Кемджира, должен выжить.

Преодолев множество трудностей и проведя семь лет вместе, Фаран и Кемджира наконец выбрали благоприятную дату, чтобы официально связать себя узами брака. Свадьба состоялась в недавно построенном небольшом тайском доме, возведенном на сбережения, накопленные Кемом за эти годы, и расположенном недалеко от храма Луанг Пор Пиньо. После официального предложения старейшин представители стороны Кемджиры во главе с Араньей, матерью Чанвита, действуя от имени Луанг Пор Пиньо, который в настоящее время занимал пост настоятеля, договорились о подходящем приданом. За три дня до свадьбы, согласно исанской традиции, известной как "Муе Хом", монахи приглашаются для чтения молитв в дом Кема. Родственники с обеих сторон, а также жители окрестных деревень собрались вместе, чтобы сделать заслуги, предлагая еду и слушая проповеди. Среди монахов был настоятель Луанг Пор Пиньо, который присоединился к ним, чтобы дать свое благословение. На протяжении всей проповеди Кемджира радостно смотрел на отца, а сам монах с нежностью наблюдал за ним и Фараном. После свадьбы Кем намеревался отвезти будущего мужа в храм, чтобы еще раз выразить почтение Луанг Пору. За день до торжества, который назывался "Муе Тао", или день подготовки, многие люди со стороны Фарана и Кемджиры собрались вместе, чтобы подготовить и украсить место его проведения. По традиции устраивался пир и подносилось угощение для гостей из обеих семей. Наконец, в день свадьбы примерно в километре от дома Кемджиры началось шествие Хан Маака. В шествии участвовали Качин, Джет и его семья, которые были близки с Фараном на протяжении десятилетий, бывший староста деревни, добровольно выступавший от имени старейшин семьи, и все жители деревни, которые зафрахтовали автобус, чтобы присоединиться к празднику. Их сердца были полны радости на протяжении всех трех дней. Однако отец Фарана женился вторично и создал новую семью уже довольно давно, с того самого времени, как скончался дедушка Саке. Поэтому шаман не только не прислал ему известие о свадьбе, но и вообще не пригласил его участвовать в церемонии. Парад Хан Мааке начался с того, что бывший староста деревни выступил в роли церемониймейстера или главного переговорщика по поводу цены приданого, за ним последовал жених, одетый в светло-голубую рубашку с закатанными рукавами, заправленную в хорошо сидящие черные брюки и надевший, неизменные, солнцезащитные очки, чтобы укрыть глаза от солнца. Его близкий друг Качин держал над ним зонтик, а сбоку от него стоял Джет, готовый предложить бутылку воды, чтобы утолить жажду. Молодой человек также нес ингалятор, опасаясь, что Учитель, который редко выходил на улицу днем, может упасть в обморок по дороге. Далее группа девственниц несла подносы Хан Маака и приданое, сопровождаемая жителями деревни, которые нарядились и демонстрировали свои наряды, образуя процессию из почти сотни человек, сопровождаемую оркестром, играющим живую и радостную традиционную музыку. По прибытии к дому Кемджиры, после того как их приветствовали Чарнвит, Аранья, Пермай, сверстники из университета, а также многочисленные друзья из Клуба общественной работы, следующим шагом перед входом в дом было омовение ног церемониймейстера и жениха молодыми представителями со стороны Кема. Фаран вынул босые ноги из черных кожаных туфель и ступил на платформу из точильного камня, установленную на банановых листьях. Омовение ног совершали пятилетние мальчики-близнецы, одетые в белые рубашки с короткими рукавами и голубые саронги с золотыми шелковыми поясами вокруг талии, выглядевшие одновременно очаровательно и скромно. После этого шаман вручил им белые конверты с несколькими тысячами бат наличными. Суа и Сингх мило поблагодарили Фарана почтенным "вай", а затем подняли руки и в унисон сказали: "Дада, муа-муа*". *[прим. ред.: Дада муа-муа = папа