Королевство Огня и Звёздного света

***

Никс смеялся, лепеча что-то на коленях Фейры. Рядом сидел Кассиан, держащий кружку с чаем. В этой тёплой пропитанной уютом атмосфере я чувствовала холод внутри.  Мои пальцы дрожали, сжимая ткань платья. Предчувствие беды жгло изнутри, и я ощущала, что Эрис медленно угасает, пытаясь сдержать мою силу. Я встала и пошла по коридору, каждое движение давалось с усилием, тело сопротивлялось самому решению. Но я заставила себя выдохнуть, и подняла руку, чтобы постучать в дверь кабинета Ризанда. Однако она распахнулась сама. Внутри было тихо. Риз сидел за столом, пальцы сомкнуты под подбородком. — Ты пришла, — в фиолетовой глубине глаз было отчаяние, которое он не прятал. Я закрыла за собой дверь и сделала шаг вперёд. В горле застрял ком, от которого невозможно было избавиться. — Риз, ты знаешь, зачем я здесь.  Брат молча кивнул.  — Эрис умирает, — я сделала паузу, не отводя взгляда. — А внутри меня сила, которая, если мы промедлим, уничтожит всё. Его тьма заклубилась, даже двёзды померкли. Он уже знал, что я скажу. Ждал. — Я всё ещё ищу другой способ, — выдохнул он, голос был уязвимым.  Проглотив слёзы, я подошла к его столу.  — Ты не должен выбирать. Я сама уже решила, — мои пальцы сомкнулись на ладони брата.  Его кадык дрогнул, он молча смотрел на мою руку. — Погрузи меня в сон, — продолжала я, с трудом удерживая голос ровным. — Пусть это станет паузой, а не концом. Скажи только Фейре; ей, как Верховной, необходимо знать. Остальным не нужно. Я не вынесу прощаний и сочувствующих взглядов. Я сжала его пальцы. Он не отстранился. Наоборот, накрыл мою руку своей. — Я уже терял тебя,  — голос стал тише, почти срывался, — А теперь должен снова… — Нет, — перебила я, мой голос слегка дрогнул, — ты не теряешь. Ты защищаешь. Свою семью, нашу семью и наш прекрасный город.  Риз встал. Он обошёл стол, и крепко обнял меня. Мы молча стояли какое-то время.  — Если бы существовал хоть один способ, я бы сжёг весь мир. Не задумываясь, — выдохнул он мне в волосы. — Знаю, — тихо ответила я. Ведь я сама, ни на минуту я не опускала рук. И верила Ризанду, что он не сдастся. В Дворе Осени я перерыла всю библиотеку, но так ничего и не нашла. Мы просто оттягивали неизбежное. Я прижалась к его плечу, чувствуя знакомый запах дома. Это был подарок судьбы, снова встретиться с братом. И я была благодарна за него.  — Сделаем это завтра вечером, — попросила я.  Он сжал челюсть и кивнул. Я шагнула назад, отпуская его руку, но оставляя в ней всё невысказанное.  — Я люблю тебя, Риз. Просто… чтобы ты знал. — Знаю, — сдавленно отозвался он, глядя на меня с тихой болью.  Я ушла, не оборачиваясь.

