Граница

Его тело покрыто шрамами. Его душа — тоже. Но если ты думаешь, что он сдастся, ты плохо его знаешь.Привет в мир, где слабость — это приговор. А он — приговорённый, который научился бить первым. Пожалуйста, не забывай: каждая строка написана с любовью. И ей всё ещё очень нужно твоё тепло. Спасибо, что открываешь эту главу. Ты важен для этой истории.

***

Глава 7. Сломай меня — или сломайся сам Комната — как капкан. Металл везде. Стены, пол, даже воздух будто звенит, как натянутый провод. Без окон. Без вентиляции. Без выхода. Один стол. Один стул. И капсульное кресло — с трубками, что ждут, когда дадут команду вгрызться в мозг. Тэхён сидел на стуле. Ноги чуть врозь, руки — свободны. Он не шевелился. И не ждал. Когда дверь открылась, он не поднял глаз. Просто коротко, почти лениво бросил: — Ну наконец-то. Думал, сдохну от скуки. Чонгук остановился на пороге. Глаза — в упор. Но Тэхён всё ещё не смотрел. — Тебя вели по протоколу, — глухо сказал Чонгук. — Без сопротивления. Спокойно. Слишком спокойно. Тэхён фыркнул. — А надо было выть? Устроить спектакль, чтоб твои бойцы почувствовали себя героями? Он поднял глаза — медленно, с ленцой. Взгляд в упор, как нож по коже. — Не дождётесь, капитан. Я не дам вам дешёвого шоу. — Я просто хочу понять, — сказал Чонгук, подходя ближе. — Почему ты не рвал всё к херам, когда у тебя ещё был шанс? — Потому что рвать — для тех, кто ещё верит, — устало сказал Тэхён. — А я давно перестал. Он усмехнулся, но безрадостно. — Можешь записать: Т-061. Бывший. Без иллюзий. Без желания. Но, к сожалению, пока ещё живой. Чонгук сжал кулаки. — Я видел, как они тебя подключили. Тебя не должны были трогать. Ни по графику, ни по протоколу. Это был обход системы. — Это была демонстрация силы, — спокойно бросил Тэхён. — А ты прибежал, как дежурный герой, и решил вытащить меня из огня, который сам же и разжёг. — Я не знал, что они это сделают. Мне не дали уведомления. Всё шло через закрытый канал. — Ага. Прямо удивительно. Очередной «случайный» сбой, да? — усмехнулся Тэхён. — Ты что, правда до сих пор веришь, что контролируешь хоть что-то? — Я вытащил тебя из этой херни. — Ты опоздал. Тэхён подался вперёд. Голос был всё такой же спокойный. Даже ленивый. Но от этого — страшнее. — Тебе нравится думать, что ты меня спас. Только вот проблема, капитан: чтобы спасти — надо сначала убедиться, что человек ещё цел. А я — давно нет. Чонгук молчал. Он видел это в глазах. Не страх. Не боль. Пустоту. Ту самую, что остаётся, когда тебя раскрошили, а ты всё ещё ходишь, дышишь и говоришь. — Я искал тебя, — сказал он наконец. — Всё это время. Годы. После того рейда я обшарил все базы, опросил техников, перебрал тела по номерам. И знаешь, чего хотел больше всего? — Чтобы я был мёртв, — усмехнулся Тэхён. — Да, я умею логически мыслить. — Да, — признался Чонгук. — Потому что если бы ты был жив — ты оказался бы здесь. В этом дерьме. А теперь ты передо мной — и я не знаю, что с этим делать. Тэхён резко встал. Ни угрозы. Ни рывка. Просто — движение. И всё же Чонгук чуть напрягся. — Знаешь, в чём твоя ошибка? — спросил Тэхён. — Ты думал, что я буду тем же, кого ты знал. Тем, который бегал за тобой с медком, который верил, что ты — щит. А теперь ты просто ещё один пёс в их форме. — Я не часть их. — Да ты, блядь, охраняешь тех, кто ломает таких, как я. Кто стерилизует нас под код, — процедил Тэхён, подходя ближе. — Ты не нажимаешь кнопку? Поздравляю. Но ты стоишь рядом. И держишь дверь, пока она нажимается. Чонгук не отступил. Но и не ответил. — Значит, решайся, — выдохнул Тэхён. — Или сдашь меня — и будешь дальше жить по их правилам. Или вытащишь — и сдохнем вместе. Выбирай, капитан. Или герой, или сука. Третьего тут не будет. — Думаешь, мне легко? — Мне похуй. Легко — это давно не про нас. Тишина повисла. Густая. Злая. Почти живая. — А если я тебя вытащу — что дальше? — Не знаю. Может, ты поймёшь, что не все, кого система признала "бракованными", были ею созданы. Некоторые — были сделаны теми, кто их хотел исправить. Чонгук сел. Не выдержал. — Я тебя не исправлял. Я тебя берег. — Плохо берег. Тэхён снова уселся на край стола. Говорил спокойно. — Ты верил, что я смогу выжить, если буду "достаточно хорош". А я просто оказался неудобным. Не в том месте. Не в той системе. — Если ты думаешь, что мне всё это по кайфу..-не договорил Чон. — Я думаю, что ты, как и я, уже не знаешь, где правда, — сказал Тэхён. — Только я хотя бы не вру себе. Он замолчал. Потом добавил: — Помнишь, что говорил мне, когда мы были детьми? Чонгук кивнул. Тихо. — «Ты будешь хорошим. Если не потеряешь себя по дороге». Вот ты и на развилке, капитан. Он встал. Впервые — без язвы. Просто прямо. И прошёл мимо него к двери. — Убивать меня не обязательно. Я и так уже мёртв. Только двигаюсь по инерции. — Тэхён… — Поздно, — сказал он. И вышел. *** Тем временем в строгом, приглушённо освещённом кабинете, далеко от посторонних ушей, сидели двое. Один — человек в безупречном костюме, чьё лицо оставалось в тени, второй — его верная информаторша. — Он слишком много времени проводит с Тэхёном, — прошептала она, не отводя глаз. — Если так пойдёт дальше, он станет помехой. — Терпение, — холодно ответил глава. — У нас есть планы. Мы не можем позволить эмоциям влиять на расчёты. — А Тэхён? Его слишком щадят. Это странно. — Потому что он — наше главное вложение. Опыт продолжается, но не так жестоко, как раньше. Ему нужна сила, чтобы стать тем, кем мы задумали. — И Чонгук? Как с ним быть? — Пока что он — лишь пешка. Но если начнёт мешать — его уберут. Тихо и незаметно. Она кивнула, понимая: игра только начинается.