поцелуй] Мужчина снял солнцезащитные очки, заправил их в воротник рубашки, присел и обнял обоих детей, с невозмутимым выражением лица поцеловав каждого в щеку. Дети ответили ему, обменявшись сладкими поцелуями. Джет запечатлел этот восхитительный момент на камеру, едва сдерживая желание завизжать. После омовения ног жениха и церемониймейстера пригласили в дом. Суа и Сингх были унесены Качином, чтобы насладиться угощениями в другом месте. Теперь настал черед ритуала «запрет жениху приближаться к невесте», в котором было трое ворот, чтобы пройти через которые Фаран должен был заплатить определенную сумму людям, охраняющим каждые. У первых ворот внезапно появился Джет, который резко переметнулся на сторону Кемджиры, это Чанвит потащил за собой парня, чтобы тот составил ему компанию. К счастью, шаман сегодня был в лучшем настроении, чем обычно, поэтому Джету удалось получить десять тысяч бат без единого шлепка от рук Учителя. К тому времени, когда они прошли через все ворота, было потрачено в общей сложности сто тысяч бат. В центральной части дома, Кемджира, одетый в светло-голубую рубашку и приталенные белые брюки, сидел в ожидании церемонии вместе с матерью и друзьями Чанвита. Вскоре церемониймейстер привел Фарана, чтобы тот сел рядом с ним. Остальные гости аккуратно уселись на пол. Следующим этапом было представление приданого, которое включало девять миллионов бат наличными, девять золотых слитков и 14 400 квадратных метров первоклассной земли в провинции Убонратчатхани, общей стоимостью более десяти миллионов бат. Хотя для Кемджиры эта сумма казалась непомерной, в конечном итоге она принадлежала и ему, и Фарану. Аранья выступила от имени матери Кемджиры, официально приняв все подарки. После того как приданое было вручено, они приступили к обмену кольцами. Они представляли собой изящные серебряные ободки, украшенные мелкими бриллиантами, элегантные в своей простоте, с выгравированными внутри полными именами друг друга. После вручения приданого и обмена кольцами церемония продолжилась благословением пары и перевязыванием запястий, которое проводил опытный брамин из соседней деревни, приехавший сюда, чтобы помочь в проведении ритуала. "Шри, Шри. Прошли дни и годы, и вот наше драгоценное дитя уже выросло, родители, тети, дяди, пожилые люди, бабушки и дедушки пришли в большом количестве, окружив вас, чтобы устроить свадьбу, так как было назначено благоприятное время. Выйдя замуж, живите праведно, ведя семью к процветанию, с сердцами, огромными, как реки в океане, обладающими четырьмя качествами". "Первое - чистая вода, ибо мы погружаемся в ее чистоту. Второе - вода приспосабливается и становится чем угодно: даже самый маленький ручеек может влиться в кувшин. Третье - вода, если она действительно прохладная, утоляет жар и голод; выпейте ее, и жар и голод исчезнут; четвертое - вода, если она действительно едина, легко собирается вместе. Даже если ее разрезать лезвием, она легко воссоединяется". "Все четыре атрибута в высшей степени добродетельны. Пусть ваши сердца будут подобны такой воде. У а му ма мул ма маха мулманг савахум. Сатху". Как только закончились эти слова, Кемджира, который до этого сидел со сцепленными руками и внимательно слушал, поднял руки в знак уважения и тихо повторил "сатху", а затем принял разрезанное пополам вареное яйцо, которое брамин предложил, чтобы обменяться и накормить друг друга. Во время этого ритуала он чуть было не решил съесть все яйцо сам, смущенный взглядом своего будущего мужа. После обмена яйцами старейшины вышли вперед, чтобы повязать веревки вокруг запястий пары, благословляя женихов. Среди них был Чанг, бывший староста района, со своими детьми, включая Пхонга и его парня, а затем Прим и ее муж с трехлетним ребенком. За несколько лет до этого, когда Прим только полюбила своего мужа и планировала выйти замуж, свадьба