***

После трёх дней молчания, сегодня кольцо ожило, пульсируя болью и злостью. Но эмоции чувствовались не так как раньше. Они приходили словно сквозь толщу воды.  Внутри тяжесть немного отступила. Эрис жив. Он должен жить… стать для своего Двора достойным правителем. После того как он вынес слишком много боли, и заслужил как никто другой.  Злость на него испарилась, почти сразу как только я приняла нелегкое решение. Прекрасно понимая, что возможно уже никогда не выйду из тюрьмы на острове.  И всё остальное показалось таким далекими и неважным. Как будто я даже не успела насладиться этой жизнью. Узнать свои желания, и понять, что вызывает внутренний отклик.  Я вышла на улицу, неторопливо двигаясь вдоль берега Сидры. Веларис шумел своей обычной жизнью: улицы звенели от голосов, а воздух был наполнен ароматами свежей выпечки и специй.  Я свернула к набережной, стараясь вдохнуть как можно глубже, и запомнить.  Никто не знал, что я прощаюсь. И в этом не было боли, лишь облегчение. Я не хотела слез и сожалений. Просто хотела сохранить в памяти этот миг: любимый город, родной дом, каждый отблеск жизни, словно всё было хорошо. Ноги сами привели меня к знакомой лавке, где я всегда брала пряный чай. Улыбнулась продавцу и он кивнул в ответ. Глоток обжёг язык — вкусно, как всегда. Я села на скамейку возле речки. Небо, воздух, деревья, всё было такое же, как всегда. И это почему-то злило. Хотелось, чтобы хоть что-то изменилось. Чтобы мир понял, что я ухожу. Глядя на воду, я представляла, как однажды кто-то пройдёт мимо этой лавки, сядет на неё… даже не зная, что я здесь была в последний раз.  Грудь снова сдавило. Казалось, все слёзы уже выплаканы, гнев испарился, а безответные вопросы "почему я?" — заданы. Но всё равно, внутри будто стояла ледяная глыба. Давила на грудь, не давая вдохнуть.  Сегодня я будто застыла, покрывшись инеем изнутри, стараясь отгородиться от мыслей и чувств. Ведь вечером мне понадобится вся моя смелость.

***

Фейра и Ризанд Фейра шагала по комнате взад-вперёд, будто надеялась с каждым шагом унять дрожь, которая пробегала по её спине. — Значит, она действительно всё решила, — произнесла она медленно, не сводя тревожного взгляда с Ризанда. — И ты собираешься позволить этому случиться? Риз провёл ладонью по лицу, словно пытался стереть не только усталость, но и саму тяжесть выбора, давившую на него последние дни. — Я обдумывал, можно ли просто усыпить её и окружить магическими защитами… — Риз говорил медленно, с трудом подбирая слова. — Но Оркус связан с её сущностью. Если не предпринять ничего, Эрис умрёт, кольцо ослабнет без него, и демон вырвется. Если просто усыпить Вэл, это лишь отсрочит конец: он найдёт путь сквозь чары. Тюрьма это единственное место, где печати смогут его удержать. — А Хелион? — Голубые глаза Фейры метались по его лицу в отчаянном поиске хоть какого-то шанса. — Он бы мог… — Он может установить внешние защиты, но не способен воздействовать на то, что внутри. — Риз сжал челюсть. — А Эрису это ничем не поможет. Лишь в тюрьме можно безопасно снять кольцо, тогда его сила вернётся, и ему больше не придётся тратить себя на сдерживание демона. — Как он вообще довёл до этого? — выдохнула Фейра, её голос дрогнул от беспомощной злости. Тьма Ризанда разлетелись во все стороны, будто он сбросил то, что переполняло его. — Сила Оркуса невероятно мощная. Эрис не мог его долго сдерживать.  — Он едва не погиб, — с горечью бросила Фейра, вскидывая руки. — Он слишком многое взял на себя. — Согласен, — тихо отозвался Риз, подходя ближе и осторожно беря её за руку. — Но именно благодаря ему Вэл не оказалась в темнице ещё тогда. Он подарил ей время, которого у нас больше нет. Фейра выдохнула медленно, тяжело, будто с этим воздухом уходила надежда. — Может, есть другой способ. Поговори с Амреной ещё раз, или с Азриелем. Он бы пробрался куда угодно, выкрал бы артефакт, нашёл бы тех, кто... — Она осеклась. — Прости. Я просто не могу это принять. Риз покачал головой. — Мы перепробовали всё, к чему имели доступ. — Его плечи опустились, будто под тяжестью собственного бессилия. — Но я не прекращу поиски. — Мы не прекратим, — твёрдо сказала Фейра, сжав его ладони своими пальцами. — И не остановимся, пока не найдём решение. Из кроватки донёсся тихий хныкающий звук. Фейра подошла и аккуратно взяла сына на руки, прижимая к себе бережно. — Я верю: решение существует. Просто оно ещё не открыто нам, — тихо сказала она.  Ризанд смотрел в окно, где небо смеркалось, окрашиваясь в сумрак. Возвращение сестры было настоящим чудом, но цена была невероятно высока.

