Школьные будни

Куромаку вскочил от очень громкого звука на первом этаже. Ну, как минимум, показалось, что на первом. Когда он пришёл в себя, то решил, что этот звук был из комнаты Данте и Габриеля. Что красноволосый опять свалился с кровати. От того, как вскочил очкастый, из сна вынырнул и Зонтик. Ну, как, он не прямо проснулся, как Куромаку. Просто промычал что-то и натянул одеяло повыше. — Прости, что разбудил, — хрипло произнёс он. Зонтик, услышав его голос, сразу пошевилился. — Ничего, всё нормально, — по голосу скрипача сразу было понятно, что он с удовольствием бы поспал ещё лишний час. Куромаку будто нож в сердце прилетел, пока он наблюдал, как Зонтик сел, потирая затылок, и зевнул, закрыв рот рукою. — Если хочешь, то можешь лечь обратно спать, — очкастый смягчился во взгляде. — М-м, — отрицательно промычал парень, медленно мотая головой. — Вам же надо завтрак готовить... — Ты даже сейчас сидишь с закрытыми глазами и стараешься не уснуть, — Куромаку заметил, как близко они сидят, так что отвёл взгляд к одеялу. — Переживу, — Зонтик встрепенулся, стараясь полностью проснуться. Он только сейчас понял, что спал с парнем, который ему нравится. И они будут так спать ещё около шести дней... — Ты уверен? — Типа того, — парень заправил прядь голубых волос за ухо. — Я пойду, умоюсь, а то точно засну... — Главное до ванной дойди, — Хочешь меня довести? — скрипач ухмыльнулся. — Я подумаю, — Куромаку хмыкнул и проводил взглядом уходящего из комнаты Зонтика. — Данте, Габриель, вы там живые? — парень с голубыми волосами по пути постучал в соседнюю дверь. Послышалось мычание, шуршание, а после такой звук, будто кто-то упал на пол. Дверца скрипнула, из неё выглянула рыжая голова. — Я живой, — протянул Габриель, потирая глаза. — Я очень кушать хочу, — он поджал губы. — Пойдём, я умоюсь и найдём, чем тебе перекусить, — Зонтик погладил его по голове. На самом деле, после похода в котокафе они стали намного ближе. — Хорошо, — парень с веснушками вышел из комнаты, закрыл дверь и последовал за скрипачом. Совсем как котенок ходит за своей мамой. — Это ты упал? — попутно поинтересовался Зонтик. — Не совсем, я об Данте запнулся, — Габриель зевнул, в очередной раз потирая глаза. — Что Данте делал на полу? — удивился парень с голубыми волосами. — Не знаю. Может, упал ночью? — Габриель прильнул к стене рядом с дверью ванной, когда скрипач туда зашёл. — Пусть он ложится у стены. А то каждый раз падает на пол, — глухо послышалось за дверью. Габриель, на самом деле, очень-очень хотел кушать. Сам не знал почему. Обычно, по утрам у него не было аппетита. Так, что он теребил пальцем фенечку на руке. А, и ещё тихо барабанил ногой по полу. Благодаря носкам, этого не было слышно. Для него, наверное, прошла вечность, перед тем, как Зонтик вышел из ванной. На самом деле, прошло около пяти минут. Сам Габриель лишь почистил зубы и плеснул на лицо холодной воды. Чтобы проснуться. Оба аккуратно прошли мимо спящих на диване. Ромео половиной тела спал на подлокотнике, в то время, как Феликс развалился диагональю. Пик спал, как обычно, хотя, сегодня он не хмурится. А где Вару? А... Ясно... На полу. Стойте, почему он почти под диваном? Зелёного решили не трогать. Наконец, добравшись до кухни Зонтик начал открывать разные ящики. — Чего именно ты хочешь? — шепотом спросил скрипач. — Сам не знаю, — Габриель пожал плечами и погрустнел, думая о том, что он доставляет неудобства. — Могу предложить мюсли с йогуртом. Можно просто йогурт, — Зонтик повернул голову в сторону голодного парня. — А есть вариант мюсли заменить печеньем? — Конечно, овсяные, да? — скрипач улыбнулся. — Да! — в ответ послышался радостный шёпот. — Держи, — Габриелю вручили кружку