Я хочу сделать глупость

      По огромному залу ожидания разносились унылые рыки зомби; в узком проходе в багажное отделение было душно и невыносимо мало места. Джон чувствовал, как волосы прилипают ко лбу от пота, а под пиджаком становится слишком жарко для уюта. Он уставился пустым взглядом в спину Линча, выглядывавшего наружу и наблюдавшего за группкой зомби, покачивающейся в сторону то одного магазина, то другого, но из поля зрения не пропадавшей. Они преградили их путь к бару и пока не собирались скрыться уже хоть где-нибудь.       Парни оказались в западне своего логова.       Джон вздохнул со всей тяжестью мученика, оттягивая ворот синтетической рубашки.       — Чёрт возьми, как же жарко, — протянул он, обмахиваясь ладонью. Ветерок не особо помогал справиться со слишком высокой температурой вокруг и слишком высоким градусом в крови.       Линч не отреагировал, продолжая свою слежку. Его тоже чуть-чуть покачивало из стороны в сторону, будто бы вслед за движениями толпы зомби. На самом деле в его организме просто тоже было чересчур много алкоголя.       — Шикарный отпуск, — продолжал накидывать Джон. — Просто обалденно, блин, отдохнули. Сначала спали в коробках — так нет же, это только полбеды! — он с чувством развёл руками, ударяясь костяшками об оказавшуюся слишком близко железную стенку, и тихо зашипел, драматично поглаживая ушибленное место.       Стоять на четвереньках было неудобно. Тело быстро затекало, и так разморенное непомерным количеством выпитого спиртного. Джон давненько не испытывал это чувство на себе: голова немного кружилась, горло до сих пор жгло призрачным горючим привкусом на основании языка, и хотелось лишь поскорее отоспаться и вернуться в способное мыслить состояние. Как никогда прежде он вспомнил, почему так не любил пить.       Линч продолжал игнорировать его причитания, упрямо не отрывая взгляда от кучки заражённых. Это возмущало Джона только больше.       — Не, ну отель это ещё полбеды! — заплетающимся языком повторил он. — Зомби, серьёзно?! Мы что, в каком-то долбанном фильме? Почему это постоянно происходит с нами?! Вот ваще не смешно уже!       Линч нахмурился и вытянул шею. Джон невольно заметил, как дёрнулся его кадык, и отчего-то стыдливо отвёл взгляд.       — Ещё и одели, блин, в голимую синтетику! — не унимался он. — Тело совсем не дышит! Выгнали к этим зомбакам, а теперь, видите ли, мы должны всех спасать, рискуя своими жопами! Очень, блин, благодарная работа!       Ноль реакции. Кровь вскипела в жилах.       — Линч, блин! Ты меня вообще слушаешь?!       Он дёрнул друга за плечо, оказываясь с ним лицом к лицу. В тесном проходе между ними оставалось всего несколько сантиметров.       — Слушаю! — огрызнулся Линч, раздражённо сводя брови к переносице. — Хватит уже ныть, блин!       — Это я ною?! — возмутился Джон. — Не кажется ли тебе, что вполне оправданно?! — он схватил Линча за ворот свитера и дёрнул на себя, едва соприкасаясь с ним носами.       Внезапно Джона будто окатило ледяной водой. Лицо Линча оказалось прямо перед ним, растерянное и поплывшее от выпивки. Он часто моргал в недоумении.       — Джон… — выдавил он, но не закончил, видимо, не находясь, что сказать.       Джон нахмурился в ответ, заглядывая в глаза, впервые оказавшиеся так близко. Офигительно яркие изумрудные глаза, поблёскивающие первой весенней листвой даже в приглушённом свете их укрытия. На которые по-глупому спадала отросшая чёлка — прямые смоляные пряди, растрепавшиеся от беготни и жары. Джон с трудом сглотнул, вдруг неожиданно для самого себя обхватывая ладонью острый угол чужого лица.       — Джон? — позвал уже вопросительно друг, забывая о толпе зомби всего лишь в нескольких десятках метров от них.       