несколько раз откладывалась из-за различных необычных обстоятельств. Почувствовав неладное, она обратилась за советом к Фарану и узнала, что тот когда-то поклялся, что пока он не женится, девушка тоже останется незамужней и не выйдет замуж ни за кого другого. Проведение ритуала, отменяющего обет, стало довольно сложным испытанием, но в конце концов она смогла выйти замуж за своего возлюбленного без дальнейших препятствий. Что касается Пхонга, то к тому времени он уже сильно влюбился в Кемджиру. И когда он столкнулся с отказом, то почти на полгода ушел в себя и стал лечить свое израненное сердце. Однако, будучи в душе оптимистом, он смог отпустить его и двигаться дальше. В прошлом году он встретил человека, который заставил его сердце снова забиться - медсестру, которая случайно оказалась на боксерском ринге в тот день, когда у Пхонга был поединок. В тот день он проиграл бой и получил серьезную травму, а первую помощь ему оказала эта очаровательная молодая медсестра. Несмотря на то, что медсестра достаточно грубо обрабатывала раны, что на глаза наворачивались слезы, молодой человек терпел. После продолжительного флирта они стали друзьями, и вот уже почти год они вместе. Хотя у каждого был свой путь, Чанг, бывший староста района, Пхонг и Прим по-прежнему часто навещали Фарана и Кемджиру, которые всегда тепло принимали их. После того как старейшины закончили церемонию завязывания веревок на запястия женихам, настала очередь Качина. Кемджира понятия не имел, сколько денег шафер положил в конверт, и, честно говоря, не решался посмотреть. Затем пришли Джет, Чанвит и все университетские друзья, которые робко подошли, чтобы завязать священные нити на запястьях молодоженов, напуганные взглядом Фарана, который заставлял всех почувствовать страх, смешанный с уважением. "Кем, я так счастлива, что встретила такого прекрасного человека, как ты. Спасибо, что всегда приглашаешь меня к себе на ужин. Отныне я желаю тебе счастья в супружеской жизни" - сказала Пермай со слезами на глазах. Кемджира мило улыбнулся, принимая благословение. "Спасибо." Пирмай широко улыбнулась ему в ответ, затем глубоко вздохнула и медленно направилась к Учителю. "Э... поздравляю, Учитель. Пусть ты будешь очень счастлив. Будь здоров... сатху", - заикаясь, произнесла свое благословение девушка, дрожащими руками завязывая священную нить, не смея ни на секунду посмотреть в глаза жениху. Она просто махнула ему рукой, выражая почтение шаману, и поспешно отползла в сторону, чтобы ударить Джета, который смеялся так громко, что, казалось, дом сотрясался. Повязав святую нить на руки женихов на счастье, Суа и Сингх бросились к родителям, украшенные гирляндой из сладостей, которую Качина игриво повесил им на шею, отчего они выглядели совсем растрепанными. В этот момент Джет предложил сделать групповой снимок отцов и сыновей. Кемджира и Фаран быстро рассадили детей так, чтобы они сидели красиво, а потом улыбнулись и посмотрели в камеру. Суа и Сингх охотно сидели неподвижно, широко улыбаясь в камеру дяди Джета, словно зная, что однажды они могут стать знаменитыми Тик Токерами. Жители деревни, видя, как Фаран наконец-то нашел подходящего партнера, были растроганы до слез. Они чувствовали и радость, и облегчение от того, что у такого человека, как Учитель, будет кто-то, кто будет заботиться о нем до старости. Для человека, который всю жизнь жертвовал собой и дарил добро другим, было вполне уместно получить в ответ добро, умноженное во сто, в тысячу раз. И сегодня это свершилось. Но как и в любом другом деле, пришло время расставаться. После свадьбы все разошлись по своим домам, оставив молодоженов наедине с собой. Тем временем их сыновей-близнецов взяла под свою опеку Аранья, облегчив отцам заботы, ведь если те останутся с Качином, то, скорее всего, не сомкнут глаз всю ночь. Кемджира принял ванну после любимого - дольше, чем обычно, готовя свое тело к тому, что вскоре должно было произойти. Возможно, это было бы слишком стыдно упоминать, но в свои двадцать девять лет Кемджира хорошо изучил способы, хотя никогда не занимался этим. Он уставился на дверь ванной, тяжело сглатывая. Его руки были холодными, когда он осторожно сжал их вместе, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Несмотря на то что он уже подготовился к этому, он чувствовал себя неуверенно, нервно и взволнованно, словно в ушах звенело, а зрение расплывалось. Он не решался выйти из ванной... Но, похоже, кто-то не мог больше ждать, так как дверь внезапно распахнулась и молодой человек, стоявший за ней, в шоке отшатнулся. Мужчина, одетый в белые пижамные штаны, смотрел на него немигающим взглядом. От этого взгляда сердце Кема забилось неровно, а тело охватил жар, словно обжигающее пламя лизало его кожу. Высокая стройная фигура подошла ближе, и от нее повеяло прохладным благоухающим ароматом. Длинные нежные пальцы легко коснулись светлой щеки, а затем глубокий мягкий голос поинтересовался: "Что случилось?" От этого простого вопроса Кемджира вздрогнул. Не в силах оторвать взгляд от темных глаз Фарана, он ответил дрожащим голосом: "1-1"... Ему удалось произнести только это, прежде чем он тяжело сглотнул, не в силах продолжать. Кемджира пожалел, что не может ущипнуть себя достаточно сильно, чтобы вернуть самообладание и прекратить неловкость прямо здесь и сейчас. Но зачем? Он прикасался к этому телу бесчисленное количество раз - держал за руки, обнимал, целовал - на протяжении многих лет. Почему же в такие моменты он испытывал страх? Фаран слегка наклонил голову, его черные глаза, казалось, сами искали ответ. Набравшись уверенности, он спросил: "Ты боишься меня?" Губы Кемджира удивленно разошлись, и он поспешно покачал головой, спотыкаясь о слова. "Я не боюсь тебя, Пим. Я просто... просто нервничаю. И... и немного волнуюсь", - шепотом закончил Кемджира, его голос был таким мягким, что почти неслышным. Его милое лицо отвернулось, избегая взгляда Фарана из-за смущения. Вель он знал, что либимый терпеливо ждал этого момента. Черные глаза снова смягчились. Он хорошо понимал чувства Кема и медленно потянул его за запястье, отводя от холодного пола ванной. Мужчина притянул стройное тело к своей обнаженной груди и крепко обхватил его руками. "Не волнуйся. Если ты не готов, я не буду тебя заставлять", - заверил его Фаран. Кемджира прикусил нижнюю губу, ощутив в сердце прилив нежелания при мысли о том, что ему снова придется заставлять мужа ждать. Юноша быстро обхватил высокую фигуру, зарылся лицом в тепло и покачал головой. "Нет, я... Я готов", - настаивал он. Видя такую реакцию, Фаран ласково погладил его по спине, словно успокаивая испуганного котенка. "Успокойся. Не нужно торопиться". "Но..." Когда Кемджира снова заволновался, шаман приподнял его подбородок, чтобы встретиться с его темными глазами. Спокойствие в его взгляде было подобно прохладному потоку, успокаивающему разгоряченный дух. "Обдумай все хорошенько. Убедись, что это то, чего ты действительно хочешь. Или ты просто хочешь доставить мне удовольствие?" У Кемджиры пересохло в горле, когда он в этот момент встретился взглядом с Фараном. Словно невидимая рука коснулась самой глубины его сердца, которую он не решался открыть. Красивое лицо мужчины, благородная аура, которую он излучал, и эти острые, уникальные и чарующие глаза - все это пробуждало в нем желание, которое просыпалось под действием этого очарования. Кем не мог отказать своему сердцу в желании обладать этим мужчиной, заполучить его в свои руки. Его язык бессознательно высунулся, чтобы непроизвольно облизать губы, прежде чем он слабо сказал человеку, ожидавшему его ответа. "Я хочу этого". На краткий миг черные глаза Фарана сверкнули. Затем тонкие запястья обвились вокруг шеи