Дело о странностях города

В участке всё было спокойно: работники слонялись туда-сюда, выполняя различные поручения. Кто-то зашивался в документах, другие же пытались донести до посетителей, что необязательно кричать во время изложения своей проблемы. Такая картина повторялась изо дня в день, так что Мо Жань не был удивлен, когда зашел в участок. Он сразу же направился по коридору дальше, в то время как Сюэ Мэн свернул в кабинет следователя Чу. Они оба шли доложить о своих делах, только вот если брат и правда собирался рассказать всё Чу Ваньнину, то Вэйюй намеревался вновь надоедать объекту своего обожания. — Ши Мэй! Его голос разнёсся по всему помещению, отражаясь от стенок звонким «лаем». Человек, которого Мо Жань так искал, вздрогнул за стенкой и, оторванный от работы, вышел навстречу зовущему. — Здравствуй, А-Жань. Что тебя привело сюда посреди рабочего дня? Есть какое-то задание от следователя Чу? — Что? А, не, этот зануда занимается с Сюэ-я-краше-всех-Мэном. Я чего приходил-то. Что-то мне нехорошо после задания. Чу Ваньнин отправил нас одних на расследование дела о странных насекомых! Может, проведешь на мне это своё вскрытие на всякий случай, м? — лицо Мо Жаня растянулось в хитрой улыбочке, а брови сами заиграли. Он намекал на нечто более вульгарное, чем то, что вышло из его рта в итоге. — Если только ты вдруг станешь трупом, А-Жань, — Ши Мэю потребовалась дюжинная доля усилий, чтобы его лицо не сморщилось в приступе отвращения от такого пресловутого подката. И чтобы этого действительно не произошло, он тяжело вздохнул. — Я судмедэксперт, а не участковый врач. Уверен, ничего страшного не произошло, тебе нужно всего лишь отдохнуть и будешь, как новенький. Сучий пёс Мо Вэйюй посчитал, что таким образом его благоверный Ши Мэй о нем заботится. Сердце расплылось в тёплых чувствах, а хитрость сошла с лица, сменившись на довольство. — Если ты так говоришь, должно быть, так и есть! Спасибо тебе, – на самом деле ему не требовалось многого: достаточно было просто увидеть возлюбленного, и настроение сразу же поднималось. Так что за этим походом не стояло ровным счётом ничего, кроме как поиска свидания. — Раз с этим разобрались, иди отдыхай. У меня еще много работы, не нужно здесь стоять и мешать, – слабая вымученная улыбка тронула губы парня, которая, впрочем, исчезла сразу после того, как он насильно выпихнул Мо Жаня из своего кабинета. – Неповоротливый упёртый болван. Как учитель его терпит?.. Этим вопросом он задавался столько раз, что уже и не счесть точного количества. Столь же сильно, сколь Вэйюй искал его общества, Минцзин старался избегать лишней встречи с ним. А потому всегда сидел на своем рабочем месте, не высовываясь и в глаза не бросаясь. Тем временем тот, кто нарушил покой судмедэксперта, расхаживал по коридору, витая в облаках. «Он такой чистый и невинный, – думал парень. – Я обязательно буду защищать его! Никому не дам в обиду, и сам не стану обижать. Нет, Ши Мэя определённо нельзя обижать. Он ведь…» – Мо Жань! – размышления прервал строгий голос. До боли во всех костях знакомый голос. – Почему Сюэ Мэн сообщает мне, что ты своевольно покинул место расследования?! – Э-эм, – на пару секунд офицер завис, переваривая эту информацию. А как шестеренки закрутились, глянул на своего худо-напарника со злостью во взгляде. – Я помогал старушке донести сумки на её этаж! И потом сразу же вернулся к обнюхиванию каждого камня. – Вернулся? – брови Чу Ваньнина свелись к переносице. – Ты потребовал Сюэ Мэна покинуть территорию, потому что, якобы «обнюхивать» было нечего. – Так вы серьёзно хотите меня отругать за правду? Учитель Чу, на свету мы едва ли увидим этих бабочек! Мы же даже не знаем, как они выглядят… – Вы сейчас же едете обратно. И не возвращайтесь, пока не узнаете новых деталей дела! -------------------------- — Что, мальчишки опять беспризорничают? — тёплый смех вместе с низким мужским голосом появился в кабинете раньше их обладателя. В помещение зашёл мужчина с грубой щетиной и морщинками в уголках губ и глаз, появившимися от постоянного смеха и улыбок. — Они уже давно не дети, чтобы этим заниматься, — с тяжёлым вздохом ответил сидящий за столом следователь, откладывая бумаги в сторону. — Им следует быть внимательнее, если хотят продвинуться по карьерной лестнице дальше. Вошедший опустил на стол перед собеседником стопку бумаг, с которыми необходимо было разобраться. А рядом поставил кружку со сладким кофе. — Ничего, у них ещё юность в головах играет. Вспомни