***

Вэлари Солнце медленно опускалось за линию горизонта, окрашивая балкон дворца на горе в золотисто-алые цвета. Я стояла, прислонившись к колонне, наблюдая за неуместно красивым зрелищем.  Ризанду пришлось заглянуть в Двор Кошмаров. А я ждала его во дворце наверху, стараясь не думать о том, что скоро произойдет.  Фейра перед уходом крепко обняла меня, и я с трудом сдержала рыдания. Больше никто из близких не знал. Риз сдержал обещание, и не рассказал никому. Всё потому что я хотела убедить себя, что это временно.  Я представляла, как Мор бы взбесилась, Кассиан, наверное, ворчал бы без умолку. Азриель, возможно молча посмотрел бы с пониманием. Неста, скорее всего, разозлилась бы на саму безысходность ситуации, а Амрена одобрительно кивнула. Мои мысли прервал тихий звук шагов, настолько знакомых, что внутри всё сжалось. Сердце подпрыгнуло и затрепетало, словно мотылёк. Я ненавидела то, как реагирую на него. — Эрис… — выдохнула я, медленно поворачиваясь, и ветер подхватил мои волосы. Он стоял напротив, безупречно одетый: синий камзол подчёркивал огненные волосы, собранные в хвост. Выглядел он гораздо лучше, словно набрался сил. С трудом подавив порыв броситься ему на шею, я осталась на месте. — Ризанд сказал ты здесь, — янтарные глаза смотрели внимательно, но кольцо передавало его эмоции тихую боль, отчаяние. — Значит ты решила окончательно?  Я кивнула.  — Ты пришёл… — голос чуть дрогнул. — Чтобы… проститься? Эрис не ответил сразу. Остался стоять на расстоянии, будто сам ещё не решил, насколько близко может подойти. — Я пришёл, потому что не мог не прийти, — тихо произнёс он, скользнув взглядом по моей руке.  — Понятно, — отозвалась я не успев скрыть разочарование, и отвела взгляд в сторону.  Горько было признать, что даже в этот последний момент он здесь не для прощания, а лишь из-за необходимости. Чтобы снять кольцо.  Эрис двинулся ближе. Не спеша, но уверенно, с точностью хищника. Я почувствовала, как внутри поднимается тревога. — Что ты делаешь? — спросила я, хотя догадка уже мелькнула в сознании. Эрис молчал. Демон внутри меня дрогнул. Чувствуя приближение древнего оружия, он метался, как зверь в клетке, сдавливая грудь ужасом, разрывая нервы изнутри. — Эрис… Остановись, — попросила я судорожно вдыхая, пытаясь унять панику.  Когда Эрис оказался рядом, он резко притянул меня к себе одной рукой. Другой — сжал кинжал за рукоять так, что побелели костяшки. Я успела лишь вдохнуть, пытаясь оттолкнуть его.  — Прости, Вэлари, — выдохнул Эрис, наклонившись ко мне, лбом коснувшись моего. И в следующую секунду клинок вошёл в грудь. Быстро. Точно, прямо в сердце. Демон взревел. Внутри меня всё сжалось — от боли. Магия кинжала обрушилась, разрывая суть.  Я вскрикнула, или попыталась. Горло сдавило. Боль была такой обжигающей, что в глазах потемнело.  Я ударила Эриса, кулаком прямо в челюсть. Голова дёрнулась вбок. — Отпусти! — закричала я, царапая его руки, пытаясь вырвать кинжал. Но силы таяли. Пальцы соскользнули с рукояти, бессильно повиснув. Он не отпустил, держал меня крепко. Его пальцы дрожали. Это не был жест убийцы. — Ты… — выдох сорвался сам, а взгляд плыл сквозь пелену страха и неверия. Почему именно он? — Это единственный способ, — ответил он хрипло, будто проклиная себя за каждое слово. Я впервые видела его таким. Он будто терял что-то важное. Эрис знала, что делает, но на мог сказать… Сознание тонуло в лавине огня. Я не чувствовала тела, не могла вздохнуть. Оркус рвался наружу и тянул меня за собой.  Провалившись в темноту, я услышала шепот:  — Я верну тебя, Вэлари.  А может мне показалось. Я погружалась глубже. Привычный мир исчезал, растворяясь в наступающей тишине. Боль ушла, унося с собой воспоминания. Тьма окутала меня. Она не пугала; наоборот, предлагала мягкое, почти ласковое забвение. Больше никаких мучений.  Я сразу полетела туда, но в этот миг по мне потянуло и тепло. Словно тихий зов. Моё движение остановилось, я могла бы вернуться. Но если бы я отвернулась, никто бы не удержал. Этот момент исчез бы навсегда. Тьма по-прежнему ждала, суля покой от страданий. А тепло звало назад, как мягкое пламя обещающее согреть душу. Я стояла на распутье, разрываясь между ними.  Но моя душа, измученная болью и тяжестью, так хотела облегчения. Я сделала свой выбор, и полетела…