высокого мужчины, после чего его тело без труда приподнялось. Стройные ноги инстинктивно обхватили талию шамана. Без единого слова, одним лишь взглядом, выражавшим непреодолимый голод, Фаран, казалось, сжег тело Кемджиры дотла. Кемджиру осторожно положили на кровать, сердце его колотилось так что чуть ли не выпрыгивало из груди, он не мог предугадать следующий шаг старшего мужчины. Муж открыл прикроватный ящик, достал средства защиты и смазку и положил их рядом, после чего отступил назад, чтобы снять штаны на глазах у Кема, который не отрываясь наблюдал за происходящим. Младшему показалось, что у него перехватило дыхание в тот момент, когда твердый член любовника впервые оказался на виду. В тусклом свете лампы все было хорошо видно, а от его размера пересохло в горле, и он с трудом сглотнул. "Хочешь попробовать потрогать его?" - глубокий голос нарушил тишину. Кемджира почувствовал, что это был не вопрос, а приглашение. Дрожащими руками он потянулся вперед, чтобы осторожно огладить естество. Его глаза слегка расширились, когда то, что было в его руке, стало еще больше. Тогда он попытался сжать его покрепче и начал неуверенно водить рукой вверх-вниз, имитируя движения, которые он когда-то наблюдал в видео. "Ммм", - прозвучал в горле старшего звук удовлетворения. Кемджира слегка сжал губы, гадая, как отреагирует Фаран, если он пойдет дальше. Подняв взгляд, он встретился с острыми глазами, полными желания, и мягко спросил: "Пим, могу я воспользоваться своим ртом?" Мужчина на мгновение застыл, словно опешив, а затем его тонкие, слегка подрагивающие пальцы провели по мягким волосам юноши, и он кивнул. "Давай". В этот момент любопытство Кемджира пересилило его стыдливость. Его взгляд был прикован к большому, затвердевшему члену, окруженному венами, которые одновременно интриговали и пугали. Он задавался вопросом, почему он так отличается от его собственного... Чем больше он смотрел, тем сильнее его тянуло к нему, и он приблизил свое лицо. Его розовый язычок высунулся, легонько облизывая кончик, который уже сочился смазкой. Напряженная атмосфера, не поддающаяся контролю, давала о себе знать: Фаран изо всех сил старался сидеть спокойно. Кемджира еще раз попробовал горьковатый вкус вытекающей жидкости, а затем раскрыл рот шире, чтобы охватить трепещущую плоть. Он опустил голову как можно глубже, словно желая измерить его длину, но обнаружил, что плоть длиннее, чем может охватить его маленький рот. "Ах..."- Глубокий стон мужчины заставил юношу почувствовать себя триумфатором и откинуть стыдливость, он начал ритмично двигать головой, подражая просмотренным видео, и был слегка удивлен, обнаружив, что член может увеличиться еще. Фаран вздрогнул и от удовольствия, и от неожиданности. Несмотря на то что он никогда не задумывался о подобных вещах слишком глубоко, ему всегда удавалось сохранять отстраненность и самообладание. Но с Кемджирой его самообладание легко рухнуло. "Ммм!" Кем вздрогнул, когда его голову внезапно обхватила сильная рука. Мужчина, который так долго стоял неподвижно, начал двигать бедрами и тут же вогнал свой член в мягкость маленького рта. Юноша прижался к крепким бедрам, закрыв глаза от не слишком грубых толчков. Его губы обхватили ствол старшего мужчины, не желая выпускать. Время от времени он легонько проводил языком по кончику, а другой рукой разминал сдвоенные яички. Ускоряющиеся движения бедер стали сигналом к тому, что конец близок. В эту долю секунды Фаран намеревался отстраниться и кончить снаружи, но Кемджира отказался сотрудничать, обхватив его и нежно поглаживая вверх-вниз, держа рот наполовину закрытым. Сверкающие глаза любимого, нависающего над ним, крепко сжимавшего руками его мягкие волосы, побуждали юношу к действию. В груди шамана нарастал зуд и неописуемый жар, заставляя его отказаться от сдержанности и выпустить свое семя в