себя в их возрасте. Не родился же ты уже таким серьёзным, а? — добрый хохот вновь разрывает ледяное пространство комнаты. — В их возрасте я уже помогал тебе с делами, Чжэнъюн. — тихо ответил следователь, принимая чашку с тёплым кофе и делая большой глоток. — Ну, тогда и я был поменьше, чем сейчас. Ничего, ничего, всё образуется. Не переживай так за них, Юйхэн, — в шутку отозвался Сюэ Чжэнъюн, похлопав старого знакомого по плечу. — Ты к ним слишком строг... но возможно, это даже хорошо. Мужчины перекинулись ещё парой фраз, прежде чем каждый из них продолжил работу, которой было несчётное множество в отделении полиции. Чу Ваньнин, протягивая кофе, неспешно читал принесённые Сюэ Чжэнъюном дела. Одно за другим как под копирку: убийство, переполох, пропажа... Но вдруг глаз зацепляется за слова «Аномальная зона». Все остальные бумаги тут же померкли в важности — их он передаст младшим, ведь ничего сложного в том, чтобы поймать воришку или организовать поисковую группу, нет. Раскосые глаза феникса пару раз пробежались по одним и тем же строкам в отчётности. «Аномальная зона на юго-востоке города. Жители жалуются на постоянное отключение связи, тяжелый воздух с запахом свинца и железа и периодический "снег" из пепла с неба. На данный момент ведётся эвакуация жилых домов для дальнейшего изолирования и исследования территорий.» — Этим точно мы должны заниматься? — тонкие брови устремились к переносице, из-за чего выражение лица полицейского стало хмурым и даже устрашающим. Собрав все свои вещи, оставленные на рабочем месте, и прихватив эти бумаги с собой, следователь Чу покинул кабинет, намереваясь направиться к юго-востоку для того, чтобы опросить свидетелей и, возможно, работников спецслужб. ---------------------------- — Ты давно стукачём заделался, а? Или пытаешься выслужиться перед старшим по званию? — неожиданно рявкнул раздраженный Мо Жань. — Чё ляпнул?! Сукин ты сын, уже белое от чёрного отличить не можешь! — Сюэ Мэн оказался на взводе не меньше своего брата. — Я просто доложил, как обстоят дела! Или хочешь сказать, что о твоей выходке нужно было умолчать? — Можно было и подержать язык за зубами, знаешь ли! Словесная перепалка стала настолько громкой, что юношеские голоса в машине заглушили плейлист. Юный феникс отчаянно пытался отстоять свою точку зрения, и при этом не забывал следить за дорогой, в то время как наглая псина всё время старалась укусить его за яркий хвост, совершенно не обращая внимание на то, что им двоим ещё придётся работать до закрытия дела. Даже когда автомобиль остановился на прежней локации, куда уже успели опуститься полусумерки — недостаточно тёмные для того, чтобы включать уличные фонари, но и не слишком светлые для того, чтобы вдали можно было увидеть мелкие детали — эти двое неугомонных юношей продолжали свой горячий спор. — Лучше бы тебе закрыть рот и не отзываться так об учителе, иначе останешься без зубов! — парировал Сюэ. — Какие мы грозные! Что, клюнешь в бочок, если я скажу, что твой учитель... — неожиданно Мо Вэйюй, готовый сильно ужалить своего сводного братца, умолк. Сюэ Мэн победно хмыкнул, пропустив пару слов в качестве бахвальства, и уже собирался выйти из машины, как был одернут офицером рядом. — Подожди! Смотри, — Мо Жань указал на слабое рыжее свечение рядом с лобовым стеклом. На капот их машины присела очаровательного вида бабочка. Её крылья горели в ночи, и мягкие узоры, напоминающие языки пламени, светились раскалённым белым светом. — Это то, что мы ищем? Сюэ Мэн тоже умолк, наблюдая за насекомым, которое, кажется, приземлилось на крышку капота будто бы для отдыха, прежде чем полететь светить дальше. Пока он рассматривал необычное создание, Мо Жань успел сделать пару фото на телефон. — У тебя есть банка, бутылка, что угодно? — сказал он, убирая в карман сотовый. — Что? — словно в трансе, напарник пару раз моргнул, и только после нескольких секунд ожидания начал копошиться в поисках ёмкости. — Хочешь словить её, чтобы показать учителю? — Ши Мэю, — с лёгким раздражением ответил полицейский. — Что твой Чу Ваньнин? Он кроме как «бегом работать!» ничего не скажет. — Ты!.. Сюэ Мэн готов был выплюнуть пару нелестных фраз в адрес Мо Жаня, однако прежде, чем он успел это сделать, бесстыдник уже вышел из машины, вырвав из его рук небольшой контейнер из-под еды, что «любимцу Небес» каждый день давала матушка, и хлопнул им по капоту. Бабочка, которая, кажется, и не думала улетать, пару раз расправила крылья уже внутри