Вопреки всему

Тьма после взрыва окутала комнату плотным саваном, перемешанным с едким дымом и кружащейся в воздухе известковой пылью. Гарри прикрыл Драко своим телом, чувствуя, как острые осколки витражного стекла впиваются в спину, оставляя горячие кровавые дорожки. Его альфа-инстинкты ревели в крови, наполняя каждую клетку тела первобытной потребностью защитить, уберечь, спрятать своего омегу. — Протего Максима! — его голос прозвучал хрипло, но мощно. Золотистый щит взметнулся вокруг них, отражая очередное заклятие, которое оставило после себя запах озона и паленой древесины. Драко, прижатый к его груди, дрожал не от страха — его длинные пальцы сжимали палочку с такой силой, что тонкое дерево трещало под натиском. — Три против нас, — прошептал он, и горячее дыхание обожгло кожу Гарри, пахнущее мятой и чем-то неуловимо сладким. — "Но они не знают, на что мы способны вместе." Их взгляды встретились в полумраке, и в этот момент что-то щелкнуло — невидимая нить, долгое время натянутая между ними, наконец разорвала оковы разума. Гарри почувствовал его. По-настоящему. Запах Драко — густой мед, нежные апельсиновые цветы и что-то глубинное, родное — ударил в ноздри, заставив кровь бешено пульсировать в висках. Его внутренний альфа взревел, требуя прикоснуться, пометить, взять. Тело ответило мгновенно — тепло разлилось по низу живота, а зубы заныли от потребности вонзиться в бледную шею. Драко застонал, его стройное тело выгнулось, будто по нему прошел электрический разряд. Губы приоткрылись, обнажая ровные белые зубы. — Гарри... — голос звучал хрипло, почти животно. — Я чувствую тебя... везде... Гарри не сдержался. Он вцепился в Драко, прижав его к уцелевшему фрагменту стены, и захватил его губы в яростном поцелуе. Это было как взрыв. Губы Драко оказались мягкими и сладкими, как спелые персики, но ответили ему с такой же жадностью. Их языки сплелись в древнем танце, палочки выпали из ослабевших пальцев, но это уже не имело значения — их магия теперь пульсировала в унисон. Воздух вокруг зарядился статикой, заставляя волосы на руках встать дыбом. Гарри отбросил последнего нападавшего взмахом руки, даже не прерывая поцелуя. Раздался глухой удар тела о стену, но ни один из них не обратил на это внимания. — Мой, — прошептал он, отрываясь на мгновение, чтобы провести языком по пульсирующей жилке на шее Драко. — Мой омега.

***

Комната представляла собой руины — шторы горели синим пламенем, мебель лежала в щепках, но они не могли остановиться. Гарри сорвал с Драко рубашку, и тонкая ткань разорвалась с соблазнительным треском, обнажив бледную, почти фарфоровую кожу, покрытую тонким слоем пота. Его пальцы исследовали каждую выпуклость ребер, каждый старый шрам, оставленный жизнью в изгнании, каждый мускул, дрожащий под его прикосновением. — Ты так прекрасен, — прошептал он, прижимаясь губами к ключице, чувствуя, как Драко вздрагивает под ним, а его ногти впиваются в плечи. Драко запрокинул голову, обнажая длинную шею — предлагая, отдавая себя. Его серебристые ресницы трепетали на фоне раскрасневшихся щек. — Сделай это, — голос дрожал, прерываясь на середине. — Пометь меня. Я твой. Гарри впился зубами в нежную кожу у основания шеи, и Драко вскрикнул, его тело выгнулось дугой, ногти оставили кровавые полосы на спине Гарри. Вкус крови и соли смешался со сладостью кожи, создавая опьяняющий коктейль. Запах их смешанных ароматов заполнил разрушенную комнату — свежесть грозового воздуха сливалась с медовой сладостью и терпкостью апельсиновых цветов. Гарри стаскивал с него остатки одежды, его руки дрожали от нетерпения. Драко был стройным, почти хрупким на фоне его собственного тела, но в глазах омеги горел огонь, который сводил Гарри с ума. — Я ждал этого так долго, — прошептал Драко, обхватывая ногами его бедра, притягивая ближе. Его голос звучал разбито, но в нем слышалась неподдельная страсть. Гарри вошел в него медленно, чувствуя, как горячая плоть сжимается вокруг него, обжигающе тугая. Драко застонал, его лицо исказилось от смеси боли и наслаждения, но он тянулся навстречу, требуя больше, глубже, сильнее. — Двигайся, — он обхватил Гарри за шею, притягивая к себе, их лбы соприкоснулись. — Пожалуйста. Их тела слились в едином ритме, жар между ними становился невыносимым. Гарри чувствовал каждое движение, каждый прерывистый вздох, каждый содрогающийся мускул Драко под собой. Время потеряло смысл — существовали только они, только этот момент, только эта всепоглощающая связь. — Я не отпущу тебя, — прошептал он, углубляя толчки, чувствуя, как Драко сжимается вокруг него, как его тело начинает трястись. — Никогда. Драко закричал, его тело напряглось, а затем обмякло в объятиях Гарри. Волна наслаждения накрыла их одновременно, словно океанский прилив, смывая все страхи, всю боль, все преграды, что когда-то стояли между ними.