Любимый ребенок смерти

Вэнь Жохань с детства верил, что судьбой ему предназначено нечто большее, чем просто участь главы Ордена или Верховного заклинателя, должность которого вот уже несколько поколений передавалась в его ордене, как сильнейшем среди заклинателей. Хотя его отец – нынешний глава, плохо соответствовал этому высокому званию, отчего по Цзянху начали распространяться не самые приятные слухи, а репутация ордена Вэнь постепенно стала ухудшаться. Маленький, но все понимающий Вэнь Жохань, мог лишь наблюдать за всем со стороны и мечтать о том времени, когда сам возглавит Орден и все исправит. Видя еле проскакивающее пока пренебрежение от других орденов, Жохань мечтал возвыситься над всеми остальными, как единый правитель, даже если придётся развязать войну. Для воплощения его мечты у Жоханя имелись неплохие стартовые возможности: он был силен, умен и невероятно привлекательным, что не в меньшей степени, чем сила, обеспечивало его влиянием. Только был и один недостаток - его отец, человек совершено не амбициозный и не стремящийся вверх, а так же младшие братья, что могли не захотеть подчиняться ему, только из-за старшинства. Жохань считал, что только из-за неэффективного руководства и внутренних разногласий, где не был объявлен официальный наследник, их Орден не развивался и имел ровно столько же влияния, сколько и остальные великие ордена, ничем не выделяясь. Жохань намеревался все это исправить в ближайшее время и как только миновал его пятнадцатый день рожденья, Орден захлестнула внутриклановая борьба. За год он сумел сместить отца с его поста и заключить его в подземную темницу. Двух младших братьев, что не приняли его главенство и активно подстрекали народ на восстание, Жохань лично казнил. Оставшийся последний и самый младший брат в отличие от остальных проявил благоразумие и согласился на ссылку в отдаленную деревеньку Дафань, начал изучать целительство и в последующие годы основал младшую ветвь клана, которая специализировалась на излечении ран, а не их нанесении. Жохань был доволен и позволял им жить своей жизнью, периодически приглядывая, чтобы не получить удар в спину. Единственными, кого молодой глава Ордена не смог победить до конца, были старейшины, которые держались за свое влияние в ордене всеми силами и не желали его так просто отпускать. Настолько, что даже Жохань смирился с их присутствием, пока те не наглели слишком сильно и не давали повода для их уничтожения. Хотя терпение молодого главы не раз было на грани, с одним требованием ему пришлось, в конце концов, согласиться и дать согласие на собственную женитьбу, скинув на старейшин поиск невесты и последующие ритуалы. По сути своей ни внешность, ни знатность девушки не имели для Вэнь Жоханя никакого значения, ведь ему просто требовалась жена, как и любому другому уважаемому человеку для продолжения рода. Влюбляться в нее и даже видеться сверх обязательного минимума, он не собирался, поэтому и не вникал в детали. Хотя на церемонии трех поклонов сильно об этом пожалел, слишком сильно понадеявшись на старейшин и их нежелание навредить собственному ордену. По всеобщему мнению девушка была вполне достойной, но на взгляд Жоханя, который сумел сформировать золотое ядро в пятилетнем возрасте, слишком слабой для той, кто решил идти по пути заклинателя. Духовная энергия в ней едва теплилась и явно боялась внутренней энергии того, кого уже в таком молодом возрасте называли великим солнцем. Тем не менее, отказаться от девушки прямо у алтаря, Жоханю не позволили остатки чести, и они все же заключили брак, хоть и не подходили друг к другу, как солнце и луна. Во время этого брака родилось два сына, но не было в них ни великой силы отца, ни задатков ума, несмотря на то огромное количество учителей, что с самого детства сопровождали и наставляли Сюя и Чао. Сыновья были признаны разочарованием Жоханя, и он просто терпел их, относясь, как к любому другому адепту собственного ордена, но даже