Любимый ребенок смерти

Если бы Не Хуайсан родился в мире Гарри Поттера, он бы точно попал в Слизерин, хотя его мозги так же бы отлично подошли и для Райвенкло. Но как истинный слизеринец, младший Не выбрал бы Хаффлпафф, ведь больше всего ценил комфорт и семью. А вот на Гриффиндор ему дорога бы точно была закрыта. Не было в нем качеств этого факультета, в отличие от старшего брата. Вот Не Миндзюэ был воплощением гриффиндорца, правда не всегда в лучших его проявлениях. Отвага и честь, а также порывистость и узкость мышления, когда мир делился лишь на черное и белое, без полутонов и оттенков. Может именно из-за этого в большей степени Фелин и хотел ему помочь, показать, что мир имеет намного больше красок и не нужно судить человека лишь по нескольким поступкам, как было в случае с Вэй Ином, которого глава Не заклеймил злом за спасение остатков клана Вэнь, только из-за фамилии последних. Даже не смотря на то, что там даже не было бойцов, только целители, старики и дети. Вэй Фелин собирался встретиться с Хуайсаном и поговорить начистоту, ведь уже был в курсе, после просмотра предполагаемого будущего, если бы Вэй Ин все же согласился на предложение Госпожи вернуться, каким хитрым мог быть этот признанный Незнайка. В интригах и политических играх он бы легко мог обставить Дамблдора, но жаль, что свой истинный талант он проявил только после смерти брата, чтобы наказать его убийц. Фелин же собирался перетянуть его на свою сторону и сделать своим помощником в приближении к светлому будущему. Это автоматически приближало его и к Вэнь Жоханю, с которым у клана Не были не лучшие отношения, но Фелин постарается сделать все, чтобы те не поубивали друг друга. В обмен на политическую помощь и установление нейтралитета между двумя враждующими орденами, Фелин хотел попытаться помочь с проблемой Не Миндзюэ. Фелин, правда, не успел обговорить этот шаг с Вэнь Жоханем, но считал, что как равноправный партнер имел полное право заключать такие договоренности, а если главу Вэнь что-то не устроит, то магия быстро напомнит на чьей стороне правда. Но все же он отправит послание с предупреждением о своих действиях, как только окажется в Цинхе. Чары патронуса, к сожалению, еще с трудом поддавались перемене внешнего облика, но, по крайней мере, уменьшить своего призрачного василиска до размеров Нагайны Фелин уже мог. И обычная говорящая змея выглядела не так устрашающе, как гигантский василиск. Как и планировал, Фелин вернулся за Чжулю после расставания с Вэнь Жоханем, чтобы повторить их недавнее путешествие только теперь в сторону Цинхэ. Таким способом видимо придётся пользоваться еще не раз, чтобы добираться до новых мест и устанавливать небольшие маячки, чтобы дальнейшая аппарация не вызывала проблем. Перемещаться на сигнал было проще, чем вспоминать каждый раз нужное место. Да и осмотреть красоты с высоты полета меча было можно. Но как только окажется в городе, Фелин собирался действовать один, чтобы застать Незнайку врасплох. Хорошо что придумали указующее заклинание, а то бы господина Не пришлось искать по всем чайным и другим увеселительно-культурным заведениям. Молодой господин Не, вопреки ситуации и рекомендательной просьбе брата не высовываться из охраняемой крепости, наслаждался чаем и поэзией в одном из своих любимых мест, лениво обмахиваясь веером. С самого утра его преследовало ощущение, что должно произойти нечто особенное и именно поэтому он сбежал от своей охраны и ждал. Хуайсан уже знал о возвращении Вэй Ина, своего единственного настоящего друга, но никак не мог соотнести его с тем властным образом, что в сердцах описал его брат. И то, как он похитил Вэнь Жоханя и Мэн Яо, Хуайсан не знал, что об этом и думать. Когда его небольшой отдых близился к концу, Хуайсан, почувствовал, что напряжение, преследующее его весь день, наконец-то, спало, а прямо напротив теперь сидел Вэй Ин. Хуайсан всегда был наблюдательным и любил подмечать даже самые незначительные моменты, которые даже сами люди за собой не замечали, все то, что делало их личностями, а не просто живыми болванками и прямо сейчас младший Не понимал, что перед ним сидел вовсе не его друг. Изменилось практически все: манера держать себя, мимика, жесты и вкусы в одежде. Это все так сильно бросалось ему в глаза, но