Беги, чтобы выжить.

      Темнота       Вокруг лишь абсолютная темнота, когда он приходит в себя. Резко садится от внезапного приступа рвоты. Когда содержимое желудка выходит, а окружение становится не таким расплывчатым, он оглядывается. Сверху, по бокам и под ним — сетчатые прутья. Клетка? Что, черт возьми, происходит? Где он? Кто он? Рядом слышится рычание. Оно изначально было? Звук живого существа доносится из-под большого куска ткани. Он слегка её двигает и животное делает выпад, точно хочет наброситься, но мешает другая клетка. «Кабан» — быстро соображает он. Присмотревшись получше, замечает другие коробки, бочки, тряпки. Вскакивает, задирает голову и видит свет. Он куда-то едет — вверх.       — Эй! Кто-нибудь! — хватается пальцами за прутья и кричит, но голос заглушается звуком механизма, что везет его. — Эй! Э-эй! На помощь!       Что происходит? Это лифт? Куда его везут? Почему рядом какие-то припасы и живой, мать его, кабан? Ход мыслей прерывается гудком, что дает по ушам так, будто создан, чтобы оглушить. Когда загораются красные огни, он, наконец, видит потолок — конец пути. Лифт резко останавливается, из-за чего он падает, все звуки стихают, красный свет меняется на зелёный и тут-же затухает. Снова темнота. Из звуков только его интенсивное дыхание.       И тут он слепнет от света, что проникает внутрь лифта, когда двери на потолке разъезжаются в стороны. Он жмурится, вытягивает ладонь перед лицом, чтобы хоть как-то спрятаться от солнечных лучей, которые так и хотят выжечь его глазницы. Немного привыкнув к свету, он приоткрывает глаза и видит свою руку. Что, черт возьми, с ним произошло? Оглядывает вторую — ситуация не лучше. На них живого места нет. Куча круглых ожогов, шрамы от порезов — глубокие и не очень, и куча других, о происхождении которых ему и знать не хочется. Поднимает взгляд и видит возвышающиеся над ним фигуры. Это они с ним сделали? Куда и к кому его привезли, а главное — зачем?       «Одни парни» — быстро оглядывает он, когда крышу клетки открывают, один из них спрыгивает и садится перед ним.       — Ну что, новичок? Пора просыпаться. — хватает его за ворот рубашки и вытаскивает из клетки. В следующее мгновение он уже лицом на земле. Его окружили, смотрят, как на цирковое животное. Кто-то улыбается, смеётся, кого-то он не может рассмотреть из-за того же яркого солнца. Но одно лицо удаётся разглядеть особенно чётко: этот парень заметно ниже остальных, на блондинистые волосы падает свет, из-за чего они кажутся прозрачными, а на лице ни грамма того же веселья, что у остальных. Брови нахмурены, губы слегка сжаты, руки скрещены, кажется, его видят насквозь. Паника охватывает сильнее, чужой смех режет уши, все взгляды обращены на него. Что делать? Что делать? Голос в голове набатом кричит «Беги!», и он подчиняется. Быстро вскакивает на ноги и несётся прочь от этих людей, их смеха, липких взглядов.       — Эй, да он же бегун! — весело кричит кто-то в след, но ему все равно, нужно скорее убраться подальше от них.       Он бежит. Бежит, что есть сил. Ветер свистит в ушах, глаза слезятся. Плевать.       Внезапно ноги его подводят — путаются, из-за чего он спотыкается и прокатывается по траве еще какое-то расстояние. Лёгкие горят от паники и интенсивного бега, но сейчас его это совершенно не волнует, как и боль во всём теле после неудачного падения. Он вскидывает голову и замирает. Медленно поднимается на ноги, осматриваясь, и не верит своим глазам — он стоит на участке, размером в несколько футбольных полей, окружённым… Это стены? Это чёртовы стены высотой где-то под тридцать метров. Он окружён. Ему не выбраться.       