так они выросли слишком заносчивыми и распутными. После смерти жены от Жоханя ждали повторного брака, но теперь он не был пусть сильным, но все еще неокрепшим до конца юнцом и второй раз загнать его в эти игры не получилось. Старейшин, что не поняли его слов сразу и продолжали настаивать, Вэнь Жохань обезглавил лично и только после этого остальные притихли и вопросов о второй жене больше не поднималось. Так, разобравшись с одной проблемой Вэнь Жохань обратил внимание на другую, а именно – влияние собственного Ордена среди остальных заклинателей, что постепенно наращивалось в последние годы, но так и не развернулось в полную силу из-за частых стычек с кланом Не. Вэнь Жохань, прежде чем перейти к наращиванию влияния среди других заклинателей, начал с собственного Ордена, наводя дисциплину и приглашая талантливых людей. Кто-то соглашался добровольно, кого-то связывали силой. Одним из таких заклинателей стал Вэнь Чжулю, которого Жохань повстречал еще до смерти жены и привязал к себе и ордену с помощью давно забытого рабского ритуала, результат которого превзошел все его ожидания. Было даже немного жаль назначать такого сильного заклинателя в няньки младшего сына, но это хоть как-то помогало держать того в узде. После того, как разобрался с орденом Вэнь, Жохань принялся за мелкие ордена и кланы, что располагались близ его территорий. Напряжение между заклинателями постепенно росло настолько, что остановить надвигающуюся войну не смог бы уже никто. Разум Вэнь Жоханя пораженный энергией обиды уже не видел иного выхода и не собирался останавливаться, даже когда ордена объединились против него, а сыновья, насколько бы бесполезными и слабыми не были, погибли. Поэтому внезапное спасение и возвращение ясного ума, Жохань воспринимал как очередным знаком судьбы. Он уже готовился все прекратить, стать праведным настолько, что и небожители позавидуют, если господин Вэй так захочет, но тот смог его удивить. Вэй Усянь не хотел войны и невинных жертв это верно, но он так же не возражал против жестких методов Жоханя и не порицал его взглядов, только не желал, чтобы он вновь связывался с энергией обиды. При таком положении дел Вэнь Жохань собирался придумать новый план завоевания абсолютного трона заклинательского мира, когда сам Вэй Усянь пришел к нему с предложением. *** Вэнь Жохань проснулся в своих временных покоях на горе Луанцзан и крепко сжал зубы от боли. Воспоминания о прошедшем ритуале опаляли мысли, так же, как его ци жгла каждый миллиметр кожи, и казалось, даже волосы стонали от боли. Жохань был совершенно разбит, но одновременно с этим ощущал себя вновь цельным. Этот контраст ощущений выводил из себя, выматывал, но олицетворял собой надежду на новое будущее. Жохань размышлял, что делать дальше и сам не заметил, как соскользнул в тревожный сон. Следующее пробуждение было намного приятней. Благодаря отсутствию боли и вновь вернувшейся полной силе, глава Вэнь чувствовал себя отдохнувшим. В этом доме у него не было привычных слуг, но Вэнь Жохань уже давно обходился без их помощи, когда приводил себя в порядок, не допуская никого к себе достаточно близко. Воспоминание о мелком бастарде Цзиней остро кольнуло где-то в груди от пережитого предательства, но тут же отпустило, заменившись видом распростертого, с начертанными кровью знаками, тела. Тем удивительней было, выйдя из комнаты, встретить хозяина дома, ожидающего его. Вэй Фелин выглядел обеспокоенным и Жохань не совсем понимал причину этого, как и нахождение того в его комнатах. Зато он мог, наконец, внимательно разглядеть этого молодого заклинателя, не только внешне, но и внутренне, благодаря вновь правильной циркуляции энергии в собственном теле. Сосредоточив вновь праведную ци в глазах, Жохань на короткое время смог увидеть чужие духовные, хотя правильнее будет сказать магические потоки и энергию в них, которая казалось, бурлила и хотела вырваться через край, но ее умело удерживали и не давали сильно