Вопреки всему

Утро в особняке Поттеров началось с тихого звона посуды. Гарри, спускаясь по лестнице, замер на полпути, завороженный открывшейся картиной. В столовой Драко, одетый в простые черные брюки и серую рубашку с закатанными рукавами, расставлял фарфоровые тарелки. Его движения были точными, почти механическими, но в каждом жесте читалась былая грация. — Доброе утро, — Гарри спугнул тишину, и Драко вздрогнул, чуть не уронив серебряную ложку. — Утро, — он не поднял глаз, поправляя складки на скатерти. — Завтрак будет через пятнадцать минут. Кофе или чай? Гарри подошел ближе, замечая, как пальцы Драко слегка дрожат. — Кофе, спасибо. Но ты не должен... — Это моя работа, — Драко резко перебил, наконец подняв взгляд. Его серые глаза были чистыми, но уставшими. — Я домработник, помнишь? Они замерли в напряженном молчании. Где-то наверху раздались шаги — проснулась Нарцисса. — Мама плохо спала, — тихо сказал Драко, отворачиваясь к серванту. — Новое место... лекарства... Я попрошу Дрипи отнести ей завтрак в комнату. Гарри кивнул, наблюдая, как Драко наливает кофе. Его длинные пальцы неестественно напряжены вокруг ручки кофейника. — Сегодня приедет целитель, — сказал Гарри, принимая чашку. Их пальцы ненадолго соприкоснулись, и оба поспешно отдернули руки. — Для твоей матери. Лучший специалист по Костяной Чахотке. Драко замер, его плечи напряглись. — Я... мы не можем позволить себе... — Это мой подарок, — мягко прервал Гарри. — Не обсуждается. В глазах Драко вспыхнуло что-то сложное — благодарность, смешанная с горькой гордостью. Он резко отвернулся, принимаясь нарезать фрукты. — Ты должен был обсудить это со мной, — пробормотал он. — Я ведь твой... сотрудник. Гарри сделал глоток кофе, позволяя горьковатому вкусу заполнить рот, прежде чем ответить: — Ты не просто сотрудник. Ты... — он запнулся, подбирая слова, — друг. По крайней мере, я надеюсь. Нож в руке Драко замер на мгновение, затем продолжил движение. — Друзья не держат друг друга в качестве прислуги, — тихо бросил он. Гарри хотел возразить, но в этот момент в дверях появилась Нарцисса. Она выглядела бледной, но собранной. Ее глаза, все еще сохранявшие следы былого величия, переводились с сына на Гарри. — Доброе утро, мистер Поттер, — ее голос звучал хрипло, но четко. — Простите за беспокойство. Драко тут же бросился к ней, но она остановила его жестом. — Я не инвалид, дорогой. И, кажется, мне стоит поговорить с нашим... хозяином. Гарри поспешил пододвинуть ей стул. В течение завтрака Нарцисса расспрашивала о доме, о распорядке дня, о границах их нового положения. Драко молчал, лишь изредка бросая на мать тревожные взгляды. — Мама, тебе нужно отдыхать, — наконец не выдержал он, когда разговор зашел о лекарствах. Нарцисса улыбнулась — впервые за это утро. — Я просто хочу понять правила, сынок. Мы ведь гости здесь. — Она посмотрела на Гарри. — Хотя и очень неожиданные. После завтрака Драко настойчиво проводил мать в ее комнату, а Гарри отправился в кабинет. Но работа не шла. Его мысли возвращались к напряженной спине Драко, к его дрожащим пальцам... Стук в дверь прервал размышления. — Войдите. Драко вошел, держа в руках поднос с документами. — Я нашел эти счета в ящике стола, — он аккуратно поставил поднос на стол. — Ты забыл их оплатить в прошлом месяце. Гарри кивнул, замечая, как безупречно рассортированы бумаги. Драко стоял перед ним, выпрямившись, как солдат на параде. — Спасибо, — сказал Гарри. — Ты... хорошо справляешься. Уголок губ Драко дрогнул. — Я стараюсь оправдать доверие. — Он сделал паузу. — Обед в два. Если позволишь, я изучу твои предпочтения в еде. Гарри хотел сказать, что ему все равно, что можно не стараться так сильно... Но вместо этого просто кивнул: — Спасибо. Когда дверь закрылась за Драко, Гарри вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Между ними будто выросла невидимая стена — хозяин и слуга, альфа и омега. Но в глазах Драко, когда он думал, что Гарри не видит, читалось что-то большее. Что-то, что заставляло сердце биться чаще. А внизу, на кухне, Драко стоял у окна, сжимая в руках полотенце так крепко, что суставы побелели. Он смотрел в сад, но видел совсем другое — зеленые глаза, которые смотрели на него не с жалостью, а с... чем-то, что он боялся назвать. И где-то между этими двумя моментами, между формальностью и желанием, начиналась их настоящая история. Внезапно раздался звонок в дверь. — Господин Поттер, там... там миссис Поттер... — эльф всхлипнул, — и мистер Уизли, и миссис Грейнджер-Уизли... Гарри глубоко вдохнул, ощущая, как в груди закипает что-то темное и горячее. Он распахнул дверь. На пороге стояла Джинни, за ней — Рон и Гермиона. Его бывшая жена выглядела так, будто не спала всю ночь: под глазами темные круги, рыжие волосы сбились в неопрятный пучок. Но больше всего Гарри поразило выражение лица Рона — его лучший друг смотрел на него с... отвращением? — Ты действительно привел их в наш дом? — Джинни бросила ядовитый взгляд в сторону кухни. — После всего, что они сделали? Гермиона попыталась вмешаться: — Гарри, мы просто волнуемся... — но Рон грубо перебил ее: — Ты сошел с ума? Этот ублюдок Малфой и его мамаша-пожирательница? В твоем доме? Рядом с твоими детьми? Гарри почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Его пальцы сами собой сжались в кулаки. — Во-первых, — его голос звучал опасно тихо, — у меня нет детей. И, кажется, теперь я понимаю почему. — Он бросил взгляд на Джинни, и та невольно отступила. — Во-вторых, это МОЙ дом. И я решаю, кто здесь будет жить. Рон покраснел, как рак. — После всего, что моя семья сделала для тебя! — он сделал шаг вперед, но Гермиона удержала его за руку. — Рон, не надо... — Нет, пусть говорит, — внезапно раздался новый голос. Все обернулись. В дверном проеме кухни стоял Драко. Без малейшего следа былой надменности, бледный как полотно, но с высоко поднятой головой. — Драко, не надо. Иди к себе. — произнес Гарри. — Ну конечно, — ядовито протянула Джинни. — Альфа-защитник уже прибежал на помощь своему грязному омеге? Гарри увидел, как дрогнули веки Драко, но тот не опустил глаз. — Я просто хочу сказать, — голос Драко звучал хрипло, но четко, — что понимаю вашу позицию. И... благодарен Гарри за помощь. Но мы с матерью уйдем. — Он сделал шаг назад. — Нам не место среди героев. Гарри двинулся вперед так быстро, что все вздрогнули. Он схватил Драко за запястье, ощущая под пальцами учащенный пульс. — Ты никуда не идешь, — прошептал он так, чтобы слышал только Драко. Затем громче, обращаясь ко всем: — Они остаются. А теперь, если вы не возражаете, у нас есть дела поважнее. Джинни заскрежетала зубами. — Это еще не конец, Гарри. Ты пожалеешь... Но Гарри уже закрывал дверь. Последнее, что он увидел перед тем, как дубовая панель захлопнулась — это лицо Гермионы. И в ее глазах он прочитал не осуждение, а... понимание?