнее он проговорил уже потише и с интонацией какой-то отчасти грусти Осаму ждал ответа от «душного», по его мнению, Доппо, но в ответ лишь послышалась тишина. Только где-то вдалеке, совсем еле-еле было слышно пение птиц. Дазай, опустив руки и сгорбившись, недовольный, что его так встречают, побрел в главный зал Дойдя туда, он… никого не обнаружил ? — В прятки решил поиграть, я ж найду и тако-о-ой переворот устрою. Или ты вообще ушел ? Неужели такой трудяга пойдет домой в такое ранее время. Да ну-у, ты меня сто процентов разыгрываешь  Осаму обошел почти все комнаты, все уголки, каждое место, но своего товарища он и вправду так и не нашел, поэтому глубоко вздохнув, что некому потрепать нервы, он шагами приближался обратно к двери, через которую вошел Однако, сделав шаг, шатен сразу остановился. Шорох послышался где-то в рабочем месте Куникиды. Дазай насторожился, ведь только что там был, невозможно же, чтоб он пропустил хоть маленькую дырочку, где мог скрыться Доппо, но особо раздумывать не стал и сразу же пошел обратно в ту комнату. Он остановился у самой двери и приставил к ней ухо, но не услышав ничего, Осаму осторожно открыл дверь и… То, что случилось дальше, он явно не ожидал.. В ту же секунду, Дазай почувствовал, как кто-то толкнул с силой его к стенке, отчего тот замкнул глаза в мгновение из-за неожиданного действия, а после, незнакомец намеренно закрыл его рот рукой, которая достаточно крепко сжимала, что сложно было и слова выдавить. Явно, чтоб ор или на что-то вроде того, был не слышен, но шатен этого и не планировал, кроме легкого удивления, которого он не подавал, его на данный момент ни одна другая эмоция не брала. Да и в целом, помимо звуков, ему бы хоть шевельнуться Прошло несколько секунд и зрение вернулось в свое русло. Осаму открыл глаза и первое, что он заметил - человека, из-за которого все сейчас произошло Перед ним стоял свиду молодой незнакомец. Его волосы переливались черным цветом, но будто кое-где был виден оттенок фиолетового цвета. Глаза горели таким же цветом, перемешанным с пурпурным. Кожа была бледная, что в целом указывало, что возможно, перед ним человек, страдающий каким-то проблемами со здоровьем, на вроде анемии. Одежда состояла из черного плаща с мехом, белой рубашки с сиреневой палитрой в отдельных местах, черных штанов и таким же цветом сапогов. Это все придавало достаточно грозный вид, но в то же время некоторые фрагменты ослабевали эту «опасность». Выражение лица у него было умиротворенным, но в то же время и удовлетворенным. Будто, он знал, что так все будет. С самого начала, как только Дазай сюда зашел. Или это… было все намного раньше ? Тут к Осаму пришла вдруг догадливая мысль, но жаль, что прозвучала лишь в его голове. Неожиданно, тишину нарушил сам незнакомец: — Не хотел, чтоб столь приятную тишину нарушали. Хотя… Вижу, некоторые столь более обещающие и интересующие твои мысли крадутся и дают возможные блестящие разгадки. Пожалуй, это получше, чем слушание безмолвной тишины. Думаю, отчасти, ты понял некоторые фрагменты. Я та самая для вас «проблема», которая проявила снесходительную доброту и помогла вашему обнадеживающему агентству ликвидировать некоторых «помех», и я тот, который, привел тебя в это прекраснейшее, пропитанное комфортностью место. Добро пожаловать в мир сновидений, Дазай,—Его голос звучал спокойно и даже отчасти мелодично, что не могло не удивлять—Думаю, мне стоит тоже представиться ради уважения. Я Федор. Федор Достоевский Он взял паузу и прикрыл с невозмутимым выражением лица свой взгляд, а после, глубоко вдохнув в свои легкие кислород, отошел от Осаму, который в свою очередь переваривал только что сказанные слова, попутно наблюдая за действиями Достоевского  — Федор, значит. Как интересно. И зачем такому далеко неглупому человеку говорить свое имя детективу, который непосредственно за ним ведет охоту. По-моему, здесь ты допустил ошибку.—Он взял паузу, погрязая снова в своих мыслях и расставляя по полочкам все дальше.—Да и… Это непохоже на сон. Слишком все реалистично и память, на счет того, что случилось со мной до этого всего, до сих пор со мной. Хотя чувства и вправду необычные, но даже если так, то ты воображение моей головы и не более, удивительно только, что такое четкое Осаму пытался соотнести все произошедшее с событиями сейчас, и он был на пороге разгадки, но некоторое, так и не смог соединить в один пазл. Федор в это время лишь легонько ухмыльнулся, что его манипуляцию так и не разгадали, но раз этого произошло, то он решил самостоятельно все рассказать, увидев, что Дазай все-таки, хоть и на пороге, но все равно окончательного ответа у него нет. — Занимательно, что моя загадка оказалась непростой, но это все прекрасный сон, сейчас ты лежишь также в своей квартире на полу около тумбочки, в которой лежит то, что ты хотел использовать против яда. Кстати, о нем, именно он привел тебя сюда — Яд… знаешь ли, это было ужасно, хотя в какой-то мере и приятно, если бы я был фанатом боли. Можно было придумать что-то более воодушевляющее ? — Как грубо с твоей стороны, ради такого, мне пришлось самому пройти такое же испытание.—Пауза, безмолвие, но через пару секунд он произнес.— Думаю, теперь ты точно догадался в чем дело.— Улыбка Федора не спадала, хотя голос звучал также безмятежно  — Это был проводник…Не уж то твои слова правда. Мило с твоей стороны, но… ощущения здесь странные — Распускать ложь мне не доставляет удовольствия на данный момент, если истинный ответ на это до сих пор смущает тебя, то… Сейчас, когда проснешься, посмотри на верхушку той тумбочки. Там будет письмо со значком крысы.—После этих слов Достоевский начал рыться в своем кармане и достал иглу, похожую на ту, которой шатен проткнул палец.—Если переживаешь, что упускаешь возможность задать мне миллион уважаемых вопросов, то эта встреча далеко не последняя. А теперь.. Прошу дать мне руку, если хочешь проснуться и убедиться во всем самостоятельно Осаму помедлил, ведь он ни грамма не доверял Федору, даже если это сон и он реальный человек, попавший сюда также. Но переосмыслив досконально от начала до конца, Осаму все же выполнил просьбу и протянул свою руку — Что ж, до встречи, Дазай. Буду душевно надеяться, что в следующий раз наша встреча будет еще захватывающе, чем сегодня.—После этого он проткнул иглой палец шатена и отошел, прикрыв глаза и опустив хитрую ухмылку, а через секунду Федор остался один.—Но уверен, так все и будет, по крайней мере, предвещает. И да, я не допустил еще ни единой ошибки.—После этих слов, донесших в пустоту этого «мира», Достоевский направил свой взгляд на иглу, потом приблизил вторую руку и также, не затрудняясь, почувствовал укол в пальце.