казалось, что для всех это было недоступно, особенно для тех, кто не знал Вэй Ина хорошо. В одежде больше не проскальзывали красные вставки и по тону она стала еще темнее, чем была раньше, хотя в той черно-серой гамме это было сложно представить. Волосы пусть и все также убраны в высокий хвост, но теперь заплетены в мелкие косички так, что ни одна волосинка не выбивалась из прически. Взгляд, пожалуй, потерпел самые сильные изменения, перестав быть лучистым и веселым. В нем словно поселились тени, несмотря на неугасающий азарт, а сам Вэй Ин стал выглядеть намного взрослее. Хуайсан не мог точно сказать, нравятся ему изменения в друге или нет, но он точно бы не стал называть его теми ужасными словами, что слышал от брата. Нет, Вэй Ин точно не был высокомерным и погрязшим в тьме, ведь праведные заклинатели все неизвестное им любили очернять, не разбираясь в сути, просто он резко повзрослел и сменил жизненные ориентиры, отбрасывая орден, что по большей части приносил ему только страдания. Не Хуайсан понимал его, ведь видел намного больше, чем все остальные и не считал, что друг не прав. В любом случае, все долги он уже выплатил, отдав Цзян Чену свое собственное золотое ядро. Незнакомец продолжал сидеть напротив и загадочно улыбаться, словно чего-то ожидая. Хуайсан на это решил немного приоткрыть свою истинную личность, почему-то абсолютно уверенный, что для пришедшего это не станет сюрпризом и как оказалось, не прогадал. - Ты не Вэй Усянь, - на миг сверкнув хитрым глазом из-за веера, озвучил свои сомнения молодой господин Не. - Я уже не твой друг, это верно, но я хочу вновь им стать и рассказать интересную историю, - бывший Гарри Поттер наслаждался тем, что сейчас происходило. На первый взгляд он совершенно не разочаровался в Хуайсане, но было интересно, что ему откроют со второго. – А еще, я хочу помочь твоему брату с вашей давней проблемой. От услышанного предложения, Хуайсан неосознанно встрепенулся и насторожился. Конечно о проблеме ордена Не в тех или иных чертах знали многие, но ничего конкретного. Целители ордена никогда не распространялись, а Хуайсан старался вести свои расспросы максимально нейтрально, но сейчас было ощущение, что этот «Вэй Ин» действительно понимал о чем говорил, отчего он одновременно испугался и обрадовался. - Не понимаю о чем ты говоришь, - решил сыграть дурачка, в противовес всему уже сказанному Не Хуайсан. - Отклонение ци. Думаю я смогу найти способ от него избавиться, но для начала, нам нужно поговорить с твоим братом. И принести клятвы неразглашения. Хуайсан никогда не слышал о таких клятвах, но предложение звучало привлекательно, чтобы он мог задуматься о согласии, правда, реакцию брата в этом случае было сложно предугадать. В последнее время тот стал еще более раздражительным, чем обычно, проклиная того, кто увел Вэнь Жоханя из-под их носа и не дал убить столь давнего и желанного врага для ордена Не. Вполне возможно это сделал именно этот заклинатель, что сейчас сидел напротив и как две капли воды походил на давнего друга, только вел себя с большим достоинством, а не как веселый раздолбай. Если Хуайсан приведет его к брату, то тот наверняка запрет «Вэй Ина» в темнице и начнет пытать, чтобы разузнать о главе Вэнь и возможно погубит единственный шанс на излечение от семейного проклятья. Верить в то, что этот юноша сможет победить в бою его брата, Хуайсан категорически отказывался. А еще, Хуайсана заинтересовало то, что заклинатель перед ним был уверен в их дружбе, но звучало это так, словно это было в другой жизни. Только это был бы уже полный бред и Хуайсан отказывался в это верить. Но все же, единожды проснувшееся любопытство, было сложно отключить обратно и потому Хуайсан, словно не имея выбора, согласился. Фелин, который все это время раздумий делал вид, что ничего не замечает, получив, наконец, ответ, обрадовался. Очень уж ему хотелось посмотреть на внутреннюю систему Не Миндзюэ и понять насколько сильно она отличается от результатов Вэнь Жоханя или его собственных, где переливались и светлая, и темная ци, образуя более понятный ему узор магии. Время уже близилось к вечеру и Хуайсану давно пора было показаться на глаза брату, но сначала его слишком уж заворожило выступление, а потом отвлекли странным разговором, так