рот младшего. Кемджира, желая ощутить вкус Фарана, проглотил каждую каплю. Хотя тот был не таким сладким, как на первый взгляд, он все равно наслаждался им - Пим был таким вкусным. "Куда делся человек перед ванной?" Лицо Кемджиры покраснело от этих дразнящих слов, а тонкий палец осторожно стер остатки следов с уголков губ. "Ложись как следует", - сказал Фаран. Кемджира кивнул и перебрался на подушку, ожидая, пока другой последует за ним. Он тяжело сглотнул, когда его окутала огромная тень. Черные глаза не сводили с него глаз, а сильные руки коснулись края штанов юноши и медленно стянули их с его ног, а затем и футболку, в которую он был одет. Его обнаженное тело отражало свет, и лицо Кемджиры стало пунцовым под взглядом, который он не осмелился истолковать, прежде чем ему пришлось прикрыть рот, когда и его эрекцию приласкала грубая рука: "П-пим, уф". - Кемджира прикусил тыльную сторону ладони, чтобы подавить стон, в сотый раз с трудом сглатывая, когда его чувствительные части нежно растирали, а кончик дразнили большим пальцем, чередуя с надавливанием и разминанием. И младший, пытаясь сдерживаться, только подстегивал поддразнивания, Фаран ускорил темп, словно желая отомстить за прошлое. Кемджира сильно прикусил нижнюю губу, его ноги заскользили по кровати, и словно тысячи бабочек порхали у него в животе. Острое ощущение удовольствия пронзило пальцы ног, став невыносимым. "Пим, помедленнее. Я сейчас..." Наконец он выпустил мутный поток, оросил теплые руки Фарана, оставив юношу бездыханным. Он едва успел перевести дух, как рука, измазанная его соками, снова скользнула по гладкому белому животу. Влажные прикосновения переместились вверх и стали разминать его обнаженную грудь, попеременно массируя и игриво нащупывая кончиками пальцев розовые соски. "Ух-ах". Не в силах больше сопротивляться, Фаран наклонился и стал жадно сосать и лизать, не испытывая ни малейшего отвращения, поскольку считал, что его муж заслуживает такого же обращения. "Пим, ах!"- Кемджира был поражен и хотел было запротестовать, поскольку никогда раньше не испытывал подобного, но любовник нежно прикусил его сосок, а затем провел по нему языком, чтобы привлечь внимание. Его протесты перешли в крики удовольствия, и он застонал. Почувствовав растущую потребность Кемджиры в его ласках, Фаран прекратил игру и приподнялся, чтобы разорвать ртом упаковку презерватива, а затем раскатал его по своему изнывающему члену, взял флакончик с лубрикантом и выдавил немного на средний палец. "П-пим…". Мужчина кивнул, затем наклонился, чтобы поцеловать висок своего любимого и его нежно покрасневшие щеки. "Скажи, если будет больно". Сердце Кемджира заколотилось, когда он неуверенно раздвинул ноги, слишком стесняясь и нервничая, чтобы наблюдать за дальнейшими действиями партнера. Палец, прохладный от смазки, нежно коснулся мягкого входа под его яичками, трижды обошел вокруг, прежде чем впервые осторожно вошел. В тот момент Кем узнал, что пальцы мужа очень длинные и с крупными суставами. Когда они проникали в него, ощущения были почти невыносимыми. Когда мужчина стал ритмично двигать ими в его теле, удовольствие охватило все его конечности, заставляя беспокойные ноги метаться по простыне. Наслаждение было настолько сильным, что казалось, будто он может не выдержать: "Ах! Пим". "Что?" Кемджира задыхался, слезы текли по его щекам, а тело неконтролируемо дрожало, озвучивая его потребность. "П-пожалуйста, еще один палец, добавь еще один", - умолял он. Старший с легкостью подчинился, ввел еще один палец и задал новый темп. Чаще всего он хитро щелкал пальцем по мягким внутренним стенкам, отчего юноша в шоке задыхался и сжимал свои тонкие ноги на талии Фарана, пытаясь смягчить переполняющие его ощущения. "Ах!" Неловкие хлюпающие звуки были недолгими: как только показалось, что он снова достигнет вершины экстаза, два