жидкого йогурта с ягодным вкусом. После, в его руках оказалась упаковка овсяного печенья. Он улыбнулся, на его щеках появились ямочки. Выглядит миленько. — Ты можешь покушать здесь, а можешь пойти наверх, правда, там Данте спит... — Я здесь посижу, — парень с веснушками кивнул и сел за барную стойку. Ну, условно, это просто более высокий уровень кухонного островка, который сделали под барную стойку. — Я чуть не пропустил раздачу еды? — грубоватый шёпот прервал молчание. — Пик, будешь йогурт? — предложил Зонтик. — Да, спасибо, — мотоциклист потянулся, пока на барной стойке появилась уже третья кружка с йогуртом. — Это мы тебя разбудили? — скрипач виновато улыбнулся. — Нет, вряд-ли. Почему вы не спите в восемь утра? — Пик взял овсяное печенье из упаковки, стоящей рядом с Габриелем. Из-за чего получил осуждающий взгляд в свою сторону. — Меня разбудил Зонтик и голод, — парень с веснушками уже в который раз потёр глаза. — А я проснулся от того, что Куромаку резко вскочил, — скрипач нахмурился. — Я уже извинялся за это, — очкастый добавился за столом. — Ты то откуда? — Зонтик также поставил перед ним кружку с йогуртом. Упаковка, кстати, уже закончилась. Хорошо, что купили несколько. — Услышал про раздачу еды, вот и поспешил спуститься, — Мы с Данте сегодня перед ужином снова сходим в магазин, — оповестил их скрипач. — У куста такие планы были на вечер, а вы все пропустите, — Пик потёр переносицу, сделав вид, что расстроился. — Мне уже страшно, что он задумал? — Куромаку последовал примеру Пика и взял овсяное печенье. —Увидишь, если доживешь. — Как хорошо, что я уйду в магазин, — прервал его Зонтик и выдохнул с облегчением. — Вы что так бурно обсуждаете? — лениво вошёл на кухню Ромео. Он сел за последнее место на барной стойке и распластался по ней, как слизь. — Мы тебя разбудили? — Габриель уже выпил свою кружку йогурта и впитонил пару огромных овсяных печеней. — Феликс меня выпнул на подлокотник и я с него свалился, — павлин зевнул. — Может тогда всех будить начнём? — предложил Куромаку. — Солидарен, — Пик поставил свою опустевшую кружку в раковину. — Как? — По старинке, — Пик взял кастрюлю и половник. — Рота, подъем!! — мотоциклист начал барабанить поварешкой по стенке кастрюли. Раздался такой шум, что Зонтик аж закрыл уши. — Вандал, замолкни, — крикнул Вару, сразу вскочив. — А этот? — Пик кивнул в сторону Феликса. Наконец воцарила тишина. — Феликс, настало глобальное потепление! Белые медведи умирают! — крикнул зелёный прямо над ухом жёлтого — Что? Где? — тот подскочил, чуть не сделав сальто. — Быстро он, — после этого комментария Габриель скрылся на лестнице, видимо, побежал будить Данте. — Я есть хочу, — протянул Ромео, поднявшись со стола, на котором он расплылся. — Пока могу предложить только йогурт, — Зонтик уже потянулся за очередной кружкой. — Никто не против, что я сегодня поздно вернусь? — в параллель спросил павлин, наблюдая, как перед ним появляется кружка йогурта. — А ты куда? — Вару уселся напротив, пока Феликс злостно ушёл в ванную. — Ты забыл что ли? У меня сегодня растяжка в фитнес-центре, — промурлыкал Ромео, потягиваясь. — Ты на растяжку уже успел записаться? Я думал, ты только на здоровую спину ходишь, — зелёный начал жувать печенье, упаковка которого уже почти опустила. — У меня сегодня две тренировки подряд, вот и вернусь поздно, — он улыбнулся. — Опять решаешь свои кроссворды? — поинтересовался Пик. — Не опять, а снова. — Дай хоть посмотреть, мне тоже интересно, — мотоциклист пододвинулся ближе. — Как называют участников восстания 1825 года? — Куромаку поднял взгляд, уставившись на собеседника. — Декабристы, нет? — Пик выгнул бровь. — Спасибо, я забыл, — очкастый, ты не болеешь случаем?

