Мой Мир || Кащей

13 декабря 1988 год Держа буханку подмышкой, молодой человек не спеша плелся по вечерней улице. Фонари отбрасывали причудливые тени на тротуар и протоптанные дорожки. Снег скрипел под ногами. Закурив очередную сигарету, он остановился у до боли знакомого дома, вглядываясь в окна на третьем этаже. Всё так же завешаны. Увы, там уже более семи лет не загорался свет, не маячила аккуратненькая фигурка в розовом платьице. Да, наверное, и к лучшему всё это. Нечего теребить старые раны с воспоминаниями, до сих пор откликающиеся болью в сердце. Затянувшись во второй раз, он в миг выкурил сигарету до самого фильтра и, отбросив бычок куда-то в сугроб, выдохнул ядовитый дым. Из подъезда старой панельной пятиэтажки вышел кругловатый мужичок лет 55-ти с усами, одетый в коричневую дублёнку и меховую шапку. В руках кожаный портфель и ключи от недавно выданной серебристой волги. Мужчина озирался по сторонам, вглядываясь в лица прохожих, будто чего-то опасаясь, но увидев паренька с буханкой, тут же улыбнулся, осмелев, и крикнул: — Здравствуй, Костик! — Добрый вечер, дядь Вить, — преодолев расстояние между ними, протянул ладонь молодой человек. — Как жизнь молодая? — пожал он руку в ответ. — Не жалуемся, — усмехнулся Константин. — Крутимся помаленьку. Деньги есть, проблемки отсутствуют. Вы как? — Ну это хорошо, хорошо. Может, тебя подвести до дома, али ещё куда? — Не, не нужно, пройдусь. — Ну на нет, как говорится. Мне, кстати, нужна помощь твоя. — Помощь? — прищурившись переспросил парень. — Конечно. Для Вас всё, что угодно, Виктор Петрович. Вы ж мне, как отец — Костик, смотри какая оказия приключилась. У нас на заводе начали твориться не очень хорошие дела. Мои коллеги, директор, его зам и бухгалтера начали в тихую толкать большое количество нормальных деталей на рынке по ценам в несколько раз дороже изначальной. В замен нашей качественной продукции, совещались поставки на другие склады и заводы бракованной продукции. Все это покрывалось черной документацией... Костя, не перебивая, внимательно слушал мужчину и думал: «Для чего он мне это рассказывает? Я ж нихрена в этом не понимаю». — ...я, как совладелец завода, просек эту схему, собрал компромат и потребовал прекратить махинации. К сожалению, никто и не стал меня слушать. Узнав про компромат, они начали шантажировать, вплоть до того, что грозились убить, — усмехнулся Виктор, будто сказал что-то смешное. — Правда вот есть загвоздка: за себя я не волнуюсь. Но если они всё-таки устранят меня, мои активы перейдет к ближайшему наследнику. Всё давление обрушится на неё. А ты пацан умный, сам понимаешь как всё сейчас делается. — А от меня Вы чё хотите, дядь Вить? — покачал он головой, перекрещивая руки на груди. — Мы не общаемся с ней. И теперь совершенно разные люди. — Она должна на днях приехать... Сердце пропустило болезненный удар. «Неужели после нескольких лет я снова увижу её? А вдруг в Москве у неё появилась семья? Муж? Надо будет расспросить Свирида... А нахуя? Если она тогда поступила так, значит, «никчемный неудачник» нужен ей...» — Костя, ты меня слышишь? — щелкнул пальцами перед носом Виктор. Парень встряхнул головой и кивнул. — Так вот, возьми эту папку и отдай лично ей в руки, — сказал мужчина, доставая из портфеля плотную папку. — Помимо компромата здесь вся документация, касаемо моей доли на этом заводе. И ещё... — он перевел взгляд на озадаченное лицо собеседника. — Как бы не сложились Ваши отношения, защити Юлю, Даньку и, особенно, наш Мир. Во что бы то ни стало. Помедлив, Константин взял в руки папку. Сжав челюсти, на лице выступили желваки. В глазах появился холодный блеск. — Хорошо, я сделаю всё, чё в моих силах. Я защищу их, дядь Вить. Будьте уверены, — процедил он. Мужчина подался вперед и приобнял его, прошептав тихое «спасибо». Через несколько секунд, пожав друг другу руки, они разошлись. Виктор Петрович завел свою волгу и медленно двинулся в сторону проезжей части, а Константин пошёл в мрачный подвал, пропахший потом, сыростью и металлом. Излюбленное за все годы место, где всегда считался авторитетом.