длинных пальца убрали, заменив их чем-то гораздо большим. "Расслабься", - спокойно произнес мужчина, приподняв бедра любовника, и расположившись у подготовленного входа. "Ух, Пим, он такой большой, ах!" На полпути Фаран больше не мог терпеть, и он одним движением вогнал свой член, одновременно наклонившись, чтобы утешительно поцеловать. Мужчине было так хорошо, что, казалось, все перестало иметь значение. Кемджира, терпел сильный дискомфорт, казалось, целую вечность, пока нежные поцелуи мужа не помогли его телу постепенно не расслабиться. Как только Фаран это почувствовал, он начал двигать бедрами. "Ах, ах!" "Тебе все еще больно?"- обеспокоенно спросил он, продолжая неустанно входить в любимого, словно одержимый. "Нет-а-а! Пим, продолжай", - закричал Кемджира, его глаза расширились от блаженства, когда большой член раз за разом ударял по его чувствительному месту. Его маленькие руки непроизвольно ласкали собственную грудь, чтобы выпустить наружу горячее желание. Вид парня в таком состоянии полностью разрушил намерение Фарана быть нежным с этим хрупким телом. Глаза цвета глубокой ночи смотрели на гладкий живот, вздымающийся от его собственного члена. Движимый любопытством, он игриво прижал к нему одну руку, продолжая неустанно толкаться бедрами. "Ух, ах, Пим, это слишком!" "Сожми сильнее". Несмотря на умопомрачительное удовольствие, которое почти лишило Кемджира чувств, он терпел и охотно подчинялся. И чем крепче он сжимал его, тем сильнее, казалось, разгорался огонь внутри Фарана. Кемджира задохнулся, когда его тело внезапно перевернули, уткнув лицом вниз. Он громко застонал, когда большой горячий член снова вошел в него до упора, и тут же понял, что муж придвинул к его голове подушку, чтобы заслонить лицо. Не раздумывая, Кемджира зарылся в нее лицом. Его губы плотно сжались, когда сильные руки Фарана начали оглаживать его грудь и соски малинового цвета, уговаривая расслабиться. Ласки продолжились вниз и сосредоточились на его небольшом члене, а потом вновь вернулись на округлые ягодицы. "Ах!" Кемджира крепко стиснул зубы, слезы потекли ручьем от сильных ощущений, а одна из его рук, сжимавшая мягкую подушку, была отдернута, чтобы доставить удовольствие самому себе. Руки Фарана сжимали его мягкие полукружия, направляя его на член мужа. От его тихих стонов по позвоночнику Кемджиры пробежали мурашки, а сердце заколотилось в предвкушении того, что должно произойти. Нежное розовое отверстие сжалось в безмолвной мольбе. Глаза цвета безлунной ночи следили за тем, как узкий проход заглатывает его ствол целиком, и чувствовали, как что-то шевелится в его сердце. Это было желание и одержимость плотским наслаждением, которое было заброшено на долгие годы.Но теперь это пламя разгорелось и не собиралось гаснуть в ближайшее время. Бедра Фарана снова начали двигаться в бешенном темпе, и благодаря такому удобному положению его огромный член смог проникнуть в мягкую плоть глубже и сильнее, чем прежде. "Ах, Пим, ух, да!" "Тебе нравится?" - поинтересовался глубокий голос. "Да, да, мне нравится, очень нравится это, а-а-а, вот так!"- Кемджира вскрикнул, когда самый чувствительный узелок внутри него ударили снова и снова, поток удовольствия пронесся от пальцев ног по всей его дине, грозя вырваться наружу, полностью разрушив его первоначальную сдержанность и стыд. Юноша, несмотря на дрожащие конечности, которые едва могли его поддерживать, все еще двигал бедрами, отвечая на каждый толчок, не сдаваясь. Он без устали сжимал и принимал толстый, длинный член. Фаран почувствовал, как по телу прокатилась волна восторга, которая едва не свела его с ума. Его сильные руки обхватили бедра Кемджиры и впились в него тяжелыми, обжигающими толчками, без устали ударяя по чувствительному месту, не давая ему возможности перевести дыхание. Кем задыхался, захлебываясь до такой степени, что не