***

На улице шёл снег. Снегопад всегда приходит неожиданно: только что небо было серым и хмурым, и вот уже в воздухе начинают кружиться белые хлопья. Снежинки, словно маленькие танцовщицы, медленно падают на землю, создавая неповторимую атмосферу зимней сказки. Ветра не было, потому это явление выглядело сказачно. Дороги расчистили, так что идти не доставляет хлопот. Особенно красиво снегопад выглядит в свете уличных фонарей. Снежинки, падая на их свет, создают причудливые узоры, превращая обычный городской пейзаж в волшебное зрелище. В такие моменты кажется, что ты попал в зимнюю сказку, где каждый элемент природы — часть большого, тщательно продуманного декора. Снегопад всегда ассоциируется с чем-то волшебным и таинственным. Он успокаивает, навевает мысли о новогодних праздниках и зимних забавах. Хочется выйти на улицу, подставить лицо снежинкам и почувствовать, как они тают на коже, оставляя после себя ощущение свежести и чистоты. Всё таки, зима — прекрасное время года. — Хороший сегодня вечерок, — Данте вздохнул холодный воздух, который приятно обжигал лёгкие. — А как же: гулять в вечерние часы, залог здоровья железы? — посмеялся Зонтик, вспомнив цитату, которую красноволосый часто употреблял в седьмом или восьмом классе. — Когда как, — Данте лишь улыбнулся и пожал плечами. — Хорошо, что магазин рядом, идти далеко не надо, — скрипач разглядывал снежинки, которые отпускались на рукава куртки. — Согласен, — отозвался собеседник. На горизонте уже виднеется вывеска магазина. Удивительно, но людей много. Вроде, вечер третьего числа, а народу, как перед рождеством. — Возьмём тележку? — предложил Зонтик, положив ладонь на ручку упомянутой вещи. — Давай корзинку, нам же не так много всего надо покупать, — оба впервые оказались разного мнения. Спорить не хотелось, но уступать как-то нет желания. — Тележка. — Корзина. — Хорошо, корзина, так корзина. — Быстро ты сдался. — Не хочу спорить. Ты же знаешь, что– — Ты ненавидешь конфликты. Знаю, — Данте взял корзину. — Что нам надо? — Вы сегодня весь йогурт выпили, так что его. Молоко, хлеб, макароны, печенье, соль, майонез... — Всё, я понял, что много, пойдём, — красноволосый направился по полкам, следуя за Зонтиком. Собеседник, кстати, складывал продукты, почти сметая магазинные полки. Внутри магазина царит особая атмосфера. Здесь можно найти всё: от свежих овощей и фруктов до бытовой химии и бакалеи. Каждый отдел привлекает внимание своими яркими вывесками и аккуратно разложенными товарами. Но самое главное — это люди. Многолюдность создаёт особый ритм жизни магазина. Продавцы быстро и слаженно обслуживают покупателей, стараясь минимизировать время ожидания. На полках всегда поддерживается порядок, а в торговом зале царит приятная суета. Особенно интересно наблюдать за тем, как люди выбирают продукты. Кто-то тщательно изучает состав и срок годности, кто-то берёт товары на автомате, а кто-то советуется с консультантом. Каждый покупатель уникален, и это делает поход в магазин таким живым и динамичным. На обычной кассе собралась толпа народу. К кассам самообслуживания, вообще не подойти. Так что Зонтик с Данте простояли добрые десять минут в очереди. Тепло и яркость магазина резко контрастировало с холодом и уже потемневшим небом на улице. Шаги отдавались эхом в ушах. Лёгкий хруст снега умиротворял. — Ты чего? — Зонтик обернулся, ведь заметил, что Данте отстаёт. — Да так... Ты замечал, что звезды и снежинки похожи? — поинтересовался Данте, указывая пальцем в небо. Собеседник тоже задрал голову. — Хотя снежинки очень маленькие, а звезды такие большие и яркие... — Но с нашей точки