Его душа разбилась за мгновенье
И почернели крылья за спиной.
Он проиграл в ликующем сраженье,
он проиграл... Покрылся коркой, тьмой.
Он ведь просил, он умолял, он знал!
Он рад бы был и на колени встать!
Но чёртов дед улыбку лишь отдал,
Пустышку за надежду выдавая
Зелёный омут ярких глаз когда-то
Дарил душе и счастье, и покой.
Пусть не его она была услада,
Но всё же приходил он к ней, домой...
Стирая кровь и грани позволенья,
Он убирает прядку с бледных губ.
Целует нежно с болью сожаленья
Целует так, как никогда не мог.
— Глупышка ты моя, Лили.
Ну почему осталась с этим дураком?..
И снова вру: дурак тут я... Ты уж извини.
И как хотелось бы забыться мрачным сном.
Он тело хрупкое в руках сжимает
Под детский плач откуда-то вдали.
И слезы градом по лицу стекают,
И тонут где-то в море корабли.
Да пусть рыдает Ива до зари,
Да пусть обвалятся все горы мира!
В его душе нет больше места для любви,
И голову палач отсек у Клювокрыла.