мог кричать. В ушах звенело от ударов плоти о плоть, эхом разносившихся по комнате. Пальцы его ног подгибались в агонии слишком сильного экстаза, переполнявшего его до слез. Вместо того чтобы пожалеть, Фаран ускорил темп, чтобы усилить восторг. "А! Пим, сбавь темп. Я сейчас кончу!" "Ну так кончай". Кемджира не мог остановиться, его маленькие руки торопливо ласкали себя, разминая кончик в такт неустанным толчкам. Он словно завис в воздухе, его разум помутился, слезы и слюна потекли вниз. Острые ощущения внутри него достигли своего пика, и выплеснулись наружу, рука наполнилась собственным семенем. "Аааааа!" - Огромное удовольствие заставило его непроизвольно сжаться вокруг члена Фарана, и тот почувствовал невыносимое блаженство. Он еще трижды повел бедрами, прежде чем выпустить белесую струю спермы, заполнившую презерватив. "Ах..." - обессиленный Кемджира лежал, задыхаясь. Мужчина еще на мгновение задержался в нем, а затем аккуратно покинул его тело и снял презерватив. "{Не ожидал, что так много выпущу.}"- Подумал он про себя, выбросил презерватив в мусорное ведро, а затем вернулся и присел рядом с кроватью. Он аккуратно убрал с лица Кемджиры влажные от пота волосы и спросил. "Ты сможешь сам принять душ?" Кемджира тут же покачал головой. Фаран почувствовал симпатию к тому, кто редко занимается спортом, наклонился и нежно поцеловал его в лоб, а затем встал. Захватив штаны, сваленные в кучу возле кровати, он отправился в ванную. Приведя себя в порядок и надев пижамные штаны, он принес таз с теплой водой и чистое полотенце, чтобы вытереть мужа, начиная с его маленького лица и заканчивая тем местом, которое было безжалостно изрезано до красноты и болезненности. Кемджира смотрел на нежные действия Фарана сердцем, полным тепла. Его мягкие карие глаза светились любовью и обожанием. Закончив обтирать, шаман одел Кема, а затем накрыл их теплым одеялом. Юноша прижался ближе к телу, нежно потягиваясь под легкими прикосновениями мужа. Мужчина поцеловал его лоб и гладкие щеки, мягко спросив. "Больно?" Кемджира поджал губы, его лицо покраснело, а затем он покачал головой. "Не так сильно, как я думал", - сказал он, зарываясь в теплую грудь, и продолжил. -"Мне понравилось". "Ты собираешься разбудить его вновь?". - Кемджира вздохнул и отодвинулся, услышав эту фразу, отчего Фаран тихонько засмеялся. Его сильная рука скользнула в заднюю часть штанов парня, тело напряглось, когда длинные пальцы скользнули между половинками мягкой плоти, чтобы коснуться интимного места, и Кемджира слегка вздрогнул от боли, тут же почувствовав прохладу мази, не зная, когда она была приготовлена, и отличив ее от смазки по запаху. Маленькое лицо покраснело от смущения, когда он понял, что позволил своим мыслям зайти слишком далеко. "Я больше не буду этого делать". "Давай подождем, пока спадет отек, прежде чем попробуем снова", - сказал ему Фаран. Кем кивнул, приподнялся и легонько поцеловал край его губ, а затем сладко улыбнулся. "Спасибо, Пим". Черные глаза смягчились так, как никто никогда не видел, а затем мужчина наклонился, чтобы ответить на нежный поцелуй, и прошептал слова, которые никогда не произносил раньше. Фаран ждал этого дня. "Я люблю тебя". Кемджира неподвижно смотрел в эти прекрасные глаза, не ожидая услышать эти слова. Воспоминания нахлынули на него со времени их первой встречи и до настоящего момента. Поступки Учителя всегда говорили громче слов, и он никак не ожидал услышать эту фразу. Его крошечный ротик слегка дрогнул, и он крепко обнял мужа, плача от радости. Фаран слабо улыбнулся, его сильные руки крепко обхватили маленького человека и успокаивающе погладили его по голове. "Я... я тоже люблю тебя, Пим. Я люблю тебя больше всего на свете". До скончания времен, когда наши смертные формы перестанут существовать, с этого момента ничто и никогда не разлучит нас, навсегда...