зрения, они обретают схожие черты, — Данте поменял руку, в одну взял пакет с продуктами, а другую засунул в карман. — Будто звезды падают с неба, чтобы каждому в мире досталось по желанию, — скрипач улыбнулся, когда одна снежинка приземлилась ему на нос. Она растаяла с приятным покалыванием. — Хм, — красноволосый ухмыльнулся. — Почему бы не загадать? Оба стояли на дороге. Кроме них, вокруг не было ни души. Они вместе молчали, смотря в небо. Зонтик прикрыл глаза. Они были совсем рядом с домом, но уходить не хотелось. Будто сама зима звала их с собой. Открыв глаза, скрипач глубоко вздохнул. Надо идти домой. Хорошо, что Данте вспомнил взять ключи от калитки и от самого дома. Войдя внутрь, оба начали снимать обувь и верхнюю одежду. — У меня козырь! Трефовый король, я выхожу, — послышался голос Куромаку. Зонтик сразу напрягся. Голос был такой громкий, весёлый... Никогда такого не было... Хотя, они с ним видятся почти каждый день на неделе, а такой голос он слышит впервые. — Да, ты шулер! Пик, на тебе, пикового валета! — послышался Вару. Они, видимо, играют в карты. — У меня пиковый король, я вышел из игры, — голос Пика тоже был другой. Более... Как объяснить... Более размеренный и медленный. — Данте, я на кухню, мне ещё посуду мыть, — скрипач выбрал тактику бежать. — Э... Стой! — послышалось в догонку. Хорошо, что кухня отделяется от гостиной поворотом. Хорошо, что на кухне есть дела. Например, разобрать покупки. И вымыть гору посуды... Когда они с Данте уходили, такой горы не было! Включилась вода. Приятное журчание раздалось по кухне. Зонтик взял губку и вылил каплю специального средства на неё. Он напевал какую-то приятную мелодию себе под нос. Вроде, даже в гостиной всё утихомирилось. Или так только казалось. Неважно. Главное — не достают. Вдруг он почувствовал прикосновение к плечу, а затем уже и на талии. Это было объятие со спины? Повернувшись в сторону, он увидел на своём плече голову Куромаку. Его руки обвивали тело скрипача, не позволяя нормально шевелится. — Куро? Что-то случилось? — Зонтик, — хрипло произнёс он. А, понятно. Это кошмар. Вы зачем споили бедного Куромаку? — М? — тот решил, что не станет сильно обращать на это внимание, продолжая мыть посуду. — Я тебя люблю, — после этих слов, все вокруг замерло. Даже журчание воды уже не волновало. Не волновала и гора посуды, которая лежит в раковине. Время застыло и Зонтик застыл вместе с ним. Он чувствовал только сонное дыхание Куромаку. То, как он обнимал его. Тепло, исходящее от его тела. Он слышал свое сердцебиение. Оно участилось, теперь стучит так быстро, что сейчас вылетит прямо из груди. Зонтик непроизвольно задержал дыхание. А второй будто уже уснул. Это сон? Да, вроде, нет. Как ему отвечать? Хороший вопрос. Куромаку же не на трезвую голову мыслит. Может, это вообще не правда. Может, это на спор было или ещё что похуже. — Что..? — удивленно, почти шепотом, спросил скрипач. — Очкастый, ты куда пропал, у нас партия не закончилась! — послышался крик Пика из гостиной. — Иду-иду, — Куромаку отпустил Зонтика и скрылся за углом, как ни в чем не бывало. — Я тебя тоже...люблю, — чтобы максимально тихо произнести эту фразу, парень с голубыми волосами постоял в оцепинении ещё около пяти минут. Правда, за этот промежуток времени, он уже остался совершенно один на кухне. Голова склонилась над раковиной. Волосы скрыли покрасневшее лицо. Глотать стало тяжело. Даже кончики пальцев на руках покраснели. Зонтик тряхнул головой. Он решил сосредоточиться на мытье посуды. Потом надо будет сделать Куромаку и Пику чашку крепкого кофе. Главное, чтобы с Данте всё было хорошо.