Джон тоже вдруг забыл; вдруг ему снова стало жарко, даже хуже чем до этого, потому что запылали щёки и уши, и взгляд сам собой скользнул ниже. Прямой острый нос. Красивый. Ровный. Чуть впалые щёки и самую малость выпирающие скулы, чистые и не опороченные ни единым пигментным пятнышком.       Тонкие губы, слегка поблёскивающие в тусклом свете. Мягкие.       Манящие.       Внезапно затмившие собой все остальные мысли Джона, заставив забыть обо всём происходящем вокруг.       Вторая рука сама собой скользнула вверх, занимая будто бы своё законное место наравне с первой.       — Я хочу сделать глупость, — прошептал Джон. На языке горько выплясывало послевкусие выпитого алкоголя, заставляя слова путаться и сливаться воедино.       Следующее мгновение вдруг растянулось этиловой жидкой массой, плескавшейся ещё недавно на донышке бутылки, в целую вечность пьяного жаркого ступора, а после неё Джон резко подался вперёд.       Они столкнулись губами, чуть-чуть болезненно, но Джон не собирался отступать; он приоткрыл рот и ловким движением захватил губы Линча, будто делал это уже сотни раз. Движение продлилось долгим жгучим скольжением, а затем друг подался навстречу, зеркаля его. Джона вдруг с головой захлестнуло солёно-терпким морем; как будто дорвался до желанного, сделал глоток воды после долгой жажды, будто вечность ожидания наконец подошла к концу, чтобы взорваться пьяно-серебряными в желтоватом свете ламп аэропорта звёздами. Он схватился покрепче, притягивая ближе, наседая больше, прижимаясь грудью к груди и размашисто двигаясь на чужих долгожданных губах. Естественно. Будто так всегда и было.       Длинные пальцы запутались в его волосах, поглаживая кожу за ухом, пока другая рука неожиданно скользнула по его плечу, устремляясь вниз, ища свободное место между их телами. Слишком близко, слишком крепко прижималась, потому что места-то не было. Вокруг стояла невыносимая жара, казалось, начавшая колебаться волнами от не пойми откуда взявшегося напряжения.       Джон подался чуть вверх и вперёд, когда чужая рука остановилась рядом с тазовой костью, и мокро провёл языком по кромке чужих зубов. Очки мешали, то и дело утыкаясь краешком оправы в чужие щёки и сползая куда-то вбок. Линч горячо выдохнул ему в рот, дальше распаляя голову, которая и так будто полыхала настоящим огнём. Джон жадно целовал его, цепляясь за каждую секунду удовольствия, как утопающий за соломинку.       Как будто это не было правдой.       Впиваясь в чужие губы, снимая с них привкус жгучей опасности, ловя горячие выдохи через рот своим, чувствуя Линча на вкус, он точно был готов взорваться прямо на месте и стечь разящими каплями спирта по узкому экскаватору.       Прямо над головами раздалось рычание, и они одновременно отпрянули друг от друга, чудом не стукаясь затылками о железо позади. Краем глаза Джон заметил тень от проползающей совсем рядом толпы зомби, но больше его интересовала и приковывала взгляд тоненькая ниточка слюны, соединившая собой их рты.       Линч же отвернулся, глядя наверх. Ниточка медленно разорвалась и капнула вниз куда-то между ними.       Джон облизнул губы, всё ещё чувствуя на них призрачный вкус — не алкоголя, Линча.       — Они направляются к охране, — прошептал журналист. — Быстрее, это наш шанс!       Он дёрнулся, чтобы выползти из узкого пространства, но Джон вдруг неожиданно для себя нашёл свою руку на чужой щеке, большим пальцем осторожно вытирая слюну у краешка губ. Линч вздрогнул и залился густой краской.       В глубине прекрасно-зелёных глаз Джон сквозь дурман увидел то же необычное желание и детский восторг, который чувствовал сам.