что времени на возвращение обратно в крепость было немного. Пришлось воспользоваться тайными короткими путями, которыми Хуайсан обычно не пользовался, предпочитая более чистые пути, но в данный момент ему не оставили выбора, а новый знакомый следовал прямо за ним, не высказывая никаких возражений, что не могло не радовать. Так, быстрыми перебежками по злачным местам, они добрались до Нечистой юдоли и направились прямо в кабинет главы. Как только начались военные действия против ордена Вэнь, а орден Не стал своеобразным центром сопротивления, их резиденция стала почти официальным штабом, а Не Миндзюэ можно было застать либо в кабинете с другими ключевыми фигурами, либо на тренировочной площадке, если он находился в ордене. Решив, что с приближающейся ночью, брат не станет себя изводить тренировками, Хуайсан решительно продвигался к кабинету и при этом совершенно не следил за «Вэй Ином», который ловко скрылся мантией-невидимкой, чтобы привлекать поменьше внимания. Хорошо еще, что путь был не длинным, а то Фелин начинал себя чувствовать, как в Хогвартсе, с его бесконечными переходами из кабинета в кабинет. Ноги начинали болеть от одного лишь воспоминания. На радость Хуайсана Миндзюэ был в кабинете один, хоть и находился в совсем уж нерадостном настроении и на брата воззрился с возмущением, словно собирался за что-то отчитать. Радость Хуайсана в тот миг немного померкла, но его важная миссия перекрывала все недовольство брата. Именно в этот момент он наконец обернулся и не смог никого за собой обнаружить, но Фелин не стал его мучить и отменил чары мантии, проявляясь перед братьями и моментально уходя с линии атаки взбесившегося главы Не. Рефлексы ловца и бойца не раз спасавшие в той жизни, спасли и в этот раз, а слетевший с пальцев петрификус, остановил наступление грозного заклинателя. - Прежде чем нападать, было бы неплохо поговорить, - усмехнулся Фелин, усаживаясь за своеобразный стол переговоров, окружая себя уже знакомым кровавым щитом и только тогда отпуская Не Миндзюэ. Можно было, конечно обойтись и без щита, но эти чары, как и их непробиваемость уже были знакомы мужчине и Фелин надеялся, что тот больше не предпримет попыток проткнуть его саблей, – ведь именно это я обещал вашему младшему брату. - И о чем же ты хочешь поговорить? – грозно прогрохотал глава Не, но все же нападать не спешил и его поза, как и хватка на сабле, стала немного расслабленней. - О вашем исцелении, о том, что случилось со мной за последние месяцы и о том, что будет дальше. Но сначала вы принесете клятву о неразглашении. - Никогда не слышал о подобной клятве, - снова начал заводиться Не Миндзюэ. - Верно, ведь в этом мире ее еще не существует, - Фелин изобразил растерянность, словно только что об этом вспомнил, - но это не значит, что ее нельзя принести. Просто поклянитесь молчать обо всем, что сейчас узнаете и выпустите немного ци. Братья все еще не выглядели убежденными его словами, но клятву принесли. Первым не выдержал Хуайсан, которого буквально распирало от любопытства. Стоило отзвучать клятве, что подтвердилась слабой вспышкой света, как младший Не уже усаживался напротив Фелина за столом. Следом за ним последовал и старший, что не желал оставлять брата без защиты перед этим странным заклинателем и бросал на него свирепые взгляды, которые Фелин с легкостью игнорировал. - Начнем с того, что еще несколько месяцев назад я был Вэй Усянем, пока Вэнь Чао не сбросил меня обессиленного и лишенного ядра в пропасть на горе Луанцзан… Дальше Фелин рассказал уже проверенную на главе Вэнь историю о переселении в другой мир, очередной смерти и возвращении обратно с новыми знаниями и возможностями, что пока не были доступны заклинательскому миру. Рассказал о смене имени, но был не против, чтобы Хуайсан продолжал звать его Вэй-сюн. Продемонстрировал волшебную палочку и трансфигурировал из листа бумаги живой цветок, после чего снова ее убрал, а легкие заклинания типа люмуса или акцио использовал уже без нее. Фелин показал именно их, так как у заклинателей имелись аналогичные по действию талисманы, а тут все творилось на чистой магии. Заинтриговав новой силой, Фелин перешел к главному – к осмотрю Не Миндзюэ. Вязь целительского заклинания слетала с кончика Старшей палочки и