***

После чашки кофе, Куромаку более менее пришёл в себя. Не сказать, что прям супер протрезвел, но жить можно. Он, теперь, хотя бы думать научился. Огляделся. Пик сидит, потирая висок. Перед ним тоже чашка кофе, тоже пустая. Мотоциклист перевёл взгляд на него, оба потупились, посмотрели друг на друга секунд тридцать. Обменялись телепатическими данными и начали разглядывать остальных. Ромео совсем недавно пришёл, от него пахнет свежестью и холодом. Габриеля нигде не видать, Данте ходит по дому в его поисках. Феликс уже еле как держит открытыми глаза. Вару что-то обсуждает с Ромео. Зонтик сидит рядом, смотря прямиком на Куромаку. — Сколько времени? — прохрипел очкастый, кладя голову на стол. — Одиннадцать часов вечера, — ответил ему Зонтик, посмотрев время на его наручных часах. — Куро, у тебя же есть часы, зачем спрашивать? — Я не до конца пришёл в себя, — объяснился он, потирая переносицу. — Ну, тогда приходи в себя скорее, — скрипач забрал две опустевшие кружки и поплелся на кухню. Спать хотелось сильно. Правда, непонятно почему. Куромаку снова переглянулся с Пиком. Надо попить воды. В горле пересохло. Он поднялся с пола. Они сидели за кофейным столиком на ковре. Только распрямившись, сразу последовала острая боль в висках. Очкастый поморщился, но пошёл на кухню. По пути встретил Зонтика. Они разминулись. Какой-то странный он. Всё ли в порядке? — О, мочалка, держи, — не успел скрипач усесться на ковёр, Вару пододвинул ему стакан. Не пустой, по запаху точно алкоголь. — Подгон тебе, а то единственный даже глоточек не сделал. — Я не буду, — как можно вежливее отказался он, улыбнувшись и отодвинув стакан. — Почему это? — зелёный выгнул бровь. — Не переношу алкоголь, — Зонтик помотал головой. — Один глоток хуже не сделает, — Вару всё стоял на своём. — Поверь, мне сделает.. — Куст, отстань от него, — Пик скрестил руки на груди. — Согласен. Вару, ну, не хочет он, не заставляй, — поддержал мотоциклиста Ромео. — Что-то вы все скучные, час назад с вами было веселее, — зелёный приуныл. — Половина твоих собутыльников устала, половина протрезвела. Феликс, вон, спит уже, а Габриель хрен знает где, — Пик фыркнул. — Ну, мочалка, ты то не подводи, — жалобно протянул Вару. — Просто скажи ему «нет», — Пик знал, что тот не сможет сказать это. Но, почему бы не попробовать. — Прости, но я хочу идти спать, — впрочем, это тоже «нет» в каком-то смысле.. — Тем более, перед сном то надо глотнуть! — стакан вновь оказался перед срипачом. — Никто не против, если я первый в ванную? — задал вопрос Куромаку, направляясь к лестнице. Ответа не последовало. Молчание — тоже знак согласия, так что очкастый пошёл на второй этаж. — Ну, давай, — все уговаривал его Вару. Зонтик глянул на Пика, будто ищя помощи. Тот лишь сверлил взглядом зелёного. — Один глоток, да? — переспросил скрипач. — Да, хотя бы один! — куст растянулся в ухмылке. — Ладно, только отстань, — сдался Зонтик. Пик встрепенулся и удивленно уставился на него. — Другое дело, — ехидная улыбочка раскрасила лицо Вару. Скрипач помешкался, но взял стакан поднёс к губам. Он хотел сделать один глоток, но зелёный пальцем придержал стакан, заставив его выпить где-то половину. Напиток доставил жжение в горле. В начале