вырваться за границы тела. Кто-то бы сказал, что это было очень много силы для такого хрупкого тела, но Жохань и сам был таким в расцвет юности, поэтому не сильно удивлялся чужой силе и талантам, но даже так, ему было интересно узнать об этой силе побольше. - Вижу, что вы уже в порядке, - Вэй позволил себе легкую улыбку. - Хоть сестрица Цин и следила за вашим состоянием до сегодняшнего утра и уверяла, что восстановление идет хорошо, я все равно немного беспокоился. Волшебник поднялся навстречу заклинателю и точно так же всматривался в его обновленное лицо. После ритуала, что помог очистить ядро от негативной энергии и залатать все нанесенные ее влиянием трещины, Вэнь Жохань словно сбросил несколько последних лет и помолодел, выглядя теперь слегка за двадцать, что говорило каждому о его почти необъятной силе заклинателя. Бывший Поттер наслаждался тем видом, который видел, возможно даже излишне сильно, но не испытывал по этому поводу стыда. Восхищаться красотой и силой было естественно, особенно когда сам приложил к этому руку помощи. Теперь Жохань выглядел достаточно величественно, чтобы простой народ почитал его как небожителя, а моральные качества и в худшие времена были выше, чем у некоторых глав орденов, сейчас лишь еще больше подчеркивали разницу в положении. Теперь осталось лишь сделать так, чтобы война не разрослась и утихла в зачатке, а глава Вэнь занял лидирующее положение без лишнего кровопролития. - Неужели были причины для беспокойства? – спросил Жохань, ощущая себя достаточно хорошо в сравнении с тем, что он переживал не так давно, когда ненадолго пришел в сознание. - Вы не приходили в себя три дня, а потом еще два вас приходилось насильственно усыплять, чтобы вы не мучились от лишней боли, но все было в пределах нормы для того ритуала, что я проводил. На самом деле, вы пришли в себя даже быстрее, чем я ожидал. - Думаю это хорошая новость, - Жохань подошел ближе, почти нарушая границы дозволенного, но волшебник, словно не обратил на это внимания и продолжал стоять на том же месте, не отрывая взгляда от верховного заклинателя. – Что вы планируете делать дальше, господин Вэй? - Я? – Фелин на самом деле удивился этому вопросу, ведь пришел сюда, чтобы поговорить о планах Вэнь Жоханя, но ни как не о собственных. - Именно вы. Вы ведь не просто так привели меня в чувство и силу, у вас наверняка должен был быть план, - Жохань понимал, что своей настойчивостью немного смущает молодого человека, который старался казаться старше, но из-за юношеского тела, эти попытки почти пропадали впустую. Тем не менее, Жохань помнил, что перед ним не просто молодой заклинатель, не так давно расставшийся с детством, но и волшебник, что прожил гораздо дольше и насыщеннее, чем многие опытные заклинатели. Двойственность натуры и восприятия была действительно очаровательна. Настолько, что неосознанно заставляя все больше сокращать расстояние между ними, пока его порывы никто не останавливал. Фелин еле сдержал рвущуюся на лицо улыбку от предположения, что каждое его действие продиктовано неким планом, ведь на самом деле, по большей части все его решения были продиктованы чистейшей импровизацией. И приступами альтруизма, как например вот это вот спасение «главного зла» мира заклинателей, лавры которого так быстро забрал себе первоначальный владелец тела. - На самом деле никакого плана нет, а помог я вам просто потому, что вы в этом нуждались и на вашем примере я пытался закрыть старые терзания в похожей ситуации. Хотя, если все же говорить о моих желаниях, то я бы хотел прекращения войны. - Просто так этого не сделать и все равно будут жертвы, - принял всерьез его слова Жохань и отошел к низкому столику, за которым собирался начать более основательный разговор. - Я это понимаю, - Фелин так же присел за столик и по мановению его руки на нем появился чайный сервиз и закуски, - и даже не против жертв среди заклинателей, но все же хотелось бы, чтобы их было поменьше. А ваша