Отпусти мою душу

Праздничное настроение кулинарного фестиваля медленно отступало, оставляя после себя приятную усталость и чувство удовлетворения. Лина чувствовала прилив сил и уверенности. Успех на фестивале, достигнутый вместе с Кулинарным Алхимиком, доказал ей и другим, что она способна на многое, даже без постоянного контроля Криса. С легкой улыбкой на губах она покидала суетливую кухню и направлялась в сторону своего кабинета. Шаги её были твердыми, взгляд уверенным. Она прошла по знакомым коридорам отеля, освещенным тусклым, зловещим светом Ада. В воздухе все еще витали слабые отголоски кулинарных ароматов, смешиваясь с привычным запахом серы и пыли. Поворачивая за очередной угол, Лина резко остановилась. Прямо перед ней, преграждая путь, стоял Крис. Его лицо было напряжено, а глаза, как обычно, излучали смесь недовольства и нечитаемых эмоций. Он ждал её. Лина не отступила. Усталость после фестиваля улетучилась, сменившись привычным упрямством и новообретенной смелостью. Она скрестила руки на груди и подняла подбородок. «Что-то нужно, Крис? Или ты просто решил полюбоваться на успешного управляющего на прогулке?» — произнесла она с легкой, едва заметной дерзостью в голосе. Она знала, что это его заденет. Его губы скривились в тонкую линию. «Успешного? Ты слишком много о себе возомнила, Лина.» Его голос был низким и опасным. «Твои 'успехи', как ты это называешь, требуют слишком много… стороннего внимания.» Не успела она ответить, как он сделал быстрый шаг вперед, прижимая её к холодной каменной стене коридора. Его предплечье уперлось ей в грудь, блокируя любую попытку отойти. Он не применял чрезмерной силы, но его жест был недвусмысленным – она оказалась в ловушке. «Не смей так разговаривать со мной», — прошипел он, наклоняясь ближе. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от её. В его глазах Лина увидела не только гнев, но и что-то похожее на обиду. Лина почувствовала, как сердце заколотилось быстрее, но не от страха, а от смеси раздражения и вызова. Быть прижатой к стене Крисом было не впервой, но сейчас ситуация ощущалась иначе. Она больше не была той неуверенной Линой, которая боялась его осуждения. «Отпусти меня, Крис», — спокойно, но твердо сказала она. Она не пыталась вырваться силой, зная, что это бесполезно. Вместо этого, она встретила его взгляд своим собственным. «Ты не имеешь права меня задерживать.» Он проигнорировал её слова. «Я имею право быть недовольным, когда ты игнорируешь свои обязанности ради… развлечений на кухне с кем-то, кого ты знаешь меньше недели», — его голос стал чуть тише, но напряжение не спало. «Ты тратишь время на глупости, вместо того чтобы заниматься действительно важными делами отеля.» Лина фыркнула. «Ты называешь 'глупостями' создание блюд, которые восхитили всех и привлекли внимание к отелю? В отличие от твоих вечных планов, которые ни к чему не приводят!» Эта фраза явно задела его. Его хватка стала чуть сильнее, но всё ещё ограничивалась предплечьем, прижимающим её к стене. «Я недоволен тем, что ты постоянно проводишь время с этим… поваром. Он отвлекает тебя. Ты забываешь, кто здесь главный.» Лина почувствовала прилив злости. «Я ничего не забываю. Я делаю свою работу, Крис. А с кем я провожу свободное время – не твое дело.» Она не отводила взгляд, бросая ему вызов. Он нахмурился еще сильнее, его глаза сверкнули опасным огоньком. Свободной рукой он медленно поднял её подбородок, заставляя её смотреть только на него. «Ты моя, Лина. И я не позволю тебе… отвлекаться на всяких проходимцев.» Лина почувствовала дрожь, но это было скорее от негодования, чем от страха. «Я никому не принадлежу, Крис», — тихо, но твердо сказала она. «И ты не имеешь права так со мной говорить.» На мгновение в его глазах промелькнуло что-то похожее на… боль? Но оно тут же исчезло, сменившись привычной властностью. Он наклонился еще ближе. Его дыхание опалило её лицо. Лина не отшатнулась. Напряжение между ними висело в воздухе, густое и тяжелое. Казалось, что любая искра могла привести к взрыву. Вместо этого, он резко отстранился, его рука опустилась. На мгновение Лина почувствовала себя свободной, но он снова прижал её к стене, на этот раз ладонью. Его взгляд был прикован к её шее. «Ты слишком много позволяешь себе», — пробормотал он, его голос звучал низко и почти хрипло. Затем он наклонился, и Лина почувствовала прикосновение его губ к её шее. Это был не поцелуй, скорее резкое, метящее прикосновение. Он оставил яркий, болезненный засос прямо под её подбородком, на виду. Он выпрямился, его глаза изучали её реакцию. В его взгляде было что-то вроде… предупреждения. Или обладания. «Теперь все будут знать», — сказал он тихо. «Ты моя. И ты будешь уделять внимание мне, а не другим.» С этими словами он резко оттолкнулся от стены и, не сказав больше ни слова, развернулся и стремительно удалился по коридору, оставив Лину одну, прижатую к стене, с горящим от засоса участком кожи и бурей эмоций внутри. Лина осталась стоять в тишине коридора, приходя в себя. Ее сердце все еще колотилось, а на шее ощущалось жжение. Этот жест Криса был не просто проявлением ревности или злости; это была демонстрация власти, способ заявить о своих правах на нее перед всем отелем. Она медленно провела пальцами по засосу, чувствуя его болезненность. Это был не знак привязанности, а скорее метка, своего рода предупреждение. Крис не мог смириться с ее независимостью и дружбой с Алхимиком. Он решил вернуть контроль. Гнев сменился решимостью. Лина не позволит ему так просто запугать себя. Он думает, что сможет прижать ее к стене и пометить, как свою собственность? Он сильно ошибается. Этот засос на шее не будет означать его победу; он станет символом ее сопротивления. Собравшись с силами, Лина оттолкнулась от стены. Она поправила рубашку, стараясь скрыть засос, хотя знала, что он будет виден. Её путь в кабинет стал не просто прогулкой, а заявлением. Она пошла дальше, уже не просто возвращаясь в свой офис, а готовясь к следующему раунду в этой негласной борьбе с Крисом. Теперь это было личное. И Лина не собиралась проигрывать.