Пять?

Она внимательно наблюдала за тем, как Драко поднёс бутылочку с антидотом к губам. Он пытался подавить дрожь в руках, но это не сильно удавалось. К счастью, Глэйс не стала задавать вопросов. Наверняка и так поняла, что он паршиво себя чувствовал после длительного копания в чужих мозгах. После лекарства Малфоя быстро потянуло в сон. Он не сопротивлялся, а засыпая, ощущал щекочущий взгляд на своем лице. Сквозь дремотную пелену Драко слышал, как Глэйс несколько раз прошлась по комнате, затем вышла за дверь. Еë шаги эхом отдавались в коридоре и постепенно затихали. Он пытался открыть глаза, но успокоительная сила антидота сковала его, не давая пошевелиться. Вскоре Малфой полностью провалился в сон. Когда действие лекарства начало проходить, за окном было уже темно. Драко лежал в своей постели, вглядывался в далёкие звёзды и прислушивался к происходящему в комнате. На то, чтобы повернуться и осмотреться пока не было ни желания, ни сил. Глэйс не оказалось ни в кровати, ни в кресле. Судя по тому, что под дверью в ванную не светилась полоска света, там тоже было пусто. Чувство, которое кольнуло сердце Малфоя было чем-то средним между тревогой и обидой. Он медленно сел и попытался встать, но слабость всё ещё сковывала тело. В этот момент прямо перед ним появилась Линки. — Как чувствует себя хозяин? — заботливо спросила эльфийка. — Всё в порядке, — быстро ответил Драко, как будто это было чем-то совершенно несущественным. — Ты не знаешь, где мисс Грейнджер? — Она ушла несколько часов назад. А мадам Нарцисса ждёт вас в кабинете. Драко отпустил Линки и насколько мог быстро собрался. Волнение только усиливалось, пока Малфой переодевался и шёл по коридору. Странно, как быстро он привык к тому, что о его шкуре кто-то заботится. Ему нравилось просыпаться и видеть рядом Гермиону. И он даже не пытался поправлять себя, когда ловил на подобных мыслях. Драко было неважно, кто из осколков находился рядом с ним. Веспа, Глэйс или Черри. Если в начале он воспринимал их, как отдельных личностей, то теперь ощущал присутствие каждой из них, как смену настроения любимой девушки. И каждая нравилась ему по-своему. Даже Черри с её маниакальной зацикленностью на нём. Малфой прекрасно понимал, с чем связаны её вспышки раздражения и опасные выходки. Она добивалась внимания, не получала его и начинала делать глупости. Мерлин, как бы Драко хотелось ответить на её приставания! С Веспой всё было иначе. Его завораживала её жажда жизни, стремление следовать за своими мечтами, лёгкая безбашенность. Покажи ему Гермиона эту свою сторону раньше и он упал бы к её ногам ещё в школе. Глэйс же во многом помогла ему разобраться в природе осколков. Драко понял, что даже самая прагматичная личность не существует отдельно от эмоций, переживаний, сочувствия. Если сначала он и думал, что она ухаживает за ним только ради того, чтобы разгадать тайну неизвестного проклятия, то теперь видел её искреннее беспокойство. Нарцисса подняла взгляд, когда дверь кабинета открылась. На еë губах расплылась улыбка, но Драко она показалась натянутой. — Куда ушла Глэйс? — спросил он, игнорируя ледяной ком, формирующийся в грудной клетке. — Доктор Оконелл связался с ней по камину и попросил срочно прийти в больницу, — глухо ответила миссис Малфой. — Он не сказал, зачем. Слабость резко навалилась на Драко, и он грузно опустился в кресло напротив матери. Прокручивал все возможные причины, зачем Глэйс понадобилась колдомедику. Что могло случиться? Неужели состояние Кевина ухудшилось? Или отсутствие Грейнджер касалось не Боузи, а самого Малфоя? *** Глэйс вернулась ближе к ночи, нагруженная множеством трав, кореньев и баночек с разноцветными жидкостями. Но это как раз было не сильно странно. Для проведения любого из ритуалов требовался большой набор ингредиентов. Вопрос скорее вызывали непривычные для магического мира картонные коробочки, которые лежали поверх всей этой горы. Глэйс удивлённо моргнула и на секунду застыла, видимо не ожидая того, что её будут ждать возле самого камина. А миссис Малфой и Драко, которые провели последние часы за напряжёнными разговорами и чаем, наконец смогли расслабиться. Светящееся азартом лицо и воодушевление во взгляде Глэйс лучше слов говорило о том, что она принесла хорошие новости. Сгрузив все ингредиенты на письменный стол, Грейнджер отряхнула руки от просыпавшихся сухих трав и начала рассказывать, не дожидаясь расспросов: — Новости у меня отличные. Доктор Оконелл во всём разобрался. Два-три дня и ты снова будешь в строю. Она покачала головой, прикидывая что-то, и не очень уверенно добавила: — Кевину понадобится больше времени. Всё-таки он дольше находился под воздействием этой дряни. — И что это за дрянь? — миссис Малфой опередила тот же вопрос, готовый сорваться с губ сына. — Магловские болезни. Вирусы. Драко нахмурился: — Ерунда какая-то. Разве маги подвержены магловским болячкам? Насколько я помню из школьного курса, наш иммунитет полностью от них защищён, разве нет? — Именно! — эмоционально подтвердила Глэйс, и начала подготовку к очередному ритуалу. — Поэтому доктор Оконелл даже не думал в эту сторону, пока я сегодня днём не бросила случайную фразу. Он полдня крутил еë в своей голове, а вечером позвал меня, чтобы вместе решить, как проверить кровь Кевина. Пришлось немного поколдовать и нарушить пару запретов… Она произнесла это так