власть при этом стала абсолютной, чтобы никому и в голову не приходило поднять восстание или планировать ваше убийство. - И как же этого добиться? – у Жоханя была пара идей, но ему захотелось услышать мнение волшебника. - Заложники во все времена были гарантом того, что против тебя не выступят. Или выступят, но не все. Так что предлагаю использовать этот план, пусть он и провалился у вашего младшего сына. Просто в этот раз мы все сделаем по уму. Вэнь Жохань посмотрел на него с удивлением, совершенно не ожидая, что юноша, переживший явно не простые времена, предложит именно такой план. Старший заклинатель как-то не соотносил Фелина с насилием, хоть тот и уверял, что пережил войну и успел ввязаться во множество неприятностей связанных с его собственным кланом. Но, тем не менее, именно он предлагал взять своих бывших товарищей под стражу, чтобы сдержать наступление союзных орденов против ордена Вэнь. - Волдеморт любил держать заложников, даже среди своих сторонников, которые имели семьи. Это было очень эффективно, даже я могу это признать, хоть и сражался на другой стороне, но успел повидать не только действия, но и последствия этой тактики. Имея власть над детьми, он удерживал взрослых от отчаянных мер, а дети ради защиты своих близких соглашались на заведомо проигрышные задания, которые могли окончиться смертью. А все, кто выжил после, несли одинаковую ответственность за свои действия, хоть по сути, многие были не так уж и виновны. Так что это самый беспроигрышный ход, только если не повторять глупости Вэнь Чао, что старался ценных заложников убить различными способами, что только приходили в его недалекую голову и тем самым настроил против ордена Вэнь большинство заклинателей. И в отличие от прошлых действий, в этот раз, мы не будем призывать наследников орденов в открытую, чтобы никто не заподозрил о наших планах и не подготовился, а незаметно выкрадем нужных нам людей среди ночи. Мы с Чжулю займемся этим лично, пока вы будете выдворять союзные войска из Цишаня и укреплять собственную армию. Вэнь Жохань посчитал этот план достойным для осуществления. Ему тоже сейчас не хотелось раздувать пламя войны еще больше, хоть он и сам это начал. В данный момент у него был другой предмет интереса, что понемногу пробирался в его мысли и война только отвлекала его внимание. - Пусть наследников главных орденов не так и много, но это все равно несколько десятков человек. Чтобы похитить из всех потребуется время и их нужно будет где-то разместить. Я понимаю, что темницы и испытательные лагеря для этого не очень подходят, раз мы не собираемся подвергать их пыткам, но на территории Цишаня есть несколько свободных поместий с неплохой охраной, - предложил Вэнь Жохань, чтобы поскорее разобраться с этим вопросом. - Нет, этот вариант не подойдет. Территории Вэнь самый очевидный выбор, где будут искать заложников и в Цишань не так сложно пробраться, если захотеть. И любая охрана, какой бы надежной она не была, может пасть под особо умелыми руками, хотя такие руки всегда были у меня. Только никто не хотел этого признавать, - Фелин немного горько усмехнулся, но быстро взял себя в руки, пряча обиду за Вэй Ина глубоко в свое сознание, чтобы она не влияла на его слова. – Поэтому я предлагаю разместить их здесь, на Луанцзан. Через мою защиту никто не пройдет, так как для этого мира она не постижима и слишком напоминает темную энергию, которую никто пока не обуздал. На горе достаточно места для комфортного существования, ведь мы собираемся заботиться о пленниках в достаточной мере, чтобы они сами впоследствии останавливали своих отцов и братьев против восстания, когда в итоге все же избавятся от нашего надзора через пару-тройку лет. И, конечно же, все должны решить, что это именно мое решение и после потери золотого ядра я слегка поехал крышей и начал мстить всем вокруг. Так всеобщим врагом стану я, а вы так же останетесь возвышенным верховным заклинателем и незаметно ломать