***

Эрис Я клялся себе никогда больше не причинять ей боли. Вместо этого, вонзаю клинок в её грудь. Тело в моих руках ещё тёплое. Кровь на моих пальцах горячая как проклятье. Её кровь. Она смотрит на меня. Сапфировые глаза, широко распахнуты от удивления. Потом их застилает боль, а следом — страх. Я чувствую, как холод пронзает меня. Её сердце отсчитывает последние удары. Один. Когда-то, в другой жизни, она смотрела на меня так же в тот миг, когда я солгал, что не люблю её. Чтобы спасти.  Но я не спас. Не успел. Два. Она подаётся вперёд, пытаясь оттолкнуть меня, дрожащими руками. Не понимает, почему я это сделал. Но в глазах мелькает догадка. Три. Её губы шевелятся, но звук затихает.  Я прижимаю её крепче. Не давая ей упасть. — Это единственный способ, — говорю я. Слова как осколки в горле. Это не ложь. Просто… не вся правда. Если бы она знала, что это только первый шаг. Я не просто убиваю её. А краду её у самой Смерти. Веки Вэлари дрогнули. Сознание уходит. Я чувствую, как демон внутри неё вырывается. Тени бьются под её кожей. — Я верну тебя, — шепчу я ей в последний миг. Если не смогу, то это мой конец. Второй раз я не переживу её смерть.