буднично, как будто рассказывала об опоздании на работу, а не о применении магии в магловском мире. Миссис Малфой переглянулась с сыном, и он готов был поклясться, что увидел в еë взгляде лукавый блеск. Глэйс не заметила этого и продолжила: — Обычно маги не чувствительны к болячкам простых людей, но Дэли бросил в тебя проклятием, которое ослабило защиту организма и крепко запечатало в нём вирус. Антидот на время снимал симптомы, но не мог убить заразу, а ритуалы, которые мы пробовали, даже отдалённо не были тем, что нужно. На середине её торопливого монолога Драко прикрыл глаза, прижал ко лбу основания ладоней и с силой надавил. Информация не желала укладываться в заготовленные для неё рамки. Что-то мешало. Торчало из общей картины острыми занозами. — У Кевина микс из нескольких вирусов, — проговорила Глэйс. — Проклятие, как предполагает мистер Оконелл, связывает их между собой и не даёт организму бороться. Чтобы избавиться от всего этого коктейля принимать лекарство и проводить ритуал нужно одновременно. — И на этот раз он знает точно, какой именно ритуал? — с сомнением поинтересовался Драко, убрав руки от лица. Грэйнджер замялась, но всё-таки продолжила подготовку. — Мы вместе искали его, — упрямо заявила она. — Если всë верно, то проклятие, которым вас поразили, очень древнее. Настолько древнее, что ни в одной из современных книг по медицине о нём нет ни слова. — Думаю ты понимаешь, что меня не сильно радует твоё “если”, — проворчал Драко. — Выбора всё равно нет, — весело заметила Глэйс и шагнула к Малфою. В одной руке она держала три разные таблетки, а в другой склянку со свежеприготовленным зельем. Драко недоверчиво покосился на раскрытую ладонь с магловскими лекарствами. — Перед тем, как я это выпью, хочу сказать, что убийство единственного наследника древнего рода карается поцелуем дементора. Глэйс выгнула бровь, а из кресла у камина громко фыркнула Нарцисса. — Не слушай его, Гермиона! — напутствовала она. — Точно также Драко пугал меня, когда в детстве я водила его на ежегодный осмотр к семейному колдомедику. — Он смотрел на меня, как Василиск! — выпалил Малфой. — И скалился так же! Нарцисса послала Глэйс многозначительный взгляд и та с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Всё-таки Драко имел полное право на то, чтобы быть нервным и недоверчивым, а Грейнджер не стоило быть настолько беспричинно самоуверенной. Он выпил таблетки с таким видом, будто принял яд. Только что не зажмурился, ожидая скорой реакции. Грейнджер удовлетворённо кивнула и постучала ногтем освободившейся руки по склянке с зельем. Когда Драко выпил и его, она вернулась к столу как будто не было часов беспокойного ожидания, и тех трёх дней, когда бороться с проклятием приходилось вслепую. Глэйс вообще вела себя так, словно ничего не случилось. Миссис Малфой выжидающе смотрела на сына. Сначала ничего не происходило, но, как раз к тому моменту, как Грейнджер закончила возиться с беспорядком, Драко вдруг широко зевнул. — Это нормально, что мне снова хочется спать? — спросил он. Глэйс обернулась и скорчила виноватое выражение лица, но при этом ободряюще улыбнулась: — Доктор Оконелл предполагал, что все вместе эти лекарства будут иметь сногсшибательность снотворный эффект. — Но ты, конечно же, забыла меня об этом предупредить! Драко сжал пальцами подлокотники кресла. Грейнджер усмехнулась: — А зачем? Ты бы стал спорить, рассказывать, что твоя помощь может срочно понадобится в Министерстве. А так, выпил всё без разговоров и лишних усилий с моей стороны. Но если не хочешь, чтобы Линки переносила тебя в комнату, а мы с твоей мамой раздевали и укладывали в кровать, думаю, стоит отправиться в спальню прямо сейчас. — Будешь дежурить возле моей беспамятной тушки все эти часы? — Часы… или дни… — кивнула Глэйс и выскользнула из кабинета, как будто опасалась реакции Малфоя на свои слова. На самом деле, она откровенно потешалась над ним. Видимо так сработало облегчение от того, что они с доктором Оконеллом нашли корень проблемы. В длинном коридоре старинного поместья Драко быстро догнал её и пошёл рядом, подстроившись под неторопливый ритм. — Если бы сейчас мне так нестерпимо не хотелось спать, тебе бы не поздоровилось, — заявил он. — Запомни свою угрозу. Проснёшься — выполнишь. Грейнджер бросила на Малфоя быстрый взгляд и прикусила губу, чтобы снова не улыбнуться. За последние полчаса она и так делала это слишком часто. Шаги Драко становились медленнее и тяжелее, так что Глэйс пришлось взять его под руку. Остаток пути они преодолели в тишине. В спальне она помогла ему переодеться и устроиться в постели, поправила подушки и заботливо укрыла одеялом. Глаза Драко слипались, но в них читалось какое-то беспокойство. Даже на излишнюю суету Грейнджер он никак не отреагировал. — Надеюсь, ты волнуешься не из-за магловских таблеток, — будто между делом произнесла Глэйс. — Нет, — через паузу отозвался Малфой. — Думаю о том, что так и не проверил старуху прорицательницу. Глэйс нахмурилась в попытке понять, к чему он вспомнил про ведьму. — Артефакты и магловские изобретения, — продолжал Драко. — Необычная комбинация, но она уже дважды попалась нам за эти недели. — Считаешь, старуха связана с твоим ранением? — с сомнением протянула Грейнджер. — Не знаю… Но скажи Поттеру, пусть проверит её. На этом он сдался накатывающей сонливости и закрыл отяжелевшие веки.