их волю и устремления, чтобы подчинить их своему влиянию. Слышать о таком странном самопожертвовании или скорее изощренной мести, Жоханю раньше не приходилось, но уже захотелось поучаствовать. Особенно хотелось посмотреть на лица всех этих праведных заклинателей, что придут с претензиями о пропавших наследниках к нему, а он окажется ни при чем. Жохань даже мог доказать свою правоту, имелся у него один артефакт, что определял, говорил ли человек правду. И когда от него потребуют ответа, он скажет, что ни сам, ни по его приказу, никто не был в этом замешан, ведь план от начала и до конца принадлежал господину Вэю. Им же и будет исполнен, а Жохань всего лишь был поставлен в известность. Ощущать себя на вторых ролях было немного странно, но завораживающе, особенно когда была возможность понаблюдать за нестандартным умом в действии. - Думаю, мне остается лишь пожелать вам с Чжулю удачи в этом непростом деле, и надеюсь, на этом наше общение не закончится. - Мы же с вами деловые партнеры, так что вы от меня еще долго не избавитесь, - усмехнулся молодой заклинатель и как бы невзначай взмахнул рукой с черным перстнем, который ощущался как сильный артефакт. – Если вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы вернуться в свой дворец, я провожу вас, а потом отправлюсь на встречу с одним важным человеком. Жохань быстро подавил вспышку легкой ревности от слов Фелина. Он не знал, с кем намеревался встретиться заклинателей, но к тому человеку он явно не испытывал негативных эмоций, которые Жохань уже наблюдал по отношению к некоторым представителям великих орденов. Но Жохань уже давно не был зеленым юнцом, чтобы показывать открыто свои чувства, даже если человек становился все более ему интересен, он не опуститься до ревнивых сцен, а позволит всему идти своим чередом. Судя по взглядам, которые господин Вэй иногда бросал на старшего заклинателя, он точно был в нем заинтересован и Жохань вполне мог поддерживать этот интерес и на расстоянии, пока другие заботы были в большем приоритете. Но стоит войне закончиться, Жохань намеревался начать ритуалы ухаживания за молодым волшебником и никто его в этом желании не остановит. - Думаю, что я вполне здоров, чтобы больше не злоупотреблять вашим гостеприимством, - Жохань неторопливо встал, поправляя слишком простую для себя домашнюю мантию, которую обнаружил в мешочке цанкунь, и протянул руку, помня прошлое перемещение. Вэй Фелин так же неторопливо взял его за руку, задержавшись в таком положении на пару мгновений, прежде чем предупредить о неприятных ощущениях и вот их уже закручивает вихрь магического перемещения. Они появились ровно на той же верхней площадке  лестницы, с которой экстренно перемещались в прошлый раз ровно неделю назад. К ним тут же попыталась подбежать охрана, но стоило им увидеть своего главу, как они с поклоном отходили назад на свои позиции. Вэнь Жохань пережил это путешествие лучше, чем в прошлый раз. Все же он был сильнейшим заклинателем и аппарация не была для него помехой, если даже дети в мире Гарри приспосабливались к этому способу перемещения достаточно быстро. Фелин уже намеревался вернуться обратно, чтобы забрать Чжулю для небольшой прогулки в Цинхе, как в его руку положили небольшой искусно вырезанный из розового нефрита жетон с личным знаком главы Вэнь. - Это пропуск от моих личных покоев, если вам когда-нибудь захочется прийти и поговорить, - улыбнулся Жохань и тут же растворился в тенях дворца, словно его тут и вовсе не было. Волшебнику лишь оставалось смотреть ему в след и размышлять, реально ли это все или он погрузился в фантазии, вызванные бессонными ночами и бдением возле одного верховного заклинателя, что никак не приходил в себя и заставлял его волноваться. В любом случае, даже если это всего лишь фантазии, то они вполне могут стать реальностью, подумал бывший Поттер и аппарировал. С этого момента начиналась новая история мира и ему не помешало бы найти верных союзников.