***

Несколько часов назад… Я появился во Дворе Кошмаров, молча ожидая Ризанда. Осознавая, разговор будет тяжёлым, болезненным и, вероятно, самым важным из тех, что мне приходилось вести за последние годы.  И всё же я пришёл, как только смог, не позволяя себе иного выбора. После заточения Берона и того, как магия Оркуса истощила меня до предела, я провалился в глубокий, почти забытый трёхдневный сон — роскошь, на которую не имел права, но которая стала необходимостью. Теперь я стоял здесь, выпрямившись, словно отказывался признать, насколько ослабел. — С поздравлениями повременю до решения Совета, — произнёс Ризанд с ленивой небрежностью, но напряжение в плечах выдавало его.  Мои губы скривились в лёгкой насмешке. — Уверен, Совет примет верное решение. Учитывая, что я был достаточно милосерден, оставив отца в живых. — Это было дальновидно, — Ризанд кивнул, и моментально стал серьезным. — Но ты не за этим пришёл. Он шагнул ближе, не сводя с меня фиолетовых глаз. — Как долго ты собирался скрывать, что умираешь?   Я не ответил сразу. Уголок губ дрогнул.  — Сила Оркуса оказалась мощнее, чем я рассчитывал, — медленно произнёс я. Прятаться уже не было смысла. — Поэтому я здесь. У меня есть решение. Эти слова прозвучали не как предложение, а как приговор. — Вэл согласилась погрузиться в сон и временно уйти в тюрьму, — Ризанд выпрямился, скрещивая руки на груди. — Временно? — приподнял я бровь, — Мы оба знаем: оттуда нет пути обратно. — А твой вариант лучше? — Скорее хуже, — мрачно ответил я. Достав кинжал, я провёл пальцем по лезвию — словно проверяя, достаточно ли он острый. — Я тщательно изучил свойства кинжала, который ты мне подарил. Он обладает способностью разрывать связь с тем, что не принадлежит этому миру. Повисла тишина. Густая, как смола. Ризанд молчал. Магия забурлила в нём. Тьма разлетелись от него во все стороны.  — Нет, — произнёс он тихо. Голос был ровным, но в нём звенела сталь. — Ты не убьёшь мою сестру. — Я собираюсь её спасти. — Ты рискуешь всем, — ответил резко Ризанд. — Если демон вырвется… — Он вырвется, — перебил я . — Но если я не сделаю этого, он вырвется позже. У меня неделя. Может, меньше. Потом я не смогу даже снять кольцо. Ризанд смотрел долго. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине взгляда сверкнуло что-то тревожное. — Ты знаешь, кольцо откликается только на мою магию. Оно не просто подавляет её, а подчинено моей крови. Мои глаза встретили тяжелый взгляд Ризанда.  — Но Оркус связан с её душой, — продолжил я. — Он сотворил её и не отпустит. Кинжал разорвёт связь, но не выгонит его. Душа должна выйти. На мгновение. Тогда Оркус станет уязвим. Ризанд нахмурился. — Ты говоришь о смерти. — Временной, — ответил я. — Целитель удержит тело. Я верну душу. Но только если действовать быстро.  Он молча смотрел на меня. В глазах темнело нечто опасное.  — Ты хочешь сказать, что между вами узы? — произнёс он наконец, всматриваясь в малейшие изменения в моём лице. Я качнул головой, даже не моргнув. — Нет. Уз нет, — я сказал это уверенно. Ризанд заглянул в мой разум. Я не лгал. Всё, что я говорил, было правдой. Но шанс на успех был ничтожным. И всё же... разве тюрьма предлагала лучший исход? — Если ты ошибёшься, — голос его был смертельно тихим, — я уничтожу всё что тебе дорого, Эрис. Я искалечу твою душу и заставлю жить с этим. Вечно. Я молча кивнул. Пусть угрожает. Если я ошибусь — ему не придётся тратить силы. Я сам себя уничтожу. — Она хотя бы получит шанс, а не будет гнить в темнице, которую ты называешь спасением, — устало ответил я, но в моих словах сквозила горькая, стальная решимость. — Это её сломает, — тьма за его спиной сгустилась, как перед грозой. Я отвёл взгляд к стене сжимая кулаки в карманах.  — Она выдержит. Главное, она будет жива и свободна. Ризанд задумчиво смотрел на меня. — Давай начистоту, Эрис. Ты не из тех, кто жертвует собой без причины. Что движет тобой на этот раз? Я не ответил сразу. Позволил молчанию повиснуть, как последний щит. — Скажем так, я бы не стал делать это ни для кого другого, — произнёс я, стряхнув невидимую пылинку с камзола.  Молчание затянулось. Ризанд продолжал смотреть на меня, в глазах темнела борьба.  Я коротко изложил план. Он выслушал, уточнив все детали. Но тьма рядом с ним сгущалась словно туча.  — Каковы шансы, что она вернётся? — тихо спросил он.  — Точно не возможно предугадать.  Повисло напряжение. — Делай, что должен, — его голос прозвучал резко, отрезая все сомнения. — Я приду вечером. Со мной будет целитель. Как только кинжал разорвёт связь, я сниму кольцо. Ты должен быть готов. — Когда сила Оркуса вырвется, мы заточим её в наш артефакт, — подтвердил Риз, обдумывая что-то в мыслях.  — Как пожелаешь. Только помни, Вэлари не должна знать. Если демон услышит, я даже не успею к ней приблизиться. Я уже повернулся, шагая прочь.  — Эрис, — окликнул Ризанд, не скрывая боли, — Постарайся, чтобы это было быстро. Без мучений. Моё тело застыл на миг, я оглянулся через плечо.  — Я позабочусь об этом, — в моём голосе не было ничего, кроме мрачной, непоколебимой решимости. Вэлари будет ненавидеть меня. Долго. Яростно. Пусть ненавидит. Но живёт.