пластиковой тюрьмы. — Ты что, совсем неуч? Это же насекомое, им тоже нужно дышать! — встал на защиту животных юноша, когда Мо Вэйюй со своей добычей в уже закрытом контейнере сел обратно в машину. — Ты когда-нибудь видел в природе насекомых, которые светятся, изучают тепло и в целом выглядят, как маленький огонёк? — Мо Жань хмыкнул. — Если эта тварь помрёт в контейнере, так будет даже лучше. Теперь пошли, всё равно надо этот район проверить. Мало ли... что ещё обнаружим. Выходя из машины, молодой полицейский закинул пойманную тварь на заднее сидение. Пару раз оглянув округу, он кивнул на закуток домов, куда собирался пойти. А сам без лишних слов указал Сюэ Мэну, куда следует отправиться ему, если они не хотят столкнуться лбами в середине пути. Нехотя младший брат согласился и удалился, пока сам Мо Жань ещё пару раз оглянулся на едва заметное свечение сзади. — Что же ты всё-таки такое… — в задумчивости произносит он, широко вышагивая к углу крайнего дома. — Таких, как ты, в природе просто не существует. «Дело об огненных бабочках»… действительно ли такие водятся на свете или подобным образом их обозвали жители района, а впоследствии и сотрудники полиции? На этот вопрос ответа у юноши не было. Следующие часа два или три он провел в своих мыслях, которые хоть как-то утешали и занимали его в самом скучном на свете деле – патрулировании. Вообще, «патрулированием» исследование территорий он назвал самостоятельно за скудностью своего словарного запаса. Словом, как бы не было названо конкретно это дело, оно было до смерти нудным. Мо Вэйюй остановился под окнами одного из домов передохнуть. У него было стойкое ощущение, что до этого он тут уже бывал. Этот куст, эта дверь в подъезд и даже эта лавочка были ему знакомы. Он замер, стараясь вспомнить, проходил ли здесь уже и стоило ли ему развернуться в другую сторону, чтобы не топтаться на одном месте, или это был так называемый «эффект Манделы»*. *Психологическое явление, при котором люди убеждены, что помнят событие, которое на самом деле не происходило. Его взгляд долгое время не мог ни за что зацепиться, пока под скамьёй он не заметил слабый оранжевый свет. Присев на корточки, парень опустил голову пониже, чтобы взглянуть на объект этого свечения. Неожиданно его щеки коснулось что-то холодное и одновременно пушистое, а уже после по коже растеклась горячая жидкость. Мо Жань зашипел в унисон с созданием, что его ранило, и тут же отпрянул подальше, прикрывая царапину рукой. – Твою мать! – не поскупился на ругательства полицейский. – Нормально же общались! Что ты дерешься?! Тц, действительно как Ваньнин. Теперь тебя так звать и буду! Пока он препирался с недовольной кошачьей мордой, что явно не желала делиться своим нагретым местом, сзади незаметно подкрался Сюэ Мэн. – Ты совсем уже рехнулся? С кошкой разговариваешь? – Твою мать! – во второй раз выругался Мо Жань, едва не подпрыгнув от неожиданности. Он озлобленно взглянул на подошедшего напарника. – Тебя стуча… говорить о своем приближении не учили?! – А я перед тобой ещё и отчитываться должен?! Ещё чего! – горделиво хмыкнул маленький феникс, скрещивая руки на груди от недовольства. – Я вообще-то старше, – едко подметил парень. – А я умнее! Не напоминаю же я тебе об этом при каждом удобном случае! – Мэн-мэн вздёрнул подбородок. – Так что там у тебя, нашел что-нибудь? – Только этого Чу Ва… кота. А у тебя как успехи? – Тоже ничего. Вижу свет, но когда подхожу ближе, это обязательно оказывается не то, что мы ищем. Уже поздно, так что поехали в отделение. – Что я слышу! Наш вечно правильный павлин Сюэ сам признал своё поражение? Да быть такого не может, неужто этот хищник так сильно меня огрел лапой, что я помутился рассудком? – Мо Жань прищурился. – Ты и до этого особой долей мозгов не обладал, куда тебе ещё меньше?! – взъелся младший. – У нас есть один образец! Этого для первой вылазки достаточно. Что ж, так как оставаться в этом районе ночевать у Вэйюя не было никакого желания, он охотно согласился на то, чтобы свалить как можно скорее. По пути к машине он ещё обернулся на белошёрстного паршивца, что оставил царапки на собственной щеке. Прислонившись к стене, котик спал, уложив голову на аккуратно сложенные лапки. На улице было прохладно, но его шкурка оказалась достаточно теплой, чтобы без дополнительного обогрева жить в своё удовольствие при подобной уличной температуре. И всё же, что-то Мо Жаню не давало покоя. Разве у белого кота шерсть должна отсвечивать рыжим во тьме?..