накладывалась на главу Не, проявляя его меридианы, что с каждым новым витком заставляли Фелина хмуриться все сильнее. Ситуация была откровенно запущенной, причем давно, но это не мешало ей быть похожей на результат Вэнь Жоханя, который так же сильно был отравлен темной ци. Но имелись и различия, за которые и смог ухватиться Фелин, что могло разрешить ситуацию без еще одного кровавого и крайне затратного магически ритуала. Ей, Мерлин, он еще от последнего не отошел и не восстановился, как следует. - У меня есть как хорошая, так и плохая новость, но для начала мне нужно обследовать Хуайсана, чтобы подтвердить свою теорию. Отпираться от осмотра никто не стал, тем более он не приносил никакого физического дискомфорта для пациента, поэтому Хуайсан с готовностью встал перед Фелином и наблюдал, как рядом с ним проявляются нити его духовной энергии, только они не были настолько же яркими и толстыми, как у его брата ранее, наглядно показывая результаты плохих тренировок младшего господина. - Во-первых могу сказать, что из вас двоих, Хуайсан больше здоров, чем вы глава Не. А во-вторых, ваш метод совершенствования совершенно вам не подходит и вы, глава, практически подошли к точке невозврата и скорой смерти. - Да как ты можешь такое говорить? – Миндзюэ мгновенно навис над Фелином своей громадной фигурой и чуть не лишил того слуха своим громоподобным криком, но волшебник оставался спокойным, как удав. - Легко. Для начала скажу, в вашем теле развиты как меридианы для светлой энергии, так и для темной, что иногда пересекаются и нарушают всю систему циркуляции ци, потому что до конца не развита ни одна из них. Если не вмешаться в ближайшее время, то всю эту конструкцию просто разорвет от переполненности, что приведет к весьма болезненной смерти, - Фелин немного помолчал, давая братьям обдумать сказанное, прежде чем сбросить на них новую бомбу. – Могу уточнить увиденное? Насколько я понял, пока в вашем ордене формируют золотое ядро, то пользуются мечом, чтобы проводить светлую ци, но после того как ядро сформировано вы переключаетесь на заклятые сабли, внутрь которых помещают дух умерщвленного животного, что буквально источает темную ци. Получается, что вы сначала на середине обрывается светлые связи, не завершив полное единение с мечом в течение последующих лет и с середины же, начинаете формирование темных связей, так как изначально не использовали их при создании ядра. Вот и получается, что ни одна из систем не работает как надо и мешает друг другу. На внутреннюю энергию так же влияет и дух сабли, который при частом использовании сильнее влияет на заклинателя, нарушая и так не стабильную циркуляцию. - И что теперь делать? – спросил сильно побледневший Не Хуайсан. - Есть три варианта решения проблемы, - бодрее, чем прежде, начал Фелин. – Первое – отказаться от темной энергии и сабли, перейдя на меч и светлый путь совершенствования, поменяв всю программу тренировок. Второй вариант прямо противоположный, отказаться от светлого пути и окунуться в темное заклинательство, но так как готовых практик для этого пути нет, то их придется изобретать самим методом проб и ошибок. И третий путь – спаять разрозненные системы в новую цепь и начать изучать нейтральный или серый путь, которого в этом мире пока еще не существует, но я могу поведать основы, ведь именно такой силой была в том мире магия. Я называю этот путь серым только для вашего удобства, но на деле это путь, что раскрывает все ресурсы организма и золотого ядра, не скованный никакими условностями, кроме собственного разума. Именно так сейчас выглядит моя система. Я лишился ядра, но смог сформировать новое, используя нити энергии витавшие в воздухе, пробивая новые пути, подстраивая знания и опыт под нынешнюю ситуацию. Это было непросто, но если смог я, то и у вас получится. Не Миндзюэ надолго задумался, размышляя над перспективами будущего. Конечно, он чуть ли не с самого детства знал, что умрет достаточно молодым, но все равно не торопился заводить семью, планируя оставить орден Хуайсану. Если честно, он совершенно не думал о чувствах брата в те моменты, когда рассуждал о своей неминуемой и скорой кончине и не искал, как отсрочить это время. Ответы все это время пытался искать именно младший брат и вот сегодня, кажется, нашел, да