***

Настоящее… Ризанд вошёл первым. Амрена сразу за ним. В тишине комнаты слышалось лишь моё сбивчивое дыхание. Я всё ещё держал Вэлари. Её тело безвольно обмякло в моих руках, а кровь медленно стекала по лезвию кинжала, сжимаемого мной. Лайя окутала её едва мерцающим полем, не дающим душе окончательно покинуть тело.  — Снимай, — коротко бросила Амрена, её голос был резким. — А где артефакт? — вырвалось у меня. — Я и есть он, — ответила Амрена, её глаза сверкнули решимостью. Мой взгляд скользнул к Ризанду, он утвердительно кивнул, и я медленно протянул руку к ладони Вэлари. Мои пальцы дрожали, кольцо едва заметно пульсировало. Когда я стянул его с её пальца, в комнате резко стало холодно. В тот же миг я почувствовал, как моя собственная магия хлынула обратно в меня. Тело Вэлари дёрнулось. Амрена сделала шаг вперёд. Она заговорила на древнем языке, от которого по коже прошёл озноб. Поток тьмы взвился из тела Вэлари, словно не желая отпускать, воздух сжался, в нём звенело напряжение.  Тень, чернее ночи, окончательно покинула тело, как будто её вырвали. Она зависла в воздухе, корчась, пульсируя — живая тьма, голодная и яростная. Над грудью Вэлари тянулись извивающиеся тёмные нити, словно корни, которые пытались удержать его в ней. Но демон сорвался, почуяв новый источник силы, рванулся к Ризанду. Чёрные щупальца вонзились в его тень, стремясь слиться с ней. — Ризанд! Отталкивай! — крикнула Амрена, надрезая ладони кинжалом. Капли её крови упали на мрамор, и мгновенно начали притягивать тьму к себе. Ризанд поднял руку, и мощный всплеск его силы поймал поток, перенаправив его к Амрене. — Давай! — выдохнул он, сжав зубы. Судя по дрогнувшей руке, силу Оркуса сдержать было не просто.  Из груди Вэлари вырвался хриплый, низкий стон. Тень, чернее ночи, окончательно покинула тело, и зависла в воздухе тёмной, пульсирующей тучей.  Амрена шагнула прямо в неё, как в бушующий шторм, и с силой, от которой стены завибрировали, замкнула свои ладони, схлопывая ловушку. Ризанд, в последнюю секунду, коснулся её плеча, и замерцал щит, удерживая всё, что оставалось от демона, внутри Амрены. Наступила зловещая тишина. Амрена опустилась на колени. Её глаза были закрыты, по вискам стекал пот. Ризанд тяжело дышал. Я по-прежнему сидел на полу, прижимая к себе Вэлари. Её тело стало бледным и холодным… но пустым. Без демона. — Амрена… — позвал Ризанд. Она тяжело дышала, по коже шеи выступили чёрные жилы, словно её собственная плоть сопротивлялась тому, что приняла. — Нет! — её голос отлетел от стен гулким эхом. Она резко распахнула глаза. Какое-то мгновение в их глубине боролись тьма и серебристый свет. Но чернота отступила. Глаза прояснились и серебро стало ясным, холодным. Амрена выдохнула, всё ещё цепляясь пальцами за пол, и сказала: — Всё сделано. — Теперь всё зависит от тебя, — Ризанд, посмотрел мне прямо в глаза, не скрывая угрозы.  Я ещё не до конца осознал, что произошло. Но в этот момент мне было всё равно. Мой взгляд опустился на Вэлари, я поднял её, и понёс к кровати. Пока Лайя вкладывала силы, поддерживая защитное поле, я изо всех сил звал её душу. — Вернись, — прошептал я, наклоняясь ближе, — даже если ты ненавидишь. Вернись, чтобы сказать мне это в лицо.