Он не помнит, как его хватают и куда-то ведут, не помнит, кто это был. В себя он приходит, когда падает в какую-то яму, а импровизированную дверь, состоящую из длинных палок, закрывают. Взгляд пробегается по помещению — это действительно яма где-то полтора на полтора метра, глубина небольшая — может, метр, но дополнительное пространство, позволяющее встать в полный рост, даёт крыша из тех же длинных палок.       Когда парни, что кинули его в яму и закрыли там, отходят, он приближается к двери, так как она единственная сплетена в виде решётки и позволяет увидеть, что находится снаружи. Он успевает заметить пасущихся коз и всё ту же стену, когда неожиданно появляется человек, что заставляет его отскочить и снова приземлиться на задницу.       — Эй, — зовёт его незнакомец и садится на корточки. Тёмная кожа, что сливается с черными волосами, тёмно-карие глаза, мягкие черты лица. Этот человек хоть и кажется устрашающим, но взгляд у него мягкий, будто он извиняется за то, что неосознанно напугал. — привет, новичок. Больше не убегай, хорошо? — уголки его губ чуть кривятся в улыбке после ответного короткого кивка. — Хорошо.       Парень встаёт и открывает дверь, и тогда он замечает, какой же тот высокий — где-то под два метра точно.       «В этой яме ему было бы очень тесно.» — пробегает мысль в голове, пока он со своего места продолжает пялиться. Парень же снова садится на корточки и заговаривает:       — Меня зовут Мэтт. — опять эта лёгкая улыбка — Ты помнишь что-нибудь о себе? Кто ты? Откуда пришёл? Что угодно.       Он качает головой и на выдохе отвечает: — Нет.       — А имя своё хоть помнишь?       Имени он своего тоже не помнит, но оставаться неизвестным не хочет, поэтому копается в памяти в надежде подцепить хоть что-то. Где-то глубоко в сознании он слышит имя. Как его… Наи…Нэй…       — Нил. — в итоге говорит он. — Зовите… Зовите меня Нилом. — Нил облегчённо вздыхает, теперь он не кто-то — у него есть имя, и для начала это неплохо. — Я больше ничего не помню. Почему… Почему я здесь? Что… Что со мной? Мои руки… — Снова паника подступает к горлу, мысли сбиваются.       — Эй-эй, тихо, спокойно, парень, Нил. Расслабься, тебя здесь не тронут. Ну, если сам не нарвёшься. — Мэтт тихо хмыкает и отводит взгляд куда-то в сторону, — Это нормально — не помнить. Это со всеми так. Имя — это всё, что нам оставили. Кто-то вспоминает сразу, кто-то через день-два. Так что не беспокойся, мы все в одном положении.       — Что это за место? — дрожь в голосе скрыть не получается.       Мэтт смотрит на него, слегка улыбается и протягивает руку, — Я покажу.       Глэйд — как его назвал Мэтт — достаточно огромный. Пока они прогуливаются по территории и Нил слушает пояснения на каждую рабочую зону,       «Здесь мы едим,       Здесь мы спим,       Выращиваем еду,       Строим хижины»       он оглядывается на каждый взмах руки Мэтта, когда он указывает на то или иное место. Они проходят мимо небольшого леса. В нём невозможно заблудиться, но в то же время кажется довольно густым. Нил замечает небольшое строение — скорее всего, смотровая площадка, чтобы следить за происходящим. Спальное место представляет собой скопление пышных деревьев, к стволам которых привязаны гамаки. Нил думает, что лучше бы он спал в яме, чем так близко к остальным парням, но его, очевидно, не спрашивают.       — А всё, что нам нужно, привозит лифт. — говорит Мэтт, оборачиваясь на него и останавливаясь. — Остальное в наших руках.       — Лифт? — спрашивает Нил и смотрит на конструкцию, что привезла его.       — Да. Раз в месяц нам присылают припасы, и одного новичка. В этом месяце — ты. Поздравляю.       — «Присылают»? — Нил переводит взгляд с лифта на Мэтта. — Но кто? Кто отправил нас сюда?       — Этого мы не знаем. — немного грустно отвечает Мэтт и отводит взгляд.       Прежде, чем Нил успеет спросить ещё что-то, к ним подходит тот низкий блондин, которого он заметил, когда был повален на землю после прибытия.              Теперь Нил может разглядеть его получше: длинные рукава у достаточно плотной кофты, хотя все вокруг в футболках или лёгких рубашках, массивные ботинки, как и на всех, и, что особенно удивительно — даже под кофтой заметны натренированные мышцы, видимо, свой рост он компенсирует силой. За спиной у него виднеется рукоять чего-то — может, топор или мачете.       — А-а, привет, Эндрю. — Мэтт слегка ударяет Нила в грудь, чтобы привлечь внимание. — Новенький, это Эндрю. В моё отсутствие он главный.       — Хорошо, что ты никогда не отсутствуешь. — сухо комментирует Эндрю, всё ещё ответно оглядывая Нила с головы до ног. — Классный забег ты сегодня устроил. На секунду я даже подумал, что ты мог бы стать бегуном, пока не шлёпнулся. — Мэтт тихо смеётся рядом на это замечание. — Ну ничего, в другой раз повезёт. — Эндрю говорит это, смотря в его глаза. От этого пристального взгляда внутри Нила всё сжимается. Ощущение, что смотрят прямо в душу.       — Что? Бегуном? — Нил помнит, как кто-то крикнул это ему в след, когда в приступе паники он рванул прочь, но задаётся вопросом только сейчас.       — Эндрю, будь другом, найди Ники. — просит Мэтт и Нил не понимает, то ли он хочет соскочить с темы, то ли спровадить Эндрю.       — Я не собака, чтобы бегать и выполнять твои приказы. — безразлично отвечает Эндрю, переводя взгляд на Мэтта, от чего давка в груди слегка слабеет.       — Ох, ну, если ты сам хочешь остаться, чтобы разжёвывать новичку, как тут всё устроено, то вперёд, я оставлю вас одних. — видимо, слова действуют, так как Эндрю лишь закатывает глаза и уходит. — Спасибо. — говорит Мэтт ему в след и снова поворачивается на Нила. — Прости, что тороплю, ты опоздал, а дел невпроворот. Сегодня особенный вечер, вот увидишь. — парень слегка толкает Нила в спину и они идут в сторону смотровой башни.       Мэтт начинает лезть на верх по лестнице из толстых палок: — Надеюсь, ты не боишься высоты? Идём, давай, у нас после этого есть ещё дельце.       Они оба стоят, облокотившись на перила, и смотрят за работой других глэйдеров, и Мэтт начинает серьёзно:       — Это всё, что у нас есть. Сейчас это — наш дом. Уважай это место, и мы отлично поладим.       — А что вон там? — Нил указывает на стену, точнее — на массивные ворота, что сейчас были открыты, но что за ними, разглядеть не получается.       Мэтт молчит где-то с минуту, но, видимо, собираясь с мыслями, начинает:       — У нас есть три правила:       Первое — работай. Здесь не место халявщикам.       Второе — не обижай другого глэйдера, потому что здесь не выжить без доверия.       И самое главное — не смей выходить за эти стены. Ты меня понял? — после кивка взгляд Мэтта слегка смягчается.       — Эй! Мэтт! — слышится где-то снизу.       Они слегка наклоняются, чтобы разглядеть кричащего, и видят парня — смуглая кожа, кудрявые каштановые волосы. Даже сверху Нил понимает, что тот тоже очень высокий — может, на пару сантиметров ниже Мэтта.       — Привет, Ники! — кричит в ответ Мэтт. Ники с улыбкой машет. — Ты где пропадал?       На вопрос Ники не отвечает, лишь с той же улыбкой пожимает плечами. Мэтт тоже начинает улыбаться, мотает головой и снова смотрит на Нила.       — Ники поможет тебе с остальным: повесит гамак, покажет остальные части Глэйда, познакомит с ребятами. В общем, он твой спутник, пока не освоишься. — объясняет Мэтт и начинает спускаться. — Удачи, Нил.