ощущается приятное расслабление. Страхи и тревоги отступают, появляется ощущение уверенности в себе. Зрение затуманилось, впрочем, как и мозг. Настоящий человек будто выпал из жизни. Затуманенный разум дает неприятные отголоски в висках. — Зонтик, ты идиот?! — мотоциклист оклемался. — Да, ладно тебе, Пик... Один глоток хуже не сделает, — медленно произнёс он, улыбнувшись. — Боже, да, ты полнейший идиот! — начал ругаться Пик. — Прости меня, — тот хихикнул. — Иди спать, — потребовал мотоциклист. — Не хочу, — по слогам протянул он, вытянув руки вперёд по столу. — Иди спать, — более твёрдо сказал Пик. — Ну, пожалуйста, давайте ещё немного посидим, — он всё продолжал улыбаться. — Прошу тебя, иди спать, — слышится тяжёлый вздох. — Так уж и быть, — медленно согласился скрипач, будто делая огромное одолжение. — Тебя, может, проводить? — предложил Ромео, обеспокоившись о состоянии друга. — Сам доберусь, — снова нервный смешок. Зонтик встал с ковра, покачнувшись. И скрылся за углом. Лестница казалась более крутой, чем обычно. Ему пришлось схватиться за перила. В конечном итоге, добравшись до комнаты, он открыл дверь. Свет лампы, висящей в коридоре, осветил темноту. Скрипач просто упал на пустую кровать, откатившись к стене. Сразу в сон начало клонить. Зонтик чихнул пару раз и накрылся одеялом. Тепло.. Дверь тихо открылась, подарив комнате свежий воздух и каплю света. Куромаку вернулся. Он сразу заметил лежащего на кровати. — Всё хорошо? — шепотом спросил очкастый, заметив краснь на кончиках ушей. Подумал, что скрипач заболел. Ответа, логично, не последовало. Зонтик лишь поморщился и перевернулся на живот, натягивая одеяло выше. — Куромаку, — названный вздрогнул. Он привык к тому, что скрипач его звал «Куро». Единственный. Он единственный, кто придумал ему прозвище, вовсе не обидное. А теперь назвал полным именем. По спине пробежал холодок. — Я...тоже тебя...люблю, — медленно и сонно, с приятной хрипотцой послышалось от Зонтика. Куромаку застыл на месте. Да, он нес сонный бред. Может, он просто пьян? На самом деле, он испугался другого. Очкастый смутно припоминал, что творил на кухне. Он думал, что это мог быть пьяный бред. Но никак не правда. Слова «я тоже тебя люблю» засели глубоко в голове. Проникли в самую корку сознания. Повторяясь снова и снова. Громче и громче. Часть фразы «тоже», значит, что то был не сон и не галлюцинации. Это было правдой. Но чем это считает Зонтик? Может, он даже не вспомнит этого завтра... Куромаку тряхнул головой так сильно, что очки почти спали с носа. Надо отогнать эти мысли куда подальше. Завтра им надо ехать на отработку дуэта, а значит, что надо выспаться, как следует. Очки оказались на тумбочке, а парень с пепельными волосами лежал, смотря в потолок. Ему было страшно. Страшно даже взглянуть на него. На того, в кого он влюблен. На того, кто лежит так близко, но при этом так далеко, что не дотянуться. Прикосновение. Ещё одно. Парень повернул голову. Зонтик лежит, положив свою руку на его плечо и прижавшись лбом. Напоминает ночёвку у скрипача. Медленная и слегка робкая улыбка окрасила лицо. Как-то легче на душе стало. Мысли ушли прочь, оставив тишину в голове. Долгожданную тишину, под которую сразу заснул Куромаку.