так, что не переставал смотреть на него умоляющими глазками. Но Миндзюэ не зря столько лет уже был главой ордена и не забыл последнего раза, когда видел этого юношу в последний раз, уносящегося в странном вихре под руку с Вэнь Жоханем и подозрительное молчание последнего. Что-то назревало, и этот Вэй Фелин был в курсе и не зря появился в Цинхе с таким ценным предложением. Для начала стоило все узнать, прежде чем согласиться загнать себя в ловушку. - Это, несомненно, очень ценное предложение, но мне хотелось бы узнать всю правду вашего появления здесь, - Миндзюэ хотел смутить этого молодого заклинателя своим вопросом, но тот будто только этого и ждал. - На это тоже есть несколько причин. Во-первых, я тут ради Хуайсана. Я всегда считал его своим лучшим другом и пусть для меня прошла целая жизнь, мне все рано его не хватало, - да, Фелин немного лукавил, но действительно хотел иметь такого друга, как Хуайсан, а все нестыковки можно было свалить на прошедшее для него время и изначально плохую память Вэй Ина. - Во-вторых, я действительно хочу помочь вам, ведь опять же, это проблема может затронуть и Хуайсана, а терять друга так рано, я не намерен. Надеюсь получиться продлить время жизни, как маги того мира, где некоторые доживали и до трехсот лет, если не погибали в каких-нибудь войнах или от болезней. Ну и напоследок, наученный горьким опытом другой жизни, я помог не только вам, но и Вэнь Жоханю, приведя в порядок его силу и разум, создав с ним союз. Я попрошу ваш орден не вмешиваться в то, что скоро будет происходить в заклинательском мире и не вступать в союзы с остальными заклинателями. - Я не могу предать брата Сиченя, даже ради собственного выздоровления, - словно забыв все свои недавние мысли, сказал Миндзюэ, старательно не смотря на Хуайсана. - Я и не прошу вас предавать названного брата, но просто не выступайте войной на орден Вэнь. Вэнь Жохань так же не жаждет продолжения войны. Подумайте пока, я вернусь завтра вечером, чтобы забрать Хуайсана на Луанцзан и не кидать на вас подозрения. Не волнуйтесь, он пробудет там недолго и в полном комфорте. Сказав последние слова, Вэй Фелин встал, поправил одежды и в вихре аппарации переместился к ожидающему его Чжулю. Хуайсан, который до этого не видел такого перемещения, смотрел на пустое место во все глаза, в то время, как Миндзюэ все больше мрачнел. Он не хотел расставаться со своим родным братом и что-то скрывать от побратима, но видимо в этой ситуации не было однозначного выхода. Он не мог сказать Сиченю о союзе Вэнь Жоханя с этим невероятно сильным заклинателем, действия которого недавно поставили их в тупик и открыли страшную тайну, что повергла Ванцзи и семью Цзян в настоящий шок. А еще ему предстояло принять сложное решение выбора собственного пути или оставить все как есть и тихо прожить остатки дней, но уже сейчас видел, что ничего не выйдет. Не после того, как Хуайсан почувствовал надежду на благоприятный исход. Миндзюэ тяжело вздохнул и торопливо вышел из кабинета, не сказав брату ни слова. Он ощущал такую усталость, словно несколько суток подряд бился в ожесточенной битве и мечтал об отдыхе и тишине. Хуайсан проводил его встревоженным, но внимательным взглядом, но так же ничего не сказал. Слова сейчас были немного излишни и младший Не уже мысленно паковал вещи, чтобы отправиться в одно из самых страшных мест всего заклинательского мира, но пока там Вэй-сюн, все казалось не таким ужасным. Хуайсан был готов на все, чтобы вылечить брата и он был уверен в своем друге, ведь тот всегда делал что-то невероятное, значит и с их проклятьем справится. Особенно если это не проклятие, а всего лишь неправильное совершенствование. Уже ложась спать далеко за полночь, Хуайсан размышлял о магии и втайне очень бы хотел ей обучиться. Хуайсан никогда не был сильным заклинателем и пусть своими побегами от тренировок, он не искалечил себе систему циркуляции ци, перед братом это его не оправдывало. И он честно хотел быть сильным или хотя средним по силе заклинателем, но тренировки с саблей подсознательно ощущались «неправильными» и теперь Хуайсан узнал, что это действительно так. Интересно, а Вэй-сюн научит его магии? Это была последняя мысль, прежде чем